- -
- 100%
- +
6. Беда не приходит одна
Прохожу в нашу спальню, останавливаюсь возле комода, уставленного всякими безделушками: фоторамками со снимками меня, мужа и Сони, статуэтками, свечками, ароматизаторами с палочками.
Я своими руками создавала здесь уют. Каждый миллиметр этого дома пропитан мной. Сюда вложена частичка моей души.
В нашей супружеской спальне по прежнему пахнет лавандой и любовью, а с фотографий на меня смотрит счастливая полноценная семья.
Скоро этого не останется. Скоро окончательно догорит моя вера в крепкий и счастливый брак.
Я не думала, что это может коснуться моей семьи. Измена! Предательство! Такая грязь...
Руслан говорил, что хочет сына. Наследника. Он ему нужен, чтобы в будущем продолжил семейное дело.
Этот бизнес начинал его отец, подхватил мой муж, а дальше...
Дальше у нас родилась девочка.
И на родах случилось непоправимое.
Я осталась бесплодной. Бракованной.
Мой любимый мужчина утешал меня и заверял, что ему нет дела - мальчик или девочка. Главное, что в нашем доме будет топать кто-то своими крошечными ножками и называть нас мама и папа.
Я верила.
И вот теперь... Оксана, наверно, забеременела пацаном.
Наследником!
Молодая смазливая девица даст моему мужу то, чего я не могу.
Это осознание рушит мое спокойствие окончательно.
Я ору оглушительно громко. Эхом по дому разлетается этот отчаянный вопль, обреченный и неконтролируемый.
Дрожащими руками смахиваю с комода фоторамку, свечки, статуэтки.
Ароматизатор разбивается, и запах лаванды сильно бьет в нос. Осколки фоторамки со звоном плещут в стороны.
Падаю на кровать и пальцы в волосы запускаю.
Слезы катятся по щекам, я задыхаюсь от дикости этой ситуации. Пораженное сердце трепыхается и не верит, что мой любимый мог так поступить. Ищет оправдания. Пытается доказать, что Яхонтов не виноват.
А мозг уже все понял и принял.
Нужно готовиться к разводу. И стоит посетить психолога, пусть поможет понять, как грамотно сообщить Сонечке о расставании родителей.
Когда буря внутри затихает, убираю осколки, разбросанные по полу.
Мне придется набраться терпения. Сегодня я не скажу Соне о папином поступке. И завтра тоже.
И с Русланом эту тему пока что лучше не трогать.
Пусть жизнь идет дальше. Я буду притворяться живой, хоть внутри зияет страшная дыра.
Паркуюсь возле школы. Руки до сих пор прошибает дрожью, на лице полопались капилляры, оставив красные мелкие пятнышки. Ужасный вид...
Замечаю дочку издалека.
Недовольная.
Нахохлилась как воробей.
Яростно распахивает заднюю дверцу и швыряет свой портфель в салон машины.
Я округляю глаза от шока и удивления.
Такого еще не было...
Дочь садится сзади, надевает капюшон и руки под грудью складывает.
- Соня, что случилось? - говорю спокойно и тихо.
- Ничего. Поехали.
- Сонечка, милая. Я твоя мама, твоя подруга! Ты можешь мне доверять! Ты знаешь, что я всегда готова выслушать и...
- Мам! Отвали! - рявкает, мазнув по мне ледяным взглядом.
- Сонь...
- Достала, - бубнит себе под нос и вытаскивает из портфеля наушники.
Затыкает уши.
Закрывает глаза.
- Соня, ты меня слышишь? - оборачиваюсь к ней, но дочь не реагирует.
Жадно втягиваю ноздрями раскаленный воздух. Душно так, что в глазах темнеет. Открываю окошко и завожу мотор.
Дыши, Лиля. Главное, дыши.
Все будет хорошо.
Дома Соня сразу несется в свою комнату, не сказав ни слова. Я чувствую острую необходимость поддержать ее, но не знаю, как подойти к колючему подростку.
Сонины проблемы многим в нашей семье кажутся смешными. Например бабушка Марина Егоровна идею с депиляцией не поддержала. Мол, природа дала, значит так нужно, так естественно. А кто смеется над волосами на теле, тот дурак.
Но сегодня у моей малышки случилось что-то еще, что расстроило ее еще больше, чем насмешки одноклассников.
- Сонь, я чай принесла с булочками, - захожу тихонько, а Соня у зеркала стоит в одном нижнем белье, придирчиво рассматривает свою подросшую грудь.
- Мам, купи мне красивый лифчик, - неожиданно выдает Соня и смотрит на меня через чур взрослыми глазами.
- Сонечка, у тебя отличный бюстгальтер. Удобный.
- Нет, мам! Он детский! Для малышей! Ты не понимаешь! - дочь закрывает лицо руками и вздрагивает от слез. - Мама, купи мне черный лифчик с кружевом! - требовательно просит моя маленькая девочка, а я только вздрагиваю.
7. Соня взрослеет
- Соня, тебе всего тринадцать, какие кружева...
- Мам, ну вот почему ты такая? По-че-му? - грубо рычит мой милый ребенок и с непониманием смотрит в мои глаза.
- Какая?
- Странная! Ты меня вообще не понимаешь, мам! - буркает с ненавистью. - Что такого в красивом лифчике?
Теряюсь и волнуюсь, как будто это я маленькая девочка, а не дочь.
На меня свалилась новость, что мой муж меня предал, теперь еще и неожиданно повзрослевшая Сонька...
- Зачем тебе так срочно понадобился лифчик?
Соня закатывает глаза.
- Что случилось? Расскажи...
Ноги дрожат, и я сажусь на кровать.
- Надо мной опять смеялись, мам. Старшеклассницы с театрального. Мы переодевались вместе, и девчонки увидели мой топик.
- О боже... - закрываю лицо ладонью.
- Они сказали, что этот лифчик для восьмилетних девочек! - на глазах дочери набираются слезы. - Мам! Я не хочу больше ходить на репетиции. Давай бросим театральный?
- Сонь, это же твоя мечта, - напоминаю заботливо. - Стать актрисой кино! Ты ведь хочешь этого?
- Уже нет, - тихо лепечет и влагу с лица вытирает. - Я вообще ничего не хочу!
- Соня...
- Уйди, мам! Уходи! - в порыве гнева моя маленькая любимая кнопка указывает мне на дверь.
- Сонь...
- Иди! Я не хочу с тобой разговаривать! Ты меня не понимаешь! - ее личико краснеет.
А я лишь шумно выдыхаю вязкий воздух. Это какой-то кошмар.
Лифчик. С кружевами. В тринадцать лет.
Мой мозг, видимо, отказывается воспринимать тот факт, что Соня взрослеет.
Прохожу на кухню и наливаю стакан воды. Руки предательски дрожат, а состояние беспомощности только нарастает. Я не знаю, что будет завтра. Мою жизнь будто перечеркнули! То, во что верила, оказалось ложью. Тот, кого любила, вывернул мою душу наизнанку и наплевал в нее.
Это я должна плакать и истерить, как Соня. Я! Хочу спрятаться и побыть маленькой девочкой.
Но я взрослая, умная, уравновешенная женщина, я не могу впадать в состояние прострации, истерить, топать ножками и показывать свои слабости. Поэтому встаю и начинаю разделывать курицу острым ножом. Успокаивает.
Руслан ненавидит лук.
Поэтому сегодня я подам ему такой ужин, который он никогда не сможет забыть. Это будет наш последний совместный ужин.
Я так не могу... притворяться, что все хорошо и ничего не случилось, эта роль не для меня.
Я скажу мужу, что все знаю о его Оксане.
И дочери скажу, что ее папа предал нашу семью.
Если рубить, то сразу.
Руслан возвращается даже раньше обычного с букетом белых красивых роз. Я замираю на мгновение, когда вижу его улыбку и шикарные цветы.
- Зачем это? - выговариваю надломленным голосом.
- Решил тебя порадовать, - мой муж подходит ближе и осторожно целует меня в лоб. - Мне показалось, что ты сегодня была очень напряжена.
Вручает мне букет, и я сглатываю едкие слова, вырывающиеся из глубины моей израненной души, но там и остающиеся.
- Ужин готов, - сообщаю буднично.
- Хорошо. Я переоденусь и позову Соньку.
- Соня не в настроении.
Руслан шумно вздыхает:
- Что опять?
- Наша девочка растет. Ей понадобилось кружевное белье.
Яхонтов хмурится так, что между бровями проявляется глубокая складка. Прочищает горло и головой качает.
- Лиль, ты ведь не собираешься и в этот раз идти у нее на поводу? Хватило депиляции...
- Не знаю, - пожимаю плечами. - Может и правда стоит посмотреть что-то более взрослое.
- Ладно, - муж чешет голову. - Я переоденусь и спущусь.
А я прохожу на кухню. Ставлю красивый букет в вазу, рассматриваю блестящие лепестки роз, вдыхаю приятный аромат полной грудью.
Интересно, а сколько букетов Руслан подарил своей Оксане?
Накрываю на стол. Даже вино по бокалам разливаю.
Меня ждет последний ужин с предателем. А дальше... разговор с дочерью, переезд, развод.
Больно сдавливает грудную клетку, а я только и могу, что глаза закрыть и набрать в легкие воздух, пропитанный ароматом жареного лука.
Что будет после развода?
Какая жизнь меня ждет?
8. Ужин с предателем
- Чем пахнет? - муж появляется на кухне в домашней одежде.
Морщится от запаха, который он так ненавидит.
- Я пожарила курицу... со сметаной, - отзываюсь с коварной улыбкой. - Добавила немного лука.
- Зачем? - садится за стол и ошеломленно сканирует свою тарелку. - Немного? Это немного!?
- Руслан, ну прости! - рассмеяться хочется. - Я люблю жареный лук, но пятнадцать лет старалась практически не готовить блюда с ним. А сегодня не удержалась. Мне нужен был лук, понимаешь?
Невинно улыбаюсь.
- Ладно, - иронично вздыхает Яхонтов, скользнув по мне подозревающим взглядом. - Мои девочки сегодня с ума посходили! На это есть какая-то особая причина?
- Да, - киваю, а руки непроизвольно сжимаются в кулаки. - Есть.
Сажусь напротив мужа и заглядываю в его родные глаза. Удивительно, что раньше я видела в них любовь, уважение, преданность. Даже когда мой благоверный уже завел отношения с Оксаной, я продолжала замечать этот горячий взгляд, полный благодарности и искренности.
Даже сейчас Руслан смотрит с нежностью...
- Тебя что-то беспокоит? - произносят его четко очерченные губы.
- Оксана.
Пугающая тишина окутывает мои плечи. Так зябко становится, что хочется теплым одеялом укутаться.
- Оксана? - осипшим голосом переспрашивает.
Вздыхаю. Пульс вновь становится быстрым и неровным, а тишина начинает гудеть.
- Твоя Оксана, - улыбаюсь.
Так проще.
Спрятать свои настоящие чувства поглубже, чтобы тот, кто причинил боль, ничего не заметил.
Руслан тяжело вздыхает, откладывает вилку и смотрит на меня так опасно, что я интуитивно сжимаюсь.
- Как ты узнала? - чеканит с отстраненным холодом.
- Какая теперь разница? Главное, что я узнала! - слезы на подходе и голос позорно дрожит. - Когда ты собирался мне рассказать?
- Не было подходящего момента.
- Момента? - выдыхаю громким ошеломленным шепотом. - Для этого нужен особый момент?
- Лиль... прекрати. Я хотел рассказать.
- Но почему-то не рассказал.
- Да потому что вот такой реакции боялся!
- Какой? - слезы не удерживаются и катятся по лицу громадными каплями.
- Вот такой! Ты будешь плакать. Тебе будет больно. А я меньше всего хотел сделать тебе больно.
- Однако, сделал, - встаю, ноги не держат, приходится держаться окаменевшими пальцами за край стола. - Это мерзко...
Выпрямляюсь, чувствуя сильное головокружение.
Как он вообще может говорить такие слова после своего поступка? И совести хватает... Спал целый год на стороне с молодой девицей, а теперь будет лечить меня тем, что не хотел делать больно.
Это слишком грязно.
Каждый шаг дается мне с большим трудом. Чем дальше я отдаляюсь от мужа, тем сильнее осознание - это конец. Жирная точка в красивой истории.
Руслан неожиданно оказывается рядом и поворачивает меня к себе.
- Мне нужен был наследник, Лиля! - рычит мне в лицо, опаляя жаром. - А ты не можешь родить. Мне пришлось решать этот вопрос без твоего участия.
Его слова сжигают мою душу, и я чувствую это физически. Ломит все тело, словно меня избили до полусмерти, живот узлами скручивает.
- Как ты мог, Руслан? Мы женаты, у нас растет дочь, а ты завел ребенка на стороне? - поломленно лепечу я, словно в бреду.
- Это ничего не меняет, Лилия. Ты по-прежнему моя жена, а Соня по-прежнему моя любимая дочь.
- Нет, Руслан. Это все меняет! Ты нас предал! Ты разрушил нашу семью!
Вырываюсь из его рук и бегу вверх по лестнице.
Запираюсь в спальне, прижимаюсь спиной к стене и тяжело дышу, будто пробежала не двадцать ступеней до второго этажа, а целый марафон.
Наследник... Ему нужен был наследник!
И ради этого он предал семью!
Пятнадцать лет брака засунул коту под хвост.
Перемолотил меня всю через мясорубку. Выпотрошил. Распял.
- Лиля! Давай все обсудим! - Руслан разъяренно стучит в дверь и дергает ручку, а я лишь скатываясь по стене на пол.
- Пап... - слышу испуганный голос моей дочки. - Что случилось, пап? Где мама?
9. Это правда, папа?
Я берегла Сонечку, как хрустальную розу с тонкими хрупкими лепестками. Отгоняла от нее все проблемы, словно по волшебству.
Но сейчас над крышей нашего дома сгустилось грозовое страшное облако. Эта буря снесет все и сравняет с землей. Наше счастье уже треснуло и покрылось едким налетом предательства. И я ничего не могу сделать... ничего не могу исправить...
Я и Руслан больше не одно целое. И я хочу, чтобы Соня знала правду.
Пусть она ненавидит отца ровно также, как я его сейчас ненавижу.
- Пап... - испуганно шелестит дочка за стеной. - Папа! Что происходит?
Я с трудом поднимаю свое тело с пола. Усилием воли заставляю себя встать, держась за стену. Шатаюсь, подходя к двери, за которой сейчас мой предатель и наша общая малышка, которой Руслану оказалось недостаточно для счастья!
- Все хорошо, Соня. Иди к себе! - приказывает ледяным голосом.
- Пап...
- Соня! Иди к себе! - повышает тон.
- Где мама? - пищит дочка растерянно.
Я хватаюсь за ручку дрожащей рукой, но не решаюсь открыть. Меня всю трясет.
- Мама... она... - подбирает слова мой ненавистный муж.
Неужели, стыдно? Заделать молодухе ребенка он смог, а покаяться во грехе не может?
- Что она? - голосок Сони теряет интонацию, становится серым и глухим.
Мы разрушим нашу дочь. У нее и так проблемы... она взрослеет, ее травят в школе, а теперь еще и развод родителей. Это подкосит ее.
Но что мне делать?
Молчать? Терпеть? Быть козлом отпущения?
Решительно поворачиваю замок и открываю дверь.
Врезаюсь взглядом в мрачное лицо Руслана. Он совсем поник, смотрит как-то болезненно и загнанно. Я знаю его слишком давно, чтобы этого не заметить.
- Мам! - вскрикивает Сонька и летит ко мне.
Заключает меня в своих объятиях, трется щекой о мою ключицу, дышит тяжело. А мне на голову точно вакуумный пакет надели. Дышать не могу. Пошевелиться не могу. И сказать "Твой папа нас предал" не могу.
Страшно. Больно. Холодно.
Вокруг густой туман непонимания.
- Мам, вы с папой поругались? - судорожно бормочет Соня.
Я закрываю глаза, потому что все равно ничего не вижу из-за собравшихся слез.
- Это из-за меня, мам? Из-за того, что я попросила... красивый... бюстгальтер?
Соня вдалбливает в меня ржавые копья с ядовитыми наконечниками. Конечно, она будет винить себя в том, что родители разводятся.
- Соня, - начинает Руслан строго и мрачно. - Мы с мамой... Поругались не из-за тебя. Дело в том... - отводит взгляд всего на мгновение. - У меня скоро будет ребенок.
- Что? - дочка округляет глаза, а я не могу сдержаться.
Слезы брызгают из глаз. Интуитивно отступаю назад, но тут же врезаюсь в дверной косяк.
- Мам... ты... ты... беременна? - Соня взрывается от радости и даже в ладоши хлопает.
- Нет, - вместо меня отвечает Яхонтов. - У тебя будет братик, но родит его другая женщина.
Братик... Наследник!
То, чего Яхонтов так сильно желал, а я не смогла. Это смертельно больно, мучительно и горько.
- Пап, - Соня испуганно вздрагивает от звука собственного надломленного голоса. - Я не понимаю, папа.
- От твоего отца беременна другая женщина, Соня. Не я! - качаю головой, вытирая влагу с лица.
- Это правда, папа? - глаза дочери темнеют.
Я вижу, как на самом дне ее черных суженных зрачков проносятся вспышки гнева.
- Правда, Сонь, - отвечает, понурив голову. - Но это не значит, что я не люблю вас. Ты и мама моя семья.
- У тебя будет ребенок от другой! Ты предал маму! - верещит с дрожью.
- Я не предавал!
- Ты что, думаешь я не знаю, как дети делаются? Ты трахал другую женщину!
Я шокировано распахиваю глаза.
- Соня, - шикаю.
- Ты мерзкий! Как ты мог? - продолжает моя девочка, закрывая меня своим телом.
Защищает меня, хотя это я должна быть стеной и опорой. Нерушимой броней и лучиком света. Сонечка не заслужила всего этого...
- Ты ничего не знаешь, Соня. Успокойся! - чеканит Руслан сквозь сомкнутые зубы.
- Я дура, по твоему? Мне уже тринадцать, папа! И я могу понять, какой отвратительный поступок ты совершил! - малышка возмущенно тычет пальчиком в широкую грудь своего отца. - Мы в этом доме не останемся! - оборачивается ко мне и на полном серьезе выдает: - Собирай вещи, мама. Мы уезжаем!
10. Трещина
- Вы никуда не поедете! - льдом обжигает от гортанного мужского баса.
Глаза Руслана сужаются гневно, он кулаки сжимает так, что костяшки его пальцев мгновенно белеют.
А я сглатываю ком, вставший поперек горла.
- Сонечка, - шепчу загнанно. - Не нужно торопить события...
- Мам, ты идиотка? - хлестко вскрикивает дочь, и я проваливаюсь в бездонный колодец.
- Соня! - Руслан рявкает настолько громко, что у меня закладывает уши. - Быстро пошла к себе! С тобой мы поговорим позже!
Все.
По сердцу идут трещины, сочащиеся алой кровью. Я не выдержу... не вывезу этого ада! Все катится прямо в преисподнюю.
Голова кружится, я едва стою на ногах.
А Соня волком смотрит на своего отца. Не уходит, как он велит ей.
- Я не приму ребенка от твоей шлюхи! Он никогда не будет мне братом, понял? - ее голос шипит отчаянной ненавистью.
- Иди к себе, - тихо, но беспрекословно заключает Яхонтов.
- Мам!? - оборачивается.
Соня ищет у меня в глазах поддержки. А я не могу даже вздохнуть полной грудью, задыхаясь от бессилия.
- Иди, Сонечка, - с дрожью в голосе произношу и позорно опускаю голову.
- Но мам! - дочь хватает меня за локоть, а я отшатываюсь.
Я сломалась. Женщина, которая была сильной, руководила собственным бизнесом, вела весь быт почти без посторонней помощи, всегда помогала и поддерживала, вдруг перестала существовать. Я чувствую себя жалкой и слабой.
- Понятно! - фыркает Сонька и быстрым шагом скрывается у себя в комнате.
Хлопает дверью, стены дрожат.
- Лилечка, - ласково выдыхает Руслан и приближается ко мне. - Родная, давай все обсудим...
- Обсудим что? Твоего наследника? Или твою любовницу?
- Лиль... - берет меня за руки, сильно сжимает мощными пальцами ладони и подносит их к своим губам.
Собирается поцеловать, а меня выкручивает от боли.
Я его ненавижу!
- Не трогай меня, - предпринимаю попытку вырваться, но тщетно.
Руслан сильнее. Он как огромная непробиваемая скала. Ледокол в бескрайнем океане лжи и горечи.
- Я люблю только тебя, понимаешь. Я не отпущу вас. Вы моя семья! - властно чеканит мне на ухо.
Подлые мурашки бегут вниз по позвоночнику.
- Ты нас предал. Ты спал с ней!
- Да! - повышает голос. - Но это было только лишь ради того, чтобы...
- Чтобы у тебя появился внебрачный ребенок! А если бы Оксана забеременела девочкой? Что тогда?
Молчит. Дышит тяжело. На его виске пульсирует тонкая синяя вена.
- Ты бы нашел еще одну женщину? Попробовал бы опять заделать сына? Да?
Боже, какой абсурд. Сама ситуация, по факту страшная, вызывает у меня волну истеричного громкого смеха.
Пространство дома заливается моим отчаянным хохотом вперемешку с обжигающими щеки слезами.
Я схожу с ума!
- Как хорошо, что у тебя получилось с первого раза! С Оксаной! А то бы намучался, бедненький, трахая всех подряд!
- Я тебя не отпущу, Лиля! - прожигает во мне дыру своим горячим взглядом. - Ты моя жена.
- Я подам на развод, Руслан, - закрываю глаза и выставляю ладонь перед собой, тормозя порыв мужа меня обнять. - А сейчас иди. Мне нужно побыть одной.
Возвращаюсь обратно в спальню, запираю дверь.
Подхожу к окну, прижимаюсь лбом к холодному стеклу.
Кусаю губы до крови.
Это все оказалось правдой. Руслан не опроверг слова его любовницы. И у нее будет мальчик. Сын.
Обнимаю свои плечи и проваливаюсь в немую истерику. Все тело дрожит от слез.
Что мне делать?
Я ведь люблю своего мужа. Люблю объемной трепетной любовью, и сильнее этого чувства только моя боль.
Как жить без него?
Что будет с дочерью?
Есть ли счастье там, за гранью развода?
Руслан выходит на улицу, дистанционно заводит свою машину, садится за руль.
Его взгляд направлен на окно нашей спальни... Он точно видет меня.
Выруливает за ворота, а я поднимаю голову вверх, держась негнущимися пальцами за подоконник. Вот куда он поехал? Снимать стресс к своей Оксане? Или к другой девице?
Может, Оксана у него не одна. Просто она оказалась смелее остальных и решила признаться мне во всем.
До слуха доносятся шаркающие шаги.
Соня...
Мне нужно срочно поговорить с дочерью!
_._._._._._
Мои волшебные!
Дарю промокод на мою книгу "Измена. Сбежать от предателя" самому быстрому читателю:
WkY1f8i1
❣️ использован
11. Справимся?
- Мам, - сопит и ко мне прижимается. - Мамочка...
- Все хорошо, родная.
- Мам... - трется щекой о мою домашнюю футболку, вытирая слезы.
- Малыш, я с тобой. Мы вместе, это главное.
- Давай уедем, мам. Я не хочу видеть папу.
- Сонь... - тяжело вздыхаю.
Я не знаю, что предпринять, чтобы сгладить углы. Пятнадцать лет брака, общее имущество, колючая дочка с переходным возрастом... И муж, который поставил наследника выше нашей семьи.
Почему я должна разгребать эти последствия?
За что мне все это?
- Собирай вещи, котенок. Все самое необходимое.
Поднимает красные потухшие глаза и вглядывается в мое лицо.
- Куда мы поедем? - шепчет едва слышно.
- К бабушке.
- Это не лучшая идея, мам, - качает головой упрямо. - Баб Марина ведь папина мама, папа приедет туда, будут проблемы. И там дед...
- Мы поедем к другой бабушке, - строго.
- К твоей маме? - с немым ужасом лепечет Сонька.