Четыре мира. Оковы души
- -
- 100%
- +
– А сколько на Фабрике печей? – Мако постаралась сделать очень умное и серьезное лицо, что с ее мягкими и плавными чертами ей не очень-то удалось.
– Процесс изготовления души крайне трудоемкий и долгий. Для производства одной крохотной души, например, растения, требуется несколько тысяч ядер средних звезд. Для производства души человека требуется несколько миллионов ядер мощнейших звезд и тысячи лет непрерывной работы. Некоторые из печей иногда выходят из строя. Особенно, когда попадается некачественный материал. Например, плохо переработанная душа с плохой историей. Поэтому одновременно работает огромное множество печей, чтобы процесс никогда не останавливался, – увидев выражение ее лица Солману еле удержался от того, чтобы не рассмеяться.
– А можно заранее узнать, какая душа получится? – задавая новый вопрос, Мако пыталась сохранить всё то же серьезное выражение лица.
– Система устроена таким образом, что души производятся в случайном порядке. Мы не можем вмешиваться в процесс, но обязаны обеспечивать его всем необходимым. А также подавать списки выпущенных душ в Архив, – он совсем неожиданно для себя обнаружил, что ее лицо, нет, ее глаза, ему напоминают… Нет, это невозможно.
– Сырье – это только звездный материал? – самой же Мако казалось, что она выглядит сейчас очень важно.
– Нет, еще отжившие свое по разным причинам души. Они перерабатываются и опять отправляются в печь. Общее количество энергии во Вселенной никогда не меняется. Она только приобретает разную форму.
Когда в Низшем мире рождается человек с огромной душой, в это время может вымереть целый животный вид.
Или когда чья-то душа достигает высшего развития в Медианном мире, на ее ядре образуются мощнейшие энергетические кольца. Это значит, что эту энергию нужно как-то восполнить. Как правило, в это время в Низшем мире происходят катаклизмы и войны. Освободившиеся души, непригодные для дальнейшего развития, перерабатываются обратно в чистую энергию. У нас есть специальные печи для этого.
А вот когда какая-то душа достигает высшей точки развития и обретает божественную сущность в Высшем мире, то, как правило, приходится жертвовать целой цивилизацией, включая животных и растений в Низшем мире. Но так как в Высший мир попадают лишь единицы за всю историю существования текущей Вселенной, это происходит не так часто. Иначе все давно бы уже вернулось к истоку, когда были только первичные вибрации и больше ничего, – хихикнул Солману больше не в силах сдерживаться, видя, как изменилось выражение ее лица.
– А как же души из Медианного мира, которые в это время проходят испытания в Низшем мире? – испугалась Мако, так как ей в ближайшем будущем предстояло как раз туда отправиться.
– В это время всем приходится несладко. Все души, которые находятся в смертном мире, проходят через кармическое сито. И выживают только те, которые обладают чистыми энергетическими оболочками высокого уровня. Остальные отправляются в душерубку. В Низшем мире это называют Высшим судом.
– Разве это справедливо, что во имя высших целей единиц страдают миллионы? Зачем же мы тогда развиваемся, зная, что это причинит страдания другим? – недоумевая от несправедливого устройства их мира спросила Мако.
– Таковы законы Вселенной. Без конца не будет нового начала. Время не может останавливаться. Каждая душа создана из частиц этой системы, значит, не может не повиноваться ей.
– Вот почему Наставник постоянно твердит, что души должны непрерывно развиваться. Иначе их ядра просто растолкут для других энергетических задач, – теперь строгое воспитание Каро уже не казалось ей таким ужасным и неоправданным.
– Ну и еще потому, чтобы не опозорить его самого как учителя, – опять хихикнул Солману. – Однажды одно из Высших божеств достигнет такой точки развития, что для его души потребуется вся энергия, что есть во всех четырех мирах. И это будет концом действующего порядка, но в то же время началом нового. Так как концентрация энергии будет настолько велика, что удержать это кольцо в стабильной форме будет невозможно, оно взорвется, энергия рассеется по всей сфере Вселенной, и все начнется сначала. Как было много раз прежде и будет еще много раз в будущем. Таково устройство этого мира, – Солману говорил о таких важных и страшных вещах так спокойно, будто они просто сплетничали за чашкой чая.
Про себя Мако отметила, что Глава сегодня был в очень хорошем расположении духа.
– А что будет входить в мои задачи, Глава?
– На данном этапе ты будешь моей личной помощницей, будешь делать мне чай, – совершенно спокойно сказал начальник.
– Чай? – возмущенно воскликнула Мако. Она лучшая ученица своего выпуска и любимая ученица Наставника! Разве для этого она так усердно училась и работала над саморазвитием?
– Чай. Я люблю очень горячий, запомни. Еще будешь ходить за мной везде, смотреть и слушать. Пока ты досконально не изучишь всю систему, я тебя и близко ни к одной из печей не подпущу. В дальнейшем ты будешь отвечать за производство нового звездного материала.
Глава встал со стула и подошел к огромному круглому окну во всю стену.
– Подойди ко мне.
Мако нехотя подошла к начальнику и, увидев через стекло бесконечное множество больших круглых черных печей, в которые непрерывным потоком на спиральных конвейерах загружались светящиеся круглые шары разных размеров, она обреченно подумала, насколько скучной и тяжелой теперь будете ее жизнь до начала испытаний в смертном мире. Обычный рабочий процесс. Зачем ей на это смотреть? Она недоуменно посмотрела на начальника, с которым ей предстояло теперь делить свое бесценное время.
Солману нажал какую-то кнопку на стене сбоку от окна, и стекла окрасились в голубой цвет.
– Взгляни сейчас, – кивком головы он показал ей на окно.
– Ооо! – воскликнула Мако, которая совсем без энтузиазма проследовала за его взглядом.
– Это то, что видят существа в Низшем мире. Так они видят нашу Фабрику. Они называют это космосом.
Перед взором девушки открылось ночное небо смертного мира с бессчетным множеством разноцветных галактик, мерцающих звезд, пылевых облаков, которые, соединяясь между собой в причудливые формы или узоры, образовывали картину невиданной красоты даже по меркам Медианного мира. Смотреть на это завораживающее зрелище можно было бесконечно.
– Когда будешь хорошо себя вести, я буду разрешать тебе заглядывать сюда, – сказал он ей на ухо спокойным тихим голосом.
Мако вздрогнула от неожиданности и резко повернула голову в сторону Главы. Их лица оказались на расстоянии кошачьего уса друг от друга. Его глаза обжигали синим пламенем. Электричество пробежало по ее телу. Опять он так делает! Почему он постоянно нарушает ее личные границы?
Глава 11
– Как здорово, что сегодня мы можем поужинать все вместе! Я поднимаю эту чашу вина за Мако и Нелу. Так здорово, девочки, что вас обеих взяли на очень хорошую работу! – торжественно произнес Менфи и опустошил чашу.
Вся семья сидела посреди просторной комнаты за круглым столом, над которым висела простая белая лампа, наполненная светлячками. Струнный музыкальный инструмент играл непринужденную мелодию, что создавало в комнате уютную и расслабленную атмосферу.
– Спасибо, дорогой брат, – мягким голосом сказала Нела и очень нежно посмотрела на Менфи. – Мне повезло, что я попала в Архив и работаю вместе с тобой. Твои помощь и поддержка для меня очень важны.
Они глазами улыбнулись друг другу.
– Я бы тоже предпочла работу в Архиве, – недовольно надула губы Мако и скрестила руки на груди. – Наш Глава настоящий тиран.
– Почему ты так говоришь, Мако? – озабоченно спросил Менфи.
– Потому…потому что он тиран! Который не ест, не спит, а только раздает указания весь день. И часто задерживается на работе, а мне приходится делать это вместе с ним. Если бы ему сегодня не нужно было отнести документы в Архив, я бы с вами здесь сейчас не сидела, – все также недовольно проговорила Мако, ковыряя ложкой в глубокой тарелке.
– Что-нибудь произошло? Почему Глава сам понес документы? – вмешался в диалог Наставник, который все это время молча ел свой вкусный ужин, состоящий из цветочной похлебки и овощных пирожков, заботливо приготовленных Нелой. Какое счастье, что в их семье есть такой кулинарный талант!
– Не знаю, мне особо ничего не рассказывают. Но я слышала краем уха, что-то случилось со звездным материалом, он куда-то начал исчезать. Глава пошел в Архив проверить, не стали ли появляться неучтенные души. Только я не понимаю, мы ведь сами подаем реестры по душам в Архив. Откуда они узнают, если появятся неучтенные?
– У нас есть специальный отдел, который отслеживает такие души по колебаниям энергии. Потом списки передают в отдел розыска, который будет заниматься поиском этих душ для отправки в Кармическое колесо. Лучше скажи, как такие души могут проскальзывать мимо него при выходе из печей? Без прохождения колеса они же не получат тел в физическом мире, – удивился Менфи, жуя пирожок из сладкой морковки.
– Я не совсем знакома с этим вопросом, но слышала, что в печах могут иногда появляться трещины. И души проскальзывают в них в обход Колеса Событий. Такие души подселяются к уже занятым телам, вытесняя душу, которая там жила до нее. Вытесненная душа не может завершить свой физический цикл и распадается в Мировом энергетическом океане. Бывает и так, что обе души остаются в одном физическом теле. При этом физические тела не могут справиться с конфликтом двух душ и сходят с ума, в результате чего повреждаются обе души. Поэтому все печи внимательно осматриваются на наличие трещин каждый день технической службой. А сейчас, как я поняла, кто-то стал воровать звездный материал. Но почему-то все говорят об этом шепотом, это запрещенная тема.
Если честно, я подслушала, так как мне просто стало любопытно, о чем все шепчутся. А так, это обычный рабочий процесс, совсем неинтересно, – равнодушно закончила свою речь Мако и тоже откусила пирожок. – Нела, а чем ты занимаешься в Архиве?
– Я работаю в отделе архивирования данных уничтоженных душ. У нас очень хороший коллектив. В обед мы вместе пьем чай с пирожными, которые каждый приносит по очереди, – Нела подлила чаю в чашку Наставника.
– Я же говорю, что Глава Фабрики тиран. Я еще ни разу не пила чай в обед. И уж тем более с пирожными, – опять надула губы Мако, при этом, однако, не забыв откусить еще кусочек.
– Не расстраивайся, дорогая. Я уверена, что Глава просто хочет научить тебя дисциплине, так как ты новенькая. У тебя очень интересная и ответственная работа. Я бы ни за что не смогла работать в таком месте, – постаралась утешить ее Нела, наливая чай и ей в чашку.
– А еще Глава постоянно заставляет меня изучать книги по развитию души и делать упражнения. С одной стороны, это хорошо, так как я побыстрее от него избавлюсь, уйдя на испытания в Низший мир. А с другой, у меня совсем не остается сил к вечеру. Вот сколько мы с вами не виделись? Прошла уже целая вечность, – канючила Мако, которая сегодня явно была не в очень хорошем настроении, которое лишь немного приподнялось от вкусной еды, приготовленной Нелой.
– А ты не можешь сама приносить документы в Архив? Если будешь приходить в обеденное время, сможем вместе пить чай! – попыталась утешить ее заботливая младшая сестра.
– Дорогая, это отличная идея! Я что-нибудь обязательно придумаю, – воодушевилась Мако.
– Не сомневаюсь в твоих способностях увиливать от работы, – строго сказал Каро, доедая свою похлебку.
– Наставник, ты не справедлив! Я делаю очень-очень много всего, но и отдых же тоже нужен, – вот сейчас он совсем не прав, в последнее время она трудится как пчелка, встает рано, а ложится поздно. И даже не дремлет в обед.
– Я ухожу по делам, ложитесь спать пораньше, – сказал Каро, как будто пропустив мимо ушей оправдания Мако, которую это, безусловно, задело. Она очень хотела, чтобы он заметил ее старания и прогресс.
– Наставник, я так давно тебя не видела. Можно мне пойти с тобой? – Мако положила свою руку поверх руки учителя. Какая она приятная на ощупь… Будучи загружена работой с утра до ночи, она даже не осознавала, как сильно по нему соскучилась. Сейчас же, когда он сидел рядом, ощущая исходящее от его тела тепло, смотря на его безупречное, божественно красивое лицо, она осознала всю глубину своей тоски по нему.
– Нет, у меня будет важный разговор. Увидимся в другой раз, – сказал Наставник тоном, не терпящим возражений, и резко одернул руку.
Все трое кивнули и уставились в свои пустые тарелки.
“Почему Наставник всегда такой суровый? Мы же семья. Мог бы хоть иногда быть капельку мягче”, – думала Нела, которая уважала, но при этом очень боялась учителя.
“Я так соскучилась по Наставнику, а он просто взял и ушел, хотя очень долго меня не видел, – грустила Мако. – Неужели, он совсем меня не любит?”
“Мако такая красивая, и смышленая, и озорная. А Нела такая грациозная и изящная. А еще Мэли, из отдела подсчета. Она такая добрая, и кормит меня пирожными. Завтра точно опять принесет…” – улыбался про себя Менфи.
***
– Каро, чем обязан в такое время? – Глава Архива вежливо кивнул головой в знак приветствия, сидя за своим рабочим столом.
– Я слышал, Солману посещал тебя сегодня.
– Так и знал, что кота в мешке не утаишь, – он жестом пригласил Наставника присесть.
– Лима, неужели, и правда началось? – встревоженно спросил Каро, усаживаясь на указанное место.
– Пока нет точных доказательств. Но многое вызывает опасения. Я предлагаю созвать совет Глав всех подразделений, чтобы обсудить дальнейшие шаги.
– Да, это будет верное решение. Совет нужно созвать в ближайшее время. Если все подтвердится, то может произойти непоправимое, – грустно произнес Каро.
– Не могу поверить, что он все же решился пойти против системы. Я думал, что обещания так и останутся просто словами, брошенными в гневе. Кто же знал, что у него хватит для этого решимости? – тон Лима тоже казался встревоженным.
– Я всегда уважал его. Он был моим наставником. Но если все так, я не смогу принять этого, – как бы подтверждая свои слова, покачал головой Каро.
– Ты пытался поговорить с ним?
– Мы давно оборвали все связи. Он отвергает все мои попытки переубедить его.
Двое мужчин молча уставились в пол.
– Кстати, хотел бы похвалить твою ученицу Нелу, – прервал молчание Глава Архива. – Она отлично справляется с работой. Очень ответственный сотрудник.
– Она с детства была тихой и усидчивой, хотя особыми талантами не обладала. Боюсь, что, если на нее обрушится много признания, это ее сломает, поэтому не переусердствуй.
– Ты слишком суров к своим ученикам. Я хорошо позабочусь о ней, не беспокойся.
За Нелу Наставник беспокоился меньше всего. Поэтому в ответ только кивнул.
***
“Наставник, – думал Каро, медленно возвращаясь домой, – у тебя еще есть путь назад, еще не поздно. Не вынуждай меня и весь мир становится по другую от тебя сторону.”
Глава 12
Мако открыла глаза. Ночь. Почему ей не спится? Она подошла к круглому окну. Луна в их мире была создана искусственно специально для ночного освещения и еще некоторых задач, но это совсем не умаляло ее красоты. В лунном свете, который равномерно освещал лужайку, она увидела Наставника, сидящего на резной деревянной лавочке.
Накинув тонкий кружевной халат поверх легкой ночной рубашки и надев домашние башмаки, она вышла во двор.
– Наставник? – она подошла ближе и увидела большой кувшин с вином, стоящий рядом с ним на лавочке.
– Ты почему не спишь? – удивленно посмотрел на нее Каро, повернув голову в ее сторону. – Раз не спишь, выпей со мной, – он жестом пригласил ее присесть рядом.
– Наставник, что-то случилось? – Мако была крайне растеряна. За всю свою жизнь она еще ни разу не видела учителя в таком виде. Волосы, которые всегда были заплетены в идеальные косы, сейчас растрепались, одежда помялась, а от него сильно пахло алкоголем.
– На, выпей, – он протянул ей кувшин.
Боясь, что, если она откажется, он прогонит ее, она взяла кувшин и отхлебнула вина. И тут же поперхнулась. Она вообще не любила алкоголь. А это вино оказалось ну очень крепким.
– Я такой одинокий. В этом воплощении у меня был только Наставник и… она… но они покинули меня. И я уже столько лет такой одинокий, – он взял кувшин у Мако и отхлебнул вино так, что оно полилось мимо рта по шее, намочив одежду.
– Нет, Наставник, у тебя есть мы, твои воспитанники. Мы очень любим тебя, – “Кто она? Кто она?”
– Вы всего лишь терпите меня, так как у вас нет выбора. Я приручил вас, надев ошейники. Рано или поздно вы покинете меня. Одиночество – моя судьба. Мне просто нужно принять ее.
– Нет, Наставник, я не хочу тебя покидать. Никогда-никогда. Ты моя семья. Я очень привязана к тебе. И благодарна тебе за все. Когда я вернусь с испытаний, я опять хочу жить с тобой и быть твоей ученицей, – она встревоженно схватила его за руку, как будто боясь, что он сейчас исчезнет.
Он повернулся к ней лицом и рукой погладил по волосам. Она закрыла глаза. Как тепло и приятно…
Вот бы сидеть так вечно, не отпуская его руки.
– А если я захочу большего от тебя? Ты уже выросла. Должна понимать, чего могут хотеть взрослые мужчины от взрослых женщин, – внезапно он провел рукой по ее щеке, прожигая кожу раскаленным железом неведомых доселе чувств.
Она резко открыла глаза, при этом залившись краской и отпустив его руку. Все ее тело вспыхнуло.
– Наставник, ты сильно пьян. Давай я помогу тебе лечь в постель, – такого поворота она совсем не ожидала.
Он грубо притянул ее к себе одной рукой за шею и поцеловал в губы. От неожиданности у нее перехватило дыхание. Она совсем не знала, что делать. Оттолкнуть его? Ответить ему на поцелуй? Широко распахнутыми глазами она смотрела на его полузакрытые. Но он как будто не замечал замешательства, продолжая целовать, иногда прикусывая ее губы.
Он был таким теплым, таким мягким, и даже запах алкоголя не мог перебить запах, знакомый с детства, такой родной… она провалилась с головой в эти ощущения. В этот момент он принадлежал только ей, а она ему. Она даже не знала, что такие чувства существуют – когда хочешь полностью раствориться в человеке, быть с ним единым целым. Неужели, она любила его не только как учителя и воспитателя, но и как мужчину?
До этого с ней часто флиртовали парни, включая Менфи. Ей нравилось флиртовать с ними в ответ. Но это было мило и невинно, она ничего не чувствовала, кроме удовлетворения своего женского тщеславия.
Но сейчас… Ей хотелось, чтобы он обнимал ее, прижимал к своей теплой груди, целовал. Ей хотелось слиться с ним воедино. Все тело покрылось приятными мурашками, а сердце начало колотиться еще быстрее, разгоняя и без того горячую кровь.
Его губы отпустили ее губы и опустились ниже, на шею, такую тонкую и нежную, такую… вкусную. Другой рукой он начал гладить ей спину и плечи. Но когда его рука захотела проникнуть под ее халат, его тело напряглось. Внезапно Наставник резко оттолкнул от себя Мако и подскочил с лавочки.
– Извини, извини, я слишком много выпил, я не хотел, – стал бормотать Каро, теребя и так уже сильно взлохмаченные волосы.
Мако сидела ошарашенная, не зная, как реагировать на происходящее. Опыта в любовных делах у нее совсем не было.
– Наставник, я… Ты много выпил, я помогу тебе лечь в постель, – это лучшее, что ей пришло в голову.
– Нет, не подходи, иди к себе и ложись спать, завтра поговорим, – он выставил руку вперед, показывая жестом, чтобы она не приближалась к нему, потом резко развернулся и пошел к себе в комнату, оставив ее так и сидеть, оглушенную своими открывшимися чувствами в лунном свете на резной деревянной лавочке.
***
После бессонной ночи, съедаемая изнутри ни к чему не приводящими размышлениями, утром, когда Мако вышла в гостиную, Менфи и Нела уже сидели за столом и пили чай.
– А Наставник еще не встал? – аккуратно спросила она.
– Он уже куда-то умчался, сказал, что по каким-то важным делам. Будет только поздно вечером, – смакуя печеньку, ответил Менфи.
– Что-то случилось? – поинтересовалась Нела, увидев встревоженность на лице Мако.
– Нет, что ты, на работе много дел, вот задумалась об одном из них, – сгорая вся изнутри, так как очень хотела поговорить с Наставником и прояснить ситуацию, все же для Нелы и Менфи она постаралась натянуть на лицо безмятежное выражение.
– О работе нужно думать только на работе! Садись и выпей чаю вместе с нами. Нела сделала очень вкусные печеньки из семян духовной травы тику, – Менфи потряс уже изрядно погрызенной печенькой в воздухе.
– Нет, я пойду, Глава ждет меня, – пробормотала она и вышла во двор, в этот момент еле сдерживая свои эмоции.
“Он теперь будет меня избегать? Я не хочу, чтобы у нас испортились отношения. Даже если все это было ошибкой, нужно как-то вернуть все к прежнему состоянию”, – думала Мако, медленно шагая на работу.
День тянулся целую вечность. Как назло, Глава был чем-то занят и совсем не давал ей поручений, поэтому она слонялась без дела туда-сюда в надежде хоть как-то ускорить течение времени.
“А если он больше не захочет меня видеть?” – весь день в ее голове крутились тяжелые мысли. Поэтому, переживая, она даже вздремнуть не смогла, чего прежде с ней никогда не случалось.
И как только Глава отпустил ее с работы, бросилась домой со всех ног. Но Каро опять не было дома. Она до полуночи ждала его у окна, но он так и не пришел. Не случилось ли чего? В любом случае, спать ей совсем не хотелось, поэтому она накинула халат и босиком вышла во двор.
На улице было свежо. В меру прохладный ветерок приятно обдувал ее голые щиколотки, а мягкая трава слегка щекотала пятки. Она забралась на лавочку, обхватив ноги руками. Предательская луна, ставшая невольной свидетельницей вчерашней сцены, опять ярко светила на ночном небе.
– Почему ты здесь? – голос Наставника прозвучал резко, заставив ее вздрогнуть от неожиданности. – И где твоя обувь? Хочешь заболеть? – он смотрел на ее голые тонкие щиколотки и изящные маленькие ступни.
Мако подняла на него глаза. Сегодня его темные волосы были заплетены в одну косу, начинающуюся от основания лба, в лунном свете придавая ему немного грозный вид.
– Наставник, я не могла уснуть и вышла подышать воздухом, – почему она чувствует себя виноватой? Как будто она все тот же маленький нашкодивший котенок. Она взрослая совершеннолетняя девушка, которая имеет право сидеть на лавочке с босыми ногами. Да. Но под пристальным взглядом его серых глаз уже не котенок почему-то не осмелился ему об этом заявить.
– Вчера я был сильно пьян. Извини меня, такого больше не повторится. Давай забудем, и пусть все будет как прежде, – ровным голосом сказал Каро, развернулся и ушел к себе.
“Значит, значит, это для него ничего не значило? – мысли жалили сердце Мако ядовитыми жалами. – Я для него значу не больше, чем другие его ученики? И его совсем не волнует, что чувствую я? Как прежде? А может ли уже быть как прежде, если я осознала свои чувства к нему? Нет, я должна с ним поговорить и рассказать о них. Вдруг он просто боится, что я не отвечу взаимностью?”
Но когда она уже хотела бежать к нему в комнату, все те же жала остановили ее.
“А если я признаюсь, а он отвергнет меня? Тогда уже точно не будет, как прежде. Может, я смогу разлюбить его? Или мне будет достаточно просто быть с ним рядом, как раньше? Мне нужно все хорошо обдумать. Утром, не сейчас. Скажу ему все завтра.”
Она спрыгнула с лавочки и босыми замерзшими ногами побрела в свою комнату.
Глава 13
Утром Наставника опять не было дома. Он вообще спит? А если спит, то где? Вопрос с кем она не решилась задать даже самой себе. Раздосадованная, села пить чай вместе с ребятами.
– Говорят, что учитель с дядей Лима последние дни допоздна сидят в кабинете в Архиве и изучают какие-то документы, – таинственным голосом сказал Менфи. – Что-то происходит, но нам об этом не говорят. Может быть, это связано с исчезновением звездного материала?
– Не придумывай, вечно ты накручиваешь, – спокойно ответила Нела. – Они хорошие друзья, вероятно, Глава попросил о помощи в каком-то деле. Жуй тщательнее, не глотай такими большими кусками.
“Так вот где он был эти дни, – облегченно подумала про себя Мако. – Быть может, он и вправду был очень занят, а совсем не скрывался от меня? Сегодня вечером я с ним обязательно поговорю. Я все решила, хочу, чтобы он знал о моих чувствах. А там будь, что будет.”
***
– Что с тобой? Ты второй день сама не своя. У тебя что-то случилось? – Солману сел рядом с Мако за стол, когда она пришла на работу.
– Нет, все в порядке, просто семейные дела, – помотала головой Мако, взяв в руку какой-то документ и сделав вид, что читает его.