Игра Бессмертных

– Привет, – поздоровалась Алиса и подмигнула ему. – Вот, держи.

Она протянула напарнику стакан с бодрящим напитком.

– Привет, – с улыбкой ответил Дан, а потом с восторгом добавил: – Спасибо! Ты меня просто спасла! Я не успел перехватить по дороге, все было еще закрыто.

– Так, ну и что тут у нас? – с наслаждением сделав глоток, спросила девушка.

– Я пока не осматривал тело, но история такая: уборщица нашла его утром. В клубе всю ночь никого не было, он снял его только для себя.

Алиса с сомнением во взгляде подняла рыжую бровь:

– Что, даже девочек?

– Ну, владелец сказал, что от услуг местных работниц гость отказался. Возможно, вызывал кого-то сам. Улики покажут. Ну что, давай посмотрим поближе?

Алиса кивнула. Оставив стаканы на столе в зале, напарники вошли в кабинку. Тут было почти не развернуться: между диваном с бархатной обивкой и столом – узкий проход, а от самого стола буквально два шага до матовой стеклянной двери. Прямо напротив нее, раскинув руки и опираясь на пухлую спинку, полулежало тело тощего мужчины лет сорока на вид. Рот его был раскрыт, а глаза закатились. Из-под губ торчали острые кончики клыков.

– Упырь, – бросила Алиса хмуро. – А лицо, кстати, знакомое. Где я его могла видеть?

Драгунов усмехнулся:

– Видела – и не раз. Это же Владислав Лонгинов, один из советников Бессмертного.

Девушка оторопело уставилась на Дана. А он мрачно кивнул, прекрасно понимая ее чувства и мысли. Как неприятно все получалось!

– Может, он того… Ну, сам… – неуверенно предположила она.

– Посмотрим. Но умер он на нашей территории, значит, нам с этим делом и разбираться. Хорошо, если никто к этому не причастен и Лонгинов действительно сам…

Голос Драгунова звучал деловито и уверенно. Вне зависимости от того, какие эмоции колдун испытывал, они никак не отражались на его поведении на местах преступлений.

– Следы колдовства?

– Нет, я проверил. Все чисто. Либо кто-то специально не стал пользоваться способностями, либо убийца был не колдун. Но на всякий случай перепроверь, мало ли что.

У Алисы не было причин не доверять Драгунову, но каждый колдун чувствовал магию по-своему. То, что не уловил Дан, могла ощутить она. Да и необходимость повторной проверки записалась у них на подкорке во время учебы в Академии.

Девушка повела рукой в пространстве. Обычно следы колдовства ощущались как неровности на любой твердой поверхности, например пластике или камне. Иногда признаки применения магии едва можно было различить, а порой пальцы словно проваливались в них.

Но здесь пространство оказалось совершенно гладким.

– Да, и правда ничего. Похоже, Лонгинов действительно сам себя лишил жизни.

– Я бы не делал поспешных выводов. Давай поработаем.

Алиса сокрушенно покачала головой. Они вполне неплохо жили и работали последние несколько десятилетий без скандальных смертей. А смерть Лонгинова именно такой и станет, даже если он убил себя сам. Он занимал высокую должность, и глава верви упырей Бессмертный вцепится в УСК своими узловатыми пальцами и острыми клыками, будет ежедневно требовать отчеты и протоколы. В общем, Алиса и Дан с этим делом крупно влипли. Упыри наверняка уже знают о смерти Лонгинова и мчат сюда на всех парах, благо им недалеко. Придется держать оборону, когда они явятся.

Размышляя о нерадужных перспективах, напарники принялись осматривать кабинку. Тяжелые мысли не покидали Алису, пока она тщательно обследовала обивку дивана. На бархатистой ткани остались светлые полосы от длинных заостренных ногтей вурдалака – в предсмертной агонии он скреб пальцами по всему, до чего сумел дотянуться.

Алиса приступила к осмотру тела. На подбородке и в уголках губ – следы пены, они же под воротником рубашки с роскошным жабо. Мышцы сведены судорогой, а на щеках слева и справа небольшие кровоподтеки, пока непонятно от чего. Черная ткань рубашки была присыпана каким-то белесым порошком, и Алиса аккуратно собрала его в пробирку.

Картина смерти намекала, что упырь отравился. Или его отравили.

Отравить вурдалака – звучало как анекдот. Они были невосприимчивы к ядам, бактериям и вирусам, а еще практически неуязвимы для атак. Лишь несколько мест в теле упыря можно было использовать, чтобы убить его, – глаза и основание черепа: через отверстия с помощью длинной иглы в мозг впрыскивалась кислота. Только вот какой вурдалак подпустит к себе кого-нибудь на расстояние, позволяющее воткнуть что-то в глаз?

Но больше всего Алису беспокоило не это. Если Лонгинов и правда умер от отравления, то что же это за вещество такое? Упыри наверняка попытаются скрыть настоящую причину смерти советника Бессмертного: об этой слабости никто не должен узнать.

Девушка развернулась и осмотрела стол. На нем стояли пять стаканов, в каких-то на самом донышке мутнели остатки напитков. Стаканы Алиса принялась собирать и каждый упаковывать в отдельный пакет с зиплоком. Подняв очередной стакан, колдунья увидела на стеклянной столешнице след от пальца. Он был смазан, и снять с него отпечаток не представлялось возможным. Но вдруг потожировой след что-то да расскажет. Алиса попросила Дана снять его.

Наконец напарники закончили с осмотром кабинки и собрали все свои инструменты, а затем дали команду забирать тело. Они подошли к хозяину клуба, все это время сидевшему у барной стойки.

– Нам нужны будут записи с камер, – сказал Драгунов.

– Я не использую камеры, – ответил хозяин клуба, лысый карлик в дорогом костюме от лучших зарубежных дизайнеров. – Меня за это и ценят – полная конфиденциальность и защита клиентов, которые очень часто хотят остаться неузнанными.

Драгунов усмехнулся:

– Хорошенькая же у вас защита! Теперь и концов не найти. Халатность, господин Петриков. За нее вплоть до уголовного.

Петриков скривился: пусть вменяют, что хотят. Обвинить его всерьез не получится, а от любой административной ответственности он откупится враз.

– Клуб теперь только под закрытие. Репутация испорчена, – проговорил карлик, постукивая кулачком по стойке. Золотые перстни с камнями мерцали бликами – Петриков как будто собрал всю коллекцию своих драгоценностей на руках.

– Вы как будто и не очень расстроены, – чуть наклонилась к нему Алиса.

– Это же не единственное мое заведение, – тот в ответ пожал плечами. – Я владел этим клубом через третьих лиц, и лишь бы теперь мое имя с ним не связали. Репутация нынче дорого стоит. Но это уже не ваше дело.

– А вы знали Лонгинова? – сощурилась Алиса.

Петриков ответил ей взглядом, полным подозрения;

– Не близко. Я много кого знаю из элиты, но едва ли с кем-то обмолвился хотя бы парой слов. Я предпочитаю держаться от всех этих оборотней, упырей и нечистых подальше и не водить с ними близких отношений.

– Почему?

– Потому что если они подумают, что ты перешел им дорогу, то ты труп! А меня такое не устраивает. Это все? У меня еще есть сегодня дела.

– Да. Не уезжайте пока из города. Мы можем вызвать вас для уточнения деталей, – ответил Драгунов.

Хозяин клуба спрыгнул со стула. Коротышку тут же окружили три гигантских телохранителя, буквально создав вокруг него стену. Алиса и Дан смотрели ему вслед, пока он не исчез за дверями.

Их кофе почти остыл, и они допили его большими глотками. Напарники собирались уходить, как со стороны входа в клуб послышались громкие сердитые выкрики и ругань. Драгунов закатил глаза, а Алиса сжала кулаки. Ну вот, начинается основная часть Марлезонского балета[3]!

Расталкивая сотрудников полиции и врачей «Скорой помощи», в зал клуба ворвались несколько человек. Алиса с Даном встали плечом к плечу и перегородили им путь. В человеке, шагнувшем вперед, девушка узнала Бессмертного – лидера верви упырей. Он был худ и высокого роста, его русые волосы, зачесанные назад, открывали высокий бледный лоб. На лице четко прорисовывались носогубные складки и морщины, однако стариком Бессмертного назвать было нельзя.

– В сторону, – рявкнул он, и его темно-вишневые глаза налились злобой.

– Прошу прощения, но это не в вашей юрисдикции, – ответил Драгунов.

– Молчать, – прошипел Бессмертный, – я хочу увидеть тело.

Ни Алиса, ни Дан не шелохнулись, хотя и понимали, что спорить или пытаться остановить его бесполезно.

– Приказы здесь отдаете не вы, – твердо сказала Алиса.

– Я приехал, чтобы опознать тело.

– Вас вызовут на официальное…

– Покажите мне тело! – рявкнул Бессмертный. – Я хочу убедиться сейчас.

Разговаривать с разъяренным упырем было все равно что говорить со стеной. Напарники обменялись взглядами и одновременно кивнули друг другу. Дан махнул рукой судмедэксперту и попросил его расстегнуть мешок, в котором транспортировали труп. Алиса наблюдала за происходящим, оставаясь на своем месте. Упырь шагнул вперед.

Увидев тело, Бессмертный поднял ладонь и провел ею по лицу. Затем он повернул голову, но рта и подбородка из-за высокого стоячего воротника плаща видно не было. Голос прозвучал глухо:

– Мы заберем его.

Теперь пришла очередь Дана злиться.

– Черта с два! – грозно сказал он. – Никого и никуда вы не заберете! И плевать нам, что он из ваших! Он умер на нашей территории, а значит, заниматься делом будет УСК. Это закон!

Упырь медленно повернулся к нему всем корпусом:

– Что ж, признаю, законы вы знаете хорошо. Но тогда вам известно еще и то, что у вас три дня, чтобы все отработать, а потом вы должны будете передать тело и материалы дела нам.

– Да, – уже более спокойно ответил Драгунов. – Этого мы не отрицаем.

А Бессмертный вихрем пронесся мимо него и бросил:

– Я пришлю своих людей к вам. Прощайте.

Когда упыри покинули клуб, Алиса почувствовала, что ей стало легче дышать. Она не боялась этих созданий, но находиться рядом с ними всегда было очень некомфортно: словно на шею накидывали и затягивали обруч из толстой проволоки. Магическая аура хищников пыталась вырваться из-под контроля и подчинить жертву.

Драгунов дал команду судмедэкспертам грузить тело Лонгинова в фургон УСК. Алиса сбросила с себя оцепенение и кивнула напарнику. Они вместе вышли из клуба на улицу, где девушка вдохнула влажный апрельский воздух. Москва потихоньку просыпалась, и музыка улиц звучала все громче.

Напарники забрались в кабину фургона, и машина тронулась. Оба молчали в дороге, снова вернувшись к мыслям о том, какое дельце им досталось с мертвым упырем.

– Хорошо будет, если он действительно отравился сам, а не кто-то помог. – Дан наконец выдал то, что беспокоило обоих. – А если и помог, то кто-то из самих упырей. Пусть тогда сами во всем разбираются.

Алиса молча кивнула. Смерть упыря такого уровня, как Лонгинов, всколыхнет всю магическую Москву. А если выяснится, что его убили, – жди урагана. Кто вообще посмел поднять руку на такое существо? Любой в городе осознавал, что это приведет к серьезным последствиям для верви, чей представитель окажется виновен в преступлении. Пострадавшая группа могла требовать любой компенсации, даже объявить войну. Если это случится, будет уже все равно, кто прав, а кто виноват.

– Хорошо бы… – пробормотала девушка, глядя в окно на пробегающие мимо улицы.

Светофоры мигали им вслед, автомобилей на дорогах становилось все больше. Чаще слышались протяжные звуки клаксонов и сирен. Скоро солнце разгонит утреннюю дымку, заиграет лучами в стеклянных башнях высоток. Весна, время пробуждения и наступающего тепла, была любимым временем года Алисы. Каждый раз она искренне наслаждалась оживлением природы, а вот осенью грустила, когда зелень превращалась в золото, а золото в конечном итоге становилось углем.

Напарники вернулись в управление к началу рабочего дня. Пересекая светлый холл с панорамным окном, сквозь которое лился солнечный свет, Алиса подумала о том, что было бы замечательно, если получится уйти сегодня пораньше на целых два с половиной часа.

Дан открыл перед девушкой дверь их кабинета.

Помещение было рассчитано на четырех человек, но кроме Алисы и Драгунова его больше никто не занимал, и два свободных стола напарники использовали для хранения папок с материалами по текущим делам. Сейчас столы пустовали, но вскоре на них появятся новые бумаги.

На стене справа висела большая, почти с человеческий рост, карта Москвы. Она была довольно потрепанной, со множеством отверстий от канцелярских кнопок. Напротив карты, на другой стене, расположилась белая доска с магнитными стикерами и маркерами. Она тоже пока что была пуста. Благодаря широкому окну с арочной верхней частью кабинеты в управлении всегда были наполнены светом и визуально казались больше и шире. Выходившую в коридор стену, выполненную в виде аквариума, от чужих взглядов надежно закрывали белые металлические жалюзи.

Алиса и Дан заняли свои места, закипела знакомая бумажная работа: описать улики, загрузить фотографии в локальную сеть, составить протоколы. Прошло несколько часов, и наконец Драгунов поднялся и потянулся.

– Схожу-ка к Прасковьеву, – сказал он, – узнаю, когда нам ждать результаты вскрытия.

– Давай. Хотя не скажу, что мне бы хотелось их узнать, – Алиса невесело улыбнулась. – Вдруг его и правда убили.

Она откинулась на спинку кресла и запрокинула голову. Дан навис над девушкой и заглянул в ее лицо. Вверх тормашками он выглядел нелепо и даже отталкивающе из-за непропорциональности черт. Драгунов помахал перед Алисой бумажкой с черными пятнами:

– Пальчики сравнишь? Всего два вида. Один точно наш клиент, а вот второй, может, и убийца. Больше нет нигде. Стаканы брал только сам Лонгинов.

– Конечно, – девушка перехватила бумагу и стала рассматривать папиллярные линии, словно выведенные чернилами.

На одной из картинок очень четкими были, судя по рисунку, линии с большого пальца. А внизу крошечная подпись о том, что отпечаток снят с кнопки звонка на двери кабинки в клубе.

Когда Дан ушел, Алиса открыла сброшенный им через обменник УСК файл с пальцами и запустила поиск по базе. Распечатку с копиями она отправила в папку, лежавшую рядом, а потом опустила голову на сложенные руки и закрыла глаза.

Внезапно программа поиска пискнула – совпадений по одним отпечаткам не найдено, зато с другими – стопроцентное. Алиса открыла отчет и замерла, глядя на экран. Несколько раз она перечитала имя, не веря своим глазам. Если это судьба, то у нее очень плохое чувство юмора.

В этот миг открылась дверь кабинета, и заглянул Дан. Его появление отвлекло Алису, и она забыла об обладателе отпечатков пальцев. По одному выражению лица напарника девушка поняла: все плохо. Драгунов, стоя на пороге, поманил ее за собой:

– Пошли. Уговорил Прасковьева рассказать нам предварительные результаты.

Алиса выключила монитор и последовала за напарником.

В морге пахло смесью хлорки, формальдегида и спирта, в глаза неприятно бил свет флуоресцентных ламп. Игорь Захарьевич Прасковьев стоял, склонившись над прозекторским столом. Будто символы на причудливом циферблате, над патологоанатомом кружились в воздухе инструменты, и при необходимости один из них пикировал вниз, а Прасковьев ловко хватал его, чтобы применить по назначению. Некоторые лезвия были покрыты красно-коричневой субстанцией.

– Добрый день, Игорь Захарьевич, – поздоровалась Алиса, – как дела?

– Добрый-добрый, – отозвался патологоанатом, продолжая работать с телом и не оборачиваясь к вошедшим. – Чьи дела вас больше интересуют, дорогая моя Звягинцева, мои или моего клиента?

– Ваши, конечно же, в первую очередь!

Прасковьев усмехнулся и только тогда оторвался от работы. Он повернулся к напарникам, держа ладони в окровавленных перчатках поднятыми. Алиса ухмыльнулась: Игорь Захарьевич внешне был больше похож на доброго педиатра, нежели на патологоанатома. И его вид за работой постоянно вызывал страшный диссонанс у новичков. Прасковьев был низкого роста, с густыми седыми волосами, круглым лицом и веселыми глазами с лучиками морщинок, расходящимися от внешних уголков.

– Хорошо, у меня все хорошо. А вот что до моего гостя, боюсь, тут мне вас порадовать нечем.

– И что же с ним? – спросил Дан, когда они подошли чуть ближе. – Ну, не считая того, что он мертв.

Тело упыря лежало на столе во всей своей посмертной не красе: вскрытая грудная клетка алела, словно жуткий цветок из фильма ужасов, а органы были разложены по специальным емкостям. После смерти вурдалаки утрачивали свою неуязвимость, и тела поддавались любым манипуляциям.

– Кровь, смывы с кожи и образцы тканей я отправил на анализ, но если хотите мое предположение – он умер от отравления неким веществом. Похоже, что-то крайне ядовитое, но без лабораторных данных сказать точно сложно.

Алиса и Дан переглянулись, понимая друг друга без слов.

– Значит, в своей смерти он виноват сам?

– Дорогой мой Драгунов, попридержите коней, – укоризненно сказал Прасковьев, – и вот сюда посмотрите.

Он поменял перчатки на чистые, взял мертвеца за подбородок и слегка наклонил его голову сначала вправо, потом влево.

– Мы видели эти следы еще утром, когда на место приехали, – сказала Алиса.

– А обратили внимание, как они расположены? – лукаво спросил Прасковьев.

– Пальцы? – догадался Дан.

– Да. Кто-то крепко держал его за челюсть. Вот тут один след от большого пальца, а здесь два – указательный и средний.

– Его заставили открыть рот!

И, похоже, держали, не давая его закрыть. Алиса вспомнила следы порошка на одежде. «Значит, все-таки убийство», – обреченно подумала девушка.

– Точно. Так что, дорогие мои Драгунов и Звягинцева, придется вам искать убийцу нашего достопочтенного… упыря Лонгинова.

– Что ж, найдем, раз надо, – уныло сказала Алиса.

Когда же это кончится? Они только-только закрыли дело о целой банде длаков, которая промышляла разбоями на окраинах Москвы. Ловили преступников долго, выслеживая их несколько месяцев и подрывая силы банды. Информаторы УСК доносили, что база преступников прекрасно укреплена и лучше для начала лишить главаря основных сил. Но длаки, разумеется, просто так тоже уступать не желали, и штурм их базы больше походил на мини-войну. В конечном итоге управление не потеряло ни единого колдуна, было лишь несколько раненых, а банда была ликвидирована.

Алисе еще не приходилось жить столько времени в таком напряжении, и вот снова их ждет работа без нормального сна и выходных. Только когда они вернулись из морга к себе в кабинет, девушка вспомнила про сверку отпечатков пальцев.

– Одни мимо, а вот с другими есть совпадения.

– Упыриные мимо? – уточнил Дан.

– Ну да. Вот, погляди сюда…

Она подвела напарника к своему компьютеру и включила монитор, на экране которого до сих пор висела информация из базы.

Драгунов начал читать, бормоча себе под нос:

– Лиговский Марк Арсеньевич… мелкая магазинная кража… задержан… все обвинения сняты… А пальцы остались! Ну что, вот и подозреваемый у нас есть. Скажу ребятам, пусть завтра к нам его доставят, будем отрабатывать.

Алиса только кивнула. Она ощущала смертельную усталость. Словно в полусне она наблюдала, как Дан выгружает страницу из базы на общий диск.

Напарник закончил и закрыл базу, а Алиса села за свой стол. Она прикрыла лицо руками и снова подумала о том, что у судьбы, если это ее проделки, очень дурное чувство юмора.