ОДИССЕЙ Возвращение на Итаку

— Мы можем отдохнуть здесь несколько дней, — сказал один из них.

Другой указал на деревья.

— И еды здесь достаточно.

Но Одиссей не терял осторожности.

Там, где было столько животных, должны были находиться пастухи или селения. Однако вокруг не было ни домов, ни человеческих голосов.

Лишь из глубины гор доносился неясный гул.

Одиссей приказал разбить лагерь на берегу. Разожгли костры, пойманных коз зажарили, а кувшины наполнили пресной водой. Воины, несколько дней не евшие досыта, наконец смогли утолить голод.

К вечеру стало прохладнее.

Солнце скрылось за каменными вершинами, и небо окрасилось в тёмно-красный цвет. Моряки собрались вокруг костров и заговорили о домах и дороге впереди.

Одиссей к ним не присоединился.

Он смотрел на большую гору за берегом.

Незадолго до заката на её склоне вспыхнул огонь. Рядом виднелся вход в огромную пещеру. Вокруг неё находились каменные загоны и сотни овец.

Любопытство Одиссея проснулось.

Он хотел узнать, кто владеет этим островом.

Эврилох проследил за его взглядом.

— Ты думаешь отправиться туда.

— Да.

— Не думаю, что это хорошая идея.

Одиссей слегка улыбнулся.

— Ты никогда не считаешь мои идеи хорошими.

— Потому что твои хорошие идеи обычно приводят нас прямо в битву.

— Иногда нельзя понять опасность, не приблизившись к ней.

Эврилох нахмурился.

— А иногда, приблизившись, уже невозможно вернуться.

Одиссей смотрел на дым, поднимавшийся над пещерой.

— Утром я возьму двенадцать человек и пойду туда. Ты останешься здесь и будешь охранять корабли.

— Я иду с тобой.

— Кто-то должен остаться у берега.

Эврилох хотел возразить, но знал, что Одиссей не изменит решения.

В ту ночь Одиссей почти не спал.

Ветер проходил между скалами, издавая протяжный вой. Издалека доносился звон овечьих колокольчиков. Иногда казалось, будто земля едва заметно дрожит под тяжёлыми шагами, звучащими из глубины горы.

На рассвете Одиссей выбрал двенадцать человек.

Среди них был и Леод. После событий на острове лотофагов он хотел доказать, что снова достоин доверия. Сначала Одиссей не желал брать его с собой, но Леод настоял.

— Я больше не забуду свой долг, — сказал он.

Воины взяли мечи, копья и несколько мешков с едой. Одиссей приказал также принести тёмный мех с вином — одну из самых ценных вещей на корабле.

Это было необычное вино.

Жрец, живший неподалёку от Трои, подарил его Одиссею в знак благодарности. Оно было настолько крепким, что даже небольшое количество, выпитое без воды, могло опьянить человека.

Увидев мех, Эврилох удивился.

— Если мы встретим великана, ты предложишь ему вина?

Одиссей пожал плечами.

— Никогда не знаешь, когда оружие окажется полезным.

Отряд начал подниматься по каменистой тропе.

Солнце поднималось всё выше, и становилось жарко. Камни скользили под ногами, колючие кусты цеплялись за одежду. Дыхание воинов становилось тяжёлым. Под доспехами они обливались потом и время от времени останавливались, чтобы выпить воды.

Через несколько часов они добрались до равнины перед огромной пещерой.

Вблизи она казалась ещё больше. Вход был выше ворот дворца. Каменные стены загонов вокруг были сложены из глыб, которые обычные люди не смогли бы даже сдвинуть.

Внутри загонов находились сотни овец и коз.

Некоторые животные, увидев Одиссея и его людей, забеспокоились, но не убежали.

Перед пещерой стояли огромные корзины, толстые дубины и сосуды выше человеческого роста.

Леод остановился рядом с одним из следов на земле.

Он был больше боевого щита.

— Это оставил не человек, — сказал он.

Одиссей присел и осмотрел след.

— Нет.

Один из воинов предложил вернуться.

— Царь мой, уйдём, пока хозяин не пришёл. Возьмём несколько овец и вернёмся к кораблям.

Другой поддержал его:

— Я не хочу встречаться с существом, которое оставляет такие следы.

Одиссей посмотрел в тёмный вход пещеры.

— Мы проделали весь этот путь. Не уйдём, пока не узнаем, кто здесь живёт.

Воины тревожно переглянулись.

Когда они вошли внутрь, воздух сразу стал холоднее. Жаркое солнце осталось позади, уступив место сырой, тяжёлой темноте. Со стен капала вода, а воздух был наполнен запахом животных.

Через некоторое время глаза привыкли к мраку.

В пещере лежали огромные круги сыра, стояли сосуды с молоком и деревянные полки. Некоторые кувшины были настолько велики, что двое мужчин не смогли бы их поднять. В одном углу находились новорождённые ягнята, в другом — козы.

Страх воинов сменился изумлением.

— Здесь еды на целый год, — сказал Леод.

Один из людей попытался поднять большой круг сыра, но тот даже не сдвинулся.

— Возьмём немного и уйдём, — предложил он. — Мы успеем добраться до берега до возвращения хозяина.

Почти все согласились.

Но Одиссей продолжал осматривать глубину пещеры.

— Нет, — сказал он.

Леод повернулся к нему.

— Почему?

— Мы не прикоснёмся к имуществу, не встретив хозяина.

— А если он не обрадуется гостям?

— Причинять вред гостю запрещают законы богов.

Леод указал на огромные предметы вокруг.

— Ты уверен, что тот, кто живёт здесь, чтит законы богов?

Одиссей не успел ответить.

Снаружи послышался звон овечьих колокольчиков.

Затем раздались тяжёлые шаги.

С каждым шагом пол пещеры содрогался.

Воины мгновенно замолчали.

Одиссей отвёл их в тёмную часть пещеры.

— Приготовьте оружие, — прошептал он. — Но не нападайте без моего приказа.

Шаги становились всё ближе.

Сначала вход в пещеру заслонила огромная тень.

Затем существо вошло внутрь.

Увидев его, люди затаили дыхание.

Он был по меньшей мере втрое выше обычного человека. Плечи были настолько широкими, что при входе ему пришлось пригнуться. На нём была грубая одежда из звериных шкур. Длинные волосы и борода спутались, образуя вокруг лица густую гриву.

Но страшнее всего был единственный огромный глаз посреди лба.

Существо несло за спиной большую корзину с дровами. Когда оно бросило её на землю, пещера содрогнулась. Затем великан загнал внутрь овец и подошёл ко входу.

Люди Одиссея уже собирались бежать.

Но было поздно.

Великан протянул руки к огромному валуну, лежавшему у входа. Камень, который не смогли бы сдвинуть несколько человек, он легко поднял и поставил перед пещерой.

Дневной свет мгновенно исчез.

Пещера погрузилась во тьму.

Великан бросил дрова в огонь. Пламя взметнулось, и его лицо осветилось оранжевым светом.

Единственный глаз медленно осмотрел пещеру.

Затем он увидел Одиссея и его людей.

— Кто вы такие? — прогремел он.

Голос ударился о стены и многократно отразился эхом.

Некоторые воины в страхе отступили.

Одиссей вышел вперёд.

— Мы ахейские воины, — сказал он. — Возвращаемся домой из Трои. Бури занесли нас к твоему берегу.

Великан наклонил голову и внимательно осмотрел их.

— Чего вы хотите от меня?

— Гостеприимства, — ответил Одиссей. — По законам богов чужеземцу полагаются пища и защита.

Великан некоторое время молчал.

А потом рассмеялся.

От его смеха с потолка посыпались мелкие камни.

— Боги? — произнёс он. — Я не боюсь богов.

Лицо Одиссея стало суровым.

— Зевс защищает гостей.

Великан наклонился ближе.

— Зевс здесь не живёт.

Его глаз блеснул в свете костра.

— Это моя пещера.

Одиссей понял, кто стоял перед ним.

Это был один из киклопов.

Одноглазые великаны жили среди гор. У них не было ни царей, ни законов. Каждый обитал в собственной пещере и верил лишь в свою силу.

— Как тебя зовут? — спросил Одиссей.

Великан расправил плечи.

— Я Полифем. Сын повелителя морей Посейдона.

Услышав имя Посейдона, Одиссей почувствовал растущую тревогу.

Полифем внезапно протянул руку и схватил двух воинов. Всё произошло так быстро, что никто не успел вмешаться. Крики мужчин разнеслись по пещере.

Одиссей выхватил меч, но остановился.

Великан стоял между ними и камнем, закрывавшим выход. Если они убьют его сейчас, никто не сможет сдвинуть валун. Они навсегда останутся заперты в пещере.

Одиссей подавил ярость и знаком велел людям отступить.

Полифему, казалось, нравился страх чужаков.

— Значит, вы пришли из Трои, — сказал он. — Где ваши корабли?

Одиссей сразу понял его намерение.

Если великан узнает, где стоят суда, то пойдёт к берегу и уничтожит их.

— Наш корабль разбился о скалы, — солгал Одиссей. — Выжили только мы.

Полифем прищурил единственный глаз.

— Возможно, ты лжёшь.

— Верить или нет — твоё дело.

Великан рассмеялся.

— Позже узнаю правду.

Полифем начал доить овец, словно совсем забыл о чужеземцах. Он наполнил молоком огромные сосуды, проверил сыры и лёг в углу пещеры.

Вскоре он захрапел.

При каждом вдохе пламя костра колебалось.

Люди тихо собрались вокруг Одиссея.

Леод прошептал:

— Убьём его сейчас.

Одиссей покачал головой.

— Если убьём, останемся за камнем.

— Утром он снова нападёт на нас.

— Знаю.

— Тогда что делать?

Одиссей посмотрел на валун у входа. Он был настолько велик, что никто, кроме Полифема, не смог бы его сдвинуть.

Затем он заметил огромную дубину великана.

Она была сделана из ствола молодой оливы. Древесина ещё не полностью высохла, а сама дубина была толщиной с корабельную мачту.

В голове Одиссея начал складываться план.

— Если хотим выжить, мы должны победить его не силой, а разумом, — сказал он.

Леод посмотрел на спящего великана.

— Как?

Одиссей не ответил.

Утром Полифем проснулся. Он отодвинул камень, выпустил часть овец наружу, а затем снова закрыл вход.

Одиссей и его люди остались внутри.

Уходя, великан засмеялся.

— Отдыхайте до вечера. Потом я снова утолю голод.

Когда камень встал на место, в пещере воцарились тьма и тишина.

Воины со страхом посмотрели на Одиссея.

— Каков твой план? — спросил Леод.

Одиссей указал на большую дубину.

Воины вместе отрубили от неё часть. Даже этот кусок был выше человеческого роста. Они заточили один конец мечами, а затем обожгли его над огнём, чтобы древесина стала твёрже.

Заострённый кол спрятали в тёмном углу пещеры.

Вечером Полифем вернулся.

Он загнал овец внутрь, закрыл вход и снова приблизился к пленникам.

На этот раз Одиссей не отступил.

В руке он держал мех с вином, привезённым из Трои.

— Полифем, — сказал он. — Я принёс тебе дар, чтобы ты запил свою пищу.

Великан подозрительно посмотрел на мех.

— Что это?

— Самое крепкое вино, какое умеют делать люди.

Полифем выхватил мех и сделал большой глоток.

Когда он почувствовал вкус, его глаз расширился.

— Дай ещё.

Одиссей снова протянул мех.

Великан выпил во второй раз.

Затем в третий.

Вскоре его движения стали медленными, а речь — неразборчивой.

— Этот напиток… — пробормотал он. — Лучше вина богов.

Одиссей сохранял спокойствие.

— Ты обещал мне подарок.

Полифем прислонился к стене и рассмеялся.

— Сначала назови своё имя.

Одиссей подождал несколько секунд.

— Моё имя — Никто.

Великан нахмурился.

— Никто?

— Да.

Полифем снова рассмеялся.

— Тогда вот мой подарок: тебя я съем последним, Никто.

С этими словами он опустился на землю.

Под действием вина через несколько минут великан погрузился в глубокий сон.

Одиссей подал знак.

Шестеро воинов достали спрятанный кол. Его остриё раскалили в огне. Люди дрожали от страха, но никто не отступил.

Одиссей встал впереди.

— Вместе, — прошептал он.

Они подняли кол.

И направились к единственному глазу Полифема.

Великан внезапно проснулся.

Пещеру потряс страшный рёв. Полифем вскочил, а воины бросили кол и разбежались к стенам. Великан шарил руками вокруг себя, но ничего не видел.

Снаружи послышались голоса других киклопов.

— Полифем! — крикнул один из них. — Кто напал на тебя?

Полифем повернулся ко входу.

— Никто! — заревел он. — Никто напал на меня!

За камнем на некоторое время воцарилась тишина.

— Если никто на тебя не нападает, зачем ты зовёшь нас? — спросил один из киклопов.

— Должно быть, боги наказали тебя.

Шаги начали удаляться.

Люди Одиссея, несмотря на страх, посмотрели друг на друга.

План сработал.

Но они всё ещё оставались запертыми.

Полифем отодвинул камень и сел у входа, широко раскинув руки.

— Никто из вас не уйдёт, — сказал он.

На рассвете овцы начали беспокойно двигаться, желая выйти наружу.

Полифем ощупывал спины и бока каждого животного перед тем, как выпустить его. Он полагал, что люди попытаются сбежать, сидя на овцах сверху.

Одиссей ходил среди стада и увидел самых больших баранов.

У него появился новый план.

Он разделил людей на группы по трое. Они связали овец бок о бок, и каждый воин спрятался под брюхом средней овцы. Так, когда великан ощупывал спины животных, он не мог заметить людей.

Сам Одиссей спрятался под самым большим бараном в стаде.

Овцы одна за другой выходили из пещеры.

Полифем ощупывал каждую.

Когда подошёл огромный баран, под которым висел Одиссей, великан остановил его.

Он провёл рукой по спине животного.

— Почему сегодня ты выходишь последним? — спросил Полифем. — Обычно ты всегда идёшь впереди стада.

Одиссей задержал дыхание.

Пальцы великана прошлись по густой шерсти.

— Может быть, ты печалишься о том, что случилось с твоим хозяином, — произнёс он. — Если бы ты только мог сказать мне, где прячется этот Никто.

Наконец Полифем отпустил барана.

Когда Одиссей оказался снаружи, яркое солнце ударило ему в лицо.

Никто не заговорил, пока они не отошли далеко от пещеры.

Тогда воины выбрались из-под животных и со всех сил побежали к берегу. Они также увели с собой лучших баранов великана.

Добравшись до кораблей, Одиссей увидел Эврилоха.

— Поднять паруса! — крикнул он. — Немедленно!

Воины погрузили животных на суда. Канаты отвязали, и гребцы изо всех сил налегли на вёсла.

Когда корабль отошёл от берега, Полифем вышел из пещеры.

С рёвом он добрался до моря.

Когда судно оказалось на безопасном расстоянии, Одиссей не сдержался.

— Полифем! — крикнул он. — Тот, кто победил тебя в пещере, не Никто!

Эврилох попытался остановить его.

— Не называй своё имя!

Но гордость Одиссея оказалась сильнее разума.

— Это сделал Одиссей, сын Лаэрта, царь Итаки!

Полифем повернул голову на голос.

Он поднял с земли огромный камень и бросил его в море.

Камень упал совсем рядом с кораблём. Поднявшаяся волна понесла судно обратно к берегу. Люди в ужасе налегли на вёсла.

Полифем поднял руки к небу.

— Отец мой, Посейдон! — заревел он. — Если я действительно твой сын, не позволь Одиссею вернуться домой!

Море мгновенно потемнело.

— А если ему всё же суждено вернуться, пусть это случится лишь через много лет! Пусть он потеряет всех своих людей и прибудет домой на чужом корабле!

В небе сверкнула молния.

Волны начали подниматься.

Слушая проклятие великана, Одиссей почувствовал, как исчезает радость победы. Он боялся уже не самого Полифема, а его молитвы.

Эврилох с гневом посмотрел на него.

— Зачем ты назвал своё имя?

Одиссей не смог ответить.

Корабли удалялись от острова, но крики Полифема всё ещё были слышны.

В тот день Одиссей победил великана своим разумом.

Но из-за собственной гордости сделал врагом повелителя морей.

А гнев Посейдона не был похож на гнев простого человека.

Бури были его дыханием.

Волны — его руками.

Всё море было его царством.

Глядя на исчезающий остров, Одиссей понял, что дорога домой стала гораздо опаснее.

Но он ещё не знал, какую страшную цену ему придётся заплатить.

КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ ГЛАВЫ

Следующая глава: Повелитель ветров