Проект ANNETE

Глава 5

Я лежал в полной тишине и темноте, вокруг было настолько тихо, что я даже слышал стук собственного сердца. Не смотря на то, что у меня сейчас по самое плечо отсутствовала рука и были удалены оба глаза я чувствовал себя хорошо. Видимо просто еще не осознал своей утраты, рука еще ладно, есть ведь вторая, но вот глаза, это совсем другое. Возможно в душе у меня еще воспылала надежда, что мне установят те самые импланты о которых говорил Григорий Иванович, и я опять стану нормальным. Тем не менее не смотря на то, что я ослеп, перед моими глазами словно плавала картинка с убитыми мной молодым бестолковым парнем Василием и неизвестным мужчиной. Их смерть была ужасной, я ведь размозжил голову и одному, и второму, и сам был полностью залит их кровью. От этого мне было не по себе и, если бы не лошадиные дозы успокоительного и обезболивающего, я вероятно реагировал на это совсем иначе. Но с другой стороны они не оставили мне выбора, тут или я, или они, а мне бы еще хотелось пожить.

Новости о полноценном апокалипсисе тоже тяжело укладываются в голове. Я просто не могу себе представить все то, о чем говорил мне инженер, но и не доверять ему я также поводов не вижу. За день до произошедшего я слышал про Аннет, но в новостях говорили, что ее просто уничтожила какая-то женщина. Затем я слышал ее обращение и собственно появление зомбированных людей, их то я не только видел, но и контактировал, точнее сражался.

Кроме инженера со мной никто больше толком не разговаривал, разве что общими фразами. Ко мне приходила девушка, делала перевязки и ставила уколы после которых я сразу засыпал. Ходить мне было запрещено, питался через трубочку какой-то сладковатой пюреобразной кашицей, напоминающей детское питание. Так же я хотел узнать, где мы вообще находимся, но увы, никто на это ничего не говорил.

Скука. Вот как можно было описать мое сегодняшнее настроение, абсолютная тишина, словно я нахожусь в вакууме и утопаю в собственных мыслях, вспоминая о былом. Но тут дверь в палату открылась и в нос тут же ударил нежный, слегка сладковатый запах женского парфюма. Это было что-то новенькое и по звуку шагов я понял, что вошла девушка, так как ее каблуки звонко цокали по полу.

– Здравствуйте, Денис. – обратилась ко мне женщина лет так сорока, судя по мягкому и бархатистому голосу.

– Добрый день или что там сейчас на улице. – вежливо поздоровался я.

– Все верно, сейчас день, меня зовут Елизавета Александровна, и я пришла побеседовать с вами. – сказала она и судя по скребущему звуку она пододвинула к моей кровати стул.

– Поговорить, это я с радостью, а то персонал тут не шибко общительный. – обрадовавшись ответил я.

– Вы не злитесь на них за это, такие у них инструкции. – добродушно ответила Елизавета.

– Да я и не злился, у меня уже сложилось примерное понимание складывающейся ситуации, поэтому даже и не навязываюсь с ними на беседу. А о чем мы с вами будем говорить?

– Очень интересно, поделитесь, пожалуйста, своим мнением о ситуации. – с интересом уточнила она.

– Ну мне обрисовали все в общих чертах касательно меня. Но про персонал, место, где мы находимся, ничего не говорили. А со мной никто не общается так как в беседе могут выдать какую-нибудь зацепку. Я человек для вас новый, чужой и мне не вы особо не доверяете. Поэтому мне ничего не остается кроме того, как просто ждать. – выдал я свои наблюдения.

– Григорий Иванович был прав, вы очень смышленый человек. Вы все верно подметили, и дело не совсем в том, доверяем мы вам или же нет. Дело в вашем душевном состоянии. Первые дни конца света у вас явно не задались, многие от подобных ситуаций сходят с ума, а вы вроде ничего, держитесь молодцом. Плюс вы утратили руку и глаза, а это не может не давить на ваше моральное состояние.

– Тут вы правы, я хоть человек деревенский и не раз участвовал в забое свиней, бычков и к крови привыкший. Но то, что было в шиномантажке, было явно перебором. Удивительно, но чувство вины меня не терзает, у меня просто не было выбора, там или я они. Но мне их искренне жаль, чисто по-человечески, особенно Ваську, он ведь совсем молодым был, ему бы еще жить и жить, а тут такое.

– Денис, а вы можете более подробно рассказать о своей жизни? Как вы уже знаете, интернет для нас теперь закрыт и ваше досье мы ниоткуда вытащить не сможем. Но на вас возлагают большие надежды.

– И вы бы не хотели напичкать полного психа столь дорогим оборудованием. – перебил я Елизавету.

– В целом да, но вопрос не в дороговизне, такое понятие в принципе можно убрать из словарного запаса, деньги больше ничего не значат, просто бумажки. Но каждый образец, имеющийся у нас, уникальный и одноразовый, повторной установке он не подлежит. Я дипломированный психолог и ваш рассказ поможет мне составить ваш психологический портрет.

– Как скажете, а с какого момента начинать? – уточнил я на всякий случай.

– С детства разумеется. Но не нужно сильно углубляться, поверхностного рассказа вполне хватит и просьба не лукавить, говорите как есть. Вас осуждать никто не собирается, мы тут совсем для другого. – спокойно ответила она, и я услышал как Елизавета открыла какой-то журнал или книгу, что-то записав на листе.

– Как скажете. – согласился я и начал свой рассказ. – Родился я в том поселке рядом, с которым вы меня и нашли, в Листвянке. Я был единственным ребенком в семье и еще поздним. Родился, когда отцу было сорок три, а маме тридцать девять. Отец всю жизнь работал водителем, мама же продавцом в магазине. Жили мы не богато, но и нужды не испытывали. В остальном детство было как у всех мальчишек, летом купались в речке, воровали яблоки из садов, лазили где попало. Зимой катались с горы на санках, лепили снеговиков. Когда стали постарше, начали ходить на танцы, ухаживал за девушками и дрался с мальчишками из соседних поселков. Ничего необычного, учился я средне, не потому, что был глупым, а просто ленился наверное, но и при этом в аттестате было всего две тройки.

После школы я сразу ушел в армию и попал в пограничные войска. По началу было тяжело, но человек такая скотина, она ко всему привыкает. Был у нас по первости конечно конфликт с москвичами. Нас в роте было поровну: половина обычных деревенских парней, которых набрали со всех краев нашей необъятной родины, и москвичи, которые считали себя какими-то исключительными и продвинутыми, а нас воспринимали как каких-то колхозников и дикарей. На этой почве у нас возникла пара массовых конфликтов, перешедших в полноценное побоище, в армии оно как, там не нужно быть умным, нужно быть сильным и в этом нам москвичи сильно уступали.

Но спустя время я подружился с одним москвичом, звали его Игорь. Тот еще жук конечно, самый настоящий представитель золотой молодежи. Папа его был известным в то время режиссером, снимал разные фильмы и клипы. У него произошел конфликт с сыном и Игорь назло отцу ушел в армию. Надо сказать, что при всей своей хитрости, он свои обязанности выполнял как положено, никогда ни от чего не уклонялся и все делал не хуже других, а то и лучше. Хоть и тогда казалось, что время тянется, с высоты прожитых лет могу сказать, что два года пролетели незаметно, и я вернулся домой.

Планов у меня больших не было, рядом город Рязань, а там военное десантное училище, вот туда то я и собирался поступать, пока к моему дому не подъехала дорогая иномарка и оттуда не вылез мой друг Игорь.

Приехал он ко мне по делу, а именно предложить подзаработать. Его отец в области снимал сцену для фильма и им очень был нужен каскадер, так как штатный ушел в запой и не приехал. Там у них все было подготовлено и проплачено, а каждый день простоя обходился бы в копеечку.

Как сегодня помню, мне нужно было эффектно подраться с тремя здоровыми мордоворотами, а затем прыгнуть в машину и выскочить на перекресток, где в меня врежется грузовик. Я даже думал, что мне в лицо бить будут по настоящему, но нет, так… для картинки сделали вид, пару раз швырнули меня на асфальт, и я, прыгнув в ржавую шестерку, дал по газам и влетел под КАМАЗ. На все про все у меня ушло часа полтора из которых минут сорок наносили грим. И тогда Игорь заплатил мне за это две штуки баксов. У меня тогда чуть челюсть не упала. За такую плевую работенку такой шикарный гонорар, да моему отцу нужно было месяца три из-за руля не вылезать, чтобы столько заработать, а тут раз и все.

И понеслось, меня очень хвалили за проделанную работу, мол, быстро и красиво все исполнил. А еще типаж у меня очень кинематографичный и тут же предложили работу в Москве. Жизнь у меня с тех по понеслась кувырком – съемки, деньги, вечеринки, знакомства со звездами, в общем, полный набор. На карьеру военного перестал возлагать надежды, родители разумеется ругались на меня за это, но когда я за первый год заработал себе на квартиру в Москве, они конечно угомонились. Хорошо, что мне тогда ума хватило купить жилплощадь, а то Московская жизнь, она развращает. Я пил, гулял и весилися спуская все деньги куда попало. Но потом немного опомнился и даже женился на прекрасной как мне тогда казалось девушке из Иркутска. Красивая была, ноги от ушей, точеная фигурка, приехала как и многие покорять Москву, но ничего у нее не вышло и она покорила меня. И не оставляла попыток засветиться на экранах, в эпизодических сценах, но в основном в массовке. В один из дней мне поступило предложение побыть дублером одного голливудского актера, они снимали несколько сцен в Москве, и я там как обычно отработал по первому классу, все остались довольны, а несколько дней спустя мне позвонили из Америки и предложил очень приличный контракт.

Так началась новая страница моей жизни, но была она достаточно короткой. Мы с женой уехали в штаты и начали обустраиваться там. Все было отлично, работы было навалом и я получал большие гонорары. Но все закончилось после того, как я сорвался с высоты и раздробил себе руку, жив то чудом остался. Мотался по лучшим больницам, все в один голос говорили про ампутацию, но в итоге мне помогли в России матушке. Год я мотался по больничкам, приходил в себя, но было ясно одно, на моей карьере поставлен жирный крест. Компания, с которой у меня был заключен контракт, дабы избежать иска, в одностороннем порядке разорвала со мной контракт и выплатила мизерную компенсацию.

Как говорится, чем выше взлетишь, тем больнее падать, так было со мной. Накоплений почти не было, а то, что было уходило на процедуры. Работы не было, появились долги. Я пытался хоть как-то крутиться, обратился к Игорю, но тот уже был потерян для общества, жестко подсел на наркотики, отец отказался от него и тот сам перебивался как мог.

Жена, видя всю эту картину, нашла себе какого-то папика и подала на развод. Я крутился как мог и когда зашел в тупик, продал свою квартиру, раздал долги и уехал в родное село. На остатки денег купил себе небольшую квартирку тут, и открыл шиномонтажку на трассе.

Дела по началу пошли хорошо, я подумал, ну вот, жизнь налаживается. Взял кредит, выкупил землю, решил поставить рядом еще придорожное кафе. Но опять проблема, беда пришла откуда не ждали. Пандемия, черт ее подери. Машин не было, работы не было, а соответственно и дохода, но вот расходы были. Я опять начал уходить в минус. А потом у меня заболел отец, где-то умудрился подцепить коронавирус, следом заболела и мама. Отец справиться с болезнью так и не смог, вирус оказался сильнее. А мама хоть и выздоровела, но иммунитет уже был не тот и через два месяца я похоронил и ее. Тем временем дела шли все так же плохо. Я продал родительский дом, отцовскую машину, чтобы покрыть хоть часть долгов. Но этого было недостаточно, шли просрочки, штрафные санкции, все счета арестованы, приставы вынесли всю мою квартиру. А еще и коллекторы подключились. В общем, я попал в замкнутый круг, крутился как мог, пытаясь выбраться из долговой ямы, но пока не выходило. Вот собственно и вся моя жизнь. – тяжело вздохнув и фальшиво улыбнувшись закончил я свой рассказ.

– Знаете, не самая плохая история, которую мне доводилось слышать. Я заметила, что вы даже в тяжелой ситуации не опускали свои руки, когда многие уже давно бы спились или того хуже, наложили бы на себя руки. Но вы боролись, это многое говорит о вас. – все тем же спокойным, бархатистым голосом ответила Елизавета.

– Ну а чего унывать? Нужно как-то крутиться. Вы поймите меня правильно, умирать мне пока не хочется и если все операции пройдут успешно, я вас не подведу и стану честно нести службу или что там у вас. Я помню добро и не кусаю руку, которая меня кормит. – добавил я.

– Я вас поняла, спасибо вам за искренность и рассказ. А теперь мне пора. – кокетливо ответила женщина, поднявшись со стула отодвинула его на место, и вышла из моей палаты.

Вечером началась подготовка к операции, меня всего замеряли, что-то рисовали на моей груди, лице и ногах. Те, кто этим занимались, сыпали друг в друга огромным количеством терминов на латыни. Я пытался хоть как-то их понять, но увы. Поэтому просто молча лежал и выполнял их требования, когда таковые поступали.

Затем очередной укол и наступила тьма. Но сказать то, что я спал будет не совсем верно, я опять словно погрузился под воду или парил в невесомости. Чувствовал как моего тела кто-то касается, а кости чем-то пилят и что-то к ним прикручивают. Было неприятно, но совсем не больно, затем опять все померкло, и я услышал над ухом голос Григория Ивановича.

– Денис, очнись. – похлопав меня по щеке сказал он.

– И вам доброе утро. – ответил я.

– Отлично, ты пришел в себя, я хочу тебя поздравить! Операция прошла успешно! Все, что мы запланировали, все было установлено и теперь осталось только научить тебя всем этим пользоваться, ну и, разумеется, подождать пока все швы затянутся. – радостно ответил мужчина.

– Это радостно слышать, а теперь поясните, что именно вы в меня установили, а то я несколько далек от всего этого. – прогоняя сонливость попросил я.

– Разумеется, давай пойдем по порядку. – довольным голосом сказал Григорий Иванович. – Итак, чип в твоей голове, он будет управлять всеми имплантами, которые в тебе установлены и еще будут ставиться, если будет нужда. По сути это компьютер, он может очень многое. Как я уже говорил, мы его полностью доработали, убрали все способы связи для безопасности, а так же адаптировали его для ведения боевых действий, мы все же на военных работали. По ходу обучения я буду рассказывать, как его можно использовать и настраивать под себя. Далее у нас идет новая рука, это лично мое творение, она сделана из самых прочных и легких сплавов, которые только смогло создать человечество. По функционалу, она куда более ловкая, чем настоящая, ей можно изящно паять микросхемы или же крушить камни. По силе она способна легко поднять пять тонн, но не забывай, если рука сильная, это не значит что твое тело выдержит такой вес. Также в руку встроено лезвие, у нас был целый спор, как его реализовать, многие почему-то настаивали на когтях как у росомахи, но я не согласился. Поэтому из-под запястья у тебя может выскакивать двадцати пяти сантиметровое обоюдоострое лезвие, которое обычный металл будет резать как теплое сливочное масло.

– Лезвие, это как у Ассасинов? – уточнил я, перебив инженера.

– Именно так. – согласился Иванович. – Далее, твои глаза, это так же два небольших шедевра, по своей сути это две независимые суперчуствительные камеры. Они оснащены ночным зрением, тепловизором и огромным зумом, тебе теперь даже ястребы будут завидовать. Работая в связке с чипом они откроют для тебя просто невероятные возможности. Попутно мы усилили твой позвоночник специальными пластинами, они сделаны из того же металла, что и рука. Они позволят тебе переносить на себе большой вес и выдерживать сильные удары без страха остаться инвалидом. Но опять же, не забывая про остальное тело. Твои ноги мы не трогали, поэтому, если схватишь и резко поднимешь большой вес, рискуешь сломать их. У тебя в грудной клетке стоит специальный прибор, скажем так, это аптечка, она заполнена различными препаратами. Адреналин, обезболивающее и антисептики. Также она прикрывает твое сердце от пули, это может спасти тебе жизнь. Ну и последнее на сегодня, под твоим желудком закреплена специальная батарея, которая будет питать все это добро. На вылазках ты будешь одевать специальный костюм, в котором будут свои батареи, та, что внутри тебя, не предназначена для ведения боевых действий. Ее будет хватать примерно на неделю обычной размеренной жизни, но если придется сражаться, учти, ста процентов заряда хватит не больше, чем на десять минут активного рукопашного боя. – радостно отчитался инженер.

Глава 6

– Григорий Иванович, а почему я не чувствую имплантов? – уточнил я, пытаясь пошевелить хоть какой-то частью тела, от чего меня бросило в холодный пот. – Стойте! Я вообще ничего не чувствую! Это нормально? – испуганным голосом добавил я.

– Не переживай, мой юный друг. Это вполне нормально, во-первых, все импланты сейчас отключены и представляют собой не более чем куски металла. А во-вторых, мы достаточно сильно тебя порезали, когда все устанавливали, так что твое тело сейчас изрезано, словно как у Франкенштейна. Разумеется, оно сейчас находится под анестезией. И будь мы в других условиях, ты бы еще минимум неделю у меня пролежал, не вставая, но время у нас ограниченно, так что работать начнем прямо сейчас. Стоит мне нажать нужную кнопку, и все изменится, и тебе будет очень больно. – пояснил мне инженер.

– Хорошо, это обнадеживает. А болью меня уже не удивить, особенно принимая в расчет то, что я испытал за первые дни апокалипсиса. – расслабившись, ответил я.

– Ну я бы с тобой тут поспорил, то, что с тобой будет происходить, ты даже представить не можешь. Поверь мне, вся боль, которую ты чувствовал до этого, покажется комариным укусом. И облегчить я ее не могу, так как это может помешать калибровке. В общем, достаточно разговоров, давай переходить к делу.

– Сейчас тебе сделают укол, который сведет действие анестезии на нет. Затем я активирую импланты, и начнется адаптация и калибровка. Чип, который находится в голове, начнет подключаться к твоей нервной системе, проверяя ее состояние и возможности, и вот это будет мучительно больно. – с нотами сочувствия в голосе пояснил мне инженер.

– Понял, спорить не стану, вы же тут специалист, вам виднее. А как долго это будет продолжаться? Ну, в смысле, калибровка? – начав переживать, уточнил я.

– Вот этого я тебе сказать не могу, ты ведь первый человек, кому установили подобное. Но, например, у шимпанзе, которой мы ставили такой имплант, калибровка закончилась за двадцать три минуты сорок семь секунд. Однако человек будет посложнее, так что минимум умножаем время на два. – пояснил Григорий Иванович и приступил к работе.

Инженер пригласил в комнату медсестру, что ухаживала за мной, и та поставила укол. Наконец я начал чувствовать свое тело. Постепенно та безмятежность и спокойствие начали покидать меня, а им на смену начали приходить боль и тревожность. Причем болело все, кроме ног, голова, спина, плечо и грудь, они просто начинали пытать огнем, словно на них кто-то горном раздувал угли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.