- -
- 100%
- +
Пока я ходить умею,пока глядеть я умею,пока я дышать умею,я буду идти вперёд!Л. Ошанин
Открыв глаза, он обнаружил, что вокруг абсолютно темно. Он расслабленно висел на страховочных ремнях. Двигаться не хотелось, во всем теле разлилась тяжесть. Голова болела и кружилась, во рту стоял явный привкус лекарств. «Неудачное десантирование, наверное» – подумал он – «Вот, долбоклюи! Как можно выбрасывать десант, не уничтожив батареи ПКО?! Надо попытаться вспомнить, что здесь такое произошло» – Он подвигал руками и ногами – «гравитация около одного g – значит Венера».
– Ну, уже неплохо, я тут, в принципе, ориентируюсь – тихо сказал он себе.
Связи нет, система ориентации не работает – «ещё и РЭБом жахнули. Вообще встряли».
Мысленно чертыхнувшись, он попытался дотянуться до ближайших кресел, чтобы растолкать товарищей. Сквозь перчатки боевого экзоскелета он, на удивление, хорошо мог ощущать поверхность – «модель, что ли, новая?» подумалось ему. Вокруг были какие-то гладкие панели видимо экраны, или что-то такое. Он включил подсветку на шлеме, установив интенсивность на минимум.
Потребовались несколько долгих секунд, прежде чем до него дошло – он в кабине. Обыкновенной тесной кабине крестовика, который видимо куда-то упал, и, толи висел, толи воткнулся передней частью в грунт. Машина оказалась цела, видимо падал он с небольшой высоты. «Значит, по свету меня не заметят, и то хлеб» – подумал он. Так, теперь можно потихоньку увеличить интенсивность освещения. «Да, вполне обычный крестовик». Он осмотрелся – визир, получающий сигнал по световодам, встроенным в корпус, был абсолютно черен.
Он запустил программу самодиагностики экзоскелета. «Так, так, что это, у нас, за модель? Что-то вообще незнакомое, новьё совсем. О, а вот и имя пользователя. Ну-ка… ну-ка, как там меня зовут? Лихов Андрей. Вполне ничего такое имечко, позывной Жук. Да уж! Не до чего умнее они, конечно же, не додумались, юмористы казарменные. Экзоскелет исправен, что там у нас с крестовиком? Машина вполне в порядке, модель тоже, кстати, из новых» – он продолжил проверку. Увы, не связи, ни ориентации, ни полноценного ИИ. «Н-да, а РЭБ-то шагнул вперед, раньше квантовые компьютеры придавить силенок не хватало».
– Ладно, Андрюх, пора отсюда вылезать – сказал он сам себе.
Андрей подключил свой мозгомашинный интерфейс, к управлению шагоходом. Порылся в памяти, но о боевой задаче, почему-то не было ни слова. Он, наконец-то осмелился подключиться к сенсорам крестовика.
И так, он оказался…под водой! Обыкновенной жидкой водой. Кругом лед, промоина, кажется, какая-то, вроде и течение тут, какое, никакое, а есть. «Та-ак, я что на Земле? МЫ ЧТО, ВОЮЕМ НА ЗЕМЛЕ!?» – эта мысль пронеслась у него в голове, взбудоражив всё его существо.
– Твою же, перекись! – тихо ругнулся он.
Шагоход уцепился когтями за лёд и стоял вертикально. Андрей аккуратно выровнял машину. Видимо, он в леднике, а где-то выше, что-то топит лед. Первым импульсом было сходить посмотреть, кто там такой добрый портит казённый ледник и откуда у него столько тепла, но что-то его остановило.
Промоина достаточно круто спускалась вниз, и Андрей повел машину туда. Метров через четыреста, на её дне стали попадаться достаточно крупные камни, сужающие и так не широкий проход. Впрочем, справиться с ними оказалось совсем легко. Андрей с интересом обнаружил, что каждая лапа крестовика, оснащена целым набором плазменных резаков, с помощью которых, он просто растапливал лёд, под глыбами. Те проваливались в ледник, а крестовик двигался дальше. Так он вполне спокойно добрался до того места, где в щели между глыбами, перегородившими проход, пробивался яркий свет. Работая лапами, Андрей быстро организовал проход для машины и вывел её наружу. Поток, который больше не держали камни, с шумом вырывался на свободу.
– Эдак, меня заметят – тихо сказал он.
Ловко забравшись на ледник, он, немного поискав, нашел подходящую глыбу, расположенную неглубоко во льду. Быстро высвободив её, он столкнул камень в поток, снова сузив проход для воды. Теперь можно было оглядеться. Крестовик стоял на поросшем незнакомым кустарником горном склоне. Примерно метрах в пятистах ниже начинался лес.
С помощью визиров крестовика Андрей его легко рассмотрел. И то, что он увидел, его просто ошеломило. В лесу не нашлось ни одного знакомого дерева. Нет, деревья в основном были хвойными, но среди них попадались и похожие на странные пальмы или вообще папоротники. Но это оказалась так разминка. На опушке паслось какое-то животное, что-то вроде крупной ящерицы, с длинными задними лапами и короткими передними, которыми оно ловко доставало шишки с деревьев и лущило их кривым клювом.
– Да, что вообще тут происходит-то?! Где я? Это, что имитация какая-то? – потрясённо, проговорил он.
Андрей повел крестовик вниз по склону. В лесу шагоход будет менее заметен. Оказавшись в лесной полутьме, он завел машину в расщелину. Ему требовалось передохнуть и все обдумать. Травма, какая бы она ни была, давала о себе знать. Андрей настроил автоподачу, лекарств с вдыхаемым воздухом и внутривенно, откинулся назад и уснул.
Проснулся он, только через три часа, солнце за это время даже не миновало зенит, но, о чудо, вся автоматика, включая ИИ крестовика, вновь работала.
«И так, что там у нас по задачам-то?» Он пытался попасть к месту падения стрижа, потерпевшего аварию с этой стороны гор из-за вспышки на Звезде, вот так просто без названия. На запрос Андрея ИИ тут же вывел картинку с места крушения. Челнок зарылся в землю носом, и несколько перекосился. Из открытого люка несколько человек в странной одежде вытаскивали тело космонавта. Другой его товарищ, лежал на земле в луже крови. Оба они были в легкобронированных экзоскелетах и с оружием. Вся картина не позволяла ни секунды сомневаться, совсем недавно возле, упавшей машины, произошёл бой, который, увы, земляне проиграли.
«Стоп! Земляне! А эти-то, тогда кто?» – потрясенно подумал Андрей.
Он запросил стриж. В камере гипобиоза находился раненый пилот, больше живых там не было. В памяти нашлось и видео боя. Похоже, что стриж пытались подорвать, какие-то парни в странных камуфляжных плащах, вооруженные незнакомым огнестрелом, Андрей, впрочем, в старом оружии вообще плохо разбирался. Трое космонавтов отбивались из рельсотронов и гранатомета, прикончив изрядно врагов, но, увы, проиграли. Двое погибли, третий куда-то пропал. Как назло, в момент окончания боя видео оказалось крайне некачественным, и среди мути, почти ничего нельзя было различить.
И так, видимо его направили на подмогу экипажу стрижа, но из-за вспышки на Звезде произошла авария и он не успел. Что ж ни третьего члена экипажа, ни гранатомета не было. Плохо, конечно, но ладно. Сейчас он в любом случае не боец, ему нужно время на восстановление после травмы.
«Так, это у меня контузия. Похоже, что я в тумане напоролся на шаровую молнию просто-таки феерически огромных размеров». – Подумал он.
Всё, что мог сделать Андрей, это выяснить прогноз по вспышкам. До следующей, оставалось ещё, около четырёх местных суток. Узнав это, Андрей запустил программу лечения контузии и погрузился в искусственный сон.
–
Лучики ласкового осеннего солнца дробились маленькими радугами в капельках росы покрывавшей пышные листья папоротника, который покрывал сплошным ковром луг, полого спускавшемся к берегу озера. Голубая водная гладь, едва подернутая легкой рябью, отражала глубокую лазурь утреннего неба. Высоко-высоко в ней плыли легкие перистые облачка. Почти у самого горизонта темнела полоска далекого леса. Утро дышало тишиной и свежестью. Воздух был неподвижен, казалось, каждая травинка, каждый лист боялись нарушить покой, наполнявший всё вокруг.
Осторожно ступая босыми ногами по утоптанной дорожке, Андрей спускался к берегу озера, боясь замочить росой полотняные брюки. Ему было легко и весело. Сейчас, война за место, полностью соответствовавшее описаниям ада, и годы одиночества в космосе, казались просто страшным сном, от которого он наконец-то проснулся. Ему нравилось просто дышать ароматным воздухом, слушать тишину и наслаждаться утром. Дорожка расширилась и его обогнала рыжая девушка ростом едва ли ему по грудь. Легкое платье идеально сидело на её стройной фигуре. Волосы украшал венок, искусно сплетенный из листьев папоротника, она обернулась и одарила Андрея сияющей улыбкой. Казалось, что каждая веснушка на щеках с ямочками тоже улыбается. Глаза столь глубокого зеленого цвета, какого он никогда раньше не видел, лучились смехом. Она протянула руку и, схватив его ладонь, смеясь, сказала:
– Побежали! – и они понеслись вниз к озеру.
Она почти летела легко и грациозно, словно, лань. Там, куда вела дорожка, на берегу стоял длинный чёлн, выкрашенный в белый цвет. Верхняя часть бортов, его была украшена незамысловатым узором. Андрей легко столкнул его в воду и, подхватив миниатюрную красавицу за талию, поставил её в лодку. Потом забрался в неё сам и, взяв со дна лодки весло, оттолкнулся им от берега. Он грёб, а девушка сидела на носу лодки и улыбалась ему. Она опустила руку в прохладную воду, будто гладя утреннее небо. Солнце медленно ползло вверх по небосводу, и солнечные зайчики плясали на её лице, словно, играя с веснушками… А потом он проснулся.
ПКО – противокосмическая оборона
РЭБ – средства радиоэлектронной борьбы – оружие нарушающее работу средств связи, систем наведения, ориентации и/или способное повредить электронику
Глава 2. И снова здравствуйте
Андрей проснулся, тяжело дыша. По лицу струился пот. Сердце неслось сумасшедшим галопом. Он попытался вытереть лоб рукой, но наткнулся на забрало шлема. Точно, он же в крестовике, а что вообще происходит?
Выровняв дыхание, он попил из загубника воды, рециркулируемой внутри экзоскелета. Ещё через минуту он смог наконец-то расслабиться и всё вспомнил. Первым делом Андрей попытался вернуть разгулявшиеся чувства в стойло.
– Она наглая, грубая, напористая и абсолютно безудержная – сказал он себе. – У неё не идеальная улыбка: зубы желтые, а на верхней челюсти нет одного – двойки справа, если не ошибаюсь – говорил он нарочито громко, пытаясь перекричать свои мысли. – Фигура, как у мальчишки, носит, исключительно форму, которая сидит на ней мешком – но эмоции никуда не девались. – А ещё, ещё, у неё коса постоянно растрепана… – его всего трясло. – а глаза… глаза такие… такие – совсем тихо произнёс он – зелёные, как лесной сумрак и веснушки, как солнечные зайчики. Она такая гибкая, стройная, словно… – Андрей со всей силы ударил себя по шлему кулаком – да очнись же ты! Мне нужен алибдин и дозу побольше.
Минут через двадцать ему с большим трудом всё же удалось выкинуть рыжую из головы. Затем он принялся за ежеутреннее дело – планирование рабочего времени. У него было две связанных задачи. Первая выяснить, что случилось с Голубевым. Если тот жив, то вытащить его и отправить в поселение. Врач им, сейчас нужен, как никогда.
Затем, требуется переправить капсулу с Ринчиным через горы. Без дока это мало осмысленно, оперировать-то бурята будет некому, есть, конечно, хирургический робот, но справиться ли он самостоятельно, ещё большой вопрос. Задачей номер два было предотвратить эпидемию среди местных, для этого нужно уничтожить тела, а за одно и тех, кто их трогал и стерилизовать места, где они лежали.
– С чего ж начать-то?– спросил он себя.
Андрей затребовал у Ильича сводку. Результаты его, увы, совсем не обрадовали. Рамирес получив приказ уводить галошу, улетел и пристыковал её и сцепки контейнеров к кораблю. Сам корабль сейчас разгонялся, готовясь пройти червоточину. Команда в гибернации, пытаться связаться с ними без толку.
Их троих просто сочли мертвыми и бросили. Кстати, так же вел себя и Ильич, потребовавший повторного подтверждения полномочий. Предыдущее он аннулировал. Голубев, не понятно жив или мертв, его забрали камуфляжные. Двигались они под кронами деревьев, что сделало их практически невидимыми, так как, отправленный следить за ними, беспилотник большую часть времени бестолково висел в небе потеряв работоспособность. Вместе с доктором утащили и гранатомет.
Тела убитых товарищей, забрали местные военные и отвезли в форт. Кстати, неутомимая искательница отметилась и тут, потребовав воздать почести павшим войнам и сжечь трупы. Какая, однако, прозорливость! Окажись она покрасноречивей, многих проблем можно было бы избежать, но, увы, её откровенная грубость и напор в общении со старшими по возрасту и званию привели к результатам полностью обратным желаемым.
На первый взгляд решение очевидно: искать Голубева. Его знания явно будут полезны для борьбы с эпидемией. Уже полным-полно народу контактировали с телами космонавтов, и кишечная палочка, протей или ещё какая-нибудь зараза относительно безопасная для людей и смертельная для местных, скорее всего уже начали свое распространение.
На этой мысли перед его взглядом с чудовищной натуралистичностью предстало лицо рыжей искательницы. Землистого цвета, словно постаревшее и заострившееся. Зеленые глаза, уже подернутые смертельной пеленой глубоко запали. Сухие губы потрескались. Страшная картина дизентерии, виденная в учебных фильмах, удивительно хорошо ложилась на этот мир. Сейчас Андрей ненавидел себя за то, что долгими сменами на корабле пытался воплотить в жизнь мечту своего детства – стать врачом. Он слишком много прочитал медицинских книг, слишком много раз видел учебные фильмы…
Несколько минут он пытался выкинуть всё это из головы и, наконец, нехотя пошёл на компромисс. В конце концов, где док не известно, так что Андрей решил отправиться к стрижу, благо путь туда был не так далёк. При этом приказал пустить все доступные резервы на поиск врача.
К месту падения он добрался около полудня и, оставив крестовик выше по склону, невидимый двинулся к челноку. Стриж зарылся носом в грунт и несколько накренился влево. Падая он повалил лес оставив широкую просеку.
Местные военные отрядили сюда полсотни охраны. Ниже по склону, по всем правилам, они организовали лагерь. В трещинах и промоинах построили блиндажи, использовав для этого поваленные деревья. При этом не срубили ни одного живого, что скрывало лагерь под кронами. Вокруг стрижа рзместили, отлично замаскированные, секреты. Кстати, просеку оставили пустой, землю здесь разровняли, приглашая незадачливого вторженца под перекрестный огонь.
Андрей минут пять изучал построенную Ильичом карту охраны. Вооружившись станером он, пользуясь своей невидимостью и беззвучием, по широкой дуге обогнул охрану и подобрался к лагерю снизу. С этой стороны его охраняли четыре часовых, между которыми постоянно курсировали два патрульных, проверявших, что делается на постах. Выше по склону находились два секрета по четыре человека в каждом.
Андрею потребовался почти час на приготовления. Он установил беспилотники с голографическими проекторами напротив каждого из постов и выше по склону, так, чтобы они смогли работать на весь лагерь, остальные секреты должны были обрабатываться из стрижа и дополнительных шпионов. Ильич тем временем приготовил объемное изображение и перевел подходящую песенку на местный язык. Андрей отверг несколько вариантов и лишь на пятый раз удовлетворился результатом.
Его учили, что воля – это главное оружие солдата. Сломай её, он запаникует и побежит даже от заведомо более слабого противника. Паника, это незаменимое оружие на войне. «Страх убивает разум» – так говорили древние.
Всего двадцать минут спустя, Андрей двинулся вверх. Тут и там сновали голограммы, отвлекавшие солдат. Это был несколько переработанный фрагмент достаточно популярной в последнее время черной комедии. Ринчин, обожавший ужастики, так ржал в голографической камере, что никакая шумоизоляция не справлялась.
Андрей отрабатывал по каждому встреченному из станера. Оружие выпускало сжатый до предела магнитный поток, при попадании которого точно в голову, человек терял сознание, примерно, на два часа. Земляне не использовали это оружие против военных – уж слишком легко от него было защититься, но сейчас именно оно оказалось в самый раз. Лихов прошёл сквозь лагерь, не спеша, вырубая каждого метавшегося в панике солдата или офицера.
Обогнув стриж по дуге, он вынужденно потратил, ещё почти двадцать минут на солдат которые разбежались по лесу. Потом Андрей вернулся к челноку, приказал выдвинуть лестницу и открыть дверь. Когда он уже поднялся, что-то заставило его обернуться. На краю леса в панике метался молодой солдат. Вырубив и его, Лихов вошёл в челнок.
Первым делом он нашёл запасы медикаментов и конкретно алибдина. Этот препарат, создал один из видных деятелей молодежного антиполового союза тогдашней AUKUS, который чаще называли Океанией. Алибдин эффективно подавлял половое влечение, трансформируя его в агрессию или познавательный интерес в зависимости от ситуации. При этом в отличии от своих предшественников он не разрушал длительно существующие привязанности, но предотвращал появление новых или разрушал формирующиеся.
За почти двести лет применения он прекрасно зарекомендовал себя в армии, море и космосе. Очень долго препарат свободно продавался, практически изменив мир, уменьшив население планеты в семь раз всего за каких-то сто лет. У этого лекарства был лишь один недостаток, который все упорно называли преимуществом. При отмене возникал своеобразный эффект рикошета – формировалась привязанность.
Около ста лет назад, алибдин запретили применять на планетах, где население включало оба пола. Теперь каждый контейнер снабдили мощным ультрафиолетовым излучателем, уничтожавшим препарат, если попытаться его открыть в условиях гравитации. Если, конечно, не ввести при этом специальный код, который, естественно Ильич выдать отказался.
Время было ограничено. Андрей, прихватил контейнер с собой, надеясь, потом как-нибудь взломать защиту, и достать ампулы неповрежденными. Он принимал алибдин с семнадцати лет, сначала в армии потом на корабле и в свои тридцать восемь в плане отношений с противоположным полом остался все тем же мальчишкой, каким покинул Землю.
Забрав лекарство и кое, что ещё по мелочи, Андрей проверил капсулу гипобиоза, в которой лежал Ринчин. Тот был в состоянии приостановленного обмена веществ и мог так храниться ещё очень долго без каких либо изменений. Потом Лихов нашел пергидроль, распылитель и шашки пиросостава, горящего при температуре около десяти тысяч градусов Цельсия. Ему потребовалось еще полчаса, чтобы с помощью трех роботов с борта стрижа пролить почву шестипроцентной перекисью водорода. Затем погрузив свою добычу в крестовик, Андрей удостоверился что Ильич не нашел базу камуфляжных и направил шагоход к форту. До следующей вспышки оставалось около трёх с половиной местных суток.
«Страх убивает разум» – цитата из романа Ф. Герберта «Дюна».
Гипобиоз – снижение активности обмена веществ позволяющее сохранять раненного без развития патологических процессов до момента оказания помощи.
Молодёжный антиполовой союз – молодёжное крыло партии Океании – вымышленного государства из романа Дж. Оруэла «1984»
Глава 3. Тили-тили-бом
Близился обед и всех часовых, включая Риньша, неумолимо клонило ко сну. Дозорные, ходили между постами всё медленнее. Риньш был молод. Армия казалась ему лучшим способом сделать карьеру, ведь здесь совсем не важно, кто твой отец. Правда?
После войны с западянами, в армию больше не валились толпы благородных, мало кто из них был готов сражаться с противником, превосходящим во всём. К тому же западяне не слышали об обмене пленными. И правда, кто в здравом уме отдаст такую игрушку?
Он много раз слышал о том, как удавалось отбить тех, кто провел в плену несколько месяцев, им даже показывали тех немногих, кого всё же удалось выходить. Его трясло от одного воспоминания об увиденном.
Риньш сын Шийра из рода Иш рядовой
Солнце ласково гладило его лицо, пробиваясь сквозь густую хвою деревьев. Однако в какой-то момент, которого Риньш не заметил, посреди яркого дня постепенно стало темнеть. Звуки тонули в необычном шуме. Он был негромкий и очень странный, сразу же высокий и низкий. Вдруг на грани слышимости раздался нежный, словно, колокольчик детский смех.
Сначала далеко-далеко, секунду спустя он стал ближе, но раздавался почему-то, с другой стороны. Вот ещё раз, снова далеко, а потом, снова близко. Смех запутывал. Риньш нервно крутил головой, не в силах сбросить с себя наваждение, остальные осеняли себя священными знаками, их примеру последовал и он, но это мало помогало. А потом среди смеха стали появляться слова. Ребенок произносил их тихо-тихо, но все их слышали. Девочка пела
Тили-тили-бом – закрой глаза скорее.
Вокруг становилось всё темнее, будто что-то поглощало солнечный свет. Нежный, как колокольчик девичий голосок продолжал.
Дили-дили-бом всё скроет ночь немая.
За тобой идет она и вот-вот поймает…
По лесной тропинке вверх по склону легкой походкой шла девочка, которой вряд ли перевалило за десять. Волнистые почти белые волосы свешивались на грудь, обрамляя почти ангельское личико, на ней было небесно-голубое платье подол, которого закрывал даже ступни. На абсолютно ровном цвете ткани, ярко, словно, светясь в сгущающейся темноте, выделялись алые брызги ещё не успевшей засохнуть крови. Её смех продолжал метаться, то удаляясь, то снова слышался всё ближе….
Тили-тили-бом – Ты слышишь, кто-то рядом?
Притаилась за кустом и пронзает взглядом.
Девочка стала легко пританцовывать, словно перышко, кружась на месте, вновь и вновь, то удаляясь, то приближаясь, оказываясь, то справа, то слева. Песня лилась ровно и настолько мелодично, что, казалось, петь так, человек, просто не способен. Её голос гипнотизировал. В навалившейся тишине, остался только он один. Наверное, всё в мире замерло, слушая её песню. И вот она, похоже что, подошла к концу…
Она идёт… Она уже-е… БЛИЗКО!
Последнее слово она грубо выкрикнула. Волосы отлетели от страшно изменившегося лица. Кожа была мертвецки бледна. Её покрыли омерзительные пятна тления и сеть темных сосудов. Теперь стал, виден, измазанный в ещё свежей крови, рот, в котором торчали кривые желтые клыки. Под белёсыми густыми бровями с невероятной для ребенка злобой выпучились бледные бельма, заменявшие твари глаза…
Часовые открыли беспорядочную пальбу. Огонь и дым вылетали из стволов, озаряя жуткие сумерки, поглощающие всё вокруг. Однако ни один, даже самый слабый звук, не смог пробиться сквозь звенящий в ушах шум. В сумерках фигура девочки оставалась единственным ярким пятном, волосы вновь закрыли отвратительную харю. Танцуя, она появлялась, то тут, то там, даже не замечая попадающих в неё пуль.
Вдруг дозорный, оказавшийся рядом с Риньшем, рухнул на землю, словно подкошенный. Винтовка вылетела из его рук и заскользила вниз по склону. Парень, выстрелил по чудовищу, потом ещё и ещё раз, подбежал к товарищу и склонился, нащупывая артерию на шее. Сослуживец был ещё жив, но, как Риньш не тряс его, тот не желал приходить в себя.
Он рванулся вглубь лагеря, по пути меняя магазин. Парень надеялся найти помощь. Увы среди блиндажей и палаток, он увидел сослуживцев, лежавших на земле то тут, то там в вперемешку с ящерами. Наверное, они пытались бежать, как и он. К одному из них склонилось чудовище. Отодвинув белые волосы рукой, покрытой трупными пятнами, оно тянулось к его шее. Риньш, рванулся к ним, пытаясь ударить тварь прикладом, от которого та со смехом увернулась, оскалившись в злобной ухмылке. Мгновение и она оказалась в нескольких шагах. Вот она вновь склонилась над бессознательным телом ещё одного парня, совсем ещё мальчишки.
Риньш, упав на одно колено, выстрелил. Тварь протянула в его сторону руку, словно стряхивая с неё что-то. Она прогоняла его, как назойливую муху. Парень, передернул затвор, осенив себя священным знаком, и снова выстрелил. На мгновение наваждение мигнуло. Риньш увидел солнечный свет, заливавший всё вокруг, но почти сразу мир затопила темнота и навязчивый смех, словно, звон тысячи колокольчиков исходящий сразу отовсюду.
Он закричал, но рот его, лишь бессмысленно открывался, не издавая ни звука. Чудовища вдруг оказались везде, теперь их стало много. Они тянули свои омерзительные руки к нему. Склонялись к его бездыханным товарищам.
В панике Риньш рванулся вверх по склону. Он нажимал на спусковой крючок, вновь и вновь, передергивая затвор своей винтовки. Увы чудовища, кажется, даже не замечали попадавших в них пуль. Он делал, то единственное разумное, что ему оставалось – отступал. Внезапно, он вылетел к секрету, тела бездыханных сослуживцев беспорядке лежали на земле.