Темный бор

Глава 6. Дневник Джаны

Вот и вся моя жизнь пронеслась перед глазами. Я не могла пошевелиться, потому что было поздно куда-то бежать. Большой КАМАЗ мчался прямо на меня. Одно мгновение и меня не станет. Я безнадежно со страху зажмурила глаза на один момент и почувствовала возле себя снова лёгкий ветерок и скрип тормозов Камаза, сопровождаясь звуком удара по железу. И удивилась. Со мной ничего не происходило, я также продолжала стоять. Я распахнула глаза и удивлено уставилась на кузов Камаза передо мной и рядом стоявшего Анвара. Он хмуро глядел на КАМАЗ и упирался об него руками. Он каким-то способом смог остановить огромную машину в самый последний момент?

– Как у тебя это получилось? – тут же спросила я, ещё не отошедшая от испуга.

– Что именно? – в своей грубой манере отозвался он.

– Получилось остановить машину. Ты её остановил руками… – пояснила я.

– У тебя, наверное, травма. Ты ударилась головой, – хмуро отозвался он и убрал руки с капота. – Я ничего не останавливал, шофер сам затормозил. В следующий раз будь аккуратной, не шатайся по ночам.

Он быстро отвернулся и зашагал, растворившись в темноте. Окинув последний раз освещенный кузов Камаза, я заметила на нем вмятины, там, где только что держал руки Анвар.

– Девушка, вы в порядке? Подождите, я вызову скорую помощь, – из Камаза выскочил мужчина, подбежав ко мне.

– Нет. Все нормально, – ответила я.

– Я так не думаю. Был сильный удар. У вас просто шок. Простите, вы так неожиданно выскочили на дорогу, что я не успел затормозить.

– Со мной все нормально, – повторила я, не обращая внимания на оклики водителя и поспешила на обочину, где только что недавно ко мне приставали трое мужчин.

Тех бандитов уже след простыл, словно они тут никогда не стояли. Сумочка моя одиноко валялась на земле, почти возле самой дороги. Подбежав, я подобрала ее и проверив содержимое облегченно вздохнула. Всё было на месте.

По инерции быстро добралась до общежития, ещё находясь под сильным испугом.

На утро Женя, как всегда, заглянула ко мне, до занятий. Я как можно в подробностях рассказала вчерашнее мое происшествие.

– Анвар взялся просто неоткуда и быстро уложил пьяных мужчин, – рассказывала я ей взахлёб.

– Ага, можно было обойтись без драк. Мог бы цивилизованно с ними побеседовать, – перебила меня Женя.

– Я думаю навряд ли получилось бы, они были настроены, чтобы мне сделать плохо, – отрицательно покачала я головой и продолжила. – И самое интересное, это когда один из хулиганов толкнул меня прямо на дорогу, под колеса мчавшегося Камаза, то Анвар дравшейся несколько метров от меня за одну долю секунды оказался рядом со мной и остановил руками машину.

– Да ладно, – хмыкнула Женя, не поверив мне, я то и сама верила во все это с трудом, – Он, наверное, тебе нравится.

– Женя, прекрати. Я тебе правду говорю. Он меня спас от пьяных мужиков и от Камаза. И ещё в прошлый раз, когда мы спускались с обрыва, и я сорвалась, это был он. Он мне не дал упасть и разбиться.

– Ух ты, он прям твой ангел хранитель. Может он супермен? Только не сознается и прячет свою маску и плащ, – рассмеялась Женя.

Я тоже хихикнула и закатила глаза. Женька всегда прокомментирует по-своему. Как всегда, в своем забавном репертуаре.

Первая пара у нас была история. Преподаватель присутствующих внимательно оглядела и начала урок:

– Так, сегодня у нас тема про Октябрьскую революцию. Кто ответит на вопрос – историческое значение Февральской буржуазно–демократической революции? Макс может ты ответишь? Нет? Наташа? Может Татьяна ответит?

Все студенты притихли, стараясь что-то вспомнить и каждый опрашиваемый не дал вразумительный ответ. Тут дверь скрипнула и в аудиторию вошёл Анвар Ландау.

– Здравствуйте, почему опаздываем? – строго спросила преподаватель окинув его взглядом.

Анвар молча двинулся дальше.

– Студент, постойте. Вас зовут Анвар Ландау? Вы ни разу не посещали мой предмет. Тогда, может вы знаете ответ?

–В феврале 1917 года петроградские рабочие поднялись на восстание против самодержавия, – мрачно начал Анвар и на лице его не дрогнул ни один мускул. Даже выражение лица его было каменное, а монолог словно он его зачитывал с листа бумаги. – Буржуазные политики в бурные дни конца февраля лишь обсуждали в Думе вопрос о дележе власти с самодержавием, тогда как рабочие и солдаты на улицах Петрограда с оружием в руках боролись за победу революции. В эти дни в столице были убиты и ранены 1382 человека. Движущими силами революции, ее творцами являлись только рабочие и крестьяне, боровшиеся за мир и хлеб, свободу и землю. Буржуазно–демократическая революция в России, в отличие от буржуазных революций на Западе, ушла далеко вперед и создала важнейшие общественно–политические предпосылки для победы социалистической революции.

– Верно. Неплохое начало. Похвально, – удивилась преподаватель, – можете присесть.

На задних партах зашептались девчонки:

– Ого. Да он ходячая энциклопедия.

Анвар прошел через аудиторию и направился прямо к моей парте и грубо буркнул:

– Подвинься.

Я машинально уступила место, убрав свою сумочку, стоявшую на свободном стуле. Потом шепотом спросила:

– Вам другого места нет? Почему вы ко мне подсели?

Это как-то меня не устраивало.

– Меня тоже не устраивает сидеть рядом с тобой, – буркнул он, словно прочитав мои мысли, – я не хочу подсаживаться до тех ненормальных, которые не дадут мне покоя. А ты, как и я, не намереваемся друг с другом общаться, так как у нас взаимная неприязнь. Так что, мне проще с тобой сидеть. Ты будешь молчать и мне не докучать.

Я подальше от него отодвинулась на самый край, подумав, хорош комплимент у угрюмого человека.

Наконец кончилась эта пара и студенты бросились к выходу. Пока я собирала принадлежности в сумочку, угрюмый человек направился к выходу.

– Представляете, Анвар вчера защитил Джану от бандитов и спас из-под колес большого грузовика. Её чуть не сбила… – громко стала сплетничать Таня своим подругам, привлекая их внимание. Женька уже успела ей рассказать.

Анвар резко остановился, и Таня испуганно замолчала и поспешила с девчонками к выходу. Я почувствовала на себе его прожигающий взгляд и подняв глаза увидела, как он быстро пересёк разделяющий путь от меня и оказавшись рядом больно толкнул в плечо, прошипев: – Что ты себе позволяешь?

Я беспомощно оглянулась по сторонам, студенты уже разошлись, и мы оказались вдвоем в аудитории.

– За чем ты своим глупым подругам рассказываешь про меня? Чего ты добиваешься?

– Я вас не понимаю, – произнесла я, испугано смотря в его злые глаза.

– Не смей что-либо про меня говорить. Мне не надо было во все это вмешиваться. Ты везде любишь влезать в неприятности. В следующий раз знай, я тебе не буду помогать, – сказав это, он резко развернулся и ушел, оставив меня в недоумении и ошарашенную.

Вот грубиян. Что он вообще о себе возомнил? В жизни не встречала такого странного поведением и ненормального человека.

Вот и неделя незаметно промчалась. Я всё чаще заглядывала в гости к Жени и уже привыкнув к дому Добрыниных стала чувствовать себя своей. А сегодня они собирались на вечеринку в дом Ландау.

– Ландау? – удивилась я. – Этот хмурый и угрюмый человек пригласил вас к себе на вечеринку?

– Да, – кивнула Роза, вдевая серьги в уши, – конечно дом у них жутковат. В нем уже много лет никто не жил. Такой темный и сырой. Особенно этот лес, окружающий дом с обеих сторон. Ночью страшно во двор выходить, так и боишься, что из леса выйдут дикие агрессивные животные.

– И съедят такую аппетитную тетю бегемот, – хихикнув добавила Женя.

– Слушай, девчонка, похожая на парня, лучше бы оделась по–нормальному, – обижено ответила ей Роза.

– Да, Женя, – вставила тетя Мария, появившаяся на пороге, одетая в красивое дорогое светло–розового цвета платье. – Ты до сих пор не готова? Мы опаздываем.

– Я не хочу быть похожей на куклу Барби или на эту тетю бегемот, – скривилась Женя, перебирая платья, которые по моему вкусу были просто шикарными. – Можно я просто надену брюки, футболку и кеды?

– Женя, не упрямься. Ты приглашена к уважаемым и влиятельным людям. Тебе нужно, как девушке, выглядеть соответственно. Мы уже поехали без тебя, последнего ждать не будем. Переодевайся и приезжай следом за нами, – сказав тетя Мария ушла вместе с Розой.

Женя недовольно вздохнула и схватив выбранное серебристое платье, скрылась в другой комнате, чтобы переодеться. Вскоре она неуверенно вышла, недовольно себя оглядывая:

– Просто ужас. Я похожа на пугало. Ещё эти каблуки, – она неумело покачиваясь на них прошла по комнате, – как на ходулях. Может все-таки кеды или кроссовки, как думаешь, Джана?

– Иди уже, а то опоздаешь. Тетя Мария будет обижаться. А на каблуках учись ходить, – ответила я, посмеиваясь.

– О, да мне пора, – заторопилась Женя, посмотрев на часы. – Ты здесь приберись. Убери, пожалуйста, эти платья назад в шкаф.

И она умчалась, смешно перебирая ногами на каблуках. Я вздохнув, посмотрела на ворох платьев и стала их вешать обратно в шкаф, иногда рассматривая понравившиеся платья. Одно особо приглянулось и мне захотелось его надеть и посмотреть, как я буду в нем выглядеть. Это было фиолетовое платье под модель "А–силуэт" имеющее особый крой и пошив с дополнительными узорами и вставками. Без рукавов и зауженной талией, придающая образу женственность и утонченность. Надев его, я залюбовалась своим отражением в зеркале, добавив к образу косметику, немного туши и блеск для губ. Пока я позировала себе в зеркале, зазвонил мой телефон.

– Чёрт! Джана, дружище, выручай. Приехала к воротам Ландау и тут вспомнила, что забыла приглашение, – раздался взволнованный голос Жени, – вечеринка уже в самом разгаре. Привези, пожалуйста, сюда конверт, он лежит в столе комода.

Я поспешила, прихватив конверт и сразу на дороге поймала такси. Вскоре я была возле дома Ландау. Женя нервно прохаживалась возле ворот, уговаривая охранника, чтобы тот пропустил внутрь, но по его виду он был непоколебим.

– Ура! Наконец, – радостно подскочила ко мне Женька, выхватив из моих рук конверт и открыв его разочаровано протянула: – он пуст.

– Как пуст? – удивилась я.

– Я забыла, что приглашение сунула в карман куртки. Хотя, погоди… Я не помню.

– Что теперь будешь делать? Позвони тети Марии, пусть она скажет охраннику, чтобы он пропустил тебя.

– Ага. Чтобы получить выговор, что где-то посеяла приглашение. Ни хочу выслушивать морали, – она внимательно посмотрела на особняк Ландау, потом хитро прищурилась, шепнув мне: – Пошли. У меня идея.

Оказалось, что у нее идея была – перелезть забор через сад, со стороны леса по сосне. Там опускалась покатая крыша и вела на веранду, вот по ней мы легко забрались и попали в дом. Мои протесты Женя аннулировала и приказала лезть за ней, и я себя чувствовала ужасно, словно мы воры.

– Женя, я не могу. Ты видела в чем я сюда приехала? В твоём платье. Я его одела, чтобы посмотреть, как оно будет на мне смотреться, а тут ты позвонила. Так я бросилась к тебе на выручку, не переодеваясь.

– Вот и сейчас выручишь ещё разок. Я не могу одна сюда залезть, а ты поможешь.

Тут раздался характерный звук порвавшегося платья.

– Женя платье твоё на мне порвалось, – пикнула я.

– Вот. Значит, себе его и оставишь. Теперь оно твоё, – хмыкнула Женя и меня подбодрила: – Давай, залазим. Скорей, пока никого нет.

Как только мы ступили на веранду, как перед нами возник Анвар Ландау.

– Что вы тут делаете? – в своей грубой манере спросил он и мы застигнутые врасплох, вздрогнули.

– Я забыла приглашение и вот… – начала оправдываться Женя.

– Я не тебя спрашиваю, а её, – посмотрел он на меня холодным колючим взглядом исподлобья. – Её сюда не звали. Она не приглашена. Почему ты влезла в частную собственность? Решила таким способом обхитрить, залезть и попасть сюда на вечеринку?

– Я не заинтересована в вашей глупой вечеринке, я хотела помочь Жени, – ответила я.

– Помочь, придя сюда в платье и макияже? Если так желаешь сюда попасть, заходи, но не ври мне, – продолжил он ледяным тоном.

– Я не собираюсь на вашу вечеринку, – обижено повторила я и поспешила назад, оставив одну Женю, которую заметила проходившая мимо удивлённая тетя Мария.

Когда я спустилась с забора, то с другой стороны уперлась в грудь Анвара. Чёрт, он обошел вокруг, чтобы вновь на меня выливать свою злость.

– Мы не договорили, – остановил он меня, придержав за локоть.

– Я все сказала. Меня попросила Женя, чтобы я ей помогла, она забыла свое приглашение. Я не собиралась на вашу вечеринку. Поверьте, я не специально.

– Ну да. Если тебе не интересно, то зачем пришла сюда нарядной и прокралась в дом? Уходи отсюда, здесь ты не нужна.

– Вы такой грубый и высокомерный человек. Кто вы такой…

– Хозяин этого особняка и тот, которого тебе в жизни не заполучить, – ледяным тоном перебил он меня.

– Знаешь, что? Просто забудь про это. Оставайся при своем мнении. С тобой бесполезно что-то говорить или объяснять, – обиделась я перейдя на "ты" и развернувшись зашагала к дороге.

Слезы поневоле выступили из моих глаз из-за этого грубого и нехорошего человека. И не заметив в расстроенных чувствах столкнулась с Максом, который обеспокоено меня остановил:

– Джана? Почему ты на улице? Ты решила приехать на вечеринку? Женя говорила, что ты отказалась. Ты плачешь? Что случилось?

– Макс, пропусти, я пойду, – ответила я, вытирая слезы.

– Постой. Пошли внутрь на вечеринку.

– Я не приглашена и это четко дал мне понять господин Анвар Ландау. Он невероятно грубый и отвратительный человек. Он меня обидел…

– Что? Я ему покажу! Что он себе позволяет?! – возмутился Макс. – Но со мною ведь он может пропустить? Пойдешь со мной, как моя девушка.

– Сынок, ты ещё долго будешь там стоять? – окликнул Макса полноватый мужчина, его отец, как я из дальнейшего поняла.

– Пап, тут просто моего друга обидели. Не пускают внутрь, – отозвался он.

– Макс, не надо, – дернула я его за рукав, с осторожностью посмотрев на продолжавшего стоять Анвара и внимательно следившего за нами.

Услышав Макса, он громко произнес:

– Ей тут не место. Пусть уходит. Она не была приглашена.

– Лучше бы извинился за свою грубость. Что ты за человек? Довел её до слез, – возмутился в ответ Макс.

– Что за шум во дворе? – к отцу Макса подошёл худощавый мужчина небольшого роста, одетый в черный костюм и недовольно обратился до Анвара, сведя свои брови возле переносицы: – Что за манеры, сынок? Почему ты так обращаешься с девушкой? И Анвар, она ведь тоже есть в твоём списке гостей среди друзей, почему не пускаешь? Если она пришла, пусть заходит на праздник. Это не учтиво и некрасиво с твоей стороны так разговаривать с нашими гостями. Тем более, если она подруга Макса Орлова, значит она наша гостья.

Анвар молчал, опустив голову и исподтишка поглядывал на меня прожигающим взглядом, словно хотел убить на месте.

–Почему ты себя ведёшь так по-детски? Анвар, извинись перед девушкой за свое поведение и пусть она проходит на праздник, – приказным тоном произнес мужчина, как я поняла хозяин этого особняка и отец Анвара.

– Извини, – буркнул Анвар и резко развернувшись ушел в темную глубь сада.

– Вот и разрешилось, – улыбнулся Макс, – теперь пошли, зайдём.

– Я не могу, Макс. Я лучше вернусь домой, – отрицательно покачала я головой. – У меня платье порвалось, как я покажусь на людях.

Макс засмеялся, и я удивленно на него посмотрела.

– Ничего. Для этого же есть я. Зайдём внутрь, я тебя прикрою. Там найдем Женю, она что-нибудь придумает.

– Ладно. Мне придется войти, но это чисто из-за тебя, мне как-то нет охоты бывать на таких вечеринках, – нехотя согласилась я, всей душой не желая входить в этот странный дом, к негостеприимному хозяину.

Макс меня приобнял, накинув на мои плечи свой пиджак и провел в дом. Там во всю было веселье. Гости пили коктейли и соки, ели закуски и под музыку зажигали.

Макс оставил меня возле диванчика и ушел в поисках Жени, а я осталась одна. Здесь я почти никого не знала и чувствовала себя неуютно, ещё это порванное платье. Я застенчиво присела на край дивана и посильнее укуталась в пиджак Макса, переживая что кто-то заметит мое порванное платье и будут обсуждать и смеяться. Особенно может подтрунивать моя однокурсница Наташа, у которой насмешек и издевок хоть отбавляй. И сейчас она тут тоже была, как всегда, окружённая свитой своих подхалимов подруг. Зря все-таки я сюда вошла, здесь не мое место, и себя чувствую неуютно, словно не в своей тарелке.

– Минутку тишины, господа! – неожиданно раздался голос Анвара, и музыка стихла, замерли гости.

Он стоял посреди зала, привлекая к себе публику.

– Спасибо, что посетили наш скромный дом. Я бы многое хотел рассказать о нашем семействе Ландау. Ведь всем интересно, откуда мы? Кто мы? Для этого мы и пригласили всех вас, чтобы поближе могли нас узнать. Подружиться с нами. И ещё. Я бы очень хотел извиниться перед одним человеком. Я ее очень обидел. Довел до слез…

– Это про меня, – всполошилась неподалеку от меня стоящая Наташа, рассказывая своим подругам. – Я подошла к нему, чтобы привлечь к себе внимание, так он меня так грубо отшил. А теперь видно его мучают угрызения совести, что такую красивую девушку, как я, отшил. Сейчас я его просто обожаю, какой милашка, решил публично извиниться.

– Я искренне прошу прощения, – продолжил Анвар. – Прости меня, пожалуйста, Джана Корнаева. Я сегодня повел себя грубо. Прости меня, за это.

Я вздрогнула и недоуменно подняла глаза. Он произнес мое имя?

– И чтобы загладить свою вину, – продолжил он, обратив свой взор на меня, – я хочу пригласить тебя на танец.

Я вся испуганно подобралась. К этому я точно не была готова.

Глава 7. Анвар

Анвар пересекал холл, как отец с матерью остановили его на половине пути.

– Анвар, нужно поговорить, – начал отец тихим голосом, но такой тон ничего хорошего не предвещал. – Зачем ты туда ходил? Ты знаешь, что нам надо ужиться среди людей, но из-за этой девушки…

– Она могла погибнуть, – холодно произнес Анвар.

– Теперь нам придется из-за твоего поступка устраивать в нашем доме вечеринку и приглашать всех богачей этого города. Это нужно для того, чтобы обезопасить себя от лишних пересудов. Показать, что мы такие же люди, как они. Войти в доверие. Эта девушка уже наверняка наговорила много лишнего про тебя.

Анвар ничего не ответил, хмуро выслушав, потом просто молча устремился в свою комнату.

Вечеринка… Что может быть хуже? Как ему ее пережить? Отец и мать проводят над ним целую экзекуцию. Мало им университета, который он всем сердцем ненавидел. Ненавидел всех этих людей. Много людей. Они со своей болтовнёй и шумом давят на его и так обостренный слух. Он просто слушался своих родителей, которые дали ему вторую жизнь. Хотя он не был рад этой жизни. Лучше быть человеком и умерев, оставаться им. Эта жизнь приносит только долгую мучительную боль. Он за много лет научился себя сдерживать. Этому учили его теперешние родители – не поддаваться искушению. Его клан против был разбоев и убийств, они просто мирные, пытающиеся выжить в мире людей.

Настал вечер, и к их дому хлынула толпа приглашенных гостей.

«Конечно, этим людям дай только повод, чтобы гулять и веселится на халяву.» – Хмыкнул про себя Анвар, терпеливо прохаживаясь, натянув маску доброжелательности. Отец и мать также улыбались гостям, наливая напитки.