Сказка о Хасибе и царице змей

Затем Джабрил на небо синее вспарил,

И ничего уже в ответ не говорил…

Булукия вслед смотрел, с тяжёлою тревогой…

И сам себе сказал: – Немедленно очнись!

Припомни то, что было прежде и прошло…

«Ей рассказали, а она нам: – Ни за что!

Мы вопрошали: – Поясни же, потрудись!

– Всё потому, что сам Аллах великий милость

Явил когда-то Сулейману, а не вам!

Кольцо волшебное – то дар Его словам:

– О, подари мне власть, – просил он,

– - что не снилась…»

Всё это вспомнил он и в горечи своей

С горы спустился и пошёл до брега моря,

Да сел у синих вод и, сам с собою споря,

Всю ночь сидел

и слушал пение морей…

Пение морей…

И будто что-то проясняться в мыслях стало,

Он вновь обдумывал слова Царицы змей,

И все события прошедших, тяжких дней,

Причину смерти друга от желанья жала…

А утром взял, намазал ноги снова мазью,

Да и пошёл по морю, словно по траве…

И днём и ночью, всё дивясь на дива те:

На чудо, ужас и красу многообразья…

Не уставая, шёл Булукия по водам,

И, наконец, достиг он острова Мечты…

Похож на маленький оазис красоты.

Земля шафрановая, в речке по порогам

Подобно яхонтам тут камешки блестят!

Жасмина веточки колышутся привольно,

Даря волшебным ароматом и невольно

Царевны бабочки на запах тот летят…

Деревья лучшие из всех, что есть у нас,

С плодами крупными, на солнце наливными,

Ручьи звенели голосами молодыми,

Фиалки, розы и гвоздики – радость глаз!

Там вместо пней камарский лист торчал алоэ,

Там не камыш, а сладкий сахарный тростник,

Цветами радужными всех сортов цветник,

И в чудном сне не снится празднество такое…

Обширен остров и обилует благами,

Разнообразием вселенской красоты,

Что наполняет сердце гимном чистоты,

Пьянящей негой, ароматными садами…

Ладами звучными пернатые поют:

От нежных жалобных напевов до весёлых,

Газели прыгают средь зарослей зелёных,

Похоже, здесь

любовь нашла себе приют.

…Волшебный остров Эхо… –  https://sseas7.narod.ru/intro.htm

Всем сердцем острову Булукия дивился.

Но, вместе с тем, уж понял: сбился он с пути,

Которым шли недавно с Дарием они.

Гулял до вечера, пока не утомился.

Но было странным ощущение, что он

Уже бывал на дивном острове волшебном!

Не только видел, но касался сам к целебным

Плодам и травам или видел раньше сон…

Забрался на ночь он на дерево густое,

И стал раздумывать о сути в новизне,

Как вдруг внезапно…

море вспенилось в волне,

А из него идёт…

чудовище

морское…

И громким криком

закричало так, что звери

Мгновенно в страхе разбежались кто куда…

И осознал Булукия, – вот, грядёт беда

Непостижимая…

На море вновь вскипела

Волна огромная, и страшные, морские

Оттуда дива появлялись,

вновь и вновь…

Их было много.

Закипела в жилах кровь,

…Булукия в страхе наблюдал…

Средь них иные

Держали в лапах драгоценные каменья,

Другие что-то бормотали без умолку.

И так всю ночь на берегу, как бы без толку

Они толпились, вызывая удивленье…

Там были звери, что в пустынях раньше жили…

И леопарды, львы, и барсы, и верблюды.

Подумал юноша:

– А эти-то откуда?

И тут же вспомнил: дно морское – быль пустыни…

Наутро все ушли обратно…

в сине море…

А уж Булукия намазал мазью пятки,

Да поспешил уйти подальше без оглядки.

И вот уж новый остров, словно при дозоре…

Он по поверхности воды бегом к нему,

А там гора, а под горой лежит долина,

Которой не было конца и середины,

Вся из магнита, неизвестно почему…

Опять тут звери: львы, шакалы и тигрицы.

Он возле моря присмотрел себе пещеру,

Задумав спрятаться, а там… во тьме – пантера…

Готова кинуться…

И негде было скрыться…

Намазал мазью мигом ноги и.. вперёд!

Едва успел он к морю, чтобы ускользнуть,

Пока она прыжки замедлила чуть-чуть,

Не сомневаясь в том, что пища не уйдёт…

Вот снова по морю спешит по темноте…

Так море третее прошёл он до утра.

И снова остров…

И Букукия туда,

Деревья зрит с плодами сочными в листве.

Он камнем сбил плоды, и в сладости поел.

Хваля Аллаха, стал по острову бродить.

Так десять дней провёл, но негде было жить,

И вот, в четвертом море ищет он предел.

Натер стопы и снова по морю движенье.

И днём и ночью… Снова остров впереди.

Весь белый, белый из песка, и не найти

Деревьев, кустиков… Лишь ястреба круженье…

Он дальше в путь по морю пятому идёт,

И много дней, ночей без отдыха… Устал,

Но снова остров, и готов ему привал:

Земля и горы, как хрусталь, весь мир поёт…

А под землею жилы… точно золотые!

Деревья странные, диковинные, чудо!

Цветы как золото, свеченье ниоткуда!

Но вот стемнело, распахнулись кладовые…

Всё то, что днём сияло,

– в звёзды обратилось!

И красота, какой на свете не бывает.

Как будто ветром лунным веточки качает,

Всё изнутри глубинным светом засветилось…

Волшебный остров Эхо с тайнами миров…

То там, то тут вдруг возникали голоса!

Реченья мудрые творили чудеса -

Мосты хрустальные вели до всех веков,

Соединяя то, что сердцем пожелаешь,

Так путешествует по водам жизни мысль,

Но не простая, а дарующая жизнь

Великолепию,

когда о нём мечтаешь!

Он отдохнул на этом острове. С зарёю,

Намазав соком ноги, снова по волнам…

И снова остров открывается глазам.

Там две высокие горы, а под горою

Нашёл деревья с очень странными плодами.

Как будто головы людей, что за власа

К ветвям подвешены. Вдруг слышит голоса:

То смех, то плач и причитанье над трудами…

И под другой горой есть странные деревья.

На них плоды… на птиц похожи, что за лапки

Как бы подвешены, головкой вниз, цыплятки -

А на верхушке ветви точно, как коренья…

Нашёл Булукия большое древо, там

Плодов не видно, и решил заночевать.

И стал об острове волшебном размышлять,

Да об уроках, что Аллах назначил нам…

А море вспенилось с вечернею зарёю,

Да стали на берег вдруг девы выходить,

Русалки дивные, в словах не объяснить,

Под это дерево пришли, а уж с собою

В руках несли они алмазы дорогие.

И стали камешками весело играть,

Да неизвестные напевы напевать,

И всю-то ночь они резвились, молодые…

Наутро вновь Булукия соком тем натёр

Стопы усталые и дальше поспешил.

Он шёл и днями, и ночами, уж без сил,

А нет ни острова, ни холмика. А взор

Его без радости лишь море видит вкруг…

И он от голода сырую рыбу стал

Хватать из волн… и есть живую.

В смерть устал,

А сесть нельзя…

И тут объял его испуг…

Что не дойдёт на этот раз до суши он,

Но вспомнил снова он Аллаха и взмолился,

Да тут же остров впереди и появился!

Булукия в радости до острова… бегом…

И вот упал на землю твёрдую в слезах,

И сном уснул крепчайшим, спал подряд три дня.

Затем проснулся поутру, встаёт заря!

Он во все стороны взмолился:

– О, Аллах!

Спасибо вечному Творцу, что спас меня!

Что дал мне силы, укрепив Собою веру,

Что мне позволил одолеть святую меру,

Я Семь Морей прошёл, и вот она – Земля!

Здесь многочисленны деревья, а потоки

Все полноводны, упоительно чисты.

Тут вырастают сладкосочные плоды,

Что и не вянут, и не ведают о сроке…

Зима ли, лето – непонятно всё уму…

Вдруг видит яблоня, красавица такая!

Он потянулся, чтоб сорвать плоды, хватая,

Но тут какой-то человек кричит:

– Убью!

Не приближайся ты, пришелец, и не тронь,

Уйди от дерева!

Булукия назад....

На человека смотрит робко… пряча взгляд…

А великан грозит, в глазах его – огонь.

И рост не меньше сорока локтей, таких,

Что у людей бывали в древние века.

И хоть Булукия испугался чужака,

Но подошёл к нему в сомнениях своих:

– Желаю здравствовать! Скажи мне, почему

Не разрешил сорвать плодов ты этих мне?

– Да оттого, что сын Адама ты. Тебе,

Твоим потомкам, не дано!

Всё потому,

Что твой отец забыл совет, запрет Аллаха,

Он, не послушавшись, от дерева плоды

Поел запретные. Не сможешь есть и ты…

Так великан сказал творению из праха…

Но вновь Булукия к нему:

– Что ты такое?

Чей это остров, и какое тебе имя?

А тот ответил:

– Мое имя Шарахия,

Я охраняю остров Сахру на прибое.

Царь Сахру добр, и ты не бойся всё ж меня.

Потом принёс еды немного и ушёл.

Булукия голод утолил и в путь побрёл.

Так десять дней скитался в поиске жилья…