- -
- 100%
- +
Добрый леший вывел ее из леса по тропинке, ненавязчиво подкладывая под ноги удобный путь без сучков и кореньев. Дана шла по светлому лесу, залитому солнечными лучами, и думала о том, что ждет ее впереди. Если все пойдет так, как задумано, то она поступит в Академию магии, отучится четыре года, а потом приедет сюда снова, навестить Тирею. Но когда это планы сбывались со стопроцентной точностью?
Погруженная в свои мысли, Дана, тем не менее, на опушке леса не забыла поблагодарить лешего – он всю зиму таскал в домик травницы подмороженных птиц и зайцев. Дана сама лечила их мелкие болячки, когда Тирея была в деревне, помогая с тяжелыми простудами у детей.
На краю леса леший вышел из-за кустов и застенчиво протянул ей ладошку. Дана с удивлением приняла его подарок – скрюченный спиралью корешок.
– Спасибо, а что это?
– Разберешься, – загадочно улыбнулся леший и отступил к кустам. Слился с их зеленью и исчез. А Дана вынула из кармана тонкий кожаный шнурок, и прицепила на него корешок на узел. Потом повесила загадочный подарок на шею, к другим амулетам и висюлькам.
А потом посмотрела на открывшийся перед ней мир – горы справа, слева широкая река Инистая, лес позади, а впереди – широкая дорога и много интересного. И, возможно, ее даже ждут новые друзья и приключения.
Глава 2
Дана шла по лесу полдня, и теперь решила немного передохнуть перед длинным путем, что ждал ее впереди. Она уселась на сухое бревно и достала карту. По краю леса шла широкая дорога, довольно оживленная в этих краях. По ней и предстоит ей идти все дальше на запад, забирая чуть севернее.
Путников на дороге было мало – основной поток был с утра, когда торговцы везли в город на ярмарку свои товары и поделки. Да и пешие странники предпочитали к полуденным солнцам уже быть на месте, или хотя бы переждать солнцепек в тенечке у придорожных кустов.
А Дана с волнением в душе ступила на хорошо утоптанную и наезженную дорогу. Ее путь начался.
В дороге девушка с любопытством наблюдала за всем, что видела. Разглядывала диковинные деревья и кусты, таких у Тиреи не росло. Наблюдала за людьми в чудных для нее одеждах. Видела странных ездовых животных, похожих на ящериц. Но тут им, вроде, было неуютно и холодно. Даже один раз она увидела настоящего эльфа. Красивый он, конечно. Эльф отчитывал своего слугу за то, что тот неправильно закрепил что-то у эльфовой кареты, и теперь отвалилось колесо. Дана тихонечко обошла раздраженного эльфа, примкнув к двум селянкам, что шли продавать собранные первые ягоды в ближайшее крупное селение.
Это селение Дана прошла насквозь, решив пока не останавливаться на постоялых дворах. Да и рано еще, подумалось ей. И когда опустились первые сумерки, она отошла от дороги подальше. Нашла себе прогалину в лесу, метрах в пятидесяти от наезженного пути, и развела костер. Поискала на слух ближайший ручей. Нашла родничок и набрала воды в небольшой котелок, подарок Тиреи. Перекусила хлебом с остатками вяленого мяса, потом кинула в закипевшую воду несколько листиков травяного сбора. Горячий чай она не любила, и потому оставила его в стороне остывать до утра. А сама развернула плащ и легла на него. В небе светили две крупные луны, таинственно мерцая золотым и зеленым светом. И под их лучами засыпающая Дана почувствовала, что она полностью счастлива.
Следующие несколько дней Дана шла по главной дороге, все больше отдаляясь от домика названной сестры. Она скучала по Тирее, как-то незаметно привыкнув к ее мягкому нраву, вездесущей улыбке и добрым словам. Но и тут, в пути, ее ждало много интересного.
На пути Дане часто попадались отдельно стоящие постоялые дворы. Особой надобности заходить туда у нее не было, потому девушка просто проходила мимо. Иногда ее подвозили до ближайшего селения или перекрестка селяне, что везли на продажу что-нибудь или кого-нибудь – яйца, куриц, молочных поросят, вышитые шали.
С каждым днем удавалось пройти все большее расстояние. Ноги окрепли, и теперь Дана спокойно проходила вполне приличный путь за день.
Правда, первые две недели в дороге ноги у нее жутко болели – все же бывшая городская девушка никогда не совершала столь длительных переходов, пусть даже и жила уже полгода в лесу. Дана с благодарностью вспоминала Тирею, ведь она положила в ее котомку заживляющую мазь, именно ту, что варили они зимой в ночной темноте. Мазь очень помогала против мозолей и натирания ног.
Впервые она остановилась на постоялом дворе в небольшом городке под названием Акс, решив осмотреть первый приличный на ее пути город, заслуживающий подобное звание. Домики в Аксе были сплошь одно- и двухэтажные, лишь в богатом районе было пять-шесть особняков на три этажа.
Город был невелик, да и вырос он лишь потому, что стоял на перекрестке нескольких дорог. То есть путники не переводились никогда – то орки из Нилии спешат в Бератту за новым товаром, то люди идут через Гриду к эльфам в Номилис, по делам.
Хороший и недорогой постоялый двор найти оказалось не сложно – всего лишь уточнить путь у стражников на воротах при входе в город. Желая угодить симпатичной одинокой девушке, стражники расстарались, досконально описывая дорогу.
Благодаря подробным пояснениям, Дана ни разу не сбилась с дороги, и уже через 15 минут была на месте – городок же маленький, всё рядом. Вывеска постоялого двора гласила: «В гостях у Волка». Дана стояла напротив входной двери и старалась приободрить себя:
– Ну что ж, это просто очередной бар, как и дома. Правда, я в баре была всего один раз…
– Эй, малышка, ты заходишь или остаешься тут? – раздался нетерпеливый рык позади. Дана обернулась – сзади стояли огромные и страшные тролли-наемники, и они очень хотели попасть в трактир и заказать комнаты, чтобы смыть с себя кровь и пот, нормально поесть и отдохнуть от трудовых будней. Девушка молча посторонилась – тролли прошли мимо. Ощущение такое, словно рядом прошла монолитная скала, облитая кровью. Их внешний вид говорил сам за себя, а количество оружия, которым они были увешены, сводило на нет все вопросы о профессии. Дана зашла следом, справедливо решив, что после таких колоритных посетителей она сама внимания к себе не привлечет.
Пока все отвлеклись на троллей, Дана мышкой прошмыгнула к пустому столику у стены. Поставила между ног котомку и довольно выдохнула. После нескольких недель ночевок в лесу, как же ей хотелось цивилизации – домашней еды, теплой ванны и мягкой постели. Вот и сбываются нехитрые мечты потихоньку.
В целом, заведение было даже приятным, оценила она, осматриваясь украдкой. Особо бандитских рож заметно не было. Прекрасная часть населения, то есть девушки и женщины, тут тоже имелись в наличии – в качестве посетительниц, как и Дана. Девушка жестом подозвала разносчицу, заказала у нее овощной салат и курицу с рисом. Потом осведомилась о свободных комнатах – половина пустовала, потому как не сезон чего-то там, так что Дана расплатилась сразу и за ужин, и за ночлег. Ей даже пообещали в комнату принести несколько ведер горячей воды за дополнительную плату, на что Дана с удовольствием согласилась.
Комната на втором этаже оказалась небольшая, с одним окном, вид из которого открывался на задний двор. Из мебели тут стояла односпальная кровать, стол, стул, да невысокий шкаф, куда можно было повесить одежду, чтобы не помялась. Да еще почти следом двое дюжих слуг занесли деревянную лохань, что заменяла ванну у тех, кто не был богат. Все лучше, чем ничего, философски рассудила Дана. Главное, в этом подобии ванны можно нормально помыться. Потом эти же слуги носили горячую воду в больших ведрах, и наполняли лохань.
Когда они ушли, Дана заперла дверь и немедленно скинула всю свою одежду. Налила в лохань масло из заранее приготовленного флакончика, залезла в горячую, приятно пахнущую травами воду и с наслаждением расслабилась.
После Акса путь пролегал поблизости от Ирии, полноводной реки, что несла свои воды прямиком из благодатных эльфийских лесов. Но по ее берегам отчего-то люди не отваживались селиться. И дорога шла, пусть и повторяя изгибы реки, но все же в паре километров от ее берегов. И Тирея тоже советовала к Ирие близко не подходить, и тем более не плавать в ней. Вроде как недобрая это река. Не злая, но все же начало ее идет в холодных эльфийских лесах.
Дорога здесь уже не была основной, как предыдущий тракт, и путники встречались редко. Да и близость эльфийской реки сказывалась, а пешие странники предпочитали более обжитые места. Дана же с закатом удалялась подальше в лес, где разводила костер и готовилась к отдыху и сну. А на рассвете, когда на горизонте появлялось первое солнце, просыпалась, собиралась и шла дальше.
За несколько дней пути путников она так и не встретила, селений тоже не видела. Совсем пустынная дорога оказалась в начале лета, что было странно. К концу третьей недели своего пути она подходила к границе Гриды и Мейвы, небольшого княжества, что приткнулось почти к самой Пустоши. В этих местах границей служила сама река Ирия.
Дорога привела Дану к берегу. И закончилась. Видно, раньше здесь был мост, но сейчас от него остались только полуразрушенные каменные опоры. И перед девушкой простиралась широкая гладь спокойной реки. Другой берег едва виден, вряд ли можно до него доплыть. Дана же в растерянности снова развернула свою карту. У Тиреи реки здесь нет, она вообще должна течь западнее, причем намного западнее.
Дана села на каменную площадку, что раньше являлась частью моста. Надо подумать, что делать дальше. Если бы тут находилась пограничная застава Мейвы, как на карте Тиреи, Дана бы отметилась на ней и пошла дальше. А теперь что?
До заката еще несколько часов, и надо придумать, в какую сторону идти. Если назад в Акс, чтобы купить более точную карту и разузнать правильный путь, то Дана потеряет по меньшей мере неделю пути. А если идти дальше по берегу реки в надежде встретить мост, то тут вообще можно потерять все. И все-таки она решила поискать мост.
Следующие пару дней Дана шла точно по берегу плавно извивающейся реки. И здесь была жизнь, отличная от той, к какой привыкла девушка в домике травницы. Деревья иногда двигались, Дана замечала это боковым зрением. В реке водились странные розовато-серебристые длиннотелые рыбы. Ловить, и тем более есть их девушка не решилась, помня о предупреждении Тиреи касательно реки. Один раз на Дану вышел из леса посмотреть огромный белоснежный лось. Его рога, казалось, стремились в небо, и напоминали разветвленные корни деревьев, настолько обширны они были. Дана остановилась, как вкопанная, заметив невиданное чудо. Вроде и интересно, очень хочется рассмотреть необыкновенного лося, но и страшно – такое необычное животное, в необычном месте – это к чему? А лось стоял неподвижным изваянием и только водил носом, вдыхая чуждые запахи. А потом резко развернулся и ускакал, словно за ним по пятам гнался огромный тигр.
Дана с облегчением выдохнула, она действительно испугалась огромного зверя. И, пожалуй, пора двигаться от реки подальше, ведь моста тут нет, и, похоже, не предвидится. Рядом около леса как раз шла прогалина во всю его ширь, давая возможность пройти лес максимально быстро, чем Дана и воспользовалась.
На опушке того леса она не решилась разводить костер, мало ли что. Долго шла к следующему перелеску по летней цветущей равнине. Странно как – земля хорошая для поля, и деревья выкорчевывать не надо, а все же поблизости нет ни деревни, ни хутора.
Ну, мысли мыслями, а идти дальше все же надо. Вот только остро встал вопрос – куда? Потому что получалось, что нынешняя карта Даны неверна, и теперь есть две проблемы. Первая – Дана не знала, где она сейчас застряла, ведь людей поблизости нет. Второе – куда идти, чтобы узнать, где она находится, она не знала тоже.
Что ж, тогда придется идти прямо, прочь от реки, а там должны же уже начаться поселения. С такими мыслями девушка продолжила свой путь, стараясь держать реку позади, за спиной.
А вот ближе к вечеру, в поисках места для ночлега, она наткнулась на руины.
Дана тут же развернула карту, полагая, что такое занимательное событие обязательно найдет свое отражение на карте. Так и получилось – она нашла значок руин древнего замка, и они оказались достаточно далеко от синего червячка реки. И сноска на эльфийском языке. Как она переводится, Дана не знала. А наставления Тиреи о том, что она не должна соваться в непонятные места, забылись. Ночевать где-то ведь надо, а до ближайшей деревни несколько дней пути, судя по карте. Это если принять ее за правду, ведь карта уже один раз подвела.
Руины в свете заката были впечатляющи – светлый камень, облитый лучами заходящего солнца, казался багрово-красным и сочно-золотым, словно какой-то великан рассыпал драгоценности на поляне – сплошь золотые украшения с рубинами. Каменные глыбы простирались на большое расстояние. И вряд ли это был просто замок, усомнилась Дана. Слишком большую площадь охватывают руины. В детстве ей не разрешалось лазить по подобным местам, и теперь она восполнила этот досадный пробел в своем образовании. Она вдоволь исследовала развалины, пока хватало света, заодно нашла уютное местечко для костра – с двух сторон закрыто обрушенной стеной, образуя широкий угол. В ближайшем перелеске набрала хворост и разожгла костер.
Как только солнца скрылись за горизонтом, с разных концов света на небо вышли луны. Половину ночи они будут сближаться, а потом до рассвета вместе наблюдать за жизнью Элмеры. И исчезнут с первыми рассветными лучами.
Спать не хотелось, девушка перекусила бутербродами, и достала книгу с заклинаниями, что она выменяла у книжника-лавочника в Аксе за порошок буреломника – очень хорошего средства против заразных болезней. Лавочник оказался любвеобильным стариканом, и после равноценного обмена принялся недвусмысленно намекать Дане, какой он замечательный любовник. Хотя, после демонстрации Даной огненного шара, быстро согласился, что ему тут и в самом деле ничего не светит.
Заклинания в книге были в виде стишков, так запоминалось действительно легче. Всю зиму Тирея учила Дану читать и писать на гейте, магическом языке, поэтому прочесть заковыристые слова проблемы не представляло. Бытовые заклинания огня она освоила еще в доме травницы, эти страницы она перелистывала без интереса. О, вот, управление водой. Хотя нет, для этого нужна жидкость, желательно побольше. А по пути до руин Дане не встретился даже ручеек. Пришлось отложить книгу до лучших времен.
Она легла у дальней стены на спину и стала любоваться звездами. На Элмере в году 14 месяцев по 26 дней. Каждому месяцу соответствует свой знак зодиака, своя звезда. А еще луны – они тоже наделяют рожденное существо определенными качествами.
Дана читала легенду о Митаор и Илее, и находила ее прекрасно печальной.
Давным-давно родились у одного человека дочери-двойняшки. Две сестры были очень дружны между собой, и внешне очень похожи, ведь родились они в один день. Воспитывал их отец-рыбак, и были они для него дороже всего жемчуга, что он иногда находил. Жемчуг он до последнего камушка отдавал дочерям. Годы шли, красота сестер расцвела, к ним зачастили женихи. Девушки легкомысленно отмахивались от заманчивых предложений – им было хорошо лишь вдвоем. Отец лишь грустнел день ото дня, видя тщетные надежды женихов. Только он знал, отчего холодны сердца красавиц – матерью их была русалка из ледяных глубин океана, что однажды снизошла до связи с молодым красивым рыбаком. Через положенный срок она вновь появилась у порога дома бывшего возлюбленного. Молча положила сверток с дочерьми у его порога и ушла, не оглядываясь. Девочки были единственной отрадой рыбака, и смысл его жизни был в их счастье. Пошел он на берег океана и начал кричать, звать свою бывшую возлюбленную. Много дней и ночей ходил он к океану, голос сорвал от безнадежных усилий, но все равно приходил и шептал. И вот случилось чудо – русалка выплыла из океана. Поведал о своем несчастье рыбак, и спросил, что нужно сделать, чтобы сердца дочерей наполнились любовью и теплом. Жестоко рассмеялась русалка, и ответила: «Отдай им тепло своего сердца». После этих слов русалка уплыла, взмахнув хвостом. А понурый рыбак пошел к своему дому. Оттуда уже уходил последний жених, безнадежно влюбленный, но без взаимности. А юные красавицы смеялись над его чувствами. Рыбак вошел в дом, достал нож для разделки рыбы и вырезал им свое сердце на глазах своих дочерей. Поделил его на две половинки и отдал им со словами: «Раз нет у вас своего сердца, возьмите мое, в нем любви хватит на вас обеих. Живите и будьте счастливы». И упал ниц бездыханный. А юные красавицы держали последний дар отца в руках, истекающих кровью из его сердца, и неожиданно молния пронзила их сердца – и начали они чувствовать. Почувствовали любовь своего отца, поняли, что и сами его любили. Почувствовали любовь всех своих женихов – и их раздавленные чувства, и сломленные души после отказа. Такая любовь и такое раскаяние по своей жизни затопили их сердца, что не выдержали этого красавицы, кинулись прочь из дома, на берег океана, что дал им рождение. Вечерние звезды сияли безмолвно, а сестры поклялись всем богам, что отныне будут помогать находить свою любовь всем, кто в этом нуждается, и давать свет для безопасной дороги к своей половинке. С этими словами они кинулись со скалы, но не разбились об острые камни. Боги приняли клятву и вознесли их на темное небо, и оставили жить лунами, освещать путь всех возлюбленных, что еще не нашли друг друга…
Звезды нашептывали что-то ласковое, успокаивающее, Дана сама не заметила, как уснула. А луны насмешливо щурились, поливая золотым и зеленоватым светом каменные руины. Их сияние расплескивалось на камни, землю, остатки былых украшений. Закручивалось в тугие струи, распадалось на волокна и вновь крутилось в маленькие смерчи. Сияние смерчей вспыхивало все чаще и чаще, пока не слилось в одно сияющее полотно, которое развернулось над обширными развалинами и накрыло их, как покрывалом.
Дана проснулась, словно от толчка. Настороженно оглянулась вокруг – костер почти потух, лишь пара угольков едва тлела. Прислушалась к безмолвию мира – и эта тишина напугала ее до безумия. Девушка глубоко вдохнула и медленно выдохнула, чтобы успокоить испуганное сердце. Бесшумно поднялась на ноги, и успела заметить остатки светящихся жгутов, что быстро уползали за камни. Дана пошла за ними, даже не понимая зачем, ведь паника и испуг так и не прошли. Но сидеть здесь, и бояться каждого шороха было выше ее сил.
Развалины в ночи оказались огромны, словно ранее здесь был разрушен не целый замок, а город приличных размеров. Жгуты быстро уползали, они напоминали щупальца осьминога, огромного и со множеством этих самых щупальцев. Дана уже не сомневалась, что это целый разрушенный город. Наверняка он остался после войны, ведь многие знания оказались утеряны, в том числе и местоположение многих замков и построек.
Дана проходила мимо упавших колонн, проползала под сводами, что держались на честном слове, перебиралась через насыпи мелких камней, которые раньше были мостовой. За ней равнодушно наблюдали глаза статуй, что лежали, стояли, сидели на мостовых, на постаментах, в фонтанах – от некоторых остались только головы.
Девушка осторожно выглянула из-за обломка здания. Перед ней была площадь города, чистое пространство без камней, просто голая земля. И жгуты уходили в центр этого пятачка, впитываясь словно вода. Что-то обожгло ее лодыжку, девушка с криком подскочила на месте – это очередной жгут рассерженно хлестнул ее, потому что она стояла на его дороге. Вот последние жгуты впитались в землю, и тут же вернулись звуки. Заухал филин далеко в лесу, завыл волк на пригорке, ему вторила вся стая. Стайка потревоженных пичуг испуганно сорвалась с кроны раскидистого дерева вдали. Ветер заиграл волосами девушки. Дана с любопытством подошла к центру этого пятачка и ковырнула носком сапога землю, раз, второй, а на третий земля под ней разверзлась, и девушка провалилась в неизвестность.
– Да что это такое, все время куда-нибудь проваливаюсь, – выругалась Дана, поднимаясь. Упала она невысоко, метра три всего до дыры на потолке, но ребра ощутимо болели, и нога прихрамывала.
Она огляделась – темнота постепенно рассеивалась, словно свет лун, что начал проникать через дыру, напитывал светоотражающие поверхности на полу и на стенах. Там начали проявляться рисунки на стенах, письмена на полу… и гробы.
Дана нашла древний факел на полу и зажгла его. Благо, что спала в полном походном облачении и кремень не выложила, когда ложилась. От этого факела она зажгла другие, штук пять, что заметила в специальных приспособлениях на стенах, и теперь пыталась понять, куда она попала.
Круглый каменный зал, довольно большой. На стенах фрески, изображающие какие-то битвы. И восемь каменных гробов, расположенных кругом. Дана как раз в центр упала. Она оглядела каждый саркофаг, сцены битв, надписи, сопровождавшие эти события. Выходило, что тут похоронены великие воины, что проживали то ли в этом городе, то ли в этом королевстве, стертом последней войной. Они спасали жителей, сражались с разнообразными чудовищами, истребляли нечисть в данных землях.
И все же что-то тут было неправильно. Дану эта уверенность посетила уже второй раз в жизни. И первый раз был на Ирлите, когда читали заклинание вызова демона. Не Князя Тьмы, как надеялся Марк. Дана уже сносно читала на гейте, и еще несколько месяцев назад нашла знакомые слова в разных книгах – ребята по незнанию вызвали Высшего демона из Запредельных миров. А демоны, как известно, очень любят людей. В качестве закуски.
Так вот, сейчас ее посетило то же чувство, и глаза словно раскрылись – восемь гробов располагались не совсем ровно, расстояния между ними были не равные. А еще сцены в изголовье каждого гроба – они все были вырезаны на одинаковых каменных квадратах метр на метр. И те что без рисунков, были закрашены черным. Словно изначально здесь вовсе не склеп задумывался, а нечто совсем другое.
Восемь героических описаний подвигов. И пять закрашенных промежутков между ними. Тринадцать. Дана перевела глаза на каменный пол – ровные плиты без намека на рисунок, но полностью испещрённые магическими знаками. Лишь в том месте, куда она упала, темнело пятно. Дана подошла разглядеть поближе – земля, смешанная с кровью. Кровь? Чья? Она провела рукой по правой ноге и вскрикнула от боли, ощутив рану – на руке остался отчетливый кровавый след. Похоже, это зловещий энергетический жгут полоснул по икре, оставляя длинный порез-ожог. Она не заметила рану, потому что именно на эту ногу хромала после падения в эту яму. И именно ее кровь разъела землю наверху, на площади.
Каменные плиты треснули под кровавыми каплями. Дана с ужасом смотрела, как ее кровь просачивается сквозь камень, словно кислотой разрушая его, и от этого идут трещины во все стороны. Она стремительно побежала назад, к стенам, которые только что осматривала, и запрыгнула на каменный саркофаг.
Камень на полу крошился на глазах, превращаясь сначала в щебень, потом в мелкую крошку, затем в пыль. И все это за несколько мгновений, притом сопровождаясь грохотом, словно наверху падали огромные колонны и рушились здания. Дана подняла глаза наверх – потолок дрожал и колебался, будто на него в самом деле падали остатки руин. Невесть откуда взявшийся ветер поднял невесомую пыль, закружил в своем танце и унес через дыру в потолке, обнажив второй слой пола. Точнее, первый изначальный, с изображением гексагуса. Тринадцать линий, и центральный круг для жертвы. Которая уже получена – ведь кровь Даны попала в круг. Вот только заклинаний никто не произносил, что же тогда сейчас будет?
Наверху всё падали и падали строения, сотрясая потолок, а вот пол успокоился, лишь линии гексагуса вспыхнули багрово-алым отсветом смерти, обнажив все-все черточки и каждую буковку. Начальное обучение магии дало свои результаты – за несколько секунд Дана поняла многие знаки, что увидела в этот момент на полу. Символы удержания. Кого-то очень сильного заперли где-то здесь, и поставили души могучих воинов это недоброе охранять, ведь лишь сильному духом по силам охранить живое от древнего зла. Судя по всему, именно после этого город пришел в упадок, после обряда запечатывания.
Резко все стихло, и наверху, и внизу, на полу. Дана облегченно вздохнула и расслабилась. И тут кто-то постучал по крышке каменного гроба, на котором она сидела. Изнутри.
– О, боги, – выдохнула Дана и спрыгнула с ненадежного постамента. Достала меч, которым не особо умела пользоваться, и выставила его перед собой в качестве защиты. Меч ей достался в качестве платы за моральный ущерб – на оживленной дороге было много желающих составить компанию одинокой девушке, вот только сама Дана была резко против. Ее магия разбиралась с противниками самым быстрым способом. После одного такого незадачливого зложелателя Дане достался довольно хороший меч.
Крышка медленно, все же тяжеленная, отошла в сторону. Дана мрачно наблюдала за этим, а также внимательно изучала длинные когтистые пальцы, что сдвигали крышку. Судя по всему, кому-то из героев все же не досталось места.