Айрин

Неодобрительно поджав губы, принцесса некоторое время наблюдала. Устав от громкой брани, повелительно произнесла:

– Перестань! – И добавила: – Всё равно без толку. Побереги силы.

Вздрогнув от неожиданности, человек обернулся.

– Ты?! – воскликнула Айрин, узнав рыцаря.

Вскочив, принцесса кинулась к решётке.

– Эй! Я не желаю находиться рядом с этим жалким подобием рыцаря! Уберите его сейчас же, либо выведите меня!.. Ты слышишь, мерзавец?! – обратилась она к подошедшему на крик палачу.

Глаза, неясно блестевшие в прорезях маски, оглядели её с ног до головы. Не проронив ни слова, палач удалился.

– Ублюдок! – кинула вслед принцесса. – Попадёшься ты мне…

Развернувшись, она уставилась на сокамерника тяжёлым взором. Рыцарь попытался ответить тем же, но не сумел и принялся рассматривать грязные неровные стены с ползающими мокрицами. Когда разглядывать стало нечего, он отошёл подальше, присел на корточки и закрыл глаза.

Принцесса опустилась на пол подле решётки, продолжая следить за соседом по темнице. Постепенно любопытство начало брать верх над неприязнью и, не выдержав, Айрин спросила:

– И как же ты оказался в этом уютном местечке?

Рыцарь открыл глаза и недоверчиво посмотрел на девушку.

– Наградили за хорошую службу, – буркнул он.

– Как так?

Рыцарь тяжело вздохнул.

– Оставшись в живых, я совершил ошибку. И барон решил её исправить.

– Хороший у тебя господин, – криво улыбнулась принцесса.

– Он всегда отличался крутым нравом. А узнав, что вы убили его сына, стал опаснее бешеного медведя. Удивлён, что барон не изрубил вас на месте…

– Его сына?

– А ты не знала? Рен Стан-Киги, единственный отпрыск барона. Как раз тот, кого ты прикончила.

– Он это заслужил, – в задумчивости Айрин обхватила согнутые колени. – Всё хуже, чем я предполагала. Этот человек может не согласиться на выкуп…

– И не надейся.

– Что, по-твоему, нас ожидает?

– Смерть. Медленная и мучительная, – обнадёжил собеседник. – В этом деле барон большой выдумщик.

– Понятно, – опустив глаза, принцесса умолкла.

Не видя солнца и звёзд, Айрин не понимала, сколько времени прошло с того момента, как её бросили в камеру. Она словно застряла в бесконечном кошмарном сне, среди тревожного полумрака, вони и стенаний.

У двери возникла тёмная фигура. Не говоря ни слова, палач пропихнул в камеру покрытую пятнами деревянную миску с подгнившими овощами и черпак с мутной водой.

Рыцарь и принцесса побрезговали едой. Поочерёдно напившись, вновь разошлись по разным углам.

Через некоторое время Айрин забеспокоилась. В который раз оглядев камеру, подошла к решётке.

– Эй! Мне срочно нужно выйти!

Видя, что на призывы никто не реагирует, принцесса, сжав кулаки, посмотрела на рыцаря.

– Ты, – девушка буквально выдавливала из себя слова, – подойди к решётке и смотри в коридор. Не вздумай оборачиваться. Повернёшься без разрешения – убью.

Лицо мужчины поначалу выразило недоумение. Затем рыцарь кивнул. Приблизившись к двери, он положил запястья на поперечную перекладину, так, что кисти расслабленно повисли снаружи.

– Делай своё дело.

Принцесса, с горящим от стыда лицом, присела в углу.

– Пожалуй, присоединюсь, – вдруг громко объявил сокамерник.

Развязав верёвочку, он приспустил брэ. Зажурчала бьющая в коридор струя.

– Пусть теперь походят здесь, мухоблуды!

Затем рыцарь сокрушённо хлопнул себя по лбу:

– Разорви мне задницу – надо было дождаться, когда кто-нибудь из проклятых палачей проковыляет мимо!

Принцесса невесело улыбнулась. И тихо произнесла в спину рыцарю:

– Благодарю.

Тот лишь неловко махнул рукой.

…Дорогу возле лассиского замка затянуло молочно-белым туманом. Айрин неуверенно ступала босыми ногами по влажной траве, пытаясь хоть что-то рассмотреть в густой клубящейся мути. Справа мелькнула неотчётливая человеческая фигура.

– Папа? – позвала принцесса. – Папа, я замёрзла…

Не откликаясь, человек медленно удалялся, покуда совсем не исчез. Со слезами на глазах Айрин осела на холодную землю. Дрожа, озиралась, пытаясь понять, как вернуться домой.

– Поднимайся! – прогремел из пустоты грубый мужской голос.

– Кто… – начала говорить принцесса, но её оборвали.

– Поднимайся!

Бок заныл от удара. Айрин, просыпаясь, разлепила глаза и увидела нависающего над ней палача.

– Поднимайся! – он снова пнул её сапогом.

Потеряв терпение, палач, наклонившись, схватил девушку за руку и рванул вверх. Оказавшись на ногах, принцесса изо всех сил двинула пяткой ему в колено. Одновременно ткнула пальцами в лицо, целясь в прорезь маски. Охнув от боли, палач отшатнулся. Айрин выскочила в открытую дверь и помчалась по плохо освещённому узкому коридору.

Палач, хромая, вывалился из камеры. Захлопнув решетчатую дверь, принялся кричать, поднимая тревогу. Откликаясь на зов, со всех сторон поспешили его собратья. Один, натолкнувшись на заплутавшую в хаотичных переходах принцессу, вцепился ей в волосы:

– Она здесь!

Айрин ударила палача в горло, но не попала. Противник, в свою очередь, отвесил оплеуху, от которой у принцессы загудела голова. Тем временем подоспели остальные. Сильные руки схватили Айрин за шею, ухватились за руки и за ноги. Кто-то ещё раз ударил её: теперь в грудь. Девушку затащили в пыточную камеру и сковали цепью. После отволокли к лестнице, где ожидали солдаты.

Оказавшись во дворе замка, принцесса зажмурилась от бьющего в глаза солнечного света. Ощущая тепло, она жадно вдыхала сладкий воздух, который не портил даже запах лошадиного навоза.

Конвоиры потянули Айрин к паласу – строению, где находились покои хозяина. Принцессу быстро провели по длинной галерее, мимо ряда высоких двустворчатых дверей. Некоторые были приоткрыты: за ними виднелись богато украшенные помещения, достойные короля. Галерея упиралась в каменную лестницу. Поднявшись на второй этаж, солдаты передали пленницу коренастому бородачу в сине-жёлтых одеяниях. Золотая цепь на шее и меч у пояса демонстрировали рыцарское звание.

– Идём, – мужчина провёл Айрин по коридору и распахнул перед ней очередную дверь. – Входи.

Принцесса очутилась в просторном зале с высоким куполообразным потолком. Вдоль стен, сплошь затянутых ослепительно белыми драпировками, располагались длинные многоярусные подставки, уставленные горящими свечами. Их было так много, что, казалось, будто воздух сияет от бесчисленных огней.

В зале не было никакой мебели. Только в самом центре возвышалась большая прямоугольная платформа, накрытая белоснежными мехами. Напоминая горный ледник, пушистые шкуры свисали до самого низа и словно растекались ещё на несколько шагов вокруг.

На платформе покоилось тело, укутанное златотканым полотнищем, расшитом чёрными волчьими головами. По сторонам возвышения замерли два рыцаря в полном облачении и знакомых Айрин жёлтых накидках. Один держал щит с гербом, другой – обнаженный меч.

В стороне, заложив руки за спину и склонив голову, расхаживал взад-вперёд владелец замка. Услыхав шаги, он исподлобья поглядел на вошедших. Жестом приказав сине-жёлтому рыцарю отойти в сторону, приблизился к принцессе. Вздёрнув подбородок, девушка бесстрашно смотрела ему в глаза.

– Твоё имя? – с угрюмым спокойствием спросил Юрг Стан-Киги. – Откуда ты?

– Айри, дворянка из Лассиса.

– Где это? – нахмурился барон. – Никогда не слышал.

Айрин сама не представляла, в какой стороне находится дом. Поэтому указала первое пришедшее в голову направление:

– На юге, за большим горным хребтом.

– Что делаешь здесь? – продолжил допытываться Стан-Киги.

– Не твоё дело, – принцессе надоело это дознание и она перешла в атаку. – По какому праву ты прервал моё путешествие?

Барон с удивлением посмотрел на неё. Таким тоном с владетелем Маскрга не осмеливались говорить даже столичные вельможи.

– Ты невоздержанна на язык, – он покачал головой. – Но это легко исправить.

Стан-Киги вновь принялся прохаживаться из стороны в сторону.

– Что ты думаешь делать с нами? – Айрин не собиралась заканчивать разговор. – Смотри на меня и отвечай!

Вопреки характеру, барон ничем не выразил недовольства. Остановившись и заложив большие пальцы рук за пояс, украшенный золотыми бляхами, он принялся изучать принцессу, скользя взглядом с головы до ног.

В зал вошли солдаты, волоча Ук-Мака. Поставив его на ноги рядом с принцессой, воины отступили на несколько шагов.

– Дерел! – не удержалась от сочувственного возгласа Айрин, увидев сухие распухшие губы, почерневшую шишку на скуле и струйку крови, стекающую справа из-под растрёпанных волос. Руки рыцаря были скованы. Проследив направление её взгляда, Ук-Мак позвенел цепью и, морщась от боли, пояснил хриплым голосом:

– Напал на стражников.

– А я – на палачей, – продемонстрировала оковы Айрин.

Рыцарь улыбнулся, отчего подсохшая рана на губе разошлась и закровила.

– Молчать! – вмешался барон.

Уставившись на Дерела, он повторил вопросы, что ранее задавал принцессе. Демонстративно игнорируя его, Ук-Мак обратился к девушке:

– У тебя случайно не найдётся попить? Мне не дали ни капли воды с момента, как мы здесь очутились. По-моему, здешний хозяин жмот и невежа.

Юрг Стан-Киги судорожно сжал кулаки. Его ноздри широко раздувались. Усилием воли взяв себя в руки, барон мрачно произнёс:

– Дерзите и показываете отвагу? Это вам не поможет. Вы просто ещё не понимаете, что вас ждёт.

– И что же?

Барон осклабился:

– Всему своё время. Но знайте: вы дорого заплатите за смерть моего сына!

– Твой сын первым напал на меня! – сказала Айрин. – И я победила в честном бою! Ты не смеешь задерживать нас за это!

– Не говори, чего я смею, а чего – нет! – взорвался Стан-Киги. – Ты, змея, лишившая меня всего! Я годами трудился и сражался, преумножая богатство и власть! И кому теперь я передам всё это?! Ты забрала смысл моей жизни!

В неистовстве он шагнул к принцессе. Дерел преградил ему путь. Барон, не останавливаясь, мощным толчком отшвырнул рыцаря в сторону. На упавшего сразу набросились солдаты, пиная и прижимая к полу.

Стан-Киги приблизил лицо к лицу Айрин. Его глаза налились кровью, а чёрная раздвоенная на конце борода, с длинной седой прядью, начинавшейся у губ, тряслась.

– Хочешь узнать, что вас ждёт?! Хорошо, я расскажу. Ты возместишь мою потерю. Отобрав одного сына, дашь другого. Ты родишь мне наследника!

– Я лучше умру! – побледнев, отшатнулась принцесса.

– Непременно умрёшь, даже не сомневайся! Но после того, как выкормишь рождённого для меня ребёнка!

– Мерзавец! – Ук-Мак разъяренно бился на полу, пытаясь сбросить наседавших на него ратников. – Я доберусь до тебя!

– Кто он? – спросил барон девушку, больно обхватив пальцами её нижнюю челюсть. – Твой телохранитель? Муж? Любовник?.. Неважно. Завтра на рассвете мы похороним Рена. А потом я займусь этим человеком. Я буду рвать его плоть кусок за куском. А ты будешь смотреть на это. И запоминать. Потому что, после того, как выплатишь долг крови, умрёшь точно так же! А до того момента будешь постоянно думать об ожидающей тебя смертельной пытке!

Остервенело оттолкнув принцессу, Юрг Стан-Киги подозвал рыцаря в сине-жёлтом:

– Гринз, верни девку в подземелье. Распорядись, чтобы ей не причиняли вреда. Она нужна мне живой и здоровой. А это крысиное отродье, – указал он на Дерела, всё ещё бешено ворочавшегося под весом навалившихся солдат, – обратно в мешок!

– Слушаюсь, – склонил голову Гринз.

Рыцарь, подрагивая от холода, взял двумя пальцами тёмный сморщенный корнеплод. С брезгливостью оглядел и, задержав дыхание, надкусил. Попытался жевать, но вскоре выплюнул. Подумав, что сдохнет от голода раньше, чем барон решит его убить, принялся ходить по тесной клетушке, словно пойманная рысь.

Послышались шаги, заскрипела дверь. В камеру втолкнули Айрин. Рыцарь застыл, увидев, как девушка, ранее выглядевшая решительной и опасной, бессильно опустилась на пол и разрыдалась.

Воин в смятении глядел, не зная, что предпринять. Оставить и пусть себе страдает? Всё равно ей не помочь. Да и зачем? Разве не из-за неё он оказался здесь? Но она сохранила ему жизнь…

– Барон умеет ломать людей, – с нарочитой лёгкой издёвкой проговорил рыцарь, надеясь, что девушка, разозлившись, придёт в себя. – Но я думал, ты ему не по зубам.

Не видя никакой реакции, мужчина понял, что дело обстоит куда хуже, чем он предполагал. Присев рядом с сокамерницей, положил руку ей на плечо.

– Что там произошло?

Совершенно подавленная уготованной участью, принцесса рассказала.

– Он превзошёл сам себя, – ужаснулся воин. – Придумать такое…

Встав, прошёлся по камере, напряжённо размышляя. Тихо пробормотал:

– Один хрен подыхать…

Повернулся к Айрин.

– Эй! Ты пощадила меня, и я готов выплатить долг. Если пожелаешь, я избавлю тебя от позорной участи и пыток.

– Как? – подняла мокрое, грязное лицо принцесса.

– Убью тебя.

Несколько мгновений Айрин смотрела на него пустым взглядом. Затем её глаза сверкнули.

– Как тебя зовут? – она поднялась, утирая слёзы рукавом.

– Брауг Лу-Оту, из рода Лу-Оту.

Воин с удивлением наблюдал за тем, как несчастная отчаявшаяся узница за несколько ударов сердца преобразилась в хладнокровную повелительницу. Потому что только у королевы могла быть столь величественная осанка и такой властный голос. И лишь венценосной особе дозволялось произносить форму полного помилования:

– Рыцарь Брауг Лу-Оту, из рода Лу-Оту, ты прощён за все свои прошлые деяния! Иди с миром, и да не будет причинён тебе никакой вред: ни оружием, ни огнём, ни верёвкой, ни любым иным способом!

Поражённый воин с почтением поклонился:

– Благодарю, госпожа.

Девушка широко улыбнулась:

– А теперь, Лу-Оту, окажи милость, убей меня…