Тайны Снежной Королевы
- -
- 100%
- +
– Все правильно, бабуля. Ты права во всем. Только все это неправильно, Как объяснить это Карине, отцу, Сергею?
– Ты можешь рассказать, если сочтешь нужным, а объяснять ты никому ничего не должна. Тебе 21 год. Да, случился короткий роман. Кому дело до отца ребенка? Твоя ошибка, но твоя и тайна. Не явись он сюда сам добровольно, я тоже могла не узнать многого.
Ты успеешь окончить учебу, работа у тебя есть, а я помогу. Жилье есть, деньги, пусть небольшие, есть. Я вижу только единственный нерешенный вопрос: как ты поступишь с Антоном? С одной стороны он должен об этом знать, с другой – это может, разрушить его семью, но не создать ее с тобой. Это единственная проблема и решить ее ты должна тоже сама.
– Не будет проблем, бабушка. Я, если все же решу оставить ребенка, ни за что не признаюсь Антону. У меня к нему сейчас нет ни любви, ни обиды, ни разочарования, никаких других чувств, а значит, знать ему ни о чем не следует. Спасибо тебе.
Снежана лгала, лгала даже себе. Ей очень хотелось увидеться с Антоном, поговорить с ним, объясниться. Набраться смелости, позвонить по телефону и назначить встречу. Она боялась только одного, его отказа, а это будет подобно очередному унижению.
Зоя Константиновна не возвращалась больше к разговору о беременности и вела себя так, как будто в их жизни со Снежаной ничего не изменилось. Приближался Новый 2008 год, и Снежана сама завела разговор о ребенке.
– Бабуля, я получила письмо от Сережи. Хочешь прочитать, о чем пишет? Приехать обещает, – сказала она, протягивая письмо. – Ты прости меня. Я буду рожать. Отцу и Карине преподнесу это как подарок к Новому году, но сохраню подробности в тайне. Ты меня не выдашь?
–Это твоя тайна. Я могу ее только сохранить. Твой брат тебя поддерживает, целую повесть написал. Хороший он у тебя добрый, заботливый.
– Это еще одна тайна, бабуля. Сережка любит меня с детства, и я его люблю, но не настолько, что могу обо всем рассказать. Он уверен в том, что я его сводная сестра, а я знаю точно, что мы чужие. Совсем чужие люди, – сказала Снежана и передала бабушке свой разговор с отцом Сергея. – Вот такая тайна семьи Сергеевых.
– Мы пятый год живем с тобой под одной крышей, а я так и не узнала тебя, как следует. Ты сказала Антону, что Сергей твой муж, но при этом не открыла Сергею правды. Ты кого больше любишь?
– Не знаю. Сережу я знаю давно, с горшка. Я чувствую его любовь и заботу, и он мне нравится. Вот только глядя на него, мое сердце бьется ровно. С Антоном мы едва знакомы, но при его появлении мое сердце начинает биться чаще, как будто хочет вырваться из груди. Я сделала глупость, соврав ему о Сергее, а потом было уже поздно что-то менять.
– Это называется: загнала себя в угол. Может, позвонишь ему?
– Нет. Будем жить дальше, как решили. После Нового года у меня экзамены, практика и можно будет определить пол малыша. Как ты думаешь, кто у нас родится?
Разговор с Кариной состоялся за два дня до Нового 2008 года. Она приехала с водителем отца, привезя пакеты с подарками и деликатесами, а он занес небольшую елку.
– Извините, я ненадолго. Дел много, времени мало, прямо в обрез. У тебя выходной? Родители идут в гости, а я с друзьями отмечаю Новый год на нашей даче. Отец в курсе и одобряет. Не хочешь с нами, Снежка? Компания приличная. Подумай.
– Дачу не сожги, – сказала бабушка, оставляя внучек одних. – Там убрать надо, прежде чем гостей приглашать.
– Мы все сделали еще вчера. Даже снег с дорожек убрали. Там сейчас так красиво.
– Присядь на минутку, торопыга, – попросила Снежана сестру. – Я беременная, Карина. Как сказать об этом папе?
– Приехали! Наша тихоня залетела. Я даже не знаю, что мне делать удивляться или изумляться? Бабушка знает?
– Знает. Не надо иронизировать.
– Если знает, значит, беседу с тобой провела, и аборт ты делать не будешь, – сказала Карина, как то сразу изменившись в лице. – Папу я беру на себя. Кто он?
– А где и как не спросишь? Молодой москвич, симпатичный, образованный и женатый. Больше информации не будет.
– Этого достаточно, чтобы не испортить генофонд клана Северцевых. Ты не хмурься, мы с этой проблемой справимся. Конечно, помощник из меня так себе, но няню я тебе обеспечу. Хотя, постой. Когда малыш родиться? Летом. Ты успеешь сдать госы, я одолею сессию. Справимся! Теперь ты уйдешь из своего ресторана?
– Карина, я уже два месяца работаю в отделении банка. Это о чем говорит? Это говорит о том, что мы последнее время редко видимся, – сказала Снежана.
– Это говорит о том, что я могла узнать это и по телефону. Я звоню тебе через день.
– Ты выкладываешь свои новости и вечно торопишься. Ты не спрашивала, я не говорила. Ты довольна?
– Этот твой новогодний подарок мне нравится. Давай мы с тобой договоримся так: я сдаю после праздника сессию, приезжаю сюда и мы детально обо всем переговорим. Согласна? А ты мне пообещай, соблюдать режим труда и отдыха, хорошо питаться и жить положительными эмоциями. Я буду звонить. Бабуля, где у нас игрушки на елку? Давай я достану. Не позволяй Снежке прыгать по стремянке. Все. Целуйте младшенькую, я побежала, а вы наряжайте елку.
– Бабуля, она повзрослеет? – спросила Снежана, закрывая за Кариной дверь. Завтра отец нанесет визит. Мы с тобой разберем пакеты, а потом займемся елкой. Хорошо, что 31 выходной, многое успеем сделать.
Отец Снежаны прибыл на следующий день ближе к полудню, когда она собиралась на работу.
– История повторяется, – сказал он дочери. – Ты не думай ни о чем плохом. Не все в нашей жизни бывает так, как мы мечтаем, планируем, хотим. Она часто вносит свои коррективы, проблемы, испытания, – говорил он, обнимая дочь за плечи. – Ни один мужик не стоит жизни ребенка. Если бы твоя мама сделала аборт, я бы тоже считал себя убийцей. Я не дал тебе всего того, что должен был дать. Буду возвращать долги внуку. Не все же время мне жить в бабьем царстве. Будь умницей, береги себя и малыша, а все вопросы будем решать вместе по мере их поступления. Как тебе новая работа?
– Все хорошо. Коллектив небольшой, работа не утомляет и место для практики подходящее. Ты меня осуждаешь?
– О чем ты? Я тебя люблю дочка. Люблю на столько, что не могу не одобрять твой выбор, – сказал он, прижав ее к своей груди и поцеловав в макушку. – Да, мы видимся и общаемся редко, но это не значит, что я о тебе не думаю и не скучаю. Звони и ни в чем себя не вини. Зою слушай, она мне была хорошей нянькой.
Новый 2008 год Снежана и бабушка встречали вдвоем, но как положено, за празднично накрытым столом и с наряженной зеленой красавицей елкой. Снежана прошла практику и ушла в декретный отпуск в начале мая. Для нее наступило время не только подготовки к Государственным экзаменам, но и к рождению малыша. Вместе с Кариной они сделали необходимые покупки. Снежана удивилась, насколько сестра оказалась осведомленной в их очередности.
– Чему ты удивляешься, Снежка? Всего-то делов! Я открыла в интернете форум молодых мам, и узнала обо всем, что мне нужно на свой вопрос в комментариях. Всю мебель и коляску мы с папой купим позже, когда ты будешь в роддоме. Тогда же сделаем в твоей комнате перестановку. Тебе не о чем беспокоиться, а уж тем более волноваться.
Снежана сдала экзамены на отлично, и получила диплом на 36 неделе беременности. Артем родился 11 июля весом 3700 и ростом 52см. Из роддома его встречал дядя Сергей и дедушка. Сергей прилетел специально к выписке и пробыл неделю до дня рождения Снежаны, которой исполнилось 22 года. Учеба была закончена, и она занималась только домом и сыном. Северцев Артем Антонович рос, набирал вес, но раз в два-три месяца подхватывал простуду в любое время года. Снежана не рискнула выходить на работу раньше времени. Ее отец, полюбивший внука, был против решения дочери вернуться к работе через полтора года, но зная ее характер, спорить, не стал. А вот приезжать, каждую неделю в один из выходных, взял себе за правило. Визиты его были не долгими, но обязательными. Летом, когда они жили на даче, он привозил продукты и мог остаться на ночь, уезжая на следующий день к вечеру. Студентка Карина между сессиями жила весело, но экзамены сдавала во время.
2011 год оказался на удивление юбилейным и знаковым. Было принято решение отметить все эти прошедшие события в один день – 23 июля. Сергей приехал на три дня по пути из отпуска. Карина получила долгожданный диплом и собиралась на острова, Артему исполнилось 3 года, Сергею 30, Снежане 25, бабушке 65. Всей семьей они собрались на праздник для себя. Праздник удался на столько, что Сергей и Снежана чуть не опоздали на электричку. Сергей рано утром улетал, и они со Снежаной вернулись в город, оставив мирно спящего Артема на деда и прабабушку.
От станции метро они неторопливо шли к дому. На огромный город тихо, будто крадучись, опускались мягкие летние сумерки. Уличные фонари моргнули, зажглись в полнакала и, чуть помедлив, засияли в полную силу, превратив еще недогоревший день в поздний вечер. Снежана взяла Сергея за руку и не отпускала ее до самой квартиры. Ей многое предстояла ему рассказать, но как это сделать правильно, она так и не решила.
– Ты почему не женишься? – спросила она Сергея. – Прошло почти десять лет, как ты уехал. Только говори честно.
– Сразу ждал, когда ты подрастешь, потом ждал, пока ты вуз окончишь, теперь уже не знаю чего ждать. Я всегда любил тебя, и ты об этом знала, – говорил Сергей, глядя на Снежану.
– Прости меня. Я ошиблась. Была всего одна ночь без всяких обязательств. Но я не об этом хотела тебе рассказать. Мы с тобой ни брат и сестра, мы чужие. Моя мать тебе была мачехой. Папа сам завел этот разговор со мной. Он знал твое отношение ко мне и не хотел, чтобы мы сожалели и стыдились того, что может произойти. Папина могила рядом ни с тетиной, а с могилой твоей мамы. Это их тайна с моей мамой для тебя и Ирины.
– Что же ты так долго молчала?
– Потому и молчала, что была не готова сказать. Может наша юношеская любовь простая влюбленность. Такой запретный плод, который вкусишь и поймешь, что все обман, что это похоже на нее, но что-то другое.
– Я не знаю, как это назвать. Но в том, что я тебя хотел и хочу, я уверен, – ответил Сергей, обнимая и целуя Снежану. Это был совсем не братский поцелуй. – Мы с тобой, Снежинка, не чужие, мы с тобой родные и одинокие, и это надо исправлять.
Он подхватил ее на руки и понес. Она не сопротивлялась. Ей было приятно ощутить себя в сильных и крепких руках. Еще на даче, она решила для себя рассказать ему обо всем: – « Это нужно не только ему, но и мне. Я хочу почувствовать себя желанной». При этом испытывала одновременно и неловкость, и стыдливость, и любопытство, и желание, и боязнь. Далеко, в подсознании Сергей оставался ее братом, а ее прежняя близость с мужчиной принесла только негатив. Сергей как будто прочел ее мысли. « Не думай ни о чем, Снежинка. Есть только ты и я», – говорил он, раздевая и целуя ее. Снежана прикрыла глаза и доверилась ему. Он нежно целовал ее лицо и тело, а она чувствовала свою легкость и невесомость, как парящая в небе снежинка. Словно сильный порыв ветра поднял ее навстречу Сергею. Уже вдвоем, попав в снежную бурю, они задыхались от нахлынувших чувств. Метель сменилась легким снегопадом, оставив после себя тишину и покой. Минут пять они лежали и молчали, возвращаясь в реальность. Сергей заговорил первым:
– Что теперь будем делать, Снежинка?
– Ничего, Сережа. Мы взрослые люди и оба понимаем, что нам это было нужно обоим. Я почувствовала себя рядом с тобой желанной женщиной, тебе этого хотелось очень давно. Давай и дальше быть откровенными. Нас многое связывает, чтобы не доверять друг другу. Возможно, пройдет время, и ты поймешь, что это не любовь, а страсть. Ты мне очень дорог, но это не любовь. Мое чувство к тебе можно назвать нежностью, привязанностью, желанием, но не любовью. Мы не видимся с тобою годами, но обходимся друг без друга, скучаем, радуемся встрече, но при ней сердце мое стучит ровно и дух не захватывает. У тебя не так? – говорила Снежана, подперев голову рукой и глядя ему в глаза. – Я очень хочу, чтобы ты был счастлив.
– Как бы ни сложились наши отношения, нам нельзя себя упрекнуть. Тебе твоя честность и правдивость жить не мешают?
– Многие воспринимают их как холодность, неприступность и даже гордыню. Меня коллеги по работе так и зовут « Снежная Королева». Особенно, когда я прихожу на работу в белом наряде.
– Какая же ты Снежная Королева? Королевой Снежной не рождаются, а скорее становятся от одиночества. У тебя сердце горячее и доброе. Если уж королева, то света и тепла. Ты, скорее, похожа на добрую фею из сказки. Но я, сейчас, ни об этом. Ты говоришь и спрашиваешь напрямик, без предисловий, не лжешь, не лукавишь, не прикидываешься. Ты не меняешься.
– Зачем мне тебя обманывать, обнадеживать? Я говорю так, как чувствую. Меня никто не любил так, как ты. Если один человек любит, другой просто позволяет, они оба несчастны. Один от того, что любовь не взаимна, а другой от того, что не любит ни себя, ни того другого. Разве я не права?
– Не знаю, Снежинка. То, что я носил в себе все эти годы, не пройдет и не исчезнет. Я тебе очень благодарен за честность. Ты подарила мне чудесные минуты, – он обнял ее и прижал к себе.
– Ты запомни, Сережа, одно: я ни о чем не жалею. Мы всегда будем одной семьей, какой бы статус в ней не имели.
– Ты думаешь, наш роман может закончиться, не начавшись? – с легкой грустью спросил Сергей.
– Я об этом не думаю, но предисловие к нему мы с тобой уже написали.
– Может, следует продолжить и написать первую главу?
Неловкость, которую они оба испытывали, отступила, уступая место желанию. Впереди была разлука. Разлука, которая могла их сделать еще ближе или развести в разные стороны.
Глава 5
Прошло два года, и Сергей прилетел в Москву. Их встреча была короткой, но очень важной для него. Он не стал объяснять ничего по телефону, он просил ее о встрече.
– Снежинка, я не знаю, как ты к этому отнесешься, но я не мог не прилететь и не сказать все это, глядя тебе в глаза. Я женюсь.
– Ты прямо растешь в моих глазах, Сережка! Ты хочешь мне сказать, что сердце твое стало стучать чаще и сильнее? Я очень за тебя рада. Зачем надо было прилетать? Я бы тебя и так поняла, по телефону. Дурачок!
– Я должен был убедиться, глядя на тебя, что моя новость приятна. Ты не умеешь лгать. Пойдем, посидим где-нибудь, у меня рейс через два часа.
Они проговорили до самой последней минуты регистрации на рейс. «Как же я за него рада, – думала Снежана, проводив Сергея. – Он имеет право быть счастливым. Мне самой стало как-то легче. Я больше не буду чувствовать себя занозой в его сердце. Он сумел найти свою любовь. А я? Я ведь могла быть на месте его жены, но теперь уже ничего нельзя исправить. Поздно».
В жизни семьи Северцевых, тоже произошли изменения. Два года назад, в январе 2013 умерла Северцева Зоя Константиновна. Снежана потеряла не только бабушку, но и подругу, советчика. Десять лет, прожитые вместе, сделали их не просто родными. По завещанию Зои Константиновны, квартира теперь принадлежала Снежане. Это право не оспаривал никто. Отец купил квартиру Карине, продал дачу и свою квартиру, и переехал в небольшой коттедж за городом. Всех все устраивало. Встречи на природе устраивали во дворе его дома. Теперь Артему исполнилось 7 лет. Снежана очень гордилась сыном. Он бегло читал, писал, и это была заслуга прабабушки. Он интересовался всем и хотел попробовать все. Рассуждал как взрослый, но был наивным и доверчивым, как ребенок. Ходил в бассейн, на каток, на гимнастику и при этом говорил: – «Мам, я не буду спортсменом, но плавать, кататься на коньках я должен научиться хорошо. Стану старше, буду ходить на хоккей и борьбу». Он охотно брался за домашние дела, превращая их в игру, правила которой были известны ему одному. С трех до шести лет, он посещал детский сад, но уже год, дедушка оплачивал няню. Няня не совсем точное определение. Женщина занималась с Артемом дома «учебой», кормила обедом, приготовленным мамой, но больше водила, а точнее возила его на занятия. Отец подарил Снежане машину, которой та, практически, не пользовалась, и она оформила доверенность и страховку на Надежду Олеговну. Так они успевали посетить и бассейн, и секции, и прогулки на воздухе. Виктор Андреевич Северцев был огорчен тем, что старшая дочь не всегда прислушивается к его советам и с большой неохотой принимает его помощь. Она не приняла его предложения работать в компании, она сама нашла работу, которую не хотела бросать.
– Снежка, оставляй работу, занимайся воспитанием сына. Буду тебе выплачивать зарплату вместо няни, увеличив размер, – говорил он. – Парню мать нужна, а не чужая тетя.
Снежана понимала, что отец во многом прав. Пока Артем ходил в сад, у нее не возникало мыслей, что ребенок брошен. Он учился жить в коллективе, как многие другие, дома занимался с бабушкой, а выходные, как и отпуск, они проводили вместе. Тема перерос сверстников, и мать сама предложила ему Надежду Олеговну. Они быстро подружились, и проблема, как ей хотелось думать, была решена. Осенью он шел в первый класс, а сейчас они готовились к поездке на море. В прошлом году мать и сын 10 дней отдыхали в Геленджике, остановившись в частной маленькой гостинице, которую посоветовали знакомые. Им понравилось, и в этом году решили поездку повторить. Семья ее не понимала.
– Снежка, летите в Турцию, на Кипр. Денег ты потратишь не больше, но там сервис лучше. Мир посмотрите. Что вы забыли в этой забытой Богом бухте? – говорил отец.
– Пап, мы за отечественный отдых. Будем помогать развитию туризма на родной земле, смеялась Снежана. – Все, что интересно для Артема, там есть. Внук подрастет, и лет в 10-12 я отправлю тебя с ним на Бали, Мальдивы, в Турцию, Грецию, куда пожелаете. Я сама не вынесу дальнего перелета. Все, что нам нужно для активного отдыха, проживания и питания там есть, и все это рядом. Знаю я английский, но мне проще слушать вокруг себя родную речь. Будет что-то не устраивать, мы можем вернуться в любое время. Бывают в семье «неправильные» дети. Куда без них? Ты лучше мне скажи: что решил делать со своим Юбилеем? Ты хочешь официального приема или встречи «без галстуков»? В первом случае подойдет ресторан, а для другого, лучше всего на природе устроить прием.
– Я бы посидел в кругу семьи, Снежка. Положение, будь оно не ладно, обязывает.
– Пригласи гостей в дом, точнее устрой прием в саду. Сейчас можно заказать не только блюда и посуду, а полностью банкет от столов и стульев, до салфеток с твоим фамильным гербом. Так твоей жене не надо будет покупать новый наряд.
– Мы герба не заслужили, – поняв шутку дочери, сказал отец. – Надо подумать. Время есть. Дом не большой, а вот сад и двор подойдут.
– А что Карина думает по этому поводу?
– Карине сейчас не до меня. Ее очередной роман накрылся медным тазом и надо срочно искать кавалера, иначе начнется депрессия. Ее депрессия равна всемирному потопу, ты знаешь.
После этого разговора прошло два месяца. Снежана с сыном собирались на Юбилей отца, которому исполнялось 55 лет. Водитель отца доложил о том, что прибыл. Снежана в легком голубом комбинезоне, напоминающем платье и подчеркивающем ее фигуру, спускалась по лестнице с сыном вприпрыжку. На ногах ее были туфли, больше похожие на сандалии. «На каблуках по траве ходить неудобно», – решила она, собираясь « в свет». В руках у нее была небольшая сумка и пакет с подарком. Скромная прическа и минимум косметики. Артем в наследство от матери не взял ничего. Это был кареглазый, темноволосый мальчишка. Очень подвижный и разговорчивый. Не болтун, не пустослов, а именно разговорчивый. На нем были светлая рубашка в тон легких брюк.
Машин у дома отца собралось с десяток. Устроители вечера в честь дня рождения, потрудились на славу. Двор и сад выглядели очень нарядно, но не ляписто и помпезно, а как-то естественно. Снежана «опытным» глазом определила, что столиков двенадцать, а гостей будет меньше полусотни. Столики стояли полукругом под теном на случай дождя и были уже накрыты. Под деревьями стояли легкие садовые скамейки. Место для танцев определили ближе к дому. Шли последние минуты до начала застолья. Официанты как челноки сновали между гостей. Юбиляр встретил их, подхватив внука на руки, но сразу опустил на землю, вспомнив уговор с ним. Он подал внуку руку и пожал ее по-мужски, выслушал короткое поздравление и, получив скромные поцелуи, сказал:
– Пойдемте, я представлю вас гостям, с которыми вы еще не знакомы. Это семья, о которой мы с тобой беседовали. Имена тебе ничего нового не скажут, а вот они должны вас знать. Карина уже приехала, где-то здесь с матерью, – говорил он, направляясь к компании из пяти человек. – Знакомьтесь, господа. Это моя старшая дочь Снежана и внук Артем, а это семья Лавровых, почти мои компаньоны.
Снежана пожимала руку каждому представителю семьи Лавровых, а ее ноги становились ватными. Да, за восемь лет Антон изменился, но не настолько, чтобы она его не узнала. Он и раньше был сантиметров на пять выше нее, а теперь только возмужал. Мало того, она заметила, как мать Антона пристально смотрит на Артема. Наконец рукопожатия закончились и она, извинившись, отошла чуть в сторону, присев на корточки, попросила:
– Тема, сынок, найди Карину. Она мне нужна, – сказала мать. Ее вдруг охватила паника. Эта неожиданная встреча могла круто изменить ее жизнь. «Сказать правду или соврать? Моя ложь уже однажды сыграла свою роль», – пронеслось в голове.
– Я быстро вернусь, – ответил сын, убегая.
Антон смотрел на молодую симпатичную женщину, от которой исходил какой-то внутренний свет. Он помнил это ощущение внутреннего света и тепла. Когда простое созерцание вызывало нечаянную радость и душевный порыв. Так было давно, но так было, и забыть этого нельзя. Красавицей она не была, но пройти мимо нее, не обратив внимания, было трудно. Модный наряд подчеркивал безупречную фигуру, перехваченные лентой русые волосы открывали красивую шею. О таких женщинах говорят: обаятельная и привлекательная. Ее образ не портили даже дымчатые очки с диоптриями.
– Скажите, Снежана, мы не были знакомы с вами раньше? Мы не встречались? – услышала она голос Антона.
– Были и знакомы, и близки, – ответила она, поворачивая голову. – Настолько близки, что родился Артем, – сказала она и сняла очки. Снежана была уверена, что мать Антона признала в Теме своего сына в детстве. Лгать и изворачиваться было глупо, да и не зачем. – Я сильно изменилась за восемь лет?
– Жанна? – растерялся и одновременно удивился Антон.
– Мое полное имя Снежана. Виктор Андреевич Северцев мой биологический отец, а моя бабушка, Зоя Константиновна, его тетя. Университет я окончила в 2008 году, тогда же родился и Артем. О его отце знала только бабушка, но она эту тайну унесла с собой. Я тоже очень удивлена нашей встречей, правда, узнала Вас сразу. Еще вопросы будут?
– Ты меня так и не простила, но при этом родила сына. Как такое возможно? – спросил тихо обескураженный Антон.
– Будем считать, что срок наказания истек, прошло восемь лет. Я, к сожалению, тоже приложила руку к тому, что случилось. А Артем? Артем всегда был желанным ребенком, он моя гордость. Извините, меня ждут, – сказала она, увидав Карину и сына, и двинулась к ним навстречу.
– Ты зачем меня звала? Я тебя хотела познакомить с новым знакомым папы, Антоном. Он мне очень нравится, – разочаровано сказала Карина.
– Я познакомилась не только с ним, но и со всей его семьей. Ты лучше скажи: куда нам сесть так, чтобы быть поменьше на глазах?
– Садитесь рядом со мной. Все уже идут к столу. Как тебе его семейка? Молодая женщина, его сестра. Она с мужем. Антон хороший кандидат в мужья. Может, это мой шанс? – говорила она сестре, не слушая поздравлений. – Поговорим позже, Темку корми и сама ешь. Я никуда не спешу.
За столом царило оживление. Для Снежаны время, как будто остановилось, а аппетит пропал. Антон не сводил с нее глаз, а она чувствовала себя сидящей на электрическом стуле, на который вот-вот подадут напряжение.
– Мам, можно я переоденусь и мяч погоняю? Выберу место, где нет гостей. За столом мне уже не чего делать. Я сыт.
– Беги, но настройся на то, что долго мы здесь не задержимся.
– Разве салюта не будет? Дедушка обещал.
– Ты хочешь дождаться салюта? Не заскучаешь?
– Хочу. Я найду, чем заняться, – сказал сын, целуя мать в щеку.
Артем подошел к деду, о чем-то поговорил и побежал к дому. Мать видела, как он через время вышел из дому. Переодевшись и держа в руках мяч, направился за его угол.
– Что ты скажешь о моем шансе? – вновь спросила Карина, повернувшись к сестре. – Ты почему ничего не ешь?
– Аппетит пропал. Знаешь, Карина, мне очень не хочется тебя разочаровывать, но твой шанс отец Артема.
– Скажи, что ты пошутила. Вы что, были знакомы раньше?
– Наше знакомство было коротким, а отношения, если их так можно назвать, еще короче. Он не знал о ребенке, теперь знает. Я не хочу об этом говорить. Извини.