Код доступа 12.2020

Глава 3

Минут через тридцать Ольга остановила свой скутер на стоянке больницы. Взяв пакет с передачей для Дениса в одну руку, а шлем в другую она поднялась в отделение больницы. Медсестра оказалась на месте, и она передала ей документы Дениса. Сделав записи в истории болезни, дежурная вернула документы, и Оля направилась в палату.

– Привет! Как твоя голова? – спросила она, целуя Дениса в щёку. – Как спал?

– Голова на месте, а спал как младенец. Ты документы привезла?

– Держи. Вернёшь их матери, она приедет в обед. Дежурная сестра записала всё, что нужно. Завтракать будешь? – спросила она, доставая продукты из пакета. – Фрукты прямо из магазина, перед едой хорошо помой. Ты хорошо устроился, – добавила она, оглядывая палату. Она была небольшой на две кровати и своим санузлом.

– Скоро Максима сюда переведут. Палата платная, больница рядовая. Королёв оплатил палату и меня это не особо радует.

– Тебе терпеть соседство с Максимом какие-то двое суток – справишься. Ешь и не жалуйся. Не будь ты таким упёртым, сидел бы вчера дома и был бы здоров. Что тебе привезти вечером?

– Приезжай завтра с утра, а пока расскажи: как восприняли твои домашние то, что случилось?

Пока Ольга рассказывала о визите к сестре и «выговоре» дома, Денис позавтракал. Ольга собралась уходить, убрав следы завтрака и помыв яблоки, когда в палату санитар вкатил каталку с Максом. Следом за ней вошли отец и мать Королёва. Они помогли устроить сына на кровати, присели рядом и тихо переговаривались.

– Денис, извини, можно мне познакомить твою девушку с Максимом? – спросил Королёв. – Он теперь просто обязан, если и не жениться на ней, то дружить, – сказал он, улыбнувшись. – Да и мы с женой должны познакомиться с ангелом, который помог нашему сыну.

Ольга взглянула на Дениса, сжав его руку своей ладонью. Она встала со стула, отпустив руку Дениса, и подошла к кровати, на которой лежал Максим, сжав руками её спинку.

– Нам нет нужды знакомиться. Я с вами со всеми знакома, – сказала она, оглядывая присутствующих по очереди. – Вас, Алла Анатольевна, я запомнила именно по рыжим кудрявым волосам. Это после Вашего визита к нам, мой отец нас с мамой оставил. А Вам, Сергей Викторович, трудно узнать собственную дочь через пятнадцать лет? Что касается вашего сына, то ему следовала вместо моей крови вколоть яд. Я поздно опознала его по родимому пятну на плече, но слишком долго помнила пьяную физиономию, которая пыталась изнасиловать меня восемь лет назад. Мне было всего четырнадцать лет, но его это мало волновало, – говорила с горечью и обидой Ольга.

– Не было изнасилования, – тихо возразил Максим. – Может я и отморозок, но не до такой степени. Тормозов не было, не отрицаю.

– Потому и не было, что ты получил удар бутылкой по голове, который нанесла моя сестра. Я месяц не разговаривала от стресса, а ты продолжал жить с чистой совестью. Тебе плевать на всех, кроме себя любимого. Ты, таким образом, развлекаешься. Что бы ты сделал, окажись твоя сестра на моём месте. Оценила бы она такую шутку? У тебя не тормозов не было, а мозгов. Чувствовал вседозволенность и безнаказанность. Такая белая кость, голубая кровь, а на самом деле дерьмо, ничего не представляющее из себя. Я вас всех ненавижу. О какой дружбе вы говорите? – сказала она, со слезами на глазах и вернулась к Денису. – Я поеду, увидимся завтра. Прости.

– Лёля, куда ты поедешь в таком состоянии? – спросил он, поднимаясь с кровати. – Выйдем на улицу, посидим на скамейке, ты успокоишься и поедешь. Я не хочу, чтобы ты лежала в соседней палате после аварии.

Денис вернулся в палату минут через сорок. Всё это время родители и сын «переваривали» истории знакомства каждого с Ольгой.

– Денис, на чём уехала Ольга? – спросил Королёв.

– На скутере. Вы не переживайте, она с транспортом дружит лучше чем кто-либо. Это она пригнала машину Макса на стоянку. Вы действительно не видели дочь столько лет?

– Видел, но не общался. Оправдываться глупо. Я виделся с её бабушкой, многое о ней знал. Обещание не видеться с дочерью было неким условием. Этим я себя и оправдывал. Позже её мать вышла замуж, у Оли появился отчим, сестра и я не мог нарушать эту идиллию. Так время и прошло, но я никогда о ней не забывал – наблюдал, делал фото и всё чего-то ждал.

– Её бабушка умерла в прошлом году, но живут они в том же районе. Вы теперь понимаете, почему наша дружба с Максом закончилась? Одно дело спать с подружкой по согласию, другое – быть животным.

– Где ты её нашёл и когда? – спросил Максим.

– Мой однокурсник дружит с её сестрой. Он и познакомил меня с Ольгой. Я и предположить не мог, что это она, разговоров между нами на эту тему не было. Теперь я понимаю, почему она такая недотрога. Она боится нашего брата.

– А сестра у неё откуда?

– Светлана Николаевна вышла замуж за Ольховского, у которого была дочь, ровесница Ольги. Девчонки учились в одном классе и «поженили» родителей. Валерия редко, но встречается со своей матерью. Допрос окончен?

– Ты, Денис, не сердись. Мне трудно принять то, что здесь произошло. Я потерял не только совесть, но и чувство долга. Вряд ли Оля узнала меня через столько лет, если бы не интересовалась моей персоной. А если интересовалась, то с какой целью? Она нас ненавидит и не скрывает этого, – задумчиво говорил Королёв.

– Что будешь делать? – спросил Максим.

– Не знаю, но в одном я уверен точно – как раньше уже не будет. Мы все приложили руку к её ненависти к нам.

– Ей нужно время, так же как и нам, – сказала мать Максима. – Денис, ты знаешь её, что посоветуешь?

– Не трогайте её, не лезьте со своими раскаяниями, – хмуро ответил Денис. – Не думайте, что она будет вам мстить и портить жизнь. У Ольги не тот характер. Она сказала всё, что о вас думает и этого ей достаточно. Её не будет волновать даже то, что вы слушали, но не услышали. Постоять она за себя теперь сможет, да и обидеть не каждый рискнёт. Вы видели её на записи.

В воскресенье, навестив Дениса, который теперь спускался к ней в парк, Оля собралась «оседлать» скутер, когда её окликнула Карина Королёва.

– Оля, мы можем с тобой поговорить? – нерешительно спросила она.

– О чём?

– О ком, так будет точнее. Я хочу поговорить с тобой об отце.

– Карина, я не хочу иметь ничего общего с вашей семьёй. Я сказала вчера всё, что думала. Не добавить, не убавить мне нечего. Развод родителей – это дело взрослых, но как можно забыть о собственном ребёнке? Ты мне это можешь объяснить? Ладно, ребёнок мал и многого не понимает, но что ему мешало, когда я подросла, стала взрослой. Нужно иметь каменное сердце, чтобы не вспоминать о дочери пятнадцать лет, – в сердцах говорила Оля.

– Остановись! Я многого не знаю, понимаю ещё меньше, но не говори о том, чего ты не знаешь. Взгляни на это, – сказала Карина, доставая из пакета небольшой фотоальбом. – Идём, присядем на скамейку.

Ольга приняла из рук Карины альбом и присела на скамейку, где пять минут назад сидела с Денисом. Карина присела рядом. Оля открыла альбом и увидела свою фотографию. Здесь ей было года полтора. Дальше шли фото лет до семи. Их было штук шесть. Оля первоклассница на торжественной линейке, Оля на пьедестале почёта в бассейне, ей лет восемь, она в парке, на картинге, катке. Несколько фото крупным планом, где она позирует фотографу, это заметно. На них Ольге от десяти до шестнадцати лет. В домашнем альбоме таких фотографий нет. Целая «фотосессия» сделанная в парке. «Я не помню, кто и когда меня фотографировал, но это я, – думала она, листая альбом. – Это мой выпускной вечер в школе и без Леры. Невероятно. Фото сделаны не любителем, не тайно и не случайно. Тот, кто их делал, был профессионалом. На снимках есть дата. Это я уже студентка. Это я со своим конём. Вручение диплома в университете. Кто подарил мне этот букет я так и не выяснила».

– Откуда эти фотографии? – спросила Оля, закрывая альбом и передавая его Карине.

– Из стола в кабинете отца. Лет до пятнадцати я ненавидела тебя, ревнуя к отцу, и альбом прятали в сейф. Папа поговорил со мной всего один раз. Мы так мирно с ним редко разговаривали. Он объяснил мне кто на фото, сказал, что скучает. Я взяла с него слово, что он не встречается с тобой, а я не трогаю его альбом. Глупо, но я и сейчас ревную его к тебе. Отец никогда не забывал о тебе. Если не хочешь разговаривать с отцом, поговори со своей мамой.

– О чём? Отец ушёл от одного ребёнка к двум детям – это не преступление. Беда в том, что я лет пять ждала и надеялась на его приход. Мне нужен был отец, пусть и не воскресный, а раз в месяц или в день рождения. Разве я многого хотела? Тебе этого не понять. Потом у меня появился отчим, и вся моя любовь досталась ему. Он очень внимательный и заботливый. Есть вопросы, которые мне решить лучше с ним, чем с мамой, а Лере, его дочери, легче с моей мамой. Лера встречается со своей матерью пусть и не часто. Ты мне ответь: что мешало твоим родителям признать меня, познакомить с вами и, возможно, дружить, если мои родители мирно расстались? Молчишь? Вот и я этого не понимаю, – говорила грустно Оля. – Я могу согласиться с тем, что он не забыл обо мне, но мне это что дало? Я последние года четыре знаю о нём многое – что это ему даёт? Ему станет легче, узнай он об этом? Я знаю, где он живёт, где работает, чем интересуется, что любит. Узнала его в больнице, а он, при наличии фото, меня не узнал. Я поговорю с мамой, могу поговорить и с отцом, правда, не знаю о чём. Видишь ли, у нас хорошая дружная семья. Мы прожили вместе десять счастливых лет. Я называю отчима папой, и не хочу что-то менять. Королёва, наверное, смогу понять и простить, но принять не обещаю. И дело здесь ни в нём самом, а скорее в Максиме. Мне слишком дорого обошлась его манера развлечения, а манера пришла от воспитания. То, что я заговорила через месяц – заслуга психолога, а вот то, что я не могу нормально общаться с молодыми людьми – «заслуга» твоего брата. Я в каждом из них вижу потенциальную угрозу, как только они берут меня за руку. Это нормально? Извини, мне нужно ехать. – Ольга вернулась домой и, в присутствии отчима, после обеда, рассказала о своей вчерашней встрече с Королёвыми, о сегодняшнем разговоре с Кариной. – Мам, я сегодня видела свои фото в альбоме Королёва за последние пятнадцать лет и хочу знать: почему он ушёл и на каких условиях? Рассказывай всё.

– Рассказывать особо не о чем, – ответила грустно Светлана Николаевна. – Тебе было года три, когда твой отец стал пропадать вечерами. Мой отец болел, нам с мамой зарплату задерживали, денег не хватало, и я считала, что он пытался как-то поправить наше финансовое положение. Через год он нашёл хорошую работу, но стал два-три дня в неделю и один выходной проводил вне дома. Я поздно заметила перемены в нём. Папа умер, мама заболела, дом, ты, работа – у меня не было времени на мелочи. Он был хорошим отцом, заботливым мужем и меня это устраивало. Я оправдывала его тем, что при его нагрузке нужна и разгрузка. Всё оказалось гораздо сложнее. Тебе было семь лет, когда к нам пришла Алла, его любовница. От неё я узнала, что они дружили с твоим отцом ещё в школе. Она вышла замуж сразу после школы, но ребёнка родила от него. Встретились они с отцом не случайно. Это она устроила его на работу в строительную компанию своего отца и мужа. Стали встречаться. Она развелась с мужем и родила твоему отцу дочь. Сын старше тебя на четыре года, а ты старше их дочери на четыре года. Это Алла предложила мне выход из ситуации. Мы с ней обе понимали, что эта ситуация будет тяготить и его, и нас. Королёв потеряет работу расставшись с ней, а мы лишимся средств к существованию. Если я дам ему развод, отец будет выплачивать нам алименты, помогать материально, оставит нам квартиру, а бабушку устроят в хорошую клинику. Я недолго думала, узнав о двух детях. Сергей не оправдывался, а мне было нелегко простить измену. Он знал мой характер, ведь мы прожили вместе восемь лет и были, казалось, счастливы. Мне было очень больно, и я хотела сделать больно ему, запретив видеться с тобой. В то время мне жить не хотелось, но я понимала, не дай я ему развод – он будет метаться между семьями. Тех отношений, которые были, не будет, а меня ждёт ревность и неопределённость. Я дала согласие на развод. Уходя, он сказал, что всегда любил меня, а Алла – это страсть, которая уходит и приходит, – с грустью сказала мать Оли и замолчала.

– Всё это неприятно, мама, но почему ты не рассказала мне всего раньше? Ты все мои детские разговоры об отце пресекала в корне. Тебе было удобно, что я с каждым годом любила его меньше и начинала ненавидеть? Это твоя месть за его предательство? Папа позволял Лере видеться с матерью, ты это одобряла, а сама не сказала мне правды об отце. Я его не оправдываю, но ты не имела права мне столько лет лгать, придумав отъезд, – говорила Оля, глядя на мать.

– Королёв мог нарушить моё условие в любое время. Не думаю, что мои слова остановили бы его. Разве не так?

– Возможно, ничего бы и не изменилось, но я бы знала, что меня не бросали. Ты помнишь, как я его ждала и что ты мне говорила? Тебе было больно, а мне нет?

– Оленька, мама виновата, и она это понимает. Это её самая большая ошибка, но солгав однажды, трудно позже сказать правду. Как бы ты восприняла эту правду через пять, десять лет? Поверила или продолжала ненавидеть его? Ты, дочка, успокойся и подумай ещё раз над тем, что узнала. Поговори с отцом, если захочешь, – предложил Ольховский.

– Пап, я буду с ним разговаривать, если он сделает первый шаг, а на маму я обижена за недоверие и обман. Ты не переживай, я тебя очень люблю и мне другой отец не нужен. Может мне пожить временно в квартире бабушки?

– Если тебе там будет спокойнее – перебирайся. Только там же нет ни плиты, ни холодильника. Один диван и тот просится на свалку. Собери вещи в сумку, постель, одеяло, подушку, а я перед работой в понедельник завезу. Только это, Лёля, не выход. Ты переедешь вместе со своими мыслями и нерешёнными вопросами.

– Пап, нет у меня никаких вопросов. Ты думаешь, я не прощу маму? Я её уже простила. Ты не видишь, что она сама себя винит? Простить Королёва, а за что? Судя по полученным данным, он обо мне не забывал, а то, что делал это тайно и не встречался, может и к лучшему. Мои отношения с ним могли не сложиться. Что если он этого и боялся? А как бы наши отношения с тобой сложились? Но у меня есть ощущение того, что высказав им всё, я освободилась из плена сомнений. Есть обида, но, ни страха, ни ненависти нет. Думаю, со временем и обида пройдёт. Я справлюсь, пап.

Глава 4

Денис Шепелев попал в компанию «Сибстрой» по просьбе и рекомендации своего одноклассника Олега Гордеева. Его отец был генеральным директором, а сводная сестра руководителем юридического отдела. На работу Дениса взяли, но Олег сразу предупредил:

– Дэн, тебе двадцать два, Маринке двадцать девять. Не хочу тебя пугать, но ты должен понимать, что за пять лет моя сестра мало изменилась. Будь готов к тому, что тебе придётся решать не только производственные вопросы.

– Ты о чём? Зачем я нужен Марине Ильиничне? Ты говорил, что она грамотный специалист, обеспеченная особа, выглядит прекрасно. Зачем ей нужен клерк, вроде меня?

– Дэн, ночью все кошки чёрные. Ты молод, и под её властью. Не поддавайся легко – это совет. Отец знает свою приёмную дочь, да и ты был с ней знаком – это просьба. Ты меня понял?

– Я буду держаться от неё подальше.

– Вот в этом я как раз и не уверен. Ты не мальчик и сам свой выбор сделаешь, только помни о том, что выбраться из её паутины нелегко. Поверь мне на слово.

Первые два года Денис работал в компании без приключений. Работа ему нравилась, зарплата устраивала. Он жил вдвоём с мамой, встречался с девушкой и друзьями и жил как многие. Марина Ильинична была довольна исполнительным и неглупым кадром и общалась с ним только по работе. Всё изменилось как-то сразу на встрече Нового пятнадцатого года. После шумной корпоративной вечеринки, Денис оказался в её квартире. Теперь для него наступили не только ненормированные рабочие дни, но и ночи. Мало кто не догадывался об их отношениях, хотя Гордеева их не афишировала. Эта связь продолжалась месяцев восемь, пока однокурсник Дениса Егор Бондарев не познакомил его с Ольгой Ольховской на дне рождения её сестры. Девушке шёл двадцать второй год, в июне она оканчивала четвёртый курс экономического факультета университета и получала диплом бакалавра. Егор не осуждал связь друга с Мариной, но хотел прервать её, прежде всего из-за Дениса. Ничего серьёзного между ними быть не могло. Денис не комнатная собачка, которую можно держать на коротком поводке. Ему нужна была подруга, а не сексмашина. Ольга была молода, умна, симпатична и понравилась Денису. Между ними складывались дружеские отношения и, как это было не странно, его это устраивало. Через три месяца после знакомства, Денис решил с ней поговорить.

– Оль, ты как ко мне относишься?

– Ты хочешь спросить, почему я с тобой не сплю? Я не готова к близости. Так понятно? – спокойно спросила она. – Это у меня в подсознании. Я не знаю что нужно, чтобы сломать эту преграду. Если тебя что-то не устраивает…

– Не сердись, – перебил её Денис. – Ты мне очень дорога и я не хочу тебя терять. Может ты «сократишь» хотя бы расстояние между нами? Объятия и поцелуи не всегда заканчиваются постелью.

Видимо, Ольга задумалась над словами друга и уже не «шарахалась», когда он её брал за руку или обнимал за плечи. Теперь прощаясь у подъезда дома её родителей, она позволяла себя поцеловать. Тёмный шатен средней комплекции и ростом чуть выше метра восьмидесяти занимался утренней пробежкой, а по выходным посещал спортзал. В его внешности не было ничего примечательного, а вот характер был замечательный. Оставшись десять лет назад без отца с мамой, которая была врачом и большую часть времени проводила на работе, он стал самостоятельным и заботливым. У него остались школьные друзья и однокурсники. Он совершил непростительную ошибку, не порвав отношений с Мариной, после того, как познакомился с Олей. Теперь встречаясь восемь месяцев с Олей, он уже не представлял своей жизни без неё. Эта драка у ночного клуба, больница, донорство, её монолог в адрес семьи Королёвых убедила его в том, что Оля его половинка.

Ольга Ольховская приехала за Денисом в больницу после десяти утра. Денис вышел из здания больницы и помахал ей рукой, но пошёл не в её сторону, а на стоянку. Подойдя к машине, за рулём которой сидела молодая женщина, и, поговорив пару минут, он направился к Ольге. Теперь уже он управлял скутером, а она, обхватив его за талию, была пассажиркой. Через двадцать минут они приехали в квартиру, где Денис жил вместе с мамой. Ни он, ни она не думали, что всё произойдёт именно в этот день. Оля ни в первый раз была в комнате Дениса, но не позволяла ему лишнего, а он не настаивал. Сейчас его поцелуи сводили её с ума, а каждое прикосновение рук вызывало трепет. Она позволила себя раздеть и уже не думала ни о чём, испытывая небывалое наслаждение. Денис со своим богатым сексуальным опытом не мог разочаровать Ольгу, и не был разочарован сам.

– Оля, я тебя люблю и никому не отдам, – говорил Денис, обнимая подругу. – Тебя ничего не беспокоит?

– А должно? – тихо спросила она, не поднимая на него глаз. – Мне неловко, но думаю, это пройдёт. Тамара Андреевна, когда придёт?

– Успокойся. Мама придёт не раньше трёх. Оль, а ты выйдешь за меня замуж, скажем, осенью?

– Ты сейчас говоришь серьёзно?

– А почему нет? Тебе скоро двадцать два, мне двадцать шесть. Думаешь, нам рано жениться?

– Я о замужестве вообще не думала.

– Тебе не хочется иметь семью?

– Не знаю. Я до некоторых пор и мужчин не воспринимала. Ты забыл?

– Прости. Я об этом не подумал. Но теперь мы разобрались с этой проблемой?

– Ты прости мне мою безграмотность. Я и представить себе не могла, что так бывает. Отвернись, я встану, а через час поеду домой.

– Мне не хочется тебя отпускать. У меня два дня больничного листа и я хотел бы не отпускать тебя. Хочешь, поедем завтра на природу?

– Хочу. Я заеду за тобой часов в десять. Устроит?

Два дня они провели вместе. Денис вышел на работу, теперь они встречались по вечерам и в выходной. Перед обедом двадцать восьмого июня, Оля получила сообщение от Дениса «13:30 ресторан «Причал». Оля знала это место. В прошлом прогулочный теплоход превратился в дорогой ресторан. Она оставила скутер на стоянке и поднималась по удобному трапу с берега на палубу. Посетителей было немного. Она сразу увидела Дениса за столиком с молодой особой. Девушка заметила Олю, что-то сказала Денису и подставила свои губы для поцелуя. Денис потянулся через столик и поцеловал девушку. Поцелуй был продолжительный и далеко не дружеский. Оля, спустившись с трапа, набрала телефон Дениса.