Стихотворения на случай, послания, посвящения, эпиграммы, отрывки
полная версия
Издательство:
Автор
Аннотация
Читать онлайн
- -
- 100%
- +
К памятнику Маркевича
Любил он истину, любил он красотуИ дружбой призванных ценителей гордился,Раздутой фразы он провидел пустотуИ правду говорить в лицо ей не страшился.6 июля 1885Ф. Е. Коршу
Геройских лет поклонник жадныйВ тебе Миноса узнает:Никто без нити АриадныВ твое владенье не войдет.Но это суд земного рода:Он не зовет души моей.О, как я рад, что ты у входаСтоишь в блаженный Елисей!Взглянув на ширь долины злачной,Никто не ценит так, как ты,Всей этой прелести прозрачной,Всей этой легкой простоты.Вот почему, смирясь душою,Тебя о милости прошуИ неуверенной рукоюВенки Тибулла подношу2 октября 1885Мите Боткину
Митя крошка,ПонемножкуПоджидай,Да с ПокровкиК ВоробьевкеПодъезжай.Не упрямый,Сядешь с мамойТы в вагон,А проснешься –К нам взберешьсяНа балкон.Будут розы,Будут козыМитю ждать,Будет в гротеМитю тетяЦеловать.Первая половина 80-х гг.«Понятен зов твой сердобольный…»
Понятен зов твой сердобольныйИ для отцов и для детей:С базара – храм искусств угольный,Ты с переулка – дом б…Между 1874 и 1886М. М. Хрущову
Твоей приветливой щедротой,Свободе в память золотой,Кичась резьбой и позолотой,Июльский столп передо мной.И мыслью понял я свободной:Игрушке место на землеНе там, на площади народной,А здесь, на письменном столе.Между 1874 и 1886«Ура, наш архангел отвинчен…»
Ура, наш архангел отвинчен,Уж, раненый, в вате лежит;Излечен, но не переинчен,Он к нам из Москвы прилетит.«В концы всей вселенной глаголыСмотри, золотой Михаил,Трубой про народные школыТы детям бы ног не скосил».Между 1874 и 1886Е. И. Баратынской
Я невпопад у вас в гостиной:Когда восходит свет умаИ слышен посвист соловьиный,На петуха находит тьма.Между 1874 1886«Ты хвастаешь, что ты с бессмертными в союзе…»
Ты хвастаешь, что ты с бессмертными в союзе, –Быть может, ты и прав. Но как тебе сказать?..Ты с заднего крыльца всегда заходишь к музе:Ну где ж тебе в лицо богиню увидать?Пробраться тем путем напрасный труд положишь:Ступени скользки там и всходы не светлы;Но, если разобрать подъездов ты не можешь, –У двери истинной ты не найдешь метлы.Между 1874 и 1886«Петр и Павел – вот примеры!..»
Петр и Павел – вот примеры!Петр, как камень, нетягуч,Неподатлив на химеры,Бережет свой символ веры, –А у Павла только ключ.Между 1874 и 1886«Беда с негромкими чинами…»
Беда с негромкими чинами,Коль речь заходит о кресте:Хоть я и буду с орденами,Но только не для Вани те.Между 1874 и 1886«Поднять вас трудишься напрасно…»
Поднять вас трудишься напрасно:Вы распластались на гроше.Всё, что покруче, вам ужасно,А всё, что плоско, – по душе.Между 1874 и 1886Ю. Б. Шумахер
Среди фиалок, в царстве розПримите искренний поклон;А нас московский наш морозНе выпускает на балкон.Один другому не указ,Пусть каждый изберет свое, –Кому Плющиха в самый раз,Кому так жутко в Монтере.Между 1874 и 1886Л. И. Офросимовой
Воздушной, детскою и яснойОкружены вы красотой.Ей не сдаваться – труд напрасный:Звездою чистой и прекраснойОна горит над головой.Но вас хвалить никто не смеет, –Пред вами нищий – наш язык:Отважный юноша робеет,И зависть тайная бледнеет,И изумляется старик.1886Т. А. Кузьминской при посылке портрета
Пускай мой старческий портретВам повторяет, что уж нетВо мне безумства прежней силы,Но что цветете вы душой,Цветете тонкою красойИ что по-прежнему вы милы.12 февраля 1886К N.N
Морщины думы и советаНе красят твоего лица:Со звонкой лирою поэтаПлющом довольствуйся певца.Родится дивным музыкантомНа шаткой ветке соловей,Но всё снегирь не будет КантомИ Соломоном – воробей.Май 1886Е. С. Хомутовой при получении цветущих тубероз
Получивши туберозы,Допущу ли, чтоб поэтЯзыком ответил прозыНа душистый ваш привет?И к жилищу доброй феиМчатся робкие мечты:Из ее оранжереиМне ли чудные цветы?1 августа 1886Великому князю Константину Константиновичу
Певцам, высокое нам мило;В нас разгоняет сон душиДнем – лучезарное светило,Узоры звезд – в ночной тиши.Поем мы пурпура сиянье,Победы гордые часы,И вечной меди изваянье,И мимолетные красы.Но нет красы, значеньем равнойТой, у которой всемогущ,Из-под венца семьи державнойНетленный зеленеет плющ.4 декабря 1886Королеве эллинов Ольге Константиновне
С безумною отвагою поэтаДерзаю руки воздевать,Моля того священного портрета,Что только Феб умел списать,Чтоб этот лик воздушный, бестелесный,Про дальний блеск поведал сам,И вечный луч красы его небеснойСиял слабеющим глазам.28 декабря 1886«Смотрю, завидуя немножко…»
Смотрю, завидуя немножко,На ваш альбом прекрасный я:Как неизменна эта кошка!Зачем не кошка эта я?1886Королеве эллинов Ольге Константиновне
В стенах, куда внесла ПалладаОливу девственной рукой,Теперь духовный мир ЭлладаПриемлет от руки иной.Всю память сердца, радость ока,Акрополь, ты пленил один, –И для жемчужины ВостокаОправы чище нет Афин.1886Ф. Е. Коршу
Тебя я пуще ждал всего,Чтоб труд спугнуть отрадной грезой, –Ты ж остроумья своегоМеня засыпал митральезой.O rus! – Капуста, бураки,Индейка, утка, солонина,Не то из русской же рекиИ разварная осетрина.И вот сижу, понуря лоб,Постыли музы с Аполлоном, –Когда б не кашель, – сам давно бЯ прибежал к тебе с поклоном.4 января 1887Ф. Е. Коршу
Член Академии больной,Всё порываюсь к прежней целиИ, благодарен всей душой,Шлю за обещанным мне Paley.За каждым есть свои грехи;В одном лишь твердо я уверен:Хоть и мараю я стихи,Но книг марать я не намерен.Итак, склонившись головой,Прошу прислать мне вашу книжку.Простите, что Меркурий мойЗаменит тут мою одышку.Смущаюсь я не раз один:Как мне писать в делах текущих?Я между плачущих Шеншин,И Фет я только средь поющих.11 января 1887Графу А. В. Олсуфьеву
Вот наша книжка в толстом томе:В своем далеком гетском ТомиПо-русски стал писать Назон;Но без твоих трудов – ей-богу! –Для армяка забывши тогу,Неряхой бы явился он.Бывало, чуть он где споткнетсяИ на авось опять сошлется,Славянским духом обуян, –Ты, приводя к почетной цели,Уже гласишь, что так велелиСам Lors и Riese или Jahn.И вот, оправленный, умытый,Поэт наш римский знаменитыйСтоит, расчесан, как к венцу.Чего ж кобенится упрямо?Пусть отправляется он прямоС поклоном к крестному отцу.14 января 1887Ф. Е. Коршу
На днях пускаемся мы в путь;Хотел бы видеться с тобою,Но домовой ко мне на грудьВновь наступил своей пятою:То жалкой старости недуг,Плутона близкая примета! –Седьмого мчимся мы на югИ будем мучиться всё лето.Но, кроме горьких сельских нужд,Есть на душе еще вериги,И кто Проперцию не чужд –Смотри «шестнадцать» в третьей книге.Тебе доверясь, как отцу,И смело выйдя на экзамен,Мы передвинули к концуСтихи до Quod si от Nes tamen. –Чудесно! – Этой кутерьмыТворца нам указал не ты ли?Но – непривычные умы –Мы имя автора забыли.К тому ж пожалуй, не к томуПо середам мы хоть и скучноИ воскресеньям на домуГлотаем пищу безотлучно:Как раз сегодня середа, –Нельзя ль прийти? К чему визиты!Когда ж не время – о, тогдаХоть имя автора черкни ты.P.S.Прими и Paley своего, –Он нас заставил потрудиться.Что не марали мы его,Ты в этом можешь убедится.25 февраля 1887Е. С. Хомутовой при получении роз
Чем пышнее ваши розы,Чем душистей их краса,Тем томительнее слезыЗатмевают мне глаза:Разнеслись былые грезы,Омрачились небеса…В царстве мрака, в царстве прозыВсе бледнеют чудеса!5 июля 1887Королеве эллинов Ольге константиновне 11 июля 1887
Когда б дерзал, когда б я славилСей день под звуки райских лир,То б с кротким ангелом поздравилЯ не ее, а божий мир.Июль 1887Я. П. Полонскому при посылке третьего выпуска «Вечерних огней»
Певец мой дорогой, поэт мой знаменитый,Позволь, обняв, тебя по-прежнему любить:Вечерние огни из хижины забытойЯ должен с рифмами Полонскому вручить.15 января 1888Великому князю Константину Константиновичу на третьем выпуске «Вечерних огней»
Трепетный факел с вечерним мерцанием,Сна непробудного чуя истому,Немощен силой, но горд упованием,Вестнику света сдаю молодому.15 января 1888Ф. Е. Коршу надпись на третьем выпуске «Вечерних огней»
Камен нетленные созданьяДушой усвоив до конца,Прослушай волчьи завываньяГиперборейского певца.21 января 1888М. П. Шеншиной надпись на книжке
Ты все стихи переплелаВ одну тетрадь не без причины:Ты при рожденьи их была,И их ты помнишь именины.Ты различала с давних пор,Чем правит муза, чем супруга.Хвалить стихи свои – позор,Еще стыдней – хвалить друг друга.28 января 1888«Кто писал стихи иль прозу?…»
Кто писал стихи иль прозу?Кто дарит вот эту розу?То ж выходит, да не то!В этом весь вопрос опасный,И хотел бы, друг прекрасный,Настоящим быть я кто.О. И. Иост при получении вышитых туфель
Опять меня балуешь ты,И под искусной рукоюОпять узоры и цветыПод быстрой расцвели иглою.Как странно нисхожу во гроб,Как я горжусь в конце дороги!Чем старость злей мне бреет лоб,Тем ты пышней мне красишь ноги.23 февраля 1888На юбилей А. Н. Майкова
Как привлечь к себе вниманье,В этот миг прервав молчанье,И того хвалить судьбу,Кто торжественному звукуДал тимпан гремящий в рукуИ старинную трубу?Нет, бессильными стихамиГромогласного меж намиПеть певца я не берусь,Что в одежде пышной грекаЗвонкой лирою полвекаИзумляет нашу Русь.Дайте, дайте без искусстваПроявить живые чувстваВ дружном трепете сердецИ, восторгом пламенея,В день почетный юбилеяОбновить его венец!7 марта 1888Княгине С. Н. Голицыной
Когда надежды упорхнули,Я сомневаюся и в том, –В железный век наш угожу лиИ золотым я вам пером.11 марта 1889«Тот, кто владеет громаднейшим царством…»
Тот, кто владеет громаднейшим царством,Не дал с тобой нам ходить по мытарствам.Время проводишь ты спесью да барством.Я же свое измеряю лекарством.Тщетно кичиться тебе предоставлю,Но эпиграммой тебя не прославлю.11 апреля 1889Н. Я. Полонской
Я вмиг рассеял бы, кажись,Хлопушкой рифм сомненья ваши,Когда б стихи и мне далисьЛегко, как вашему папаше.Я б вам сказал, что кабинетМой наверху, нельзя и дале,А потому препятствий нетВам упражняться на рояле.При вас доволен буду всем,И всем вам все мы будем рады.Мы ищем вместе жить не с тем,Чтоб находить во всём преграды.25 апреля 1890Е. Д. Дункер
Всё изменяется, как теньЗа долгий день горячим летом.К поре девичьей в этот деньК вам появлялся я с букетом.Но вот вы мужнина жена,И как я рад – того не скрою;Цветы лишь чопорность одна,Я появляюсь к вам с икрою.Чтобы рождение почестьИз поколенья в поколенье,Что можно лучше преподнестьИкры, эмблемы порожденья?14 октября 1890Е. Д. Дункер
Хвалить я браков не умею,Где всё обычно чересчур,Где, сдав супругов Гименею,И знать не хочет их Амур.Люблю я тех, над кем усильяГимен, сводя их, расточал,Затем влетел Амур – и крыльяУ новобрачных потерял.30 апреля 1891«И вот письмо. Он в нем не пишет…»
И вот письмо. Он в нем не пишетПро одинокое житье,А говорит, что всё он дышитИ тем же вещим сердцем слышитК нему сочувствие мое.29 мая 1891«Сперва меняя тип за типом…»
Сперва меняя тип за типом,Клим для своих забавных одВсе типы заменил Антипом,Так что Антип стал антип-од.19 августа 1891Е. Д. Дункер
Их вместе видя и, к тому же,Когда и оба влюблены,Возможно ль умолчать о мужеВ день именин его жены?Союз, по правде, идеальный,И чудо ангел совершил:Воды мытищинской кристальнойСтрую в вино он превратил.22 октября 1891Новогреческая песня
Но на что твоей матери лампа ночная?Нет, не мучай меня, не терзай ты до слез!Ведь и солнце в дому, и луна молодая…Нет, не мучай меня, не терзай ты до слез!25 января 1892П. Н. Каратееву
Оглянитесь вы на бога!Как соседа не проведать?Привезли дождя мы много;Не приедете ль обедать?«О боже, боже! все народы мне…»
Максимилиан
О боже, боже! все народы мнеПокорны, как-то – Азия, Европа,Америка и Африка и… и…И Полинезия. – На море и на сушеНайдется ли единый человек,Который бы бестрепетно дерзнулСтать пред моими светлыми очами?Уж подлинно в сорочке я родился,Чего-чего нет только у меня?Здоровья ли? Хоть борода седеет,Но я болезни знаю лишь по слуху –И силы мне еще не занимать.Намедни как-то шут мне надоелА всё он мне по глупости угоден, –Я дал ему щелчка полушутя,Без памяти бедняга с ног слетел,и три часа водою отливали.Богатства ли? И поминать не стоит!У мужика иного столько ржиИ за сто лет в амбаре не бывало,Как у меня одних бурмицких зерен,Алмазов, изумрудов, а про деньгиУж я молчу. Про то хоть знают все,А вот про что один я только знаю:По всем садам моим и по лесамС червонцами да с мелким серебромСороковые бочки позарыты.Про них молчок. Но драгоценней ихЕсть у меня сокровище и клад,Который день и ночь алмазным блескомГорит тихонько – камень-самоцвет.Клад этот ты, голубка, дочь моя,Смиренная, прекрасная царевнаАнастасия. Грешный человек,Я ей отец, а видеть не могуЯ равнодушно кротости такойИ красоты девичьей ненаглядной.Уж подлинно что камень-самоцвет:Горит, дрожит и прямо в душу светитИ, точно камень, слова не проронит.Да, я и царь счастливый и отец.Отец счастливый? Максимилиан!Как только ты дерзнул о том помыслить?Знать, у тебя совсем отшибло память,Что ты забыл ту лютую змею,Которая ехидными зубамиТебе всосалась в сердце и не дастЕму одной минуты отдохнуть.Чего-чего я над собой не делал:Всех знахарей сзывал и колдунов –Шептали, обливали и курили.Звал что ни первых в царстве генералов –Вот хоть Баркаса. – Старый я осел.И потому осел, что болен я,Душою болен – этой жгучей, колкойИ ядовитой раной. – Вот и глуп.Забыл, что люди – колотушки, пниДа наковальни; куй на них железо,По головам лупи их молотком,А смыслу ты от них не добивайся,Спроси у пня, что можно ли конюПерелететь овраг семиаршинный?А если заскрыпит да засопит,Так скажет: надо бы ему поглубжеКопыта запускать под чернозем.Где им понять, чего и сам-то яПонять не в силах? Статочная ль вещь…Нет, не могу – ей-богу, не могу!Как только вспомню, весь я расхвораюсь,Желчь закипает, разум мой мутится,И слезы злобы горько жгут глаза.Мой сын, мой сын, единственный мой сын,Престола моего один наследник,Как будто бы в насмешку над моейВысокою судьбой, сын мой АдольфВсему назло один мне непокорен.Труба
Что это? Трубный звук и славы звук.Но славою давно я избалован.Случаются и тут переполохи:Какой-нибудь там забурлит король,Нам дань свою соскучится платить, –Так и пошлешь надежных генералов;Побьют, порубят всех, заполонят –И дело в шляпе. Вот в последний разСултан арапов белых возмутилсяИ даже к нам, к столице нашей славнойГонец донес мне на два переходаС несметной ратью подступить успел.Но генерала я послал Баркаса, –И вот труба победу возвещает.Сегодня в ночь, еще до петухов,Баркас прислал ко мне с веселой вестью.Теперь с победы прямо все войскаПередо мной церемоньяльным маршемПройдут, – затем и этот малый тронВелел я для царевны приготовить.Да что ж она, голубушка моя,Нейдет? – Ах, эти мамки, няньки!Входит Анастасия с няньками и становится на колени
Здорова ли ты, ласточка моя?Вставай и сядь здесь рядом на престоле.Бывало, мать-покойница твоя,Дебелая была она царица,В торжественные дни всё тут садилась.Нянькам
Что лупите дурацкие белки?Пойдут войска, – смотрите, чтоб царевна,Помилуй бог, чего не напугалась.Проходят войска, салютуют. Баркас отходит к царю, и в замке идет горбатый шут; он, когда войска проходят, тоже с комической важностью заходит к царю. Баркас опускает колено.
Максимилиан
Встань! Это всё из гвардии моей?Баркас
Всё, государь! Все прочие убитыДа ранены, а часть линейных войскОтправилась с царевичем АдольфомПреследовать последних беглецов.Наш молодец уж им не даст потачки.Максимилиан
Жаль войска, жаль!Шут
Что, дядя, знать, султан,Петух-боец, не любит петуховИ твоему Баркасу генеральскийСултан таки в отделку обкургузил?Максимилиан
Молчи, дурак! Вот, подойди к царевне,Развесели ее, да только чур –Не подпускай своих любимых шуток.Вот ты и знай.Шут
Чтоб, дядя, на меняОна смотрела с полным уваженьемИ все-таки каталась бы от смеху –Как на тебя смотрю я.Максимилиан
Прочь, дурак!Баркасу