Пленница Синего дракона
- -
- 100%
- +
Часть 1
Глава 1
Амина не плакала.
Она сидела, упрямо поджав губы, в карете брата и кипела от негодования. Тейлор Бакер, потомок обнищавшего дворянского рода, тащил ее на бал дебютанток, где непременно хотел найти сестре богатого мужа.
«Мерзкое чудовище! – ругалась про себя Амина. – Ни за что! Никогда не выйду замуж по твоей указке».
Но почти сразу оказалась в неприятной ситуации: старый и уродливый граф Ратбор из рода Лунных драконов пригласил ее на танец, а потом затащил в темный угол и попытался поцеловать слюнявым ртом.
– Ты такая сладкая, малышка, – горячо сипел он в ухо и обдавал влажным паром.
Старческая энергия графа уже плохо удерживала человеческую сущность: то хвост показывался, то на щеках появлялись перья, а ногти на миг превращались в крючки, которые больно царапали юную кожу.
Судя по родовой отметине в виде трилистника, светившейся на шее грязно‑оранжевым цветом, старику уже перевалило за тысячу лет.
«Уродливый старикашка! Пора о небесах думать, а ты все гоняешься за юными барышнями гоняешься», – кипела Амина.
Она с трудом подавляла желание наподдать хорошенько графу, но воспитанной леди не положено лягаться, как норовистой кобыле, поэтому лишь с содроганием умоляла:
– Отпустите меня!
Она поглядывала на плотную портьеру, за которой играла музыка, кружились в танце пары, потому что бал дебютанток был в самом разгаре. Дородные матроны, драконицы и обычные женщины, оценивали девушек, гадали, кому из них сегодня повезет, с кем будет удачный союз, а от кого лучше держаться подальше.
– Не капризничай, крошка, иди ко мне, – уговаривал граф.
Амина сопротивлялась яростно, но молча. Где‑то там, за шторой, коршуном оглядывал зал в поисках сестры Тейлор. Уж его точно не будет смущать ни возраст, ни внешность будущего зятя. Главное, чтобы денег в сундуках водилось побольше, да положение в обществе было солидным. Тогда братец поднимется и заживет в свое удовольствие.
– Отпустите! Немедленно, – не выдержав зловония из черного рта графа, прошипела она. – Я закричу!
– Кричи сколько душе угодно, – захихикал Ратбор. – Нищенке вроде тебя, не найти здесь достойную пару.
Он с силой притянул Амину к дряблому телу, она отпрянула, дернулась и все же ударила его по цепким рукам.
– Ах, ты мелкая шавка! – заорал граф.
Штора тут же отодвинулась, и Амина увидела разъяренного брата. Он дернул девушку себе за спину и уставился на графа Ратбора.
– Ты скомпрометировала нашу семью, Амина! Я требую, чтобы ты вышла замуж! – возмущенно засопел он, задрав скошенный подбородок. – Прямо сейчас.
Он сжал руку сестры так сильно, что она увидела белые следы, проявившиеся на коже.
– Отпусти, больно! – процедила сквозь зубы девушка, сейчас она люто ненавидела брата за алчность. – Люди смотрят!
– Прелестная малышка, – захихикал граф, одергивая фрак. – Сладенькая и такая аппетитная! Я готов взять ее пятой женой.
Неожиданно он подмигнул Тейлору, и Амина вдруг поняла: никакой случайности, между этими двумя есть договоренность.
– Ни за что! – закричала девушка. – Через мой труп!
В переполненном бальном зале внезапно стало очень тихо. Разговоры прервались на полуфразе, словно присутствующие одновременно затаили дыхание. Амина понимала всеобщее желание услышать каждое слово участников драмы. Такое везение выпадает не часто. Кое‑кто даже не постеснялся подглядывать за происходящим, прикрывшись для приличия веером или шторой. Возле прохода собралась толпа.
Амина окинула зрителей взглядом, но гордо подняла голову, сейчас ей было безразлично, что о ней подумают. Она и без этой ситуации чувствовала себя заложницей в руках брата.
– Молчи, идиотка! – сквозь зубы простонал Тейлор. – Хочешь опозорить семью?
– Я не выйду за этого… замуж, – она ткнула пальцем в графа. – Ни за что!
Рачьи глаза графа Ратбора едва не выкатились из орбит, а мясистые щеки задрожали.
– Как вас понимать? – граф изображал оскорбленную невинность еще талантливее, чем брат Амины угодливость.
– Простите, – на мгновение у бедняги Тейлора отвисла челюсть, – Амина еще молода, глупа, думает куриными мозгами только о нарядах. Но мы‑то с вами умные люди…
Он быстро взял себя в руки и грозно насупился. Однако не настолько быстро, чтобы Амина не успела заметить страх в глазах брата. Тейлор был в долгах, и она подозревала, что тот сдерживает натиск кредиторов, уверяя их, будто скоро станет родственником влиятельного и богатого дракона.
– Священник уже ждет в храме, – хихикнул граф Ратбор, жадно осматривая трясущуюся Амину.
Она попыталась вырваться из захвата Тейлора, но брат толкнул потайную дверь, и они оказались в темной комнате, прилегавшей к залу. Звуки пропали, словно они спустились в подземелье. Теперь кричи, не кричи, никто не придет на помощь.
– Хорошо, – выдохнула Амина. Мысли в голове сходили с ума в поисках выхода. – Отпусти меня.
– Больше не будешь брыкаться, дура? Пораскинь куриными мозгами, своим замужеством ты спасешь семью от разорения.
– А меня тебе не жалко? – всхлипнула отчаянно девушка. – Родители перед смертью велели присматривать за мной.
В душе стало пусто до звона, разлился ледяной холод, разогнал по телу мурашки.
– Баба она и есть баба! – Тейлор зажал пальцами подбородок сестры и резко дернул его вверх. В его глазах Амина увидела алчный блеск, но не жалость. – Я отдаю тебя богатому мужу, будешь как сыр в масле кататься и роду помогать.
– Получается, ты приносишь меня в жертву?
Амина уже плакала навзрыд, понимая свою беспомощность.
– Тю, нашла жертву! Какая разница перед кем ноги раздвигать? У графа хотя бы на шелке это делать будешь.
От этих циничных слов девушке стало совсем дурно. Она крепко зажмурилась, сжала пальцы в кулаки и бросилась на брата. Вцепилась в его галстук, натянула на себя и плюнула прямо в ухмыляющийся рот.
– Сволочь!
– Сучка! – брат, держа ее одной рукой, распахнул дверь и позвал слуг. – Уведите ее немедленно!
Двое громил ворвались в комнату, накинули ей на плечи черный плащ, натянули капюшон почти до подбородка, сунули в рот шарф. Кто‑то взвалил ее на плечо и понес. Оглушенная, почти ослепшая от ткани на лице, девушка потерялась во времени и пространстве. Она видела только ноги в сапогах, которые сначала гулко гремели по доскам пола, потом шуршали подошвами по сухому снегу. Наконец скрипнула дверка, Амину бросили на пол в карету. Кучер гортанно гикнул и пустил лошадей в галоп.
Алек Верт танцевал с леди Летицией, миловидной шатенкой, которая запрокидывала голову и заливисто смеялась на каждый тур танца. Он недовольно поглядывал на нее сверху вниз: возбужденная девица раздражала его до зубовного скрежета. Он вздыхал, но мужественно терпел: его записная книжка была заполнена кандидатками под завязку, потому что он считался одним из самых завидных женихов на этом балу.
Матушки, тетушки и обычные свахи ходили за герцогом табунами, пытаясь пристроить ему своих юных дочек, племянниц и воспитанниц. Наивные, они не знали, что герцог Верт вовсе не собирался жениться, не зря друзья дали ему прозвище – Проклятый герцог, с ударением на первый слог.
Многие не ведали, что над его родом довлело проклятие. Когда‑то давным‑давно предок герцога влюбил в себя бедную крестьянку. Красавица отдала ему сердце, а коварный обольститель быстро остыл к ней. Она забеременела, и убитую горем девушку выгнали из замка, несмотря на то, что была суровая зима. Несчастная влюбленная и ее ребенок погибли, но перед смертью она успела произнести проклятье:
– Все потомки герцогов Верт из рода Синих драконов могут любить и даже жениться, но, юная жена зачнет наследника в первую брачную ночь, а через девять месяцев будет уже богатой вдовой.
Алек не знал своего отца, как и тот своего, в дворянской семье, первой после королей, правили женщины.
С высоты своего роста герцог обвел взглядом зал и везде заметил направленные на него любопытные взоры. Черта с два он согласится умереть, чтобы осчастливить этих жадных до его тела и состояния девиц!
Он по привычке тронул висевший на шее артефакт, спрятанный в медальон. Иссиня‑черная горошина передавалась по наследству из поколения в поколение по мужской линии и служила маячком для поиска истинной. Алек носил его, не снимая, ловил каждый сигнал, чтобы не пропустить опасность. Именно от истинной ему следовало бежать, как от огня. Встреча с ней грозила свадьбой и скорой смертью, а он совершенно это не планировал.
Музыка внезапно стихла. Алек недоуменно оглянулся.
– Что случилось? – барышня в его руках тоже замерла, но не отодвинулась, а наоборот, прижалась к нему всем телом.
Ее глаза блестели любопытством, она вытягивала шею, пытаясь разглядеть, куда заторопились вдруг гости.
– Не знаю, – пожал плечами Алек.
– Ах, пойдемте, посмотрим!
Летиция ухватила его за рукав фрака и потащила к темному проходу, вокруг которого столпились любопытные зрители. Герцог нехотя пошел за ней. Внутри зрело глухое раздражение, причем злили любые мелочи, например россыпь веснушек на открытой шее леди, усыпавших родовую отметину Белых драконов, кудряшки на ее затылке, и эти трясущиеся прядки вызвали еще большее недовольство.
Герцог остановился у края толпы.
– Что происходит? – тут же поинтересовалась Летиция.
– Кошмар! – обернулась к ней пышнотелая драконица. – Эта девица ведет себя весьма недостойно! Разве можно скандалить со старшими?
– Ой, как низко! – живо поддержала беседу спутница Алекса. – Какой позор!
Герцог покосился на кудрявую макушку леди и почувствовал приступ тошноты. Он перевел взгляд на растерянную девушку у стены, виновницу суматохи, и вздрогнул, потрясенный изысканной красотой незнакомки.
Хрупкая, тоненькая, как былинка, вся какая‑то вытянутая вверх, она яростно сверкала огромными глазами. Ее волосы пушились золотыми кудрями над головой и, казалось, тоже выражали негодование. Алек заметил маленькие кулаки, прижатые к груди, словно девушка приготовилась к бою.
Сердце герцога пропустило один удар, а потом пошло маршировать по ребрам. Медальон вдруг вспыхнул, опалил жаром кожу.
Только этого ему и не хватало!
Алек зажал его в кулаке, подавляя энергию, но все равно почувствовал непреодолимую тягу к незнакомке. Желание защитить ее, закрыть от ударов судьбы было настолько сильным, что он сдернул медальон, сунул его в карман и резко подался назад.
– Ай! – вскрикнула леди Летиция и крепко сжала его локоть. – Ваша светлость, мне больно.
Алек с трудом перевел взгляд на спутницу. У той дрожали губы, а светлые глаза наполнялись слезами. Он посмотрел вниз и сразу убрал ногу с туфельки леди.
– Простите, не заметил!
Удивленный реакцией артефакта и своего тела на незнакомку, он на миг растерялся, но быстро пришел в себя:
«Забудь! Чужая жизнь не твоя забота! Сами разберутся».
Он попытался увести спутницу в центр зала, но Летиция, возбужденная происходящим, не двинулась с места. Невольно и Алек стал свидетелем некрасивой сцены. Хрупкую девушку удерживал у стены крупный мужчина неприятной внешности. Светлые волосы венчиком курчавились вокруг огромной лысины, упругий живот был туго обтянут шелковым жилетом. Алек нахмурился, вспоминая, где видел этого человека, и память тут же подсказала: игорный дом. Здоровяк был там завсегдатаем, проигрывал, потел, занимал деньги.
А рядом со странной парой потирал ладони низенький граф Ратбор.
Этого мерзкого старикашку Алек ненавидел даже больше девиц, которых вечно подсовывали ему свахи. Граф славился похотливым нравом и многоженством. После брачной церемонии никто больше не видел женщин, которых он выбирал для себя. Эти несчастные въезжали в ворота огромного графского замка и исчезали в его недрах навсегда.
«Жалко девчонку, – всплыла из глубины сознания мысль. – Но такова ее судьба».
– Я не выйду за этого! – покраснела от злости золотоволосая незнакомка. – Ни за что!
Алек опять подивился ее стойкости: несмотря на ужасную для юной леди ситуацию, она держалась смело и отказывалась выходить замуж, хотя невооруженным взглядом было видно, что между мужчинами уже есть договоренность, и мнение малышки никого не интересует.
«А девчонка с характером», – усмехнулся про себя он и приказал Летиции:
– Пойдемте, не на что тут смотреть.
Он решительно зашагал прочь от места скандала.
– Ах, герцог! Как может женщина так низко пасть? – вопрошала его спутница, едва поспевая за ним. – Позволить мужчине прикасаться к себе на глазах у множества людей – некомильфо!
– Вы тоже сейчас прикасаетесь ко мне, – покосился на ее руку Алек.
– Это совершенно другое! – покраснела Летиция. но убрала цепкие пальчики с его локтя. – Эта девица обесчещена. Ее теперь никто не пригласит к себе на бал.
– Отчего же?
Алек резко дернул девушку на себя и толкнул ее за ширму. Там крепко прижал к стене. Его руки оказались на попке Летиции, а язык – у нее во рту. И воспитанная леди, нисколько не смущаясь, с жаром ответила на поцелуй.
Глава 2
Не приди герцог в себя, ее юбки были бы задраны до ушей, его брюки спущены до лодыжек, а его…
Но Алек вовремя одумался: «Дьявол! Что делаю?»
Герцог Верт отпрянул и одернул фрак. Летиция, потеряв внезапно опору, открыла глаза, в которых клубился туман. Девушка была вся в предвкушении пикантного момента, вот только Алек не собирался продолжать.
– Ваша светлость, – пролепетала она.
– Теперь и ты обесчещена, не так ли?
– Нет! Это другое! – Летиция покраснела, кудряшки затряслись. – Вы же не бросите меня?
Но ее смятение Алека больше не интересовало. Его тревожило собственное состояние. Только один взгляд на здоровяка, державшего за плечи златовласку, разбудил в душе бурю гнева. Сейчас Алек чувствовал непреодолимое желание убивать. Кого угодно, но убивать!
«Вон отсюда! Быстрее!»
Он схватил Летицию за руку и буквально поволок за собой к ее матери, восседавшей на стуле, как на троне, в окружении себе подобных дам.
– Ах, Алек, вы такой душка! – заверещали дружно женщины, заметив герцога. – Вы с леди Летицией отличная пара!
– Благодарю, дамы, но откланяюсь: дела.
Герцог Верт кивнул разочарованным дамам и торопливо, пока была пауза в танцах и его никто не остановил, направился к выходу. Он уже почти вышел из зала и вдруг, случайно обернувшись, заметил, как неприятный здоровяк схватил девушку, устроившую скандал, и толкнул ее в какую‑то дверь.
Сердце ухнуло в пятки, а в душе будто все перевернулось…
Алек, расталкивая гостей, бросился в тот угол зала, но его схватили за рукав.
– Ты спешишь к невесте? – услышал он голос приятеля Райнера.
– Сводить с ума очередную красавицу, – подхватил шутку Терган.
Герцог Верт резко остановился и повернулся к друзьям. «Что я делаю? Совсем умом тронулся? Зачем мне нужна эта девица?» – всплывали в голове вопросы.
– Алек, тебя еще не окольцевали? – хохотнул Райнер.
– Нет, он отбился, – веселился и Терган. – Видишь, ошейника нет.
– Конечно, отбился. Я еще не тороплюсь на тот свет, – усмехнулся Алек, внезапно успокоившись.
– Мы были в твоем доме. Дворецкие перепуганы, потеряли тебя, – Райнер с любопытством огляделся. – Говорят, на балу случился скандал? На входе мы видели толпу зевак.
– Ничего особенного. Очередную нищую девицу пытались отдать старику в жены.
– Это кому же так повезло?
– Графу Ратбору.
– Этому животному? – воскликнул Терган. – Бедная девушка. У графа уже песок из задницы сыплется, того и гляди старик человеческую сущность потеряет, а все не угомонится. А невеста как, хорошенькая?
– Не разглядел, – равнодушно пожал плечами Алек.
– А что с карманом? – Райнер уставился на бедро друга и вскрикнул: – О небеса! Неужели это то, о чем я думаю? Она здесь? Покажи!
– Нет! – резче, чем следовало, ответил герцог, негодуя на себя и зажимая артефакт в ладони. – Тебе показалось. – Поехали ко мне.
Его действительно больше не волновала история девушки. Ну, во всяком случае хотелось так думать. А раз он ничего не мог ей предложить, значит должен выкинуть из головы, как досадную помеху.
Друзья оделись и вышли на освещенное огнями крыльцо особняка. Морозный воздух мгновенно склеил ноздри. Алек зябко повел плечами: зимы в королевстве драконов были холодные, особенно здесь, в глубине ущелья, в долине которого вытянулась столица.
– Смотрите! – воскликнул Терган. – А там не эта девица?
Алек пригляделся: действительно, из задней двери вышел высокий слуга, он нес на плече, как куль с мукой, женское тело. Девушку бросили в карету, запряженную парой коней. Кучер гикнул, и скакуны рванули вперед.
Следом из дома выскочил граф Ратбор и кинулся к другой повозке. Норовистые драгмы, драконы, в процессе эволюции потерявшие способность к магии и оставшихся на уровне полуразумных животных, нетерпеливо взмахивали крыльями. Карета то и дело подпрыгивала и поднималась в воздух, не давая графу Ратбору взобраться на ступеньку.
– А ну стоять, твари! – завопил он и ударил хлыстом.
Испуганные драгмы с резким клекотом взвились в воздух, потом опустились и задрожали. В душе Алека поднялся настоящий ураган эмоций.
– Нет, так дело не пойдет! – воскликнул он и хлопнул по ноге хлыстом. – Надо старикашку проучить! Вы со мной?
– Даже не спрашивай! – воодушевился Райнер. – С удовольствием.
– А может, не надо? – осторожный Терган часто удерживал друзей от авантюр.
– Еще как надо!
– Девушке все равно не поможем.
– Зато развлечемся.
На этом спор закончился. Скука городской жизни порой толкала на приключения, а тут оно само плыло в руки.
– И что делать будем? – спросил Райнер.
Друзья склонили головы, совещаясь.
Нужно было задержать графа в дороге, не дать ему обвенчаться с юной красавицей. Алек понимал, что их выходка лишь оттянет неизбежный финал, но очень хотел насолить старому дракону, забывшему о приличиях.
Алек решительно направился в сторону конюшен, где противный старикашка садился в свою повозку. Герцог Верт и сам не понимал, что творится с его душой. Он сходил с ума от негодования, что эти трясущиеся ручонки буду лапать прекрасное тело незнакомки. Перед глазами стояли ее кулачки, прижатые к груди, в ушах звучал напряженный, полный отчаяния голос.
– Герцог, приветствую вас! – заметил его граф Ратбор. – А не рано вы покидаете бал? Там столько юных прелестниц жаждут вашего внимания!
Старик захихикал, тряся головой, и тут же шапка начала подниматься на гребне, который начал расти. «Совсем себя не может контролировать», – презрительно подумал Алек и вздохнул.
– Вы же знаете, граф, мою ситуацию. Для меня эти прелестницы – опасность номер один.
– Ах, оставьте! Какое проклятие? Оно давно уже потеряло силу, – взмахнул рукой граф. – И потом, можно же и не жениться, – он подмигнул Алеку. – На наш с вами век хватит красоток.
Старик уцепился за ручку и, кряхтя, поднялся в карету. Драгмы затрепетали крыльями, но не тронулись с места, испуганно кося темными глазами, покрытыми лиловой дымкой. Лакей, ждавший команды в одной ливрее и трясущийся от холода, бросился закрывать дверцу.
– А если проклятие не потеряло силу? – крикнул вслед Алек, пытаясь еще на миг удержать графа.
– Вы упускаете столько возможностей! Каменное у вас сердце, герцог! Как есть каменное! Прощайте, меня ждет молодая невеста.
Драгмы взвились в воздух и тут же с резким клекотом упали. Карета с грохотом ударилась колесами о мерзлую землю и опрокинулась.
Старый Финч мучился от неизвестности.
Алек задерживался. Обычно он не радовал вниманием балы знати. Свахи и мамки доставали герцога так сильно, что он старался держаться подальше от смотрин и высокородных девиц с их претензиями на брак. Но сегодня герцог отсутствовал долго. Финч даже послал слугу к дворцу, где проходил бал дебютанток, но тот господина не нашел.
Дворецкий сходил с ума от беспокойства. Нет, Алек взрослый мужчина, а няньках не нуждался, но приблизился к опасному возрасту, когда за ним нужен был глаз да глаз.
Финч то подходил к окну и вглядывался вдаль, то настороженно прислушивался к шагам. Но в доме было тихо, лишь смех кухарки доносился из кухни, да камердинер Кимб ругался на собак, разлегшихся на хозяйском диване.
– Бирр, Бадди, пошли отсюда! – ворчал камердинер. – Сейчас Его Светлость Алек приедет, задаст вам!
Но ласковые сеттеры только завиляли хвостами при имени хозяина, но не сдвинулись с места. Она прекрасно знали, что никакого наказания за провинность не последует.
Финч наблюдал за Кимбом, его старческое сердце ныло от разраставшейся тревоги, а в голове звучал голос умирающей герцогини Верт. Она до последнего вздоха переживала за сына, которого оставляла на попечение дворецких и друзей.
– Береги Алека, Финч, – шептала она, тяжело дыша. Ее бледное лицо сливалось цветом с наволочкой, слабые руки лежали поверх одеяла и сжимали его край. Леди угасала на глазах, а маленький Алек не понимал еще всей трагедии происходящего. – Умоляю тебя!
– Конечно, госпожа, – от многочисленных повторов эти слова прозвучали автоматически, а в груди старого дворецкого комок жалости и горя вырос до невероятных размеров. – Я постараюсь.
– Поклянись! – с силой приказала герцогиня. – Поклянись, что защитишь моего сына.
– Может, еще все обойдется.
– Нет, увы! Проклятие… будет набирать силу. Уже двести лет ни один герцог Верт не доживал до рождения своего наследника. Когда Алеку исполнится тридцать, ты должен очень внимательно за ним следить.
Леди Оливия попыталась сесть, Финч мягко заставил ее снова опуститься на подушки.
– А если Алек сумеет полюбить? – спросил он, пытаясь успокоить ее. – И тогда проклятие будет разрушено.
Леди Оливия сжала его руку. Хватка умирающей поражала своей силой.
– Нет, не сумеет.
– Но это вполне вероятно, госпожа, – в душе слуги теплилась надежда на такой исход, хотя и очень слабая. – Алеку всего восемь лет. У него еще есть время. И если он встретит девушку, которую сможет полюбить, проклятие потеряет свою силу. Все закончится, вот увидите!
– Нет! – пальцы матери сжались, взгляд пронзил Финча глубиной и отчаянием. – Разве ты не понимаешь? Это проклятие нельзя разрушить.
– Можно. Если герцог Верт женится по любви…
Лицо герцогини исказила гримаса.
– Это ложь. Мой муж любил меня. Я знаю, что любил. Мы не расставались ни на минуту. И все же он умер.
Финч вздохнул. Прослужив в этой семье несколько десятков лет, он многое увидел и услышал. Он хорошо помнил, с каким восхищением приняли в этот дом юную Оливию, какие трепетные отношения были между влюбленными. Синий дракон встретил свою истинную, все домочадцы ждали, что этот факт разрушит семейное проклятие, но увы. За несколько дней до рождения Алека старший герцог Верт полетел в горное ущелье, где у него было поместье Лонг Видж, и разбился, сорвавшись со скалы.
Дракон разбился, сорвавшись в пропасть.
Сам факт казался невероятным, будто черные силы на миг овладели герцогом, и он не смог справиться с полетом. Предположения высказывали разные. Одни считали, что он упал в облике человека, а в воздухе не сумел обернуться драконом.
Но эту версию сразу отбросили. Герцога нашли в образе дракона, растерзанного, распластанного на острых пиках.
Другие считали, что враги убили его и сами сбросили со скалы. И это тоже было не лишено оснований: именно поместье Лонг Видж было родиной проклятия. Зачем туда полетел герцог Верт? Что хотел выяснить на месте?
Но факт оставался фактом: отец Алека погиб до его рождения, как за несколько десятилетий до этого умер и его дед.
Финч тяжело вздохнул и, шаркая домашними туфлями по паркету, пошел к окну. Ему показалось, что он слышит стук колес экипажа Алека. Действительно, по дубовой аллее к особняку приближалась карета.
Дворецкий вздохнул и закашлялся, поперхнувшись воздухом: проклятие работало, да еще как работало. Не было случайностей и совпадений, только рука небес руководила жизнями и смертями.
И вот Алеку уже тридцать лет. За ним табуном ходили свахи. Лучшие дома королевства драконов готовы были отдать за него своих дочерей.
Еще бы!
Последний потомок знаменитого, древнего и богатого рода умрет вскоре после свадьбы, оставив все состояние своей жене. Слишком лакомый кусок, чтобы от него отказываться.
А если любовь не в силах разрушить проклятие, Алек обречен на долгую одинокую жизнь. Но лучше уж это, чем смерть. Комок подкатил к горлу и сдавил его так сильно, что Финч на миг перестал дышать.