Зеркала Арона: Посвященный

Глава 2 Три должника

Первая обязанность человека в жизни – быть как можно более искусственным. Вторая же обязанность человека – до сих пор еще никем не открыта.

– Первый должник, с которым тебе нужно разобраться – картограф Кинорд. Он задолжал мне немалую сумму за ингредиенты для своих чернил. Живет на улице Искусств.

– Где именно это находится? Я города не знаю.

– Вот, – Астар разровнял пыль на дороге и начал выводить пальцем линии. – Мы здесь. Пройдешь по улице Закона, затем между зданиями прачечной и булочной найдешь проход. По нему выйдешь на улицу Тружеников. Повернешь направо, на перекрестке свернешь налево. У Кинорда самая красивая вывеска в городе. Что на ней изображено пояснять не нужно?

– Нет.

– Вот и хорошо. Иногда перед его дверьми настоящая очередь выстраивается, так что запасись терпением.

– Очередь за картами? Почем продает?

– Тебе не по карману, – усмехнулся Астар – и очередь не за картами, а за портретами. Кинорд – отличный художник. Картография – его страсть. К сожалению, она забирает слишком много денег, а отдачи почти не приносит. Картинами он зарабатывает на жизнь и материалы для новых карт.

Солнце начало напекать затылок. Марк провел рукой по лбу. «Пота нет. Симуреальность не совершенна, и потому так привлекательна.» От мысли о предстоящем задании накатило чувство дежавю. Больничное фойе, жара, очередь.

– Надеюсь, обеденного перерыва у Кинорда нет?

– Какой перерыв? Ему еду благодарные клиентки передают. Все хотят подмазаться к нашему гению.

– И записки с благодарностями пишут?

– А как же.

– Тогда и вы напишите записку. Соберите еды какой-нибудь. Если прикинусь посланцем, меня пропустят без очереди, правильно?

Брови Астара поднялись. Он внимательно посмотрел на Марка, пожевал губу и ушел в дом.

– Пацан, ты меня пугаешь, – толстый торговец за соседним прилавком задумчиво чесал обвисшую щеку. Потом скосил глаза на пустоту перед собой, вздохнул с досадой и махнул огромной ладонью, будто отгоняя невидимую муху.

«Что это с ним? Досадует, что сам не додумался до подобного? Или… Впрочем, какая разница.»

Через несколько минут, Марк получил корзинку с фруктами, в центре торчала, сложенная пополам записка. Взглянул напоследок на линии, выведенные в пыли, повторил про себя инструкции, и отправился выполнять первое задание.

Нужный дом нашелся быстро. По обеим сторонам улицы на стульях и скамьях расположились женщины в роскошных платьях. Это было похоже на кастинг массовки для бальной сцены высокобюджетного фильма. Контраст с общей серостью одежд был так силен, что пораженный Марк невольно замедлили шаг. Довольные дамы хихикали, сверкая глазами.

«Не забывай зачем пришел.»

Едва открыл дверь, как увидел идущего на встречу игрока.

– Квест на доставку? – Марк кивнул. – Он наверху. Только лучше сделай все побыстрее, а то дамочка сильно нервничает. Покусает еще.

– Спасибо, учту.

Лестница на второй этаж была покрыта хаотичными узорами. Марк сел на корточки, чтобы рассмотреть получше.

«Карта?»

Он огляделся. Кувшин на столе, сам стол, стены, перила лестницы – все было покрыто линиями. Удивительным образом, все эти контурные карты не вызывали раздражения своим нагромождением.

«Если однажды понадобиться узнать, где находится нужное место, принесу Кинорду угощение.»

Поднимаясь по лестнице, Марк старался запомнить как можно больше из раскиданных по всем сторонам схем. На втором этаже карта была лишь одна. Огромный кусок кожи занимал всю стену. Закрашено было пятно сантиметров сорока в диаметре. В центре – город, вокруг – дороги и леса. Это была не схема. Больше походило на фрагмент картины. И этот фрагмент дышал жизнью. Нечему удивляться в век интерактивных карт и высококачественных мониторов, но Марк испытывал восхищение, глядя на эту работу. Прикоснулся рукой, листья нарисованных деревьев щекотали ладонь. Носа коснулся запах сырости и прелых трав осеннего леса. Дотронулся до чистого участка полотна – ничего, просто гладкая поверхность.

– Почувствовал? – Марк так увлекся, что не обратил внимания на хозяина дома и его модель.

– Да. Прошу прощения.

– Ничего, – художник-картограф улыбался. Сапфирового цвета глаза, с россыпью серебряных искорок вокруг вертикального зрачка, смотрели без осуждения. «В этой игре не только люди есть?» – Поставь корзину на стол.

– У меня еще записка.

– Надеюсь, ты не хочешь, чтобы Кинорд все бросил, чтобы написать тебе ответ?

«Она действительно не в духе.»

– Писать ничего не нужно, – женщину эти слова не успокоили.

Кинорд пробежал глазами по строчкам мелких символов, и покачал головой. Бело-желтая грива пошла волнами. «Почему все художники отпускают длинные волосы? Они разве не пачкаются в краске?»

Картограф отошел к шкафу, а заказчица недовольно запыхтела. Передавая вытянутый кошель Марку, он тихо добавил:

– Мне бы не хотелось однажды остаться без обеда.

В воздухе возник прямоугольник в фиолетовой рамке.

Вы получили задание «Скромность афериста»

Кинорд просит вас сохранить в тайне уловку, которая позволила вам попасть к нему по личному делу вне очереди.

Награда: Повышение репутации у персонажа Кинорд на 30 единиц.

Штраф за провал: Метка «Клятвопреступник»

Особое условие: В случае отказа, ваша репутация в городе Намайр уменьшится на 100 единиц.

Принять Отказаться

«Есть репутация для персонажа, и отдельно для города. Похоже, изменять ее могут не все, иначе бы Астар этим воспользовался. Он выглядит ушлым типом, который использует любые средства для достижения своих целей. И еще существуют некие метки… Ни о чем из этого в сети не пишут. Выходит, информация достаточно важная, чтобы не говорить об этом нигде, кроме закрытых разделов на форумах гильдий. Информация – самый дорогой товар. Нужно держать глаза открытыми.»

В задумчивости, Марк мазнул взглядом по кнопке , и она активировалась. «Принять»

«Тыкать пальцем в кнопку не обязательно… Или это только в случае окошек с фиолетовой рамкой? Интересно.»

– Спасибо. Признаться честно, я ничего сам не готовлю, слишком привык к тому, что меня балуют, – так же тихо сказал Кинорд, возвращаясь к холсту, кистям и палитре.

Стол, забитый едой, не оставлял сомнений в правдивости картографа. Марк снова посмотрел на фрагмент живой карты.

«Одна из важных частей любой ролевой игры – профессия. Научиться чему-то вроде этого было бы чудесно.» В голове всплыли слова Братова-младшего: «… Да, как обычно. Пытаемся профу получить, мотаемся по поручениям, мобов бьем…»

«Он здесь больше года и до сих пор не получил профессию. Если спросить об этом Кинорда, что он ответит? И, главное, как отреагирует?» Марк пошел к лестнице. «Риск слишком высок.»

– До свидания, – Кинорд в ответ кивнул, а его клиентка гневно сжала губы.

Когда Марк вернулся к Астару, часы в его лавке показывали тридцать пять минут одиннадцатого.

– Шустро ты. Теперь к следующему…

– Одну минуту. Кинорд, просил не рассказывать никому о том, как я к нему пробрался.

– Эм… спасибо, что предупредил, – Астар как-то нервно улыбнулся, и посмотрел на соседа. Тот поднял бровь и хмыкнул:

– А ты чего ожидал? Я-то болтать не стану, а тебе лучше следить за языком.

– Ага, учту. Кхм… на чем мы там закончили? – Астар заметно нервничал. «Неужели он уже разболтал об этом?» – Точно, второй должник. На улице Тружеников есть огромный котел. Там внутри харчевня, но тебе нужно чуть дальше. По другой стороне улицы в третьем доме от «Большого Котла» живет Вастис. Он резчик по камню, и обещал мне кое-что сделать.

– Что именно?

– Тебя это не касается. Заберешь изделие, принесешь мне. Все, иди. Время на месте не стоит, и ты не стой.

Марк почувствовал себя оскорбленным. Он всегда старался использовать время максимально эффективно. Старался просчитать все варианты, чтобы в случае непредвиденной ситуации адекватно среагировать. Однако, Астар лишь отмахнулся от его аргументов. Глупые люди всегда раздражали Марка, поэтому к дому резчика он подошел не в лучшем расположении духа.

На стук из дверей вышел невысокий мужичок с черными свалявшимися волосами и такой же бородой. Сощуренные глаза с подпухшими веками смотрели настороженно.

– Тебе чего?

– Я по поручению Астара.

– Аааа… так ты к мастеру Вастису? – Марк кивнул. – Так его сейчас нет, он на арену ушел. Сегодня, вроде, хорошие бои должны быть. Позже заходи.

– Позже нельзя, где находится эта арена? Объясните? Или, может, карту нарисуете?

– Ну, это сложно будет… А что, сильно надо?

– Да, времени не так уж много. Поэтому нужно очень сильно.

– Угу, подожди я сейчас. Мне тоже кое-куда сходить надо. Сейчас-сейчас! – донеслось из-за двери.

Через пару минут мужичок вышел с небольшим свертком.

– Туда, – махнул он рукой. Когда проходили мимо «Большого Котла», шумно вдохнул носом. Порыскал рукой в огромном кармане затасканного и порванного в нескольких местах халата, вытащил две медные монетки. Полюбовался на тусклые солнечные блики, и резво пошел дальше, будто пытаясь сбежать от соблазна и голода.

«Здесь есть нищие. Возможно, он не только на Вастиса работает, но и где-нибудь на центральной площади милостыню просит. Развернет эти тряпки, усядется на них и причитает о горькой судьбе? Получится ли его как-нибудь использовать? Кто знает, какой информацией он владеет. К тому же, можно не боятся потери репутации.»

– Все. Тебе дальше еще два переулка, там повернешь, ну… спросишь, тебе объяснят. Мне тут сворачивать.

– Спасибо.

Нищий ничего не ответил. Марк пошел дальше.

– Эй, Вастис! – Марк резко развернулся на голос. – Ты когда уже себя в порядок приведешь? На тебя же смотреть страшно. Заходи, скидку сделаю! – мужчина под вывеской в виде скрещенных ножниц и гребня со смехом кричал вслед тому, кого Марк принял за нищего. Тот обернулся, посмотрел со злобой в глазах… через секунду рванул с места, как уличная собака, получившая хороший пинок.

«Вот же гад!»

Вастис свернул в проход между двумя домами. Марк ринулся следом, но обнаружил пустой тупик. Добежал до конца, и лишь тогда заметил справа узкую щель, с другой стороны которой мелькнул разодранный халат.

«Если он часто устраивает такие забеги, то не удивительно, что его одежда в таком состоянии.» Марк побежал обратно, нечего и пытаться втиснуться в ту каменную кишку. Вастис удирал зигзагами, резко сворачивал на перекрестках. Один раз даже умудрился развернуться на сто восемьдесят градусов и проскочить почти вплотную к своему преследователю. Марк, в попытке повторить этот трюк, скользнул по мощеной дороге, ушиб колено, и нырнул в пыль, как воробей перед дождем.

«Как он это делает? – Марк гнался за Вастисом по прямой, но не мог догнать. – Откуда такая скорость?» А потом его осенило: «Как я мог забыть, что это игра? Все чувства твердят, что это реальность. Но что делать? Так я его не догоню… и провалю задание. Что делать? Что делать? Что делать?!!!»

В глаза попал солнечный зайчик, затем еще один. Впереди Марк заметил фигуру воина в начищенных до блеска доспехах. «Стражник? Игрок?». Мысли неслись бешеным галопом, а легкие уже с хрипом выжимали из себя воздух:

– Держите вора! Хват… Хватайте ег… его! – воздуха не хватало, Марк снова упал. К счастью, Вастиса задержал тот самый воин в сверкающих доспехах.

– Нет! Это мое, я ничего не крал! – Марк уже был в двух шагах. – Готов подтвердить все перед зеркалом истины!

– Ну, что скажешь? Что у тебя украли?

– Не у меня. Он принял заказ, заранее взял оплату, а теперь отказывается отдавать товар. Я должен его забрать, и отнести заказчику.

– Что за товар?

По спине Марка пробежал холод. Он не знал. Астар не сказал. Следуя логике, сверток в руках Вастиса и было то самое «изделие». Вряд ли, у такого шаромыги есть еще что-то ценное. Однако стоит ему сказать, что «это» находиться дома, а потом дать какую-то ерунду, и Марк ничего не сможет доказать. В таком случае, нужно сразу посылать за Астаром, но согласится ли на это стражник?

– Не отдам! – закричал Вастис, прижимая сверток. – Я верну деньги, и за материалы рассчитаюсь. Сегодня все отдам!

– То есть, ты взял не только плату, но и сырье?

– Я… – Вастис прикусил язык.

– Продолжай, ну? Хорошо, пусть судья решает, – стражник указал на здание со статуей Фемиды над входом. – Расцениваться это будет, как воровство, а там наказание зависит от суммы. Если небольшая, отделаешься парой-другой плетей. Ну, а если значительная, тоже ничего страшного. Все три палача на месте, так что скучать тебе не придется.

Бледный Вастис открывал рот, пытаясь что-то сказать, но получался лишь тихий скулеж. Дрожащими руками, он протянул стражнику сверток.

– Что тут у нас?

«Астар не хотел, чтобы я это видел. Здесь есть противозаконные вещи? Вроде бы, теневые гильдии – одна из типовых составляющих подобных игр? А если…»

Марк шагнул к стражнику, но тот одним быстрым движением размотал тряпицу. Внутри оказалось несколько черных роз. На бархатистых лепестках блестели капли воды, листочки на стволе тихо шуршали, когда стражник поворачивал цветы, чтобы лучше рассмотреть.

– Я не понял. Это все действительно из камня? – он надавил пальцем на стебель, тот немного согнулся. – Это как?

– Я – мастер, – проговорил Вастис со злобой и безнадегой в голосе.

– Могу понять, почему ты не захотел отдавать такую красоту, но что сам скажешь?

– Я должен Астару, но за эти цветы мне предложили кусок зольникта.

– Чего?

– Волшебный камень. Очень прочный, почти не обрабатывается. Я бы из него такое сделал! С Астаром рассчитался позже… Сделал бы ему такие цветы еще раз. Там конечно много составляющих: черный оникс, зеленый агат, обсидиан, биотит. Их трудно достать, но я бы все сделал. Клянусь! Неделя… Мне нужна неделя отсрочки, и я сделаю все даже лучше. Почему именно сейчас? Астар превратит их в пыль! Он уничтожит месяцы моих трудов!

– Его право, – Марк забрал цветы у стражника, аккуратно обмотал тряпицей. – Если хочешь что-то решить пошли со мной. Попроси Астара, может, он согласится.

– Этот торгаш? Ха! Насмешил.

Вастис с обреченным видом уселся на скамью неподалеку. Марк сел рядом. «Хочется ему помочь. Трудно поверить, что это не живое существо, а искусственная личность. Чем же такое можно создать?»

Неподалеку переговаривались игроки:

– Смотри, ведут.

Марк сразу увидел стражников, которые вели игрока с наглой усмешкой к одному из наклонных столбов на каменном пьедестале у края площади. Однако не привязали к колоде; остановились за пару шагов. Цепь, сковавшую руки преступника, подцепили крюком, и подняли вверх, при помощи системы блоков. Она была достаточно свободна, чтобы игрок твердо стоял на ногах.

«Наверное, к этому столбу его прицепят после наказания.»

– Что он натворил?

– Сразу как появился, схватил меч с прилавка, и начал резать всех подряд. И это на площади Правосудия, во дурак!

– Из местных кого-нибудь задел?

– Да, одного убил, кажется.

– Ну, всёооо, – зевнул, влезая в разговор, третий. – Больше мы его в игре не увидим.

– С чего ты взял?

– Ты не знаешь? – удивился первый. – В «Зеркалах Арона» штрафуют за все преступления, кроме убийства. За каждого убитого игрока понижается болевой порог. Убил одного, получи сто десять процентов боли. Двоих – сто двадцать, и так дальше. За не́писей уровень болевых ощущений повышается сразу в десять раз. Причем, в таких вот случаях этот множитель всегда ставится последним. Если, к примеру, он порешил двух игроков, то приплюсуй двадцать процентов, а потом умножь на десять. [10]

– Получается… боль усиливается в двенадцать раз? И, что теперь?

– Не знаю, я только сплетни слышал.

– Плетей получит, – снова заговорил третий. – Скольких убил, столько и ударов.

– И что помешает ему зайти в игру позже? Никому ведь доступ не блокируют, правильно? Подумаешь, непися завалил. Они конечно, как настоящие, но их же всегда можно наклепать еще, так?

– А хрен его знает, – сплюнул просветитель – если так наказывают, видимо хотят защитить свое имущество. Кто-то в правительстве предлагал, чтобы заключенных здесь наказывали за преступления. Завел в игру, повысил уровень боли, и хлестай пока не раскается. Повреждений телу никаких, а наказание суровое. Компромисс гуманизма и прагматичности.

– Так тут где-то зеков держат?

– Неа, предложение не прокатило. Это только слухи, но… в первое время, говорят, было много пекашеров, некоторые решили отыграть роль маньяков или типа того. Был среди них один – неуловимый убийца. Валил всех направо и налево, мастер плаща и кинжала. Когда его вывели к столбу, палач воткнул в него иголку. Уколол и все. Говорят, бедняга орал так, что даже игроки, которых он ганкал [12], попытались его спасти. А потом, вместо плетей, ему прописали оздоровительное прогревание. [11]

– Что?

– На костер вывели. И оставили на весь день, только дровишки подкидывали. Говорят, тот игрок в реале ни на иголки, ни на огонь потом смотреть не мог. Замирал от ужаса или убегал. Психологическая травма, все дела…

– Да, ну. Целый день на костре – это нереально, он бы умер быстрей.

– А, это и не реальность! Это вирт. И здесь нет угарного газа, от которого можно задохнуться, а здоровье во время таких вот наказаний не уменьшается ни на капелюшечку. И от болевого шока сознание ты не потеряешь, понял?

– Понял, – сдавленно ответил игрок.

– Вот и, прикинь теперь, во что превратится игра, если использовать такие методы для наказания преступников.

Другие игроки замолчали, но думали, без сомнений, о том же, что и Марк: «Ад. Вечные муки, от которых нельзя спастись ни забытьем, ни смертью. Хотя история, скорее всего, сильно утрирована. После такого поднялся бы огромный скандал. Но дыма без огня не бывает, так что придется действовать с оглядкой на правила».

– Чего палач ждет? Пока судья приговор объявит?

– Пока народ на площадь сгонят. Смотреть на это никто не любит, но админы по ходу решили, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. В назидание, так сказать…

Людей на площади, действительно становилось больше. Небольшими группами, они вливались в толпу зевак. У многих на лицах было непонимание, у некоторых волнительное ожидание. Встречались и хмурые лица.

«Большинство игроков, ищут острых ощущений, возможность почувствовать себя охотником на двуногую дичь, чего они никогда не смогут сделать в реальности. Если этого нет, аудитория значительно уменьшится. Если бы не эта истерия, сколько игроков осталось бы здесь? Едва ли много…»

Тем временем палач, похоже, решил, что зрителей собралось достаточно. Он что-то сказал, наклонившись к пленнику, затем начал разматывать плеть. Неспешный замах, резкое движение, свист кожаной полосы, и пронзительный крик преступника.

– Хватит! Прекратите! Я все поняааааааа… – закончить ему не дал второй удар.

После третьего он уже не мог кричать, только извивался, повиснув на цепи. Один из игроков неподалеку попытался возмущаться, но, сколько бы ни открывал рот, не раздавалось ни звука.

«Сейчас у игроков нет права голоса. Прямо, как при разговоре с Берчевым: нашим мнением никто не интересуется, администрация просто доносит до игроков свое. А что на счет неигровых персонажей?»

Марк посмотрел на Вастиса. Мастер резьбы по камню грыз губы. Широко распахнутые глаза смотрели в землю. Руки вцепились в колени, в попытке унять дрожь в ногах.

«Ему страшно… Возможно, прямо сейчас в его модель поведения вносятся изменения, из-за присутствия при критическом событии. Возможно, направление этих изменений определяется неким генератором случайных чисел, и потом обосновывается теми или иными воспоминаниями, которые заложены в легенду этого персонажа. Возможно, для каждого критические события свои, и определяются событиями их мнимой жизни. Теми, что связаны с сильными переживаниями или получением вреда. Возможно… все работает совершенно иначе. Устройство искусственного интеллекта, применяемого в „Зеркалах Арона“ – одна из самых больших тайн. Даже другие страны вынуждены подключаться к существующей игре. Никто не позволил им получить столь секретную информацию. И, что удивительно, постепенно давление с их стороны пропало. Чем же от них откупились? Хотел бы я знать…»

После седьмого удара, тишина затянулась.

«Уже все?» Марк посмотрел на Вастиса. Он задрожал еще сильнее, втянул голову в плечи и зажмурился. Перевел взгляд на палача. Тот положил плеть в стороне, но взамен взял у стражника другую – более длинную, с маленькими крючками по всему хвосту. Палач отошел вбок, хорошенько размахнулся, и ударил так, что не задел пленника. Плеть захлестнулась на столбе перед измученным игроком, крюки впились в дерево. А потом палач потянул свое орудие обратно. Медленно. Крюки впивались в древесину, вырывали небольшие щепы, оставляли глубокие борозды бледных царапин на потемневшей от времени поверхности.

«Этот деревянный болван не для того, чтобы прицепить преступника, после экзекуции. Он для того, чтобы устрашить убийцу, заставить его представить себя на месте этого чурбана, поселить в его сердце страх перед законом игры.»

Палач размахнулся снова, но пустил плеть над головами зрителей. Затем еще раз, давая рассмотреть ее. «Верно. Это урок не только для него, но и для всех здесь присутствующих» После третьего замаха, страшное орудие обвилось вокруг висящего не цепях игрока.

Марк не сразу осознал произошедшее, а когда палач потянул плеть на себя, самообладание его покинуло. Он попытался отвернуться, но не смог. Все тело будто замерло в пространстве. Все что удалось – расфокусировать взгляд, чтобы не видеть, как ползет кошмарная лента. Никаких ран не оставалось, вместо них появлялись красные отметины на теле, едва заметные сквозь излохмаченную одежду игрока. Тем не менее, Марк боялся смотреть на это. Ему казалось, что он тоже принимает участие в пытке несчастного новичка. Кислотой на сердце Марка пролилась жалость.

«Никакие финансовые потери не стоят того, чтобы причинять людям такие муки. Зачем они так поступают? Откуда столько жестокости?»

По шуршанию вокруг, Марк понял, что все кончено. Некоторые игроки громко возмущались тем, что произошло, часть молча ушла с площади Правосудия, но большинство покинуло игру, сразу после окончания казни.

«На время казни выход был заблокирован? А тот игрок? Ну, конечно. Все установки оснащены целой батареей аккумуляторов. И чем дороже капсула, тем на дольше их хватает» Марку захотелось поскорее избавиться от установки, взятой в кредит.