Альхен. История второй жизни

– Я хотел сделать этот день для вас запоминающимся, – прошептал мне Дитриан, когда мы уже подходили к служителю храма, который должен был нас поженить, – надеюсь, вы всем довольны.

Как я могла быть не довольна?

Мы встали возле немолодого мужчины лицом друг к другу. Дитриан протянул ко мне свои руки, и я взялась за них. Вокруг наших талий обвязали ту самую ленту, которую я вышивала и началась речь, которая благословляла нас на долгую и счастливую жизнь вместе.

Меня слегка трусило от волнения. Я выходила замуж за прекрасного человека, теперь у меня есть дети, своя семья. Дитриан поглаживал большими пальцами мои дрожащие руки и улыбался, а я все пыталась унять быстро бьющееся сердце.

Когда храмовник закончил зачитывать речь, он протянул мне бокал с вином, так что пришлось отпустить теплые руки, чтобы принять его.

– Испейте вина из одного сосуда, клянясь всегда разделять все невзгоды и радости, какие бы не принесла вам жизнь.

– Клянусь, – сказала я и передала золотой бокал своему мужу.

– Клянусь, – ответил он, глядя мне в глаза, так же отпив красной жидкости.

– Спасительница Авритель, я и все присутствующие запечатлели создание союза в своих сердцах и приняли вашу клятву! Будем же помнить этот момент вечно!

– Будем помнить! – повторили гости так неожиданно для меня, что я не могла не повернуться на этот громкий хор.

В этом мире не было традиции поцелуя на свадьбе, так что на этих словах церемония закончилась и всех пригласили в банкетный зал. Наконец-то, я теперь жена Дитриана! Я благодарила всех богов, которые помогли мне в осуществлении этого плана. Теперь я могла быть счастлива вечно.

– Супруга, – Дитриан предложил мне свою руку, улыбаясь.

– Супруг, – я взялась за его локоть, все еще немного трясясь, и мы вместе отправились на банкет.

Ужин был не менее роскошен, чем церемония, только вот слишком много людей хотели не просто поздравить нас, но и поговорить с мои супругом, а Стеша с Виктором общались со своими ровесниками, так

что я постоянно оставалась одна. Да и если честно признаться, то мне просто хотелось уйти, потому что ноги мои устали, туфли я ненавидела, а нас ждала первая брачная ночь, так что я считала минуты до окончания банкета.

А еще, мой отец не смог приехать. Маркиз все еще оставался за границей с политическим визитом, и все что он смог сделать, это прислать мне подарки и огромное письмо с извинениями. Любящий отец засыпал меня украшениями и дорогими тканями, но мой взгляд привлек кинжал. Руфус никогда не давал мне оружия, а этот нож выглядел так, словно представлял огромную ценность. На рукояти было много драгоценных камней и неизвестных мне письмен.

– Какая радость, что леди Аиша наконец вышла замуж! – подошла ко мне маркиза Лефевр с бокалом шампанского.

– Теперь вы должны называть ее герцогиней, – поправила ее дочь, Аннет.

Маркиза Хайндзи Лефевр была очень молодой для матери. Обольстительная женщина, ее черные волосы были прямыми и спускались на оголенные плечи, глаза сияли, а губы постоянно растягивались в улыбке. Она рано вышла замуж, и, по слухам, отравила своего мужа, чтобы получить титул маркизы и его состояние. Все воспоминая о бедном маркизе остались лишь в чертах лица Аннет.

– Действительно, радостное событие, – надо бы поскорее уйти от нее, эта женщина бывала очень надоедлива, – к тому же, с супругом мне повезло. Терпение окупилось.

– Вы правы, но надеюсь, что моя дочь не будет славиться в обществе старой девой, почти пять лет после совершеннолетия оставаясь одинокой, – кажется, ей в бокал подлили надменности.

– Что вы, ваше дитя так прекрасно, что женихи будут ложиться у ее ног, – надеюсь, один из них отберет у тебя титул, стерва.

Хвала Авритель, мой муж смог оторваться от гостей и подойти к нам, прерывая нашу беседу. Он выглядел так, словно пробежал марафон по залу, чтобы успеть со всеми пообщаться.

– Сейчас будет выступать очень известный музыкант со своим новым произведением, жена, – он поцеловал мою руку, – но мне нужно поговорить еще с парой человек, так что вам придется послушать одной. Как только я закончу с этими двумя, давайте сбежим?

Я кивнула с радостной улыбкой. Да, давай убежим и останемся наедине, все эти бесполезные разговоры мне уже надоели. Когда герцог вновь скрылся в толпе, объявили выступление видимо и правда очень известного композитора, раз прокатился такой гул по залу. Значит, новый трек популярного музыканта? Наверное, очень дорого было пригласить его на церемонию, сколько Дитриан заплатил за это?

– Что такое трек? – раздался голос за моим плечом, а по спине пробежала мелкая дрожь. Кто-то здесь мог читать мои мысли? Что за хрень?

Обернувшись, мои глаза встретились со взглядом Беатрис. Нет-нет, пожалуйста, пусть тебя не будет здесь!

Я отвлеклась на толчок в плечо, а когда снова повернулась к ведьме, чтобы убедиться в том, что мне не показалось, ее уже не было. Проклятье, ну что это такое? Она точно была здесь!

Вторая встреча за столь короткий промежуток времени не могла не волновать. Ведьма была одним из основных злодеев оригинальной истории, от чего ее появления радом со мной становились очень плохим знаком. Я постаралась уйти с головой в беседу с дочерями благородных семей, что с восхищением отзывались о моем наряде и устроенном торжестве, но разум мой беспощадно возвращался к Беатрис, заставляя сердце нервно сжиматься.

***

Герцог все же оторвался от донимавших его людей, так что нам удалось сбежать, и когда мы с моим законным супругом оказались в поместье, нас вновь разделили. Отправившись в свою спальню, я доверила заботу о себе Алисе. Ванна, ночная сорочка, что практически облегала мое тело и распущенные волосы, которые кудрями закрывали спину. Мое тело точно было не самым стройным как у многих барышень, что морили себя голодом и были тонкими, как струнки виолончели, но зато я была обладательницей округлых форм. Хотя, может и стоило бы сбросить пару кило.

– Накиньте, госпожа, – горничная опустила на мои плечи длинный халат из дивного черного шелка.

Девушка проводила меня до нашей общей супружеской спальни, поклонилась у двери и пожелал доброй ночи. Когда она удалилась, я открыла дверь в комнату, что пропиталась запахом свежей деревянной отделки. Стены были покрыты темно-зелеными обоями, а каждый угол оббит деревом, на котором были вырезаны какие-то непонятные мне символы.

– Это письмена из царства Серва, – проговорил герцог за моей спиной, немного напугав меня, – там верят, что если на стенах спальни супругов будут начертаны письмена о счастье и благополучии, то все невзгоды будут обходить семью стороной.

– Как мило с вашей стороны было привезти такие чудесные знания из вашего путешествия, – я нежно улыбнулась ему, – спасибо, что так заботитесь о нашем будущем.

– По-другому и не может быть, моя дорогая герцогиня, – он тихо подошел ко мне и поцеловал мою руку, – вы выпьете со мной?

К сожалению, камин был в противоположной от меня стороне, так что я не сразу заметила бутылку и пару бокалов в его руках. Мы присели за небольшой столик возле источника огня. Он тоже был деревянным и с выгравированным на нем символом, который я бы приняла за магический круг. Чтобы неровности не мешали, стол покрыли чем-то, что напоминало мне эпоксидную смолу.

– А что это за символ, герцог? – спросила я, пока Дитриан разливал по бокалам красное вино.

– Это круг плодородия, – вежливо объяснил мне темноволосый, передавая стеклянный сосуд, – двенадцать символов в кругу знаменуют месяца и благодарят каждый из них за то, что он приносят.

– Как интересно, – будучи уже немного хмельной после долгого застолья, я растеклась в улыбке.

Взглянув на мужчину, мне хотелось закричать: «Давай уже перейдем к главному событию ночи!». Он красив, пусть и не главный герой, так что я уже была в предвкушении. Мое расслабленное вином сознание зажгло его синие глаза еще ярче, а в каштановых волосах закружило в танце переливы от огня камина. Мне хотелось его поцеловать.

– Я хотел сказать вам, Аиша, что мы можем соврать о том, что консумировали брак, – вдруг сказал мой супруг, делая глоток из бокала, – никто не посмеет усомниться. Мне не хочется заставлять того, кто так сильно помог мне.

– Дитриан, о чем вы? – я положила руку на его ладонь, слегка сжимая ее. Уж чего мне точно не хотелось, так это остаться сегодня нетронутой.

– В Серва я прожил год, оставив большую часть работы в герцогстве на своих вассалов. Это было мое самое долгое обучение в одной стране, так что я многому там научился. – его голос звучал так чарующе, что было сложно сфокусироваться на мысли повествования. Я выводила узоры пальцами на тыльной стороне его ладони. – Там к женщине относятся с немыслимым уважением, ведь верят, что можно разозлить небеса, если оскорбить того, кто дарит жизнь роду человеческому. В возрасте семнадцати лет молодых людей в этой стране обучают как вести себя с женщиной в первую брачную ночь…

– Оу… – я нахмурила брови от удивления.

– Сделать женщине больно там считается грехом, так что я тоже посещал уроки, чтобы подготовиться к будущему, – он слегка смутился, но возможно его щеки покрылись румянцем от алкоголя.

– Вам… показывали это на натуре? – спросила я, поражаясь этой новости. Это автор прописал? Но в новелле не упоминалось царство Серва.

– Ох, что вы, герцогиня! Все объяснялось по книгам, максимум, что показывали юношам моего возраста – это рисунки в учебниках!

– Вот как… – я рассмеялась его бурной реакции. – Но зачем вы мне это рассказываете?

– Хоть я и сказал, что мы можем соврать о этой ночи, но я хотел заверить вас, что даже если вы позволите сегодня мне быть с вами, то я буду осторожен, пусть и не имею опыта.

– Ох, теперь мне стало понятно, – я допила вино из своего бокала и уже увереннее сжала его руку в своей, удивляясь, что герцог упомянул об отсутствии опыта, – вам не стоит беспокоиться, ведь я ничего не боюсь.

Я встала и сняла свой халат. Вернув ладонь мужа в свою, я провела его к кровати.

Ничего страшного не случится. Я уже пережила это в своем мире, где сколько бы меня не готовили, боли и крови мне избежать не вышло. А тут передо мной такой невероятный красавец, который убеждает меня, что все будет в порядке, как мне отказать?

Я села на край огромного ложа и начала расстегивать его рубашку. Дитриан постоянно упражнялся, так что был обладателем отличной фигуры. Мускулистый, но не высушенный, он был таким мягким и теплым. Кажется, телосложением он походил на Давида руки Микеланджело.

Поставив свое колено между моих ног, герцог придержал мою спину, опуская меня на кровать.

– Тогда я прошу простить мою неопытность, – его поцелуй коснулся моих губ.

***

Утром я проснулась от громкого потрескивания камина. Такой звук он издавал, когда заканчивалось заклинание, поддерживающее в нем огонь, так что настало время обновить магию или закинуть дрова. Откинув одеяло, я дотащила свою сонную тушку до источника звука и закинула в него кристалл с письменами, чтоб не возиться с деревяшками. Вернувшись к постели, я заметила кровавое пятнышко на простыне.

Дитриан вытащил из тумбочки небольшой кинжал и порезал ладонь после того, как мы закончили наслаждаться друг другом. Он правда был искусен в этом вопросе, я совсем не почувствовала боли и кровотечения не было в отличии от моего прошлого первого раза (возможно, разница физиологий сыграла свою роль). Мужчина капнул несколько алых капель на белую ткань.

– Горничные, что будут убирать эту постель, могут пустить дурные слухи о вас, – ответил на мой молчаливый вопрос герцог, – в нашем королевстве нет привычки заботиться о своей избраннице, но я не могу позволить, чтобы из-за глупых убеждений пострадала моя дорогая супруга.

Я молча протянула к его ране свою руку и исцелила ее, на что мужчина благодарно кивнул.

– Пожалуйста, обращайтесь ко мне менее формально.

После этого я уснула.

И вот, уже утро. Мой муж еще спал, укутавшись в одеяло, так что я легла к нему под бок, надеясь, что сегодня мы сможем провести счастливый день с нашими детьми.

Часы указывали на десять, когда Дитриан подарил мне поцелуй в лоб, а я расплылась в улыбке. Чувство бесконечного счастья светилось в наших глазах, когда горничные накрыли наш небольшой круглый столик.

– Кажется герцог соврал мне, – с дразнящей улыбкой сказала я, приступив к поеданию ажурных блинчиков со сливочным кремом и ягодами.

– Как бы я посмел? – спросил мой супруг, подливая нам ароматный кофе, заполонивший комнату запахом карамели.

– Ты был так нежен со мной сегодня ночью, а говорил, что неопытен, – я слегка наклонила голову набок.

– Я правда не имел ранее любовниц, Аиша, – Дитриан украл с моей тарелки одну ягодку, – лишь воспользовался знаниями, полученными в академии Серва, а смог ввести тебя в заблуждение… Кажется, я действительно хорош.

Меня разразил смех от его нескромности, хоть она и была обоснована. Ланкастер улыбался, раскинувшись в своем кресле. Солнце пробивалось сквозь окно, заставляя его щуриться, так что он искал позицию, в которой свет бы не попадал ему на глаза.

– Ты с такой теплотой отзываешься о этом царстве, – заметила я.

– Как я уже говорил, это было мое самое долгое обучение за границей, к тому же последнее перед окончательным возвращением на родину, – мы закончили с завтраком, и воспользовались колокольчиком для вызова слуг, – подготовьте нам одежду, мы с герцогиней отправимся к близнецам.

– Да, Ваша Светлость, – собрав посуду, горничные снова покинули нас.

– Серва был ближе всех мне по мировоззрению, – вернулся к нашему разговору герцог, – я даже хотел перебраться туда на совсем, отдав свои полномочия другим людям…

– Ого… – я была поражена этой новости, ведь Дитриан бы многое потерял при таком переезде. Насколько же он полюбил это место?

– Но, когда подходил срок моего выпуска из академии, царица Серва Каталина сделала мне подарок как своему любимому гостю – визит к пророчице, что служила ей. Это была большая честь, так что я не смог отказать и получил предсказание, что заставило меня вернуться на родину.

– Что же это было?

– Пророчица сказала, что у меня есть две дороги: остаться в царстве и жить в достатке и благословении царицы, или же вернуться в королевство и встретить свою избранницу, что уготовила мне судьба. Она велела мне ждать, пока моя будущая жена сама не придет ко мне в закатном солнце.

Поэтому в ответном письме герцог велел мне самой явиться к нему, хоть это и можно было счесть за оскорбление, и поэтому дал самой выбрать время для визита?

– Все женщины, которых я приглашал к себе, обижались на мою просьбу, так что я терпеливо ждал… – его неясный взгляд встретился с моим. – Ждал тебя столько лет…

Нет, не может быть. Неужели этот мир двигается отдельно от сюжета оригинальной истории? Конечно, я изменила ее, но предсказание совсем не вписывалось в этот роман… Он получил его еще до моего появления в качестве Аиши, которая и вовсе была обещана другому мужчине, да и смерть ее была не за горами, как и гибель герцога…

– Герцог, герцогиня, ваши наряды готовы, – вернулись горничные с простыми платьем и костюмом, – помочь вам одеться?

– Не стоит, ступайте, – велел глава рода и встал из-за стола.

Погода радовалась вместе с нами. Было тепло, дул легкий ветерок, принося с собой запах полевых цветов. В саду нас встретила тканевая белая беседка, в тени которой с нянями играли Стеша и Виктор. Как только они нас заметили, то ринулись бежать в нашу сторону, кидаясь с объятьями на мои ноги.

– Мама!

Я на секунду дрогнула, услышав непривычное слово. Близнецы на перебой называли меня новым званием, произнося его с такой легкостью, что я даже удивилась. Они ждали свадьбы, чтобы теперь называть меня так? Это было искренне? Пусть это лишь игра или просьба герцога, но я наслаждалась своим новым статусом.

– Вот как, – усмехнулся герцог такому поведению детей, – я нашел вам маму, так что больше не нужен?

– Папа, что вы говорите! – закричала Стеша, ураганом перепрыгнув к отцу, который тут же взял ее на руки.

– Я тоже хочу обниматься! – теперь и мальчик обнял мужчину, за что получил поглаживания по макушке.

Наблюдая с расстеленных ковров за близнецами и герцогом, демонстрирующих свои умения в стрельбе из лука, я думала о том, что вряд ли бы кто-то усомнился в их родстве. Их непринужденность и любовь, с которой они смотрели друг на друга, могли бы стать примером для многих дворянских семей.

– Мама, смотрите, я не промахиваюсь! – хвалился Викторайн, стрелы которого покрывали цели в разных местах.

– Мне стоит благодарить Спасительницу за то, что она послала мне такого способного сына, – улыбнулась я ему, зеркаля его лучезарную улыбку.

– Тогда герцогиня должна и за меня благодарить Авритель, – Дитриан перестал выпускать стрелы, что безошибочно прилетали в центр мишени. Он с наигранной гордостью хвастался мне своими успехами, демонстративно задирая нос к небу.

– А я лучшая в верховой езде! – Стефания пользовалась магическим арбалетом, потому что ее запястья были слишком слабыми для натягивания тетивы лука, но была она не столь меткой. – А сэр Маркс хвалит меня за стратегический склад ума! Знаете, скольким людям удалось обыграть меня в шахматы за последние три месяца? Ноль!

Этой крохотной девочке уже сулили будущее гениального тактика. Она была весьма наблюдательна, а ее невероятная память помогала ей помнить сотни стратегий, о которых она любила читать в исторических рукописях.

Я могла лишь улыбнуться им, ведь единственное оружие, с которым я могла обращаться, – это ножницы по ткани.

– Кажется, мне придется написать Спасительнице большое благодарственное письмо за такую семью, – я сделала глоток холодного фруктового чая, – может быть мы попросим нам сыграть что-нибудь, чтобы я восхитилась и вашими способностями к танцам?

Учитель танцев внимательно следил за братом и сестрой, когда они закружились в танце. Мне так же было сложно оторвать взгляд от них, ведь я пыталась запечатлеть каждое их движение в своем сердце. Они держались так элегантно и естественно, словно были рождены для того, чтобы покорять всех свои талантом.

– Моя дорогая герцогиня подарит мне танец? – Дитриану стоило просто протянуть ко мне руку, но он опустился передо мной на одно колено, делая предложение, от которого я не смела отказаться.

Пока мы скользили по ухоженному газону в плавных движениях, я смотрела в глаза своему мужу. Мне было немного грустно от того, что женились мы без любви, но не думаю, что нам придется долго ждать это светлое чувство. Пока мне было достаточно того уважения и благодарности, что дарили его улыбка и смех.

Но встреча с Беатрис на празднике не была случайной, я знала это, так что ждала, когда она снова объявится.

И она явилась.