Хроники магического возвышения. Том 4. Чужой мир

Глава 3

– Сиди в своей норе и не высовывайся, пока я тебе голову не отрубил! – грозно закричал я, увидев очередную засаду. – Ну да, ну да, кто же меня слушает. – цокнув, сказал я, когда монстр выпрыгнул в мою сторону, попытавшись схватить своими когтистыми лапами.

– Гррр. – попытался зарычать он, но тут же его уродливая зубастая голова упала за каменистую землю, а следом завалилось и тело, из шеи которого начала сочиться густая черная жижа.

Чем глубже в лес, тем толще партизаны. Так и тут, чем ближе я приближался к стене, тем крупнее и массивнее были эти создания. Но, увы, физическая сила и большой размер против меня не работают, ведь что ни говори, а моя стихия – скорость. Она полностью нивелирует преимущества монстров.

Стена, конечно, поражала своими размерами, она уже занимала весь горизонт, сколько же людей работали над ее созданием, а главное, сколько лет на это ушло? По сравнению с ней Великая Китайская – просто детский куличик, сделанный ребенком из песка на берегу моря.

Но черт с ней, со стеной, после общения со скелетом, меня не перестает покидать чувство, что за мной словно кто-то наблюдает. Нет, не следит за мной, прячась где-то в тенях, или же держится на расстоянии, а как будто издалека, с высоты. Тот же скелет, мой «старый друг», он все про меня знает, каждый сделанный мной шаг, как он это делает? И, видимо, так делает не он один, а еще кто-то, кому я мешаю своим присутствием, вот только кто это? И что за игра такая, в которой мои оппоненты играют грязно? Я чувствую себя маленькой пешкой на игровой доске и уже начал сомневаться в этом костлявом мужике в черном балахоне. Да и вообще, чем же я таким занимался в прошлом? Ведь память мне стерли! Да-да, именно так, будь это обычная травма, моя магия ее бы уже давным-давно исцелила, и я вспомнил все. Тут явно что-то другое, и я ой как хочу это вспомнить! И, возможно, потом надавать кому-то по костлявой заднице и не только ему!

– Да сиди уже! – зарычал я, прыгнув прямо на голову очередному монстру, что начал высовываться из засады. Его мерзкие ручонки потянулись ко мне, пытаясь схватить за ноги, но за один молниеносный взмах правой руки, преобразованный в острое лезвие, руки и заодно голова покатились по земле.

Не надо быть гением, чтобы понять, что раз около стены сидят самые сильные особи, значит, тут куда больше еды. А откуда тут еда? Правильно, люди покидают стену, и их тут встречают с распростертыми объятьями. Я уже пару раз натыкался на несколько мест, где было разбросанно старенькое снаряжение, и обзавелся там добротным черным плащом с капюшоном. Остается главный вопрос, люди или кто бы там ни был, сами покидают стену или это такой вид казни или наказания?

Шаг за шагом я приближался к стене и был чертовски вымотан, голоден, жажда уже одолевала меня, а еще я был чертовски зол на весь мир, но в первую очередь, разумеется, на себя самого.

До стены оставалось около километра, монстры тут уже закончились, а меня, кстати, заметили, это можно было понять по огонькам, метавшимся по стене в разные стороны. Окинув стену взглядом, я увидел громадные ворота и пошел в их сторону, попутно пытаясь хоть примерно прикинуть высоту стены. Стена была сделана из обработанных больших прямоугольных блоков, уж не знаю их вес, но каждый блок был примерно десять на двадцать метров. И высота стены на вскидку была метров двести, а может и больше. Ни бойниц, ни окон в ней не было, лишь небольшое углубление, где расположены ворота. Ворота поражали своими размерами, в них большие самолеты смогут залетать без труда, каждая створка была шириной более ста метров, а высота еще больше. Хотелось сначала задать логичный вопрос: «Зачем?». А потом я вспомнил скелеты тех павших мастодонтов, лежащих на поле брани, и вопросы отпали сами собой.

Тем временем со стены доносились крики, и, задрав голову вверх, я увидел силуэты местных жителей, я улыбнулся как можно дружелюбнее и помахал им рукой.

– Я пришел с миром! Впустите меня, пожалуйста! – прокричал я, ну как прокричал, скорее прошипел, в горле уже давно пересохло.

Немного постояв, задрав голову вверх, я увидел, как к краю стены подкатили какой-то механизм. Мне на секунду показалось, что по мне сейчас могут чем-нибудь пальнуть или же облить, например, кипящей смолой, но нет. Это было нечто похожее на лифт. Большая дощатая площадка с перилами по периметру и подвязанная веревками начала опускаться вниз. В ней, кстати, стояли десять воинов, закованных в металлические черные доспехи, на головах у них были одеты шлемы. Выглядели они аккуратными, ухоженными, без какой-либо ржавчины и даже помятостей. Высотой стражники были примерно с меня, комплекции плюс-минус тоже схожи с моей. Шестеро были вооружены длинными острыми копьями, а оставшиеся четверо держали в руках арбалеты.

Стоило площадке коснуться земли, как копьеносцы тут же соскочили с нее и, обойдя меня, встали напротив полукругом, выставив перед собой копья. Держались вполне грамотно, с одной стороны я на прицеле у арбалетчиков, а с другой в меня почти упираются острые наконечники копий. Что опять показалось мне удивительным, ни одного мага среди них не было, либо они умеют скрывать магию, либо просто ею не обладают.

– Харбзмл! – закричал один из арбалетчиков, привлекая к себе мое внимание.

– Ух ты ж, занимательно. – ответил я, понимая, что, кажется, у нас проблемка. – Мужики, я не враг! – ответил я ему.

– Харбзмл! – повторил арбалетчик и помотал свое оружие вниз-вверх.

Включив логику, я поднял руки вверх, решив, что он требует от меня именно этого.

– БаХмазуЛл! – опять скомандовал арбалетчик и хлопнул по плечу своего товарища. Тот ему согласно кивнул и, отставив арбалет в сторону, вытянув одну руку вперед, начал осторожно приближаться ко мне.

Остановившись в шаге от меня, он жестом показал мне: «Мол, скинь балахон», указав пальцем на застежку. Не в моих интересах было ломаться, и я скинул плащ, затем аккуратно вынул из-за пояса меч и кинжал. Взяв оружие за лезвия, я протянул их ему. Затем достал пачку сигарет, в которой осталось всего две штучки, и артефактную зажигалку и тоже отдал моему досмотрщику. После этого я похлопал по карманам, показав, что больше у меня ничего нет. Арбалетчик с интересом посмотрел на пачку и зажигалку и вернулся обратно на подъемник и махнул мне рукой, чтобы я последовал за ним. Сделав шаг вперед, за мной так же ринулись копейщики.

Как только все встали на платформу, командовавший всеми арбалетчик несколько раз ударил по веревке, и мы сразу начали подниматься вверх. Ехали мы молча, но каждый из бойцов с любопытством разглядывал меня. А я, соответственно, смотрел на них, но лишних движений старался не делать, мало ли, вдруг спровоцирую.

Пару минут спустя платформа поднялась наверх, и я впервые вздохнул полной грудью, воздух тут был словно чище, слаще, приятнее. Но насладиться моментом мне, разумеется, никто не дал. Я оказался на огромной каменной площадке, что еще раз показало мне, насколько эта стена невероятна, она не только очень высокая, но и очень широкая. На меня сейчас смотрело около трех десятков воинов, закованных в доспехи, при этом каждый держал оружие направленным в мою сторону. Я же молча стоял и ждал дальнейшего развития событий. Долго ждать не пришлось, неподалеку от нас прямо внутрь стены уходила широкая лестница, по которой к нам поднялся воин, завидев которого все бойцы сразу встали по стойке смирно и даже оружие убрали от меня.

Этот воин отличался от остальных, его доспех выглядел куда более изящно и аккуратно, также он был покрыт синим незамысловатым узором, чем-то напоминающим гжель. А с левой стороны груди на доспехе красовался жетон с двумя золотыми галочками. Но главное, что он был без шлема, и я смог разглядеть его лицо.

– Так вот ты каким был, Йорик. – вспомнив череп, найденный в пепле, мысленно сказал я. Сколько лет было этому мужчине, сказать крайне сложно, кожа у него была очень бледной и гладкой, ни шрамов, ни прыщей, ни даже щетины у него не было. Тонкие розоватые губы, между которых проступают едва заметные кончики клыков. Острый, аккуратный нос, у глаз был довольно узкий разрез, как у азиатов. Радужка глаза была багрово-красного цвета, и свет факелов отражался в них, словно у кошки. Уши прям как у Дианы или Кэролайна, вроде бы как обычные, человеческие, но кончики заостренные. Изо лба торчали крохотные, черные в виде конусов рожки, дай бог сантиметр длинной. Волосы у этого паренька были почти до лопаток, черного цвета и собраны в тугую косу. А вот бока головы были выбриты от волос начисто, и на левой стороне красовалась татуировка в виде головы монстра, крайне похожая на тех, что я убивал в этой пустыне, и надпись на неизвестном мне языке. Магия опять же отсутствовала в нем, совсем, никакой ауры не было.

К парню подбежал арбалетчик, что спускался за мной вниз, и, ударив себя левой рукой в грудь, как я понял, он отдал воинское приветствие, и начал ему что-то говорить на своем языке. Язык казался мне невероятно сложным, и из-за этого могла появиться проблема. Затем к нему подошел и второй арбалетчик, что обыскивал меня, и протянул ему мои вещи: меч, кинжал, накидку и сигареты с зажигалкой. Воин их внимательно осмотрел, а затем, смерив меня взглядом, поманил меня к себе рукой.

Я спокойно подошел и встал напротив него. Ростом мы с ним были одинаковы, да и по комплекции схожи. Он смотрел мне в глаза, а я ему. Затем он что-то спросил у меня на своем языке, попытался жестами объяснить ему, что не понимаю его. А еще показал, что хочу пить и есть. Тогда он согласно кивнул и поманил меня за собой вниз по лестнице.

Спускались мы достаточно долго, если прикинуть, что два лестничных пролета это один этаж, то мы спустились этажей на тридцать вниз. Воин уверенно шел впереди меня, а за мной следовало еще два солдата с копьями, готовые в любую секунду пустить их в ход.

На лестницах уже не было факелов, а освещали все магические светильники, причем довольно яркие. Они по форме напоминали обычные лампы-керосинки и освещали все приятным для глаз желтым цветом.

Добравшись до нужного этажа, мы вошли в широкий проем и пошли по узкому коридору, в котором было полно стражников, что стояли словно в карауле, на дистанции друг от друга в пять метров. И я заметил, что за спинами каждого находилась массивная металлическая дверь.

Пройдя около ста метров, мы подошли к двери, у которой никто не стоял, и мой сопровождающий подал команду, после чего к нам подбежал еще один, даже не знаю, как его назвать. Он был явно не воином, пухлый, абсолютно лысый, одетый в широкие одежды из грубой ткани, обутый в кожаные сапожки, а рога его либо не выросли еще, либо были полностью спилены. Судя по связке ключей, висящей у него на поясе, он был тюремщиком, и я оказался прав.

После небольшого разговора он со скрипом отварил дверь, и без лишних вопросов я вошел в нее. Показать характер я всегда успею, тем более дверь мне показалась не сильно прочной. Поэтому я сам выйду, если это понадобится, а пока буду покорным, нужно как можно больше узнать об этом месте.

Камера была вполне просторной, примерно пять на пять метров, правда без окон. Судя по тому, что тут стояли только одни нары, это одиночка. В углу стояло металлическое ржавое ведерко, которое, по всей видимости, служило туалетом. А под потолком светился небольшой артефакт, создавая в камере полумрак. Осмотревшись по сторонам, я поразглядывал на стенах нацарапанные надписи, черточки и узоры. А после завалился на деревянные нары и задремал, надо пользоваться моментом и отдохнуть, пока есть такая возможность.

Едва я успел задремать, как в дверь несколько раз громко ударили, и она отварилась. В нее вошли два стражника с мечами наголо, а следом зашла девушка, катив за собой небольшую тележку с едой, наподобие тех, что возят по ресторанам. Девушка была светловолосой, с такими же подточенными рожками и одетая в потрепанное платье длиною в пол. По ее глазам было видно, что ей страшно, и она, вкатив тележку на середину камеры, сразу же вышла прочь, как и охранники.

Камера наполнилась ароматом горячей еды, и я сразу же подошел к тележке, на ней было два яруса, заставленных тарой. На верхнем ярусе обнаружил кастрюльку с ароматным варевом, напоминающим суп или жаркое. Рядом с ней стояла сковорода, сняв крышку с которой я увидел два больших жареных куска мяса и овощи. Также тут была плетеная корзинка со свежим серым хлебом. На втором ярусе стояло два кувшина, каждый литра на три, не меньше. В одном кувшине была простая вода, а во втором напиток, напоминающий то ли квас, то ли пиво.

– Спасибо большое. – сказал я в сторону решетки и подкатив тележку к нарам приступил к трапезе. Уж не знаю, это голод так сказался или повара тут выше всяких похвал, но еда была вкусной. Сначала я попил воды, а потом понемногу, дабы не получить заворот кишок, начал есть суп, в котором плавали куски мяса и овощи. На вкус он напоминал суп харчо, ароматный, пряный и с приятной остротой. Мясо было нежным и само разваливалось на волокна, хлебушек также порадовал своим вкусом, очень напоминавшим земной. Наевшись до отвала, я аккуратно сложил пустую тару и выкатил тележку поближе к двери. И довольный как слон завалился обратно на нары, после чего Морфей затянул меня в свой мир.

Проснулся я от очередных ударов в дверь. Не знаю, сколько я проспал, но чувствовал себя отдохнувшим. В дверь ко мне пожаловал тот самый начальник, что определил меня сюда. Он посмотрел на меня, а затем на тележку с пустой посудой. Я, улыбнувшись в ответ, сделал поклон головой, мол, спасибо, и мне кажется, он понял и слегка улыбнулся, после чего показал мне рукой на выход.

Мы отправились обратно на лестницу и начали подниматься вверх, прошли мы этажей пятнадцать, после чего вышли в очередной коридор. Но этот сильно отличался от тюремного, тут было гораздо светлее, на полу был постелен красный ковер, а стены обшиты деревом. Немного пройдя, мы остановились у красивых резных двустворчатых дверей, в которые постучал мой сопровождающий и отварил створки.

Войдя в них, мы оказались в громадной комнате, стены которой были заставлены стеллажами с книгами. На полу лежали ковры, шкуры животных, стояла различная мебель, столы, стулья, диваны, различные шкафчики, что разделяли помещения на зоны.

В самом центре стоял круглый стол, сделанный из белого мрамора, ну или похожего на него камня. За столом, по всей видимости, сидели два высокопоставленных начальника. Один из них был светловолосым парнем, с такими же выбритыми боками на голове и татуировкой в виде трех шестиконечных звезд. Одет он был в шелковую рубашку и кожаные штаны. Но главное, его рога, растущие из-за лба, торчали сантиметров на десять.

Напротив него за столом сидел седой старик, ну мне так кажется. У него была очень длинная коса, почти до пола, длинная, ухоженная борода, а одет он был в шелковый халат светло-серого цвета. Они с интересом окинули меня взглядом, после чего старик указал мне на свободный стул за их столом. И стоило мне двинуться вперед, как я боковым зрением заметил, что мой сопровождающий, поклонившись, вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.

– Вы знаете мой язык? – с надеждой обратился я к старику, но ответом мне было молчание.

– Моз. – произнес старик, ткнув пальцем себе в грудь. Затем направил палец на своего товарища. – Золад. – протяжно сказал он и ткнул пальцев в меня.

– Иван. – сразу ответил я, поняв, что он представляется.

– Ай-ве-н? – вопросительно произнес он, глядя мне в глаза.

– Нет. – отрицательно замотал я головой. – И-ва-н.

– Ай-ва-н? – еще раз произнес старик.

– Да хрен с ним, пусть будет Айван, да хоть горшочек, только домой отправьте меня. – хохотнув ответил я и согласно кивнул.

Глава 4

С именами мы худо-бедно разобрались, но ситуацию в целом это никак изменило, мы как не понимали друг друга, так и не понимаем до сих пор.

Моз на своем языке обратился к молодому парнишке и что-то объяснял ему, на что Золад согласно кивнул, словно дав свое одобрение старику. Моз лишь улыбнулся и взмахнул рукой.

Боковым зрением я увидел, как со стола, что стоял поодаль от нас, в воздух взмыла каменная шкатулка, украшенная драгоценными камнями, она плавно пересекла комнату и приземлилась перед бородачом. При этом я так и не увидел его ауры, это навело меня на мысль, что, возможно, у местных ее вообще нет и они как-то иначе пользуются магией.

Тем временем Моз открыл шкатулку, содержимое которой мне не было видно, и вынул из нее небольшой камушек размером со спичечную головку и положил его на стол, а затем перевел свой взгляд на меня. Старик продемонстрировал мне открытую ладонь с растопыренными пальцами и протянул ее ко мне, а затем, убрав ее, показал на меня пальцем, мол, сделай то же самое. Ну понятное дело, что он что-то придумал и, возможно, он знает, как преодолеть языковой барьер, так что я протянул ему левую руку. Старик ловко схватил меня за указательный палец и, достав из шкатулки большую иглу, тут же вонзил ее в него. Как только Моз вынул иголку, на подушечке пальца проступила моя кровь и образовалась небольшая красная капля, которая тут же взмыла в воздух, и Моз отпустил мою руку.

Капля пролетела над столом и упала прямо на прозрачный ограненный камушек, что он доставал ранее. Я не разбираюсь в драгоценностях, но могу предположить, что это был алмаз, так как уж больно красиво он переливался, отражая свет артефактов. Стоило моей крови соприкоснуться с камнем, как он начал впитывать ее как губка, и становиться красным словно рубин. Затем старик достал из шкатулки небольшой слиток золота и маленьким ножичком отрезал от него кусочек, причем с такой легкостью, словно это был не металл, а подтаявшее сливочное масло. Кусок золота он положил на камень и направил на него свои руки. Металл быстро расплавился и обволок собой камушек, а затем начал преобразовываться в украшение в виде небольшого цветка. Его аккуратные листочки зафиксировали камень, словно бутон цветка, а его стебель был идеально ровным. Затем по всему металлу и камню вспыхнули мелкие, едва заметные символы и тут же погасли, а этот крохотный цветок взмыл в воздух.