14 стрел Купидона

Второй шанс

Секретаря на месте не оказалось, поэтому я, осмотрев огромную приемную, сразу направилась к двери и замерла на пороге, разглядывая представление, срежиссированное, видимо, специально для меня. Сомневаюсь, что здесь было в порядке вещей оставлять дверь в кабинет открытой, особенно если в это время директор, он же мой будущий муж, самозабвенно целовался там с длинноногой красоткой, которая эти самые ноги живописно сложила ему на колени.

Муж, конечно, планировался фиктивный, но такого отношения в свою сторону я совершенно точно не заслуживала. И даже поначалу обиделась, раздумывая, не стоит ли вылить на них воду из вазы с цветами, стоящими на секретарском столе. Но подавила в себе это настойчивое желание. Все-таки знакомиться ближе я с мистером Пирсом не планировала. Ему и так в жизни не повезло, зачем еще ужаса в виде меня добавлять?

Дед Джеймса Пирса, когда-то влюбленный в мою бабку, написал завещание, по которому все имущество переходило внуку только при условии женитьбы этого красавчика-холостяка на мне. В браке мы должны были состоять не менее года, после чего в случае развода многомиллионное состояние делилось бы пополам. Я не хотела ни чужого состояния, ни этого брака. Я делала одолжение, на которое меня долго уламывал адвокат мистера Пирса, и в данный момент мне хотелось просто развернуться и уйти. Но жалко было времени, что я потратила на дорогу. Кроме того, оставался еще вопрос с содержанием бабули. Хороший дом престарелых стоил намного больше, чем я могла себе позволить на зарплату преподавателя. Почему-то только в этот момент, увидев целующуюся парочку, я поняла, что ввязываюсь в какую-то стремную историю!

Я кашлянула и громко постучала. Мужчина нехотя оторвался от губ красотки, шлепнул ее по бедру, поднимая с себя, и проводил похотливым взглядом, пока она неторопливо покидала кабинет. И только после этого Джеймс Пирс соблаговолил кивнуть на кресло, стоящее напротив его стола.

– Вы, надо полагать, моя будущая жена, – скучающе произнес он.

Я машинально тронула прилизанный пучок и поправила круглые очки с толстыми, чуть затемненными стеклами. Черный балахон отлично скрывал фигуру, поэтому я оставалась спокойной.

– С чего вы взяли? – совершенно серьезно спросила я и, глядя на вытянувшееся лицо Пирса, не стала дальше его мучить: – Эмилия Рид. И да, я – это она.

Я протянула руку, Джеймс наклонился через стол и пожал ее.

– Садитесь. Я, наверное, перепутал время. – Он взял телефон. – Сейчас я позову Эдварда, моего адвоката, он будет здесь через несколько минут, принесет необходимые бумаги.

– Бедненький, – под нос буркнула я.

– Что? – Пирс прижал телефон к плечу и недоуменно на меня посмотрел.

– Ну, вы сказали, время перепутали, не успели закончить очень влажное дело, – напомнила я и указала пальцем себе за спину, на дверь в приемную, где дожидалась моего будущего мужа его пассия. – То есть важное. Важное я имела в виду.

Мужик, кстати, оказался довольно устойчив к насмешкам. Он вскинул брови, несколько мгновений внимательно меня разглядывал, а потом все-таки набрал номер адвоката и даже отрывисто сообщил, что мы его ждем. Я глубоко вздохнула. Нет, определенно зря ехала. За окном офиса шел снег, как бы метель не началась, а мне еще на вокзал…

– Кофе? – Этот напыщенный индюк с размазанной на подбородке красной помадой, кажется, даже не собирался извиняться за сцену с красоткой. Что ж, сам напросился.

– Ой, нет. Не люблю кофе в офисах. Обычно дрянь несусветная.

Джеймс стерпел и это, только безразлично пожал плечами и уставился в смартфон, дожидаясь прихода адвоката.

Спустя четыре моих глубоких и громких вздоха, на которые мистер Будущий муж никак не отреагировал, в комнату зашел седовласый высокий мужчина в строгом костюме.

– Мисс Рид, – радушно произнес он, пожимая мою руку. – Мы с вами разговаривали. Энтони Саммер. Весьма рад, что вы пошли навстречу и приехали…

– Да-да, тут все очень рады, – поторопила я. – Давайте уже закончим с формальностями и перейдем к делу.

Джеймс хмыкнул, развалившись в кресле.

– Вот договор, по которому вы не претендуете на добрачное имущество супруга, а он на ваше, остальное, как и оговаривается завещанием, делится пополам в случае соблюдения сроков. – Мистер Саммер положил передо мной бумаги. – Если вам нужно время ознакомиться, то…

– Давайте уже ручку, право слово, иначе мы тут до завтра застрянем, а у мистера Пирса неотложные дела в приемной ждут, скучают, – поторопила я, не желая тянуть время.

Мистер Саммер недоуменно моргнул и посмотрела на своего шефа. Тот чуть поморщился, но покачал головой.

– Вот здесь предусмотрено, что вы получаете доступ к счетам с момента оформления брака. – Адвокат перелистнул страницу и подал мне ручку.

– Ух! – Я размашисто поставила подпись. Полюбовалась на то, что натворила, и передала бумаги дальше. Кажется, я все-таки влезла в эту авантюру и выхожу замуж за совершенно незнакомого человека. И где мой здравый смысл, спрашивается?

– Завтра состоится церемония. Все, как мы договаривались: без прессы и приглашенных, – напомнил адвокат.

– Да уж, постараюсь не проспать, – заверила я его и повернулась к своему будущему мужу: – Надеюсь, не надо отдельно проговаривать, что ни о какой супружеской близости не может быть и речи? Вы живете своей жизнью, я своей.

– Естественно, – чуть растягивая звуки, процедил Джеймс.

– До встречи, мисс Рид. – Мистер Саммер пожал мне руку.

Я подхватила свой экземпляр договора, попрощалась и, стараясь не запнуться о дорогой ковролин и не растянуться на глазах у восхищенной публики, как это обычно со мной бывало, со всей возможной скоростью поспешила наружу.

– Всего хорошего, – пропела давешняя красотка, с которой я столкнулась в дверном проеме. Она даже не соизволила дождаться, пока я уйду, торопилась обратно. Интересно, адвоката они тоже не стесняются?

***

Начавшуюся метель я, видимо, себе накаркала. Снег повалил сразу стеной, я пропустила несколько поворотов, случайно проехала на красный и совершенно не удивилась, когда за мной пристроилась полицейская машина. Досадно, а главное, совершенно не вовремя: поезд Дэна уже должен был прибыть на вокзал!

– Ваши права, мисс. – Полицейский заглянул в окно автомобиля.

Я поискала в сумочке, заглянула в бардачок, постучала себя по карманам.

– Может, в багажнике? – устал ждать офицер.

– Где? – Я полезла поискать под сиденьем: вдруг упали, – Нет, там только свежий труп.

– Мисс, выйдете из машины, – в голосе блюстителя закона зазвучала сталь, а я поняла, что снова перегнула палку с шутками. Кроме того, вспомнила, что права в другой сумочке. Дома! А потому, чертыхнувшись про себя, сняла очки.

Признаться, до сих пор ломала голову, что в моих светло-голубых глазах находили мужчины, но, видимо, было в них что-то гипнотическое. Офицер не стал исключением: сначала уставился, будто никогда в жизни женщин не встречал, потом глупо заулыбался и под конец замычал что-то несвязное.

– Извините, пожалуйста. Конечно, я пошутила и больше постараюсь не нарушать. Просто метель… – решила помочь ему я. – Можно я поеду? Тороплюсь на вокзал, но буду очень внимательна!

– Мне надо проверить по базе. Ваше имя? – Офицер не спускал с меня взгляда, будто я злостная нарушительница закона и собираюсь бежать. А потом так же, даже не обернувшись, передал напарнику данные.

– Все в порядке, – спустя пару минут сообщил он. – Я провожу, на дороге неспокойная обстановка.

И служитель порядка, наконец, пошел к своему автомобилю. А я со злостью постучала по рулю. Чего привязался? Но послушно тронулась следом, не устраивать же в самом деле побег по заснеженным улицам. На подъезде к вокзалу я приметила парковочное место и быстро поставила машину, надеясь, что полицейский не заметил. А потом выскочила на улицу и сразу увидела Дэна, который стоял, задрав голову, и ловил ртом снег.

– Привет, дурила! – Я обхватила его руками. – Продолжаешь расти?

– Очень смешно, тетя Эми, – специально выделяя «тетя», ответил Дэн.

– Туше! – засмеялась я.

Дэн и правда был моим племянником, только двоюродным и разница в возрасте у нас была смехотворная – пять лет. Если раньше это казалось непреодолимой пропастью, то сейчас практически не замечалось.

– Пойдем быстрее в машину, ты, наверное, вечность меня ждешь! – Я подняла воротник пальто. – Холодно, жуть!

У машины терся знакомый офицер, который, завидев Дэна быстро ретировался. К моей радости. Не хотелось бы, чтобы он решил «провожать» меня дальше и торчал потом перед домом.

Я завела мотор и покаялась:

– Слушай, я помню, что обещала тебе квартиру своей знакомой, но я все перепутала, и ее квартира освобождается только через месяц!

Дэн пожал плечами:

– Поживу пока в общежитии.

– Нет-нет! – Я замахала руками. – У меня есть свободная комната, остановишься там на время.

– Боюсь, тебе будет неудобно.

– Ничего, потеснюсь.

Дэн поступил в магистратуру в Университет, где я вела курс по искусству, и я так обрадовалась родной душе в этом городе, что сразу же взялась решать все его бытовые вопросы. Как оказалось, решать в своем стиле: там не услышала, тут додумала. Но квартиру для Дэна я действительно нашла, нужно было только чуть подождать.

– Все еще выглядишь как чучело? – не забыл поддеть меня племянничек.

– А ты все такой же красавчик и нахал? – не осталась я в долгу и засмеялась.

– Ага, и всё ещё думаю, что если бы мы не были родственниками, я бы давно тебя соблазнил, а потом снял эти уродские очки, распустил волосы, переодел и запер в доме, чтобы ни один мужик тебя не видел. – Дэн расхохотался, глядя на мое вытянувшееся лицо, закинул руки за голову и расслабленно выдохнул. – Давай уже, вези меня в свою холостяцкую берлогу, «тетя» Эми, посмотрим, как ты живешь.

Квартира мне досталась от матери. Та в свое время не стала упускать возможности, которые ей дарила эффектная внешность, и раскручивала мужчин по полной. Жаль только, что она спускала свои капиталы так же легко, как и получала. Но эта квартира, что удивительно, осталась: светлая, с тремя комнатами и просторной кухней. Одну из этих комнат я и приготовила для Дэна.

– Располагайся. – Я махнула рукой в сторону гостевой. – Там моя спальня, дальше по коридору мастерская, а кухню ты видел. Еда в холодильнике. Будь как дома!

– Что, даже еда? С ума сойти! Надеюсь, не твоих рук дело, – покачал головой Дэн и скрылся у себя.

А я потрясла кулаком у закрытой двери и пошла к себе. Мое умение готовить в нашей семье каждый год обрастало новыми легендами. Каждая страшнее предыдущей, но я все равно не сдавалась. Вот и сейчас не сдамся. Если бы я так не устала, обязательно заставила бы Дэна что-нибудь съесть, чтобы увидеть ужас в его глазах. Сообщать ему о том, что еда из ресторана, я точно не планировала.

Переодевшись и завалившись на кровать, я снова вспомнила о сегодняшней встрече и застонала, накрыв голову подушкой. Зачем я в это влезла? Достала бы я денег на бабулю как-то иначе, всегда же доставала! И поняла: это все тот дурацкий адвокат, который меня уговорил! Он явно владел какими-то техниками гипноза. Точно он, а вовсе не обложка журнала, лежащего на моем столике. «Джеймс Пирс. Холостяк года». И фотография чуть ухмыляющегося будущего мужа. Надо сказать, не самая удачная: в жизни он был куда лучше, к сожалению. Как-то нежданно-негаданно, пока я торчала в его офисе, успела разглядеть и синие глаза в обрамлении черных длиннющих ресниц, и копну волнистых волос, в которые так хотелось запустить пальцы, и волевой подбородок с чуть отросшей за день щетиной. Типичный бабник. Стопроцентный хам и наглец. Мой вкус на мужчин, как всегда, работал против меня.

Что ж, одно хорошо: нас будут связывать только деловые отношения, и как этот год истечет, мы навсегда забудем друг о друге.

***

– У вас всегда так отвратительно зимой?

Недовольный Дэн, которого я вызвалась подвести до Университета, протянул мне стаканчик с кофе.

– Обычно хуже, – обрадовала его я, села за руль и тут же зашипела: горячий напиток выплеснулся прямо на светлые брюки, которые я надела в честь предстоящего торжественного события.

– Скорее, приложи холод! – Дэн выскочил из машины и начал закидывать мои колени снегом прямо с крыши автомобиля. Насилу угомонился спустя добрых пять минут! Еще примерно столько же я потратила на уговоры залезть, наконец, в эту чертову машину и ехать в этот чертов Университет. Потому что у меня дела. Такие, на которые опаздывать очень неприлично.

Несмотря на задержку, приехала я даже немного раньше времени, а потому успела увидеть красивую дорогую машину будущего мужа, на пассажирском кресле которой сидела не менее красивая и дорогая подружка. Кстати, новая. Не та, что вчера. Силен!

И я помахала Джеймсу, который, не увидев ничего похожего на свою жену, решил поискать меня в другом месте. Да, на мне снова были очки, и волосы я уложила в любимой манере – зализанным пучком на затылке, но совсем-то не запомнить мои очертания он не мог?

Вернувшись в машину, этот красавчик вытащил большой букет роз под недовольным взглядом нахохлившейся красотки, а затем вручил его мне. Немного поразмыслив, я решила, что это он пытался помочь мне скрыть пятно на брюках – если чуть опустить букет на уровень живота, как раз все пострадавшие части оказывались прикрыты.

Уладив формальности, мы вышли на крыльцо мэрии.

– Ну что, миссис Пирс, поздравляю! – прижав трубку к уху, пожал мою руку теперь уже муж, когда церемония закончилась. – Надеюсь…

И тут же отвлекся:

– О, привет, Пит, готовь самолет, через час будем в аэропорту. Да, Майами.

И пока он слушал ответ, я ретировалась. Мало ли он еще расчувствуется, решит взять меня с собой на наш медовый месяц. Хихикнув про себя, я залезла в машину и поехала на работу. Теперь, имея доступ к огромному капиталу, я, конечно, могла и не работать больше, но брать деньги Джеймса считала неправильным. Только на бабушку, только необходимое.

***

Спустя неделю после знаменательного события, которое ничего не поменяло в моей жизни, прямо посреди пары ко мне заглянул полноватый, лысеющий мужчина, наш ректор, мистер Гордон. Он встревоженно осмотрел класс, что-то прикидывая про себя, и попросил:

– Эми, на минутку?

Оставив старосту курса за главную и дав своим девчонкам задание, поспешила за ним.

– Эмилия, ты же всегда за наш университет горой? – Он вдруг остановился посреди коридора.

– Я?

– Тогда ты согласишься ему помочь! – поняв мой возглас по-своему, продолжил мистер Гордон. – На следующей неделе благотворительный вечер в тематике дня Святого Валентина, на котором нужно уговорить спонсоров пожертвовать нам немного денег. На самом деле, много, Эми, много…

Мистер Гордон вздохнул и оглядел меня с ног до головы, особенно задержался на невнятной длинной юбке, скрывающей ноги, и массивном пиджаке.

– Только нужен будет вечерний наряд…

– У меня нет, – тут же радостно сообщила я.

– Миссис Гордон тебе поможет, – успокоил меня он. – Моя жена удивительно хорошо разбирается во всех этих штучках. Поэтому она просто пришлет тебе платье перед вечеринкой. А ты уж, не сочти за труд, уложи волосы и накрась лицо. Ой, да что я говорю! С этим она тоже поможет.

– А что надо будет делать? – Я сложила руки на груди. Интересно, скажет прямо, что быть приманкой, или не сознается?

– Улыбаться и щебетать о какой-нибудь ерунде вроде погоды. С этим даже ты справишься, – пояснил серьезно ректор. – Ну, я могу на тебя рассчитывать?

Грустно кивнув, я вернулась в класс. Вообще ректор с женой очень меня поддерживали первое время, когда я приехала сюда после смерти мамы. Все эти семейные обеды, на которые они меня таскали, вечерние посиделки… Хотелось же им возиться с вечно грустной одинокой девчонкой? Что говорить, пойти на этот вечер – малое, чем я могла их отблагодарить.

А накануне важного события мне снова позвонил адвокат моего супруга, мистер Саммер.

– Неужели мистеру Пирсу так быстро надоело быть женатым, что он решил от меня отделаться? – пошутила я, таща из машины два огромных пакета с продуктами.

Жизнь с Дэном вносила свои коррективы. Он взял на себя готовку, чему я была несказанно рада, а я оставила за собой продуктовые магазины. Такими темпами мне грозило к весне набрать парочку дополнительных килограммов, но я ни о чем не жалела. И строила коварные планы, как бы оставить его на подольше.

– Вообще-то именно это мы и хотели обсудить, не могли бы вы подъехать в офис сегодня вечером?

– Что-то случилось? – удивилась я.

– Не по телефону, миссис Пирс, но я надеюсь, что вы…

Что он там еще говорил, я не запомнила, коротко согласилась и повесила трубку. Ладно, что уж. Ехать в центр не хотелось совершенно, но оставлять дела на завтра тоже было неудобно. Подготовка к вечеру и так требовала от меня недюжинного терпения, одна укладка волос чего стоила, не говоря уж о макияже. Поэтому со всем лучше было покончить сегодня.

В офисе мужа на этот раз не было ни длинноногих красоток, ни его самого. Меня встретил мистер Саммер, усадил в кресло, налил кофе, поинтересовался тем, как я добралась, а потом, между сетованием на промозглую погоду и обсуждением пробок на дорогах, передал стопку фотографий.

Там везде были мы с Дэном. Вот мы обнимаемся у дверей квартиры – кажется, я тогда запнулась о порог, и он меня поймал. Вот смеемся в машине, что-то разглядывая, а наши головы мило соприкасаются. Очень мило соприкасаются. Вот мы возле Университета целуемся – кажется, это был обычный поцелуй в щеку, но в данном ракурсе действительно смотрелось весьма натурально. Там обнаружились даже фотографии окон моей квартиры, где мы сидели за столом и смеялись. Что ж, очень правдоподобно.

– Кроме того, у нас есть свидетельские показания о том, что вы живете с молодым человеком. Вы же понимаете, Эмили, что для суда… – начал мистер Саммер.

Но я его перебила:

– Мистеру Пирсу нужен развод? Что ж, хорошо, я готова подписать бумаги, давайте сюда.

Адвокат даже растерялся:

– Простите, мы не были готовы, не рассчитывали, что вы… Вы же понимаете, что в этом случае не получите деньги? Вы – виновная сторона, а потому…

– Тогда пришлите все курьером? – не стала я дальше слушать и поднялась, прощаясь.

Хотелось побыстрее вернуться домой. Понятно, что для Джеймса эта женитьба была как кость в горле и что деньги эти изначально были не мои, но я злилась. И злилась в первую очередь на себя. Зачем поддалась на уговоры? Получается, я окунулась в грязь, чуть там побултыхалась и пошла дальше жить свою заурядную жизнь. Стоило оно того?

Пока ехала, я даже позвонила бабуле. Обычно мы созванивались раз в месяц, но признаться ей в фиктивном браке я так и не решилась, а теперь и вовсе было поздно. В любом случае она бы сначала выругала меня, а потом ревела тайком по старому мистеру Пирсу, которого сильно любила, но простить его измены не смогла. Как я могла ей рассказать, что согласилась взять его деньги? Вот я и не стала ничего говорить. Мы поболтали о ничего не значащих пустяках и разъединились, абсолютно довольные друг другом.

Но настроение все равно оставалось на нижней отметке. Не спас его даже вкусный ужин от заботливого Дэна. Потому что между стейком и десертом он сообщил о том, что его квартира освобождается раньше срока, а потому он съезжает от меня уже через пару дней и, наконец, оставляет меня в покое со всеми моими тараканами в голове. После такого потрясения, второго за день, я еще долго крутилась в кровати и никак не могла уснуть. Как же буду снова выживать на сосисках и хлебе? Это после стейков-то?

А уже с утра доставили платье. Повесив его на дверцу шкафа, я некоторое время просто смотрела на это темное кружево, а потом плюнула на приготовления, притащила блокнот и принялась делать зарисовки. Красота никогда не оставляла меня равнодушной, и сейчас мне очень хотелось перенести на бумагу эти переливы глубокого темно-синего цвета, легкость струящейся ткани и четкую линию силуэта.

За этим занятием меня и застала миссис Гордон, пришедшая помочь со сборами.

– Эми, милочка, опять малюешь? – запричитала седовласая полненькая женщина. – Ну-ка быстро в душ!

И пока я приводила себя в порядок, она разложила в моей комнате орудия пыток: всевозможные щипцы, спреи и кисточки. Не скажу, что процесс преображения гадкого утенка в лебедя был легок, но мы справились! Чего только стоило вытянувшееся лицо Дэна, который вообще-то каждый вечер видел меня дома без очков и обычного пучка.

Он некоторое время потрясенно молчал, а потом и вовсе отвесил поклон. Позер! Благо, предложил подвести до мероприятия, а потом забрать. Чем и заслужил мое прощение.

Курьер от адвоката чуть испортил мое приподнятое настроение, но сегодня я не разрешила себе по этому поводу расстраиваться – подписала бумаги о разводе и отпустила глазеющего на меня парня восвояси. Теперь я была счастливой незамужней дамой. Снова. И, что интересно, согласно документам, мой уже бывший муж брал на себя финансовую составляющую по содержанию моей бабули. Щедрый жест немного не вязался с его образом наглого бабника и повесы, но я решила, что он так поступил ради собственного деда. Все-таки история и завертелась благодаря несостоявшейся любви этих двоих: моей бабушки и его старика.

Дэн довез меня до главного здания Университета, где проходил вечер, и передал из рук в руки ректору.

– Смотри, Эми, сейчас мы пройдемся по залу, я буду тебя представлять всем этим денежным мешкам, – зашептал мне на ухо мистер Гордон.

Вот кто совершенно на меня не пялился. Во-первых, никого красивее миссис Гордон для нашего ректора не существовало, а во-вторых, я подозревала, что он просто считал меня еще одной своей дочерью. Четвертой по счету.

Я кивнула и взяла его под локоть.

– Твоя задача – улыбаться, – продолжил он. – Чтобы, когда я завел разговор о бедных студентах и недостатках финансирования, они просто застыдились бы при тебе нам отказывать.

Все-таки приманка. Я хмыкнула и улыбнулась, специально растягивая губы посильнее. Надеюсь, достаточно мило и спонсоры не начнут от нас шарахаться.

Великолепие входной зоны ослепило меня своими сердечками и купидончиками. Так, что поначалу даже зарябило в глазах. День Святого Валентина, конечно, всегда был полон этой показной ерунды, развешенной по всему городу, но сейчас организаторы будто сошли с ума. Приглашенные гости изумленно озирались и спешили побыстрее пройти в главный зал, где – даже отсюда было видно – буйство любви не так заполонило интерьер. Там было миленько: живые цветы посреди зимы и светлые оттенки декора. Цапнув с фуршетного стола маленькую тарталетку, я заспешила за своим спутником. Наживка так наживка. Тем более Университету действительно не помешал бы новый грант. Дожевывая, я догнала мистера Гордона, подхватила его под руку и подняла глаза.

Мой, теперь уже бывший, муж стоял с очередной яркой красоткой и с интересом меня разглядывал.

– Дорогая, познакомься, это мистер Джеймс Пирс, – добродушно проговорил ректор. – Джеймс – давний друг нашего университета. Надеюсь, и в этот раз он не откажет нам в небольшой помощи.

Джеймс чуть склонил голову, не сводя с меня взгляда. Узнал? Или нет? Я криво улыбнулась, мистер Гордон забыл меня представить, поэтому я поспешила сделать это сама: