Сценарий «Березки люблю…»

Крапивин:

«Давно ты здесь?»

Сашка (пытаясь сдерживать слезы):

«Где-то месяца два. Как мамку немцы расстреляли, я сюда пришла. Отца-то у меня еще год назад на фронте убили, а я одна осталась»

Крапивин (немного осмелев и тяжело вздохнув):

«Изменилась ты Сашка, сильно изменилась»

Сашка:

«Война всех меняет. Да что о ней говорить»

Крапивин (смело):

«Да не скажи! Вот я с Сенькой не изменился, только ты. Это от человека зависит, вернее от его характера»

Сашка:

«Возможно. Извините меня ребята, не обижайтесь. Ладно? Просто время сейчас такое злое, вот и я такая. Я, наверное, очень плохая, ну, какая есть. Главное помните, что вы для меня, как братья, мои лучшие друзья. Прощаете?»

Сенька:

«Да ладно, Сашка, вот сейчас я тебя узнаю, ничем ты нас не обидела.

Наконец, мы снова все вместе, как в старые добрые времена»

Сашка (с грустью):

«Только вот Мартына не хватает»

Крапивин:

«Да, нас ведь всегда четверо было: я, ты, Сашка и Мартын. Какие мы были друзья! Не разлей вода»

Сенька:

«Почему были?»

На лицах всех присутствующих заиграла добродушная улыбка.

Крапивин:

«Саш, а ты не знаешь, что с Мартыном?»

Сашка (серьезно):

«Да мне толком ничего не известно. Знаю только, что дослужился он до старшего лейтенанта, попал в плен к немцам и больше о нем ни слуху, ни духу. Убили теперь, наверное»

Крапивин (с горечью):

«Бедный Мартын»

Они, молча, сели у вечернего костра.

Командир:

«Готовы?»

Крапивин и Сенька (хором):

«Так точно!»

Командир»

– Тогда повторяйте за мной по очереди: я, патриот Советского Союза, вступая в ряды партизан, становлюсь бойцом антигитлеровского фронта. Это имя я буду носить с честью, так, как подобает подлинному гражданину СССР. Ненавистные немецкие захватчики совершили зверское преступление в отношении моего народа; я клянусь сражаться против врага до полного его разгрома, до окончательной победы моей Советской Родины, над гитлеровской Германией. Вступая в ряды партизан, я обязуюсь остаться верным, достойным, исполнительным и мужественным и беспрекословно выполнять все задачи, которые будут на меня возложены моими руководителями. Я готов отдать свою жизнь за наше справедливое дело и за моих братьев по оружию. Я вполне отдаю себе отчет во всех лишениях, которые меня ожидают, и я знаю, что борьба в тылу у врага очень тяжелая. Но эти трудности меня не страшат. Я мужественно их преодолею. Никакие трудности, ни угроза смерти не остановят меня на пути борьбы против наиболее опасного врага человечества – жестокого фашизма. Быть может, я погибну, но я хочу, чтобы знали, что я остался верным сыном моего народа и что я умер за справедливое дело моей славной Родины»

(Документы: клятва Советских партизан, сражавшихся в годы второй Мировой войны «Новейшая история» Просвещение 1989 год).

Командир (обращаясь к солдатам):

«Товарищи бойцы! Сегодня мы приняли в свои ряды двух добровольцев»

Командир (обращаясь к Крапивину и Сеньке):

«Надеемся, что вы проявите себя, как отважные и мужественные защитники своей родины! Теперь вы наши братья по оружию и по духу!»

После этого командир ушел, солдаты занялись делом, а Крапивин и Сенька подошли к Сашке.

Крапивин:

«А ты тоже клятву давала?»

Сашка:

«Конечно. Здесь все вновь прибывшие дают клятву»

Крапивин:

«Знаете, ребята, я всю жизнь мечтал, чтобы мы все снова собрались вместе, как раньше, но это мне никогда не удавалось и вот, наконец, сейчас, когда прошло много лет, я вас нашел. Сначала я встретил Сеньку, теперь тебя, может быть, если судьбе будет угодно, я встречу и Мартына, если он еще жив. А сейчас мы вместе, и я рад, что нашел вас, мои товарищи! Сейчас мы тут, и я знаю, что теперь у нас все будет хорошо»

Крапивин протянул руку перед собой и на нее положил руку Сенька, а сверху Сашка.

Сенька:

«Ребята, идите сюда!»

Все подошли ближе и увидели командира, который находился рядом с Сенькой, а поодаль от них стояли три прекрасных коня, а рядом находилось несколько солдат. Лицо Семена светится радостью, он держит коня, Половцев также улыбался.

Сеня (радостно):

«Ребята, посмотрите, какого мне коня подарили!»

Крапивин:

«Конь отличный»

Командир:

«А это вам. Это тебе Григорий, а это тебе Александра»

Крапивин похлопал коня по спине, а Сашка прислонилась к его голове.

Крапивин и Сашка стояли в березовой роще. Они прошли несколько метров и остановились, Александра вертела в руке одуванчик, а он шел рядом и рассказывал ей истории. Крапивин шагал медленно, держа руки за спиной, а Сашка шла рядом и часто улыбалась. Когда мы остановились, она отдала одуванчик, а сама облокотилась о березу, обнимая ее одной рукой.

Крапивин:

«У меня дома там и рябина, и ива растет. Росла… Знаешь, мне так рябина нравится. Помню, подойду, посмотрю на нее, на ее ярко красные ягоды и вся грусть долой»

Сашка:

«А я березки люблю. Вот повсюду они растут, я слышала, и не только у нас в стране, а ведь такие только у нас, только на Родине они такие трогательные, прекрасные, как бы хотят сказать, что-то. Не знаю, мне кажется в них столько грусти, столько печали и когда у березки течет сок, кажется, что она плачет по нашим бойцам, которые не пришли с фронта. Понимаешь, они другие, я не знаю даже, как это объяснить, но мне кажется, что у нас они даже шелестят по-другому»

Вернулись в лагерь. Подошел Сеня.

Сенька (недовольно):

«Где вы все ходите? Я уже всю работу переделал. Ладно, хорошо хоть вообще вернулись. Вас командир зовет»

Сцена. Инт. Землянка. Маленькая комната. Раннее утро. Лето (х/м 00:01:16).

Крапивин, Сенька и Сашка вошли в землянку, там ждал Петр Харитонович, а на столе лежал какой-то план местности.

Командир:

«Раз уж вы теперь с нами, я хочу посвятить вас в нашу деятельность. Подходите ближе, видите?»

Командир (склонившись над картой):

«Здесь и здесь расположены ящики с провизией, но эти запасы сейчас на исходе и нужно искать пути пополнения припасов и провизии. Какие будут предложения?»

Сенька:

«Я думаю, отбить обоз у немцев, когда они будут доставлять его к себе»

Командир:

«Мысль хорошая, но не для нашего случая. Этот ход может привести к серьезным последствиям, вдруг нас раскроют»

Крапивин:

«Тогда нужно связаться со штабом и через своих людей установить места новых тайников»

Командир:

«Идея отличная, Григорий, только где взять этих «своих людей»? Я ведь со штабом не так уж хорошо знаюсь»

Сашка:

«А найти их можно через списки руководителей диверсантов, возможно среди них найдется человек, с которым вы учились или работали, только их придется соответственно достать»

Командир (уверенно):

«Значит, будем доставать. Но давайте-ка, мы с вами сначала испробуем метод попроще»

Сцена. Нат. Лес. Поляна. Раннее утро. Лето (х/м 00:00:48).

Крапивин, Сенька и Сашка сидели у костра.

Крапивин:

«А помнишь, Сень, когда мы еще у тебя на крыльце сидели, нас теть Наташа в дом звала, она еще тогда сказала, что замерзнем. Помнишь?»

Сеня:

«Помню, как же не помнить»

Крапивин:

«А мамка твоя жива? Где она сейчас?»

Сенька:

«Она еще зимой в сороковом году на работу в город уехала, тогда ведь мы еще не знали, что война будет…»

Крапивин:

«И что вы с тех пор так и не виделись?»

Сенька (печально):

«Нет»

Сева (подойдя):

«Товарищи, командир ждет вас, чтобы посвятить в свой план действий. Там будет присутствовать весь командный состав, а также еще несколько человек из отряда»

Сцена. Инт. Землянка. Маленькая комната. Раннее утро. Лето (х/м 00:02:41).

Вошли внутрь. Землянка была обита бревенчатыми досками и была более укреплена, внутри находился стол, два стула и место для сна. Командир находился у стола, а вошедшие и еще несколько человек из отряда стояли у дверей внутри.

Командир Петр Харитонович Половцев:

«Товарищи! Нам с вами предстоит одна операция. Много людей для нее не понадобится, но это не делает ее легкой. Выполнить мы ее должны на совесть и, если, хоть что-то пойдет не так, всю операцию можно считать проваленной, что крайне нежелательно. Вы, Григорий и Александра, так как у нас в отряде не долго, участвовать в деле не будете, но пойдете с нами, чтобы так сказать получить некоторый навык. Кроме Семена, который будет играть в нашем предприятии ключевую роль»

Сеня (неуверенно):

«Я не могу»

Командир (строго):

«Можете, Кулаков, можете. Вы сами избрали этот путь и теперь вашей жизнью распоряжаетесь не вы, а отряд и сейчас он избрал вас, поэтому впредь запомните, что приказы не обсуждаются, а выполняются. Это понятно?»

Сенька (вяло):

«Понятно, товарищ командир»

Командир:

«Все свободны, а вас, товарищ Кулаков, я попрошу остаться, чтобы посвятить вас в предстоящую операцию»

Все удалились и в землянке остались только Семен и Петр Харитонович.

Командир:

«Ваша задача состоит в следующем: вы должны под видом местного жителя прийти в деревню в указанный дом (его местонахождение мы вам сообщим позднее), затем связаться с хозяином дома, который обо всем предупрежден. Вам останется только получить продовольствие и вынести во двор, где его заберут наши ребята. Вот собственно и все. Задача, как видите, не сложная. Вам делать почти ничего не нужно, так что вы зря боялись»

Сенька:

«Товарищ командир, разрешите задать вопрос?»

Командир:

«Задавайте»

Сенька:

«А зачем вы предпринимаете эту операцию?»

Командир:

«Видишь ли, Семен, у нас в отряде иссякли запасы продовольствия, и чтобы их пополнить мы делаем вылазки к местному населению»

Сенька:

«А зачем же тогда такая скрытность, если дело касается простых продуктов, а не боеприпасов каких-нибудь?»

Командир:

«А затем, что если о нашем визите узнают фашисты, то мы не только будем раскрыты, как группа, но и захвачены в плен. Понятно?»

Сенька:

«Да, товарищ командир»

Командир:

«А нужно отвечать «так точно»

Сенька:

«Так точно, товарищ командир. Разрешите идти?»

Командир:

«Разрешаю»

Сцена. Нат. Лес. Поляна. Раннее утро. Лето (х/м 00:01:40).

Все куда-то спешили, о чем-то увлеченно беседовали, а командир стоял у поваленного дерева и посвящал Сеньку в детали плана.

Командир:

«Значит так, вы направитесь в соседнюю деревню один, но не бойтесь, после вашего прибытия на место за вами двинется наш отряд. Мы притаимся в лесу. Вы должны будете дойти до таблички с названием деревни и идти по той стороне, где вбит столб, затем отсчитаете от начала шесть домов и в седьмой заходите. Запомнили? В седьмой! Постучите в дверь два раза, выйдет хозяин, скажете, что вы Гаврила Никитич, он ответит «хорошо», после его ответа скажете, что пришли от Петра Харитоновича, а дальше ждите. После того, как все будет у вас, выйдете во двор и стукните чуркой о крыльцо семь раз. Придем мы, заберем провизию и вместе с вами уедем. Запомнили?»

Сенька:

«Так точно, товарищ командир»

Командир:

«Тогда выполняйте»

Сенька:

«Есть»

Семен загримировали. Казалось ему давно за сорок, хотя не было и двадцати пяти. На нем был растрепанный парик, наклеенные усы торчали в разные стороны, что создавало некоторую неопрятность. Из одежды на нем красовалась запыленная холщевая рубаха, подвязанная веревкой из пакли и широкие штаны, края которых были спрятаны в большие истоптанные кирзовые сапоги. Сенька вышел из леса, долго шел и, наконец, оказался у столба, на котором была прибита табличка с названием деревни.

Командир:

«По коням!»

Все сели на лошадей и направились в то же направление.

Сцена. Экс/Инт. Двор. Сельский дом. Раннее утро. Лето (х/м 00:03:42).

Семен вошел внутрь указанного дома и постучал два раза. На крыльцо вышел человек лет пятидесяти, полноватый, слегка неопрятного вида.

Мужчина (грубо):

«Чего надо?!

Сенька:

«Я от Петра Харитоновича»

Мужчина:

«Заходи. Садись, а я сейчас все принесу»

Он исчез за занавеской и через некоторое время стал выносить и ставить большие ящики.

Мужчина:

«Вот все, как договаривались»

Сенька вышел во двор и постучал, валявшимся рядом поленцем, нужное количество раз о крыльцо. Как только военные всей группой собрались выйти из леса, чтобы забрать провизию, дом был окружен фашистами, а в дверь уже стучались два немца с автоматами.

Крапивин:

«Там же Сенька! Они же его убьют! Что же вы стои…?»

Ему не дали договорить, и закрыли рот ладонью, а двое солдат принялись держать. Сашка также сохраняла спокойствие и, скрестив руки, молча, наблюдала за происходящим. Ее волнение выражалось лишь в напряженном взгляде.

Командир:

«Ты что кричишь!? Ты же нас сейчас всех погубишь!»

Крапивин (вырываясь):

«А что же вы ничего не делаете?»

Командир:

«Да потому, что нас здесь человек десять от силы, а их видишь сколько, так что вряд ли при схватке преимущество будет на нашей стороне. В случае нашего плена они не только наш отряд раскроют, но и выбьют из нас данные, а они это умеют, уж поверь мне, которые могут повлиять на исход войны. К тому же, если бы они были полностью уверены в том, что Семен партизан, они бы не стучались, а просто сожгли бы дом, но я надеюсь, что они проверят, убедятся, что все в порядке и уйдут»

Крапивин (смело):

«Я так не думаю. Если бы они сомневались, то не прислали бы столько людей»

Командир:

«В таком случае пусть рассчитывает на себя, мы будем нападать только в крайнем случае»

Сашка:

«Не волнуйся, он справится»

Крапивин:

«Не уверен»

Фашисты, поняв, что им не откроют, начали выбивать двери, а другие полезли в окно. Сенька не растерялся и, схватив табуретку, разбил голову протиснувшемуся в окно фашисту, затем ударом скамейки он повалил на пол несколько захватчиков сильным размахом. К этому времени дверь была уже выломана, и немцы ввалились внутрь.

Командир (крикнул):

«Вперед!»

Вихрем отряд налетели на немецких солдат. Некоторые солдаты стреляли из ружей и пистолетов, некоторые, те, что находились на близкой дистанции, использовали ножи, но были и те, кто защищался голыми руками. Крапивин, продолжая находиться в безопасном месте, схватил пистолет и стал стрелять. Сначала несколько раз промахнулся, но потом несколько пуль все-таки достигли цели. Сашка не спешила, она спокойно наводила дуло ружья на цель из укрытия и все ее выстрелы были всегда точны. Когда патроны закончились, она вышла из укрытия и продолжала бой врукопашную, защищаясь лишь пустым ружьем, используя его, как палку. У Сеньки был с собой нож, и он продолжал борьбу с ним. Из дома выходит весь побитый и залитый кровью, но живой Семен. Он выходил из дверей, вернее из проема, так как двери были снесены и держался за руку, она была пробита. Сашка вышла из толпы вся изрезанная, в крови и пыли. Медленной походкой вразвалочку она подходила к нам, а на губах ее играла все та же холодная усмешка.