Код Самаэля
- -
- 100%
- +
– Всё расскажу, – продолжил наш мертвец, кривовато лыбясь, – но вот торчать здесь не хочу и вам не советую. Сашка ещё что! Отморозок в чужом теле, – Тоха засмеялся. – Его в Греции грохнули, а там брошенные могилы ликвидируют, так что тела не нашлось. Вернули в чужое. Брр… я бы не хотел… – Тоха поводил глазами. – Это как чужие трусы надеть. Даже хуже.
– А есть ещё кто-то, кроме Сашки? – спросила Бойцова, и я удивился её проявлению интереса.
– Вершило, – ответил Тоха. – Мертвец из каких-то лохматых веков. Всё здесь знает. Найдет вас, где угодно. А он здоровенный, – мертвец вытянул руку над головой, и я понял, что с Вершило даже Кабанов вряд ли справится.
– Ну? – спросил Тоха. – Идём? Кстати! Вон в том розовом доме есть прекрасный подвал, – мертвец указал через двор.
– Вот уж нет, хватит с меня подвалов, – отрезала Светка, а я вдруг почувствовал, что её страх почти притупился. Снова в речь вернулась дерзость. С одной стороны, это плохо. Мне нравилось, как она цеплялась за меня, когда было страшно. С другой, у девчонок обычно интуиция сильнее, чем у нас, то есть, если Бойцова перестала дрожать перед мертвецом, не значило ли это, что он не врёт и нашей смерти реально не хочет? И тогда я внезапно осмелел.
– Ладно. Идём в подъезд. В это время соседи стопудово не шастают, – сказав, я мотнул головой, пересёкся взглядами с Кабановым. Славка был хмур, но меня не остановил. Значит, пусть будет так. Я пошёл первый, остальные за мной. Тоха догнал меня и пошёл рядом. Я напрягся, посмотрел на него. Он по-прежнему улыбался улыбкой анаконды, в смысле, будто готовился наброситься и сожрать, но я подумал, что может у него стиль такой.
– Слушай, Тоха, а я ведь видел, как тебя в мешок упаковали и наверняка в морг увезли.
Мертвец вытянул руки, сцепив в замок, громко похрустел костями.
– Знал бы ты, как там тесно, в холодильнике у них. А лежать пришлось долго. Не хотелось, чтобы сотрудники морга шум подняли. Ждал, пока свалят. А дальше дело техники.
Я пикнул домофон, и открыл дверь в подъезд. Первым прошёл Кабан, потом девчонки, потом Тоха и в последнюю очередь я.
– Можем на чердак подняться. Там места больше, – предложил я, – да и точно не запалят, если тихо будем.
Мы молча поднялись на чердак. Он был заперт, но и площадки, на которой находились две двери на чердак, хватило, чтобы разместиться и внимать рассказу мертвеца.
Хотя в голове до сих пор вся эта чушь не укладывалась. Иногда мне казалось, что нас разводят. Потом я вдруг почему-то думал, что разводят только меня, а все остальные заодно с Тохой, и, вообще, это всё придумала Бойцова, чтобы мне отомстить, или Кабанов, чтобы меня наказать за звонок ментам.
В общем, я слушал с равнодушным видом. Верней даже с недоверчивым, с лёгкой усмешкой на лице. Если это игра, то очень хорошая игра. Надо отдать должное актёрам и не забыть придумать спектакль получше. Но это потом. Когда я уже точно буду уверен, что меня разводят. А пока я решил подыграть этой труппе стендаперов, прислонившись к перилам.
Кабанов устроился на первой ступеньке. То ли чтобы смыться первым в случае чего, то ли чтобы перекрыть пути отхода мертвецу. Маринка, бросив сумку на пол, села прямо на неё и сложила руки на подтянутых к груди коленях. Светка брезгливо осмотрелась и прислонилась к двери, ближней к лестнице. Ясное дело, чтобы быстрее убежать. Тоха встал справа от меня так, чтобы всех было видно, и потёр друг о друга ладони.
– С чего бы начать, – подмигнул он.
– Сначала, – буркнул Кабанов.
– Хорошо, – бодренько согласился мертвец. – Итак, я Тоха, и я алкоголик. – Тут он запрокинул голову и хрипло заржал.
– Тихо ты! – Шикнул я на него.
Кабанов поднял кулак. Ему и шикать не надо было.
– Ладно-ладно, всё. Смешно просто. В общем, в нулевых у меня был классный бизнес. Я был хорошим хакером, – тут скучающая Маринка встрепенулась и подняла голову. – Выполнял дорогие заказы, взламывал банкоматы и охранные системы. За это меня и убили.
Народ переглянулся. Тоха театрально выждал паузу.
– Ну а Самаэль, если вы не слышали, он из высших демонов ада, вернул меня к жизни для выполнения особого, – здесь Тоха поднял палец кверху, – задания. Сделать игру, которая научит людей сражаться с армией мёртвых и даст им шанс выжить. У них с Велиаром старые счёты. Вечно душами меряются. А игруха-то неплохая вышла, а? – подмигнул мертвец. – Эх! Мне бы в ваши времена. Нейросеть, искусственный интеллект, все дела… Но вот убили меня два упыря. Не доглядел.
– В смысле убили? Ты что до этого живым из ада вернулся? – спросил Кабан.
– Да, – протянул Тоха. – Мне хотелось жареных котлет, вяленой рыбки и пива, – вздохнул он. – А теперь хочется только одного.
– Чего же? – Кабанов решил вникнуть в тему глубже.
Мертвец широко улыбнулся, обнажив длинные клыки, и зарычал.
Бойцова шарахнулась, ударив по чердачной двери затылком. Маринка сжалась, сидя на полу.
Тоха засмеялся.
Хлопнула дверь в подъезд и послышались шаги.
– Тихо все, – сказал я, приложив палец к губам, и посмотрел вниз, свесившись через перила.
Сначала я видел только хватающуюся за перила руку, потом разглядел серый рукав, и мне стало понятно – Серёга. А это значило, что поднимется он до верхнего этажа, ведь его квартира напротив моей, и только два пролёта будут отделять нас от него.
Знакомство Серёги с моими приятелями по несчастью, а тем более, с Тохой, не предполагалось. По тому, как хаотично раздавались шаги, я догадался, что сосед бухой, а это нехорошо, он себя не контролирует, может начать орать на весь подъезд, а если не в духе, так и в репу заехать не постесняется кому-нибудь. В общем, надо было его сюда не допустить ни в коем случае, я ещё раз взглядом предупредив всех, чтобы молчали, бесшумно переместился на лестницу, чтобы в случае чего развернуть Серёгу в нужном направлении.
Сосед достиг площадки, мы стояли, не дыша, и тут…
– Пчхи!
Я оглянулся.
Тихий Маринкин чих, сопровождаемый звенящим эхом, разлетелся по подъезду.
– О! И кто это тут у нас? – Серёга среагировал моментально, а я-то надеялся… – М-м? – промычал Серёга, и раздался звон закачавшихся перил (похоже, он навалился на них).
Нужно было спасать ситуацию.
Я ринулся вниз, по пути захватив Бойцову.
Она упиралась, но я всё равно её допёр до площадки пролётом ниже.
– Подыграй, Бойцова, – прорычал я ей в ухо и по-свойски прижал к себе за талию.
– А, мелкий! – обрадовался Серёга, а я скривился от громкости его голоса. Дверь в мою квартиру была совсем рядом. Она, конечно, двойная, но… И вообще, гад, мог бы при девушке меня так не обзывать. Попроси у меня сто рублей до зарплаты. Хрен тебе будет, а не сто рублей! – подумал я, но вслух произнёс только:
– Давай, Серёга, дуй домой, не мешай, – подмигнул я.
Бойцова, к счастью, мысль уловила, перестала упираться, ладошку мне положила на плечо, заулыбалась. Не перестаралась бы только. Кто знает, что там у соседа на уме возникнуть может. Но он всё же достал из кармана ключ и стал пытаться попасть им в замок.
– А я тоже люблю всякое такое… между прочим, – бурчал он, сердито тряся головой, когда ключ в очередной раз клюнул мимо замка. – О! – удовлетворённо окнул сосед, попав-таки в замочную скважину.
Ключ приятно повернулся и дверь открылась. Серёга доброжелательно махнул мне, а я на всякий случай предупредил:
– Ты это… только маме не говори.
Тот с пониманием в глазах кивнул и скрылся за дверью. Я выдохнул.
– Да отцепись ты, Орехов, совсем охренел! – едва сосед скрылся, как Бойцова вскипела и вырвалась из моих объятий.
Я только плечами пожал и бросил взгляд на Кабанова. Его нижняя челюсть недовольно выползла вперёд. А я что? Я для дела…
Тоха довольно потирал руки.
– Весело тут у вас!
– Нашёл веселье, – буркнул я.
– Вот именно! – поддержала Бойцова, но я рано обрадовался. – Теперь мы всё знаем и можем, наконец, идти домой. Пойдём, Марин.
– Угу, – Маринка послушно поднялась. На её лице читалось спокойствие и безразличие к происходящему.
– Какое домой! – возразил Тоха. – А план? А стратегия обороны? А тактика нападения?
– Чего? – Кабанов тоже поднялся. Похоже, сегодняшний спектакль всех утомил.
– Ну, как чего? – возбудился Тоха и принялся расхаживать по площадке, как живой. – Нужно разработать стратегию. Как вы собираетесь с мертвецами сражаться? Оружие где возьмёте? Упырей где искать будете?
– Сам ищи, – сказала Бойцова и пошла по лестнице, таща за собой Маринку.
Я посмотрел на Кабанова. Тот не шелохнулся. Проводил девчонок спокойным взглядом.
Мы все устали от этой одурительной информации. И все одинаково не понимали, что происходит, и что с этим делать?
Тоха громко хмыкнул.
– Знаешь, упырь ты там или просто псих, – сказал Кабанов, делая шаг по лестнице. – Нам это не нужно. Проваливай и игру свою забери. Лично я больше в ваш клуб ни ногой.
Я открыл уже рот, чтобы сказать, а как же карта? А как же тайна, что скрывается за ней? И потом, мы только на второй уровень вышли. Но закрыл обратно, увидев, как бежит по ступенькам вниз Кабанов, как мелькает в просвете розовая куртка Бойцовой.
Я посмотрел на Тоху. Он подвигал бровями.
– Эх, ладно. Похоже, я зря тут распинался. Бывай, Орехов.
Он хлопнул меня по плечу, спустился на три ступеньки, перемахнул через перила, приземлился на втором сверху пролёте и побежал вниз.
Я тоже прошёл мимо двери свой квартиры. Хотелось выйти на воздух.
Увидев девчонок и Кабана, уходящих в сторону улицы, я догнал их. Тохи уже и след простыл. Но я молчал. Не знал, что сказать.
– А пойдём ко мне, Марин, – сказала Светка, и я не понял, к чему это. – Мама не будет против. Что тебе нарываться на неприятности. А так, может, и не узнают, что ты в общаге не ночевала?
Ах вот, в чём дело. Общагу, наверное, закрыли.
Маринка дёрнула плечами.
– Неудобно.
– Да брось, чего неудобного, у меня в комнате кресло есть, разберём и всё.
– Ладно, ок. Пока, ребята, – грустно сказала Маринка, и мне показалось, что она тоже не согласна завязывать с игрой. У неё в глазах огонь горел, когда она играла. А теперь потух.
– А чего это пока? Мы же только начали, – раздался голос, похожий на пенопласт, мы обернулись. Шагах в десяти от нас стояли двое: Сашка из девяностых в кепке (теперь я её узнал, она ещё днём принадлежала Шпале), и здоровенный мужик с чёрной бородой, видимо Вершило.
Глава третья
Светка дёрнулась бежать. Неплохо-неплохо, Бойцова. Реакция есть. Ещё бы право и лево не путала. Но тут же она взвизгнула и остановилась столбом. Я обернулся. За нашими спинами стоял Шпала с довольным видом.
– Кушать подано, парни, как говорится: «Садитесь жрать, пожалуйста», – сказал Сашка, разворачивая кепку козырьком назад. – Тощего брать живым.
Я быстро огляделся. Кого он тощим назвал? Да я ещё пошире Шпалы в плечах!
Пока я тормозил, Кабан мигом сориентировался.
– Валим! – приказал он, схватил Шпалу за плечи, подтянул к себе и толкнул прямо на Сашку, тот не устоял на ногах и вместе они повалились в кусты.
Девчонки завизжали и бросились через двор.
Мы с Кабановым – за ними.
– А ну стой, червяк! – взревел огромный парень, и я услышал его тяжёлую поступь.
Бойцова рассчитывала скрыться в подъезде, и я подумал, что Светка, пожалуй, права. Нас всё равно уже давно выследили, а вот противостояние сейчас может выйти боком. У этих вон клыки, а у нас с Кабановым ничего, кроме собственных рук и ног. Но если его руки и ноги можно было противопоставить клыкам, то мои – только им подставить.
Что я и сделал.
Подставил.
Собственные конечности, когда, подбегая к подъезду, сбавил скорость.
– Быстрей! – крикнул Кабанов Бойцовой, которая выронила ключ почти что у самой двери, присела, схватила и снова выронила, повернулась за ним и, подняв глаза куда-то за моё плечо, охнула и шлёпнулась на асфальт.
Маринка подхватила ключ.
Кабанов – Бойцову. Грубо. За подмышки поднял на ноги.
А я обернулся, машинально, когда прочёл страх в Светкином взгляде.
От удара у меня потемнело в глазах. Я сначала даже подумал, что это какой-то гад разбил фонарь у дома, но тут же рухнул на колени, и тогда до меня дошло. Меня чуть не вырубили. Уже через секунду подняли, как котёнка, за шкирку, и я увидел перед собой крупное лицо с жадными чёрными глазами, налитыми кровью.
– Червяк… ещё бегать будешь, – проревел мне в лицо Вершило.
Он подбросил меня вверх и поймал за шею. Мертвецки холодные пальцы впились в кожу. Я тихо взвыл от боли, но даже не попытался вырваться. Чувствовал, как в шею врезались острые когти. Оно неловкое движение, и они вспорют её так, что потом хрен заклеишь. Я только скосил глаза на подъезд и видел, как Славка втолкнул в приоткрытую дверь девчонок, хоть Бойцова и сопротивлялась. Сама в обморок чуть не упала при виде здоровяка, а всё туда же – нас защищать.
Закрыв дверь собой, Кабанов приготовился к бою. Шпала, сразу видно, был неопытным в этих делах и неуклюже пытался навалиться, поэтому первый получил с ноги и отлетел на пару метров. Зато Сашка в своих девяностых неплохо натаскался на стрелках, и хоть у него и было чужое тело, но душа, наверное, хранила генетическую информацию не хуже, чем ДНК, однако Кабанов не уступал. Я бы начал уже им гордиться, да поза не позволяла. Вцепившись в руку мертвеца или бывшего мертвеца, сам уже не разбирал, я старался отодрать её от себя, но ничего не получалось, кроме как действовать ему на нервы, если они, конечно, у него имелись.
– С этим что? – тряхнув меня в очередной раз, пробасил Вершило. – Может, раздавить и дело с концом?
– Ага, – уклоняясь от удара могучего Славкиного кулака, проворчал Сашка. – А игру ты что ли проходить будешь?
– Игру? – здоровяк развернул меня к себе и посмотрел мне в глаза. – Ты какую игру любишь? Я в «городки», – заржал он, потащил меня к дереву и без особого напряга отломил от него толстую нижнюю ветку.
Играть в «городки» я не умел, но каким-то чудом представил, как это могло выглядеть. И мне не понравилась эта игра.
Я зажмурился, когда Вершило размахнулся.
– А я – в «лапту»! – послышался голос Тохи, потом тупой удар, похожий на удар деревом по дереву, тихий кряк, а потом шея ощутила облегчение, и я открыл глаза. Вершило в этот момент плюхнулся животом вниз к моим ногам. – Один – ноль в мою пользу, – гордо сообщил Тоха, присел, замахнулся коротким, но остро заточенным колом, но в тот же миг раздался Славкин стон, и Тоха, вскочив, ринулся к подъезду, где всё ещё махался с Сашкой и Шпалой вспотевший Славка, неловко прижав к себе правую руку.
Я подобрал ветку, выломанную Вершило, и с криком: «Разойдись, зашибу!» бросился следом. Шпалу я успел задеть. Тоха сцепился с Сашкой.
И неизвестно, когда и чем бы это всё закончилось, гады то живучими оказались, но только дверь в подъезд вдруг пискнула, распахнулась и из неё выскочила Бойцова со шваброй в руке, а следом Маринка с гантелями. Наверное, оружия поприличнее дома у Светки не нашлось.
Я так и сел.
Мысленно.
Если б рядом со мной стоял стул, то я реально бы сел.
Одна гантель полетела в Шпалу, он попытался увернуться, но она всё равно ударила его в плечо. Другая – в Сашку, но Маринка не успела особо прицелиться, и снаряд угодил в Тоху, стукнув его между лопатками. Тот выругался и повалился на Сашку. Они принялись кататься по земле, а Светка – бить упыря из девяностых по голове шваброй.
И на всё это бешенными слезящимися глазами смотрел Кабанов. Я ещё раз огрел веткой Шпалу, когда он приблизился, а Сашка как-то выкрутился из Тохиной хватки и, отмахиваясь от швабры, сдал назад.
– Уходим! – крикнул он, и они со Шпалой добрались до Вершило, пинками привели его в чувства, кое-как подняли и дружно поплелись в темноту.
Я подумал было их догнать, но Тоха меня остановил. Он отряхнулся, мигом оценил состояние Кабанова, а потом резко так припечатал Славку к двери, прижав за правое плечо и как-то потянул за руку. Кабанов тихо вскрикнул. Я сморщился.
– Всё? – спросил упырь.
– Кажись, да.
Маринка тащила к дому разбушевавшуюся Бойцову. Та трясла в воздухе шваброй.
Я опустился на землю, прислонившись к прохладной стене.
Это какой-то капец.
Неужели никто не вызвал полицию?
Светка бросила швабру и стояла, тяжело дыша, посматривая на давно потемневшие окна. Маринка подобрала гантели и села рядом со мной.
Кабанов встал у двери. В его глазах всё ещё сияли признаки бешенства. Он поглядывал на девчонок, и я почувствовал, что ещё немного и он нервно засмеётся.
Но первым заржал Тоха.
Пройдясь туда-сюда мимо нас, он остановился. Показал сразу двумя пальцами на девчонок, обнажил клыки в своей дикой улыбке и как прыснет.
Хрипло.
Сгибаясь пополам.
Не выдержав, я тоже засмеялся, и вот уже мы все ржали, как кони, среди ночи.
– Вы крутая команда, – просмеявшись, сказал Тоха.
– Но они ведь не успокоятся? – спросила Бойцова.
– Никогда, – покачал головой упырь.
– И что нам делать? – задал я вопрос, на который и так уже знал ответ.
Тоха бросил мне кол. Я поймал. Хороший кол, осиновый. Острый. Размером с мою руку от локтя.
– Только так, – сказал Тоха. – Но это ещё не всё. Старое кладбище вздыбилось. Скоро оттуда попрёт местное население. И если не хотите зомби-апокалипсиса, то советую там сразу же все попытки квартирантов съехать пресекать точным и быстрым движением, – он сделал жест, изображая удар колом.
Я посмотрел на Кабанова. Он стоял с задумчивым видом, скрестив руки.
– Но почему мы? – возмутилась Бойцова. – Почему нельзя заявить в полицию! Пусть соответствующие органы со всем этим занимаются.
Я хмыкнул.
– Ничего, Бойцова, дурка здесь рядом. Так что, если тебя туда определят, когда ты в полиции всё расскажешь, мы тебя навещать будем.
Бойцова надулась и показала мне язык.
Ну-ну. Давай-давай.
– Фундук прав, – командным голосом объявил Кабанов. – Придётся самим. Никому ни слова. Будем с тобой на охоту ходить, – он повернулся ко мне. – Завтра начнём.
– Я с вами, – сказала Бойцова, поднимая своё смертоносное оружие.
– Со шваброй? – усмехнулся Кабанов.
– Зачем же? Сделай мне такую штуковину, – она кивнула на кол. – Думаешь, не смогу её упырю в грудь вонзить?
– Идёт, – согласился Кабанов.
– И я пойду, – отозвалась, вставая, Маринка и потупила взгляд, разглядывая кроссы.
– Неплохая у вас бригада складывается, – обрадовался Тоха. – Только вот ещё что. Ключ к победе – в игре. Её вам бросать никак нельзя.
Кабанов посмотрел на телефон.
– Ладно, расходимся, пока эти не вернулись, – он мотнул головой в сторону, куда удалились трое мертвецов. – Завтра встречаемся в клубе, пока светло, и всё решаем. – Всем пока.
Кабанов развернулся и пошагал к дому. Я махнул девчонкам и побрёл к своему.
С утра я, конечно, не выспался. Хорошо хоть родители не просекли, во сколько я заявился, и не задавали лишних вопросов. Скидав в рюкзак учебники, я спустился и набрал Бойцову. Ничего не вышло. Она и не подумала меня разблочить. А мне казалось, этап игнора в прошлом, раз такое дело. Ну что за человек! Сплюнув под ноги, я побрёл в школу. Время от времени оглядывался, не идёт ли Бойцова, не тащатся ли упыри. Хотя, Тоха заверил, что после первых петухов и до сумерек их можно не опасаться.
Бойцову я увидел, когда вошёл в класс. Она уже сидела на своём месте, и лишь мельком взглянула на меня. Её волосы были заплетены в две короткие косички, и когда она резко отвернулась, они так и взлетели, а я мысленно усмехнулся, представив Светку с колом в руке. Неужели она правда думает, что сможет им кого-то проткнуть. Относительно себя я не был так уверен.
– Орехов, хватит мечтать, иди к доске, помечтаем о домашнем задании, – откуда-то издалека донёсся голос физички.
Блин. Я бросил взгляд на учебник. Знать бы ещё, что там было задано. Медленно заливаясь краской, а я прям чувствовал, как она ползла на лицо со стороны ушей, прошёл я к доске, и глаза, конечно, первым делом скосились на Бойцову. Сами по себе. И лучше б я на неё не смотрел. Такой вызывающий вид у неё был, типа, давай, Орехов, выкручивайся. Будто это я виноват, что за нами полночи упыри охотились.
– Ну, – поторопил физичка. – Ты хотя бы тему знаешь, Орехов?
Я пробежался взглядом по классу. Ничего, кроме кислых рож и ухмылок. Краем глаза я заметил, что Бойцова что-то там говорит без звука. Ну уж нет! Отведя взгляд в противоположную от неё сторону, я твёрдо ответил.
– Нет.
– Значит, не готов?
– Нет.
– Так бы сразу и сказал. Садись, два.
У меня уши заложило, пока я пробирался на своё место в последнем ряду, и я уже не слышал бурчания физички. Плевать. Когда вас всех превратят в упырей, вам будет не до моих домашний заданий.
Сказав это себе, я плюхнулся на стул с осознанием себя непризнанным героем.
На одном этом осознании весь день и продержался. На Бойцову принципиально не смотрел. Разве что, когда забывался, глаза сами искали её четвёртую парту в ряду у окна и бело-розовые косички.
Дождавшись последнего на сегодня звонка, я вылетел из класса первым, с удовлетворением отметил, что в небе светит солнце, а значит, до дома можно добраться спокойно, и отправился обедать, а потом сразу в клуб.
Там не было никого, кроме девчонки – администратора. Я присмотрелся к ней повнимательнее. Не может ли быть так, что она тоже оттуда? Ну, из ада, как и Тоха? Но ведь, чтобы оттуда вернуться, надо сначала туда попасть. И что могла сделать девчонка, на вид которой лет восемнадцать – двадцать, чтобы загреметь в ад. Замочила кого-то что ли? Надо будет спросить у Тохи.
Девчонка заметила мои разглядывания и нахмурилась.
– Ты что-то хотел спросить?
– А? – я вырвался из раздумий. – А… нет, просто задумался. Второй уровень наверняка сложный, не уверен, что справлюсь без приятелей, а здесь сегодня, вообще, затишье.
– Так рано ещё, погоди, будут тебе приятели.
Я выбрал место так, чтобы хорошо просматривалась дверь, а я при этом чтобы сразу в глаза не бросался, и вошёл в «Упыря». Второй уровень начался с мрачной локации. Где-то в стороне будто бы шумела вода, может быть, водопад, а кругом стояла темень ну просто сплошная. Только чёрные силуэты деревьев. Полез в инвентарь за фонариком. Мимо пронеслась машина, осветив фарами дорогу. Я еле успел отскочить. Включил фонарик. Теперь местность стала более понятной. Слева от меня протекала река, водопад впереди, но из-за кустов его не было видно. Справа – всё заросло кустарником, лишь вдалеке высвечивались белые стены. Туда я и побежал.
Но недалеко. Вскоре на тропинке, что убегала в тёмную даль, показались первые неровно идущие мертвецы. Их тела разложились, и с конечностей комьями сыпалась земля, видимо, ребята только-только выбрались из своих тёплых квартир, и им не очень-то нравилось бродить по городу в поисках пищи. Кто и зачем поднял эту армию, мне ещё предстояло узнать, где-нибудь в конце второго уровня, а пока что я приготовился встретить опасность лицом к лицу. Вернее, не к лицу, а к тому, что от него осталось.
Если бы я в реале был хоть чуть-чуть по своей прокачке похож на Ната, всё было бы проще. Нату понадобилось две секунды, чтобы точными ударами колом вырубить первых двух упырей. А в реале меня уже дважды чуть не задушили. Хоть в качалку начинай ходить, честное слово. Это только Бойцова уверена, что сможет кол в грудь упырю вонзить. Я вот не очень.
Ну вот, вспомни…
Бойцова вошла вместе с Маринкой. Та вскоре увидела меня, поздоровалась. Светка же, хоть и тоже меня увидела, но спецом отвернулась и, конечно, ничего не сказала. Дождётся у меня!
Пока я раскидывал упырей, Пайтон тоже залогинилась и присоединилась, вдвоём дело быстрее пошло. Бойцова села рядом с Маринкой и просто смотрела, как мы играем.
– Слушай, Марин, а ты не могла бы к реке сбегать? – сказала она вдруг.
– Зачем?
– Там водопад, – сказал я. – Слышите, шумит.
– Ну-ну, – как-то подозрительно произнесла Бойцова.
– Справишься, Нат? Я быстро, – сказала Пайтон, оставляя меня на тропе среди упырей, которые, вообще, не собирались заканчиваться.
Я продолжал молотить колом и ножом попеременно, расчищая дорогу к белеющей вдалеке стене, когда Маринка сказала:
– Ой, это не водопад, Нат, это плотина.
– Плотина? – я об этом как-то даже не подумал. – Хм, так погодите, это же наша ГЭС! Стены зелёные.
– И окна арками, – добавила Маринка.
– А я про что! – воскликнула Бойцова. – И где этот упырь? Вот бы он нам и объяснил, что за это фигня.
Отвлёкшись на плотину, я и не заметил, как умер.
– Чёрт! Снова проходить придётся… Но не значит ли всё это, что и в реале в этих местах появятся мертвецы?