Я случайно, господин инквизитор!, или Охота на Тени
- -
- 100%
- +
Но благодаря сумрачному глори, стоящему ночью на страже, я довольно быстро пришла в себя. Гораздо быстрее, чем восстанавливалась бы одна, без своего родового фамильяра. Впрочем, даже быстрее, чем обычно восстанавливалась с Глориком, но, видимо, он сильно постарался в этот раз.
Так что к утру была уже бодрой, несмотря на дикий недосып. И ввалилась на завтрак в столовую с колоссальным желанием съесть хотя бы половину слона. Поэтому снова набрала полный поднос еды, ела как не в себя и много думала.
А подумать было о чем.
Я не понимала, откуда столько Одиноких Теней взялось в Генеральном Штабе. Дело в том, что сами по себе эти твари где попало расхаживать не могут. Ну не могут они просто так вырваться из Теневого города и начать расхаживать по городам. Это в принципе невозможно. Тварям нужны определенные условия перехода в нашу реальность, им нужна правильная энергетическая подпитка, чтобы передвигаться по той или иной местности.
А это значит что? Это значит, что кто-то тварей в наш мир призывает. Регулярно, с завидным упорством. Да не просто в наш мир, а впускает их в Генеральный Штаб, куда, вообще-то, очень строгий вход. Просто так, через единственную заколдованную дверь, через зачарованные окна ни одна живая душа, ни одна тварь, даже из Теневого города, не пролезет. А это значило, что в Штабе завелась змея, которая травит своих же. И это очень плохая новость.
Обо всем этом я и рассказывала Кейджу, который сегодня составил мне компанию за завтраком. Он хмурился и слушал меня очень внимательно, даже делал какие-то пометки в своем блокноте.
– Хреново, если среди нас змея завелась, – произнес он, задумчиво потирая подбородок. – В Штаб очень серьезный отбор, левый человек сюда не проникнет. Это физически невозможно. Но что-то не сходится. Как руководство могло проглядеть инквизитора, который творит чёрт-те что под носом?
– Значит, умело прячется. Или нашел некую лазейку.
– Есть идеи, для чего кто-то может призывать Одинокие Тени в Штаб?
Я неопределенно пожала плечами.
Была у меня одна мысль, для чего тварей могли запускать в наш мир, но эту мысль следовало обмозговать. И для начала обсудить ее со своим куратором.
Кстати о нем.
– А как себя чувствует Шмо… мой куратор? – осторожно спросил я у Кейджа.
Говорить о кураторе я вообще боялась, после своей вчерашней выходки с котом. Впрочем, при мне никто из инквизиторов эту тему не поднимал. Больно всех впечатлило нападение на Мориса и его спасение.
– Со вчерашнего дня его не видел еще, но вроде он вполне бодрый. Хмурый, правда, вчера весь вечер ходил да все на эту закрепляющую защитную печать на руке поглядывал. Думаю, ему, как руководителю, крайне неприятно, что его фактически спасла от смерти какая-то стажерка, – хохотнул он.
Я усмехнулась. Да уж, Морис явно не в восторге от всей этой ситуации.
– По идее, он должен наградить тебя, как минимум премией, – продолжал Кейдж, лениво попивая уже остывший чай.
– Ну-ну. Не уверена, что он даже «спасибо» мне скажет.
Хм, или он уже говорил «спасибо»? Сознание последние сутки было путанное, трудно было отделить морок от реальности. Разум упорно гнул свою линию и утверждал, что Морис не может быть благодарным. Чутье, в противовес, говорило, что мне не привиделось, и куратор еще и ночь у моей больничной койки провел, помогая быстрее восстановиться, иначе вряд ли бы я сейчас такой бодрой была. От этого почему-то мурашки побежали по спине. Ох, как все сложно…
– Да брось, – махнул рукой Кейдж. – Морис у нас очень вспыльчивый, конечно, сложный по характеру, но он справедливый и очень грамотный руководитель. Ты знаешь, что именно он тут структуру всего Штаба грамотно реорганизовал? Ну вот. Он бывает очень жесткий в своих методах, но всегда справедливо как наказывает, так и награждает тех, кто этого заслуживает. А ты уж точно заслужила.
– Я заметила, что мистер Кларксон тут на большом счету даже у пожилых инквизиторов.
– Ну да, – охотно кивнул Кейдж и тут же весело усмехнулся. – Он здесь вообще всех застращал.
– Каким образом?
– Ну, ты же знаешь, что он метаморф?
Я нервно дёрнула глазом.
О да. Я уже это знала. Кто бы раньше сказал…
– Помимо того, что он метаморф высшего ранга, так он еще и очень хорошо умеет подбирать ко всем рычаги воздействия на психику. Инквизиторы раньше разболтаны были, руководство слушали через пень-колоду. Но Морису дали большие полномочия, он всего лишь за год вошел в Высший Совет Инквизиции.
– Ого, – удивилась я. Вообще-то, в этот Совет, являющийся высшим звеном в Штабе, некоторые пытаются пробиться всю жизнь. – Я думала, он просто куратор стажёров.
– Да нет, это его развлечение скорее, – улыбнулся Кейдж. – Он хороший преподаватель, хотя и некоторые методы у него довольно своеобразные. Но новичков застраивает быстро. Впрочем, он и руководителей всех отделов быстро застроил в свое время.
– Каким образом?
– Ну, знаешь… Довольно сложно спорить с инквизитором, который то и дело превращается то в дракона, за шкирку вышвыривающим нерадивых коллег из своего кабинета, то в огнедышащую саламандру, которая сжигает все твои отчеты, а потом стоит над твоей душой прямо в таком виде и ласковым голосом, клацая острыми зубами, учит правильно составлять отчеты и следовать инструкциям, а не бить баклуши. Поверь, после парочки таких показательных выступлений любой инквизитор становится шелковым и покладистым.
– Тебе самому от него как, доставалось? – спросила с улыбкой, помешивая четвертую ложку сахара в чае.
– Было дело, – улыбка Кейджа стала еще шире. – Я накосячил серьезно, прошляпил появление демонов в одном секторе, который был под моим надзором. А накосячил, потому что отвлекся из-за одной кобры. Знаешь, я дико боюсь… боялся змей. И когда занял удобную позицию в засаде в лесу, там как раз оказалось целое логово этих чудных змеек. Я от них шарахнулся, решил сменить заранее оговорённую позицию. Подумал, что мне за это ничего не будет, мол, какая разница… Но разница была, и я прошляпил демонов. Еще и приказ руководства нарушил, получается. Морис потом с месяц контролировал каждый мой шаг, являясь в облике гигантской кобры. И доброе утро желал, нависая надо мной с раздвоенным языком за завтраком и ненавязчиво обвивая меня чешуйчатым хвостом. Завтракал я тогда очень плохо, сильно похудел. Ну зато змей больше вообще не боюсь.
Я прыснула от смеха, представив себе всю эту картину, Кейдж и сам рассмеялся.
Он хотел еще что-то сказать, но в этот момент мы с ним оба вздрогнули всем телом от истошного вопля на всю столовую:
– ГДЕ ОНА?!
Мы с Кейджем одинаково недоуменно вытаращились на Мориса, стоявшего на пороге столовой. Разъярённый, с гневным взглядом на какой-то подозрительной стадии бешенства, он распахнул двери пинком ноги и оглядел помещение. Почти сразу обнаружил меня, яростно рыкнул и направился прямиком ко мне.
– По-моему, он не хочет меня награждать, – пробормотала я, дрожащими руками поставив кружку чая на стол.
Понятия не имела, с какой целью ко мне приближался гневный смерч по имени «Морис Кларксон», но моя пятая точка подсказывала, что новые приключения уже ждут нас с распростёртыми объятиями.
Этот злобный вихрь остановился около меня и рывком поднял на ноги, схватив за локоть.
– Ты!!! Идёшь со мной. Немедленно!
– Морис, ты не забываешься?.. – начал было Кейдж, привстав со скамьи.
– Молчать! – гаркнул куратор. – Я не давал тебе слова!
Так чувственно гаркнул, что Сивронский молча сел обратно на скамью, а я безропотно последовала за Морисом. Он чуть ли не волоком тащил меня из столовой, и все провожали нас недоуменными взглядами.
– Не могли бы вы объяснить, что происходит? – робко спросила я.
– Это ты мне сейчас будешь объяснять, – прорычал Морис.
Он притащил меня в какую-то пустую аудиторию и с грохотом захлопнул за нами дверь.
– Вы меня пугаете, господин инквизитор, – сказала я, на всякий случай отскочив от Мориса подальше. – С вами все в порядке? Как ваше самочувствие?..
Морис развернулся ко мне, и я ойкнула от этого его яростного взгляда, этих серых глаз с вертикальным зрачком.
– Ты что натворила? – зашипел Морис, медленно надвигаясь на меня.
Глаза его метали молнии, на скулах играли желваки, а руки были плотно сжаты в кулаки.
– Когда? Вчера? Вообще-то, я вам жизнь спасла, если вы не заметили! И я не помню, чтобы разрешала вам обращаться ко мне на «ты», и…
Морис зарычал не иначе как на финальной стадии бешенства, и я испуганно замолчала.
– Где она у тебя? – резко спросил Морис.
– Чего? Что – где? Кто – она? – не поняла я.
Куратор неожиданно дернул меня на себя и начал бесцеремонно вертеть и осматривать мои руки. Задрал мои рукава, тщательно оглядев запястья, но явно не обнаружил искомого.
– Где она?! – снова спросил он.
– Да о чем вы?..
Морис вдруг дёрнул мою блузку в стороны и стянул ее с моих плеч. Жемчужные пуговицы покатились на пол, и я ахнула, пытаясь прикрыться.
– Вы что себе позволяете?!
– Метка!!! – гаркнул Морис, уставившись взбешенным взглядом на мое предплечье. – Как ты это объяснишь, о милейшая Флорианетта?
Я посмотрела на свое левое предплечье. На нем красовался красивый золотой узор, которого раньше не было. Витиеватые руны с растительным орнаментом, складывающиеся в некое подобие круглой печати.
Морис приставил рядом запястье своей правой руки, на которой была точно такая же печать. Закрепляющая печать, которую я вчера на него поставила, но которая почему-то до сих пор не сошла на нет.
А еще… она выглядела немного неправильно. Помимо странного золотого цвета, на ней было несколько рунических витков, которые я вчера не заметила, просто не обратила на это внимание от дикой слабости. Этих витков там быть не должно было. И уж тем более этих витков, как и вообще печати, не должно было быть на моем предплечье.
– Знаешь, что это такое? – яростным шепотом спросил он меня.
Я нервно сглотнула.
Знала. И понятия не имела, как так получилось! Это должна была быть самая обычная закрепляющая печать, удерживающая Тень, ничего более. Мне казалось, что я все делала правильно, я ведь так старалась, столько сил вложила… Я не могла ошибиться! Это в принципе невозможно! Я уверена в каждом своём вчерашнем заклинании. Они были такие же чёткие и выверенные, как и ранее, с предыдущими жертвами в Штабе. Тогда почему?..
– Я вот только что узнал. Проконсультировался со специалистом по рунам с уточнением, почему моя закрепляющая печать золотая, а не черная. Но оказалась, что она закрепляющая, но немного не то закрепляющая, как ты считаешь?
Я снова нервно сглотнула, боясь поднять глаза на куратора. Во рту резко пересохло.
– Я… Я случайно, господин инквизитор! Это нелепая ошибка… Я… Понятия не имею, как так вышло… Честно!.. И сожалею, что все так сложилось, но обещаю, что…
– Ах, случайно, – ядовитым голосом пропел Морис. – Объясни мне, Фло, как?.. КАК можно былослучайно обручить себя со мной? Вместо того чтобы просто спасти?
У меня не было ответа на этот вопрос. Я вчера искренне старалась спасти Мориса и не представляла, в какой момент и по какой причине что-то пошло не так, и вместо обычного закрепления Тени за магом, я еще и закрепила его за собой брачной руной.
– Что будем делать с этим? Есть варианты?
На этот вопрос у меня тоже не было ответа.
Я облизнула пересохшие губы.
– Может… Может, просто подождем? Может, она сама по себе сойдёт, а?
Морис широко улыбнулся. Но эта его улыбка… Думаю, с такой улыбкой в Аду встречают грешников.
– Сойдет она, ага. Сама по себе, как же. Знаешь, что я с тобой сейчас сделаю?
– Отпустите? – с надеждой спросила я.
Морис двумя пальцами развернул мой подбородок так, чтобы я посмотрела ему в глаза. Он склонился надо мной так низко, что я чувствовала его горячее дыхание. А его ладонь подозрительно поползла по моей спине и талии.
– А может, я просто сейчас возьму свое, раз уж всё так удачно сложилось, а? – прошептал он мне почти в самые губы. – Прямо здесь и сейчас. Раз я теперь имею на это право как твой… жених. Ну, что скажешь, дорогая мояневеста?
Глава 15. Получите, господин инквизитор!
Мне бы смутиться словам Мориса, возмутиться. Но я разозлилась. Сильно. Пожалуй, неожиданно для самой себя.
Резко вырвалась из хватки Мориса и больно ткнула ему пальцем в грудь.
– Слушай, ты, индюк напыщенный! Это случайность, понял? Никакая я тебе не невеста!
Я явно перегибала палку, переходя на «ты» и обращаясь так к куратору. Ставила под удар все свои труды за последние пять лет.
Ой, плевать! Мы с этим куратором с первой же встречи за все рамки зашли, глупо это отрицать.
А сейчас я стояла в блузке с порванными пуговицами, с видом, явно далёким от тихой и мирной стажерки, попавшая в совершенно идиотскую ситуацию, так что терять мне особо было нечего.
С какой стати я должна вести себя мирно, если со мной тоже перегибают палку?
– Да я не то чтобы настаиваю, но брачные руны говорят об обратном, не находишь?
– Это случайность! И в этом ты виноват!
– Я?!
– Да, ты! – рявкнула, не заметив, как гневно вцепилась в рубашку Мориса, пригятивая его к себе. – Я говорила, что не ручаюсь за исход ритуала, если буду прямо в процессе поглощения Тени ее возвращать! Вот, пожалуйста, так и случилось. Просил вытащить тебя любой ценой? Ну вот, я вытащила! Мог бы хоть «спасибо» сказать!
– Вообще-то, я сразу же сказал, – парировал Морис. – И готов сотню раз повторить: спасибо, что меня спасла. Я, между прочим, уже досрочно отдал приказ о зачислении тебя в штат инквизиции сразу же после прохождения стажировки, и позаботился о том, чтобы тебе премию выписали в пятикратном размере жалованья. И я почти всю эту ночь провел в лечебнице, восстанавливая твой магический резерв. Ты была выжата в ноль, и сама по себе восстанавливалась бы долго, я помог.
Так, значит, это у меня были не галлюцинации, хм. Но все равно… Все равно!..
– Я благодарен, но это не отменяет моего возмущения. Кстати, очаровательно, что я уже второй день благодаря тебе не сплю, правда же? – голос Мориса так и источал сладкий яд. – То в наручниках отоспаться не удалось под воздействием этой твоей идиотской сыворотки, то вот всю ночь за ручку держу, магию свою вливаю, заклинания восстановления наговариваю…
– А, так вы просто нервный и невыспавшийся, господин инквизитор? – прервала я. – Что, некому было вам постель согреть? Пару дней не потерпеть, нервы уже сдают? Вам бы курс валерьяночки пропить. Рекомендую.
Глаза Мориса яростно сузились, но прежде чем он ответил, я продолжила:
– Как бы то ни было, а за побочки я не отвечаю!..
– Какая, к демонам, побочка, Флора? Об этом я тоже успел проконсультироваться. Побочкой тут могли бы быть мои личные сбои в магии, вплоть до полной ее потери на несколько дней. Побочкой могли быть проблемы физического характера, например, адская слабость, плохая работоспособность каких-то отдельно взятых внутренних органов. Но обручение?.. Это не побочка, милейшая. Это черт знает что!
– Я не знаю, в какой момент что-то пошло не так, но…
– Ты продолжаешь уверять меня, что сделала это случайно, – усмехнулся Морис. – Но я тебе не верю. Ты нарочно наплела что-то своими хитрыми ритуалами.
– Да на кой мне это надо?!
– О-о-о, да тут масса вариантов. Например, ты находишься в сговоре с некой вражеской силой, которая задалась целью выкосить всех инквизиторов, и ты всеми путями пытаешься вывести из игры того, кто занимается этой проблемой вплотную.
– Чего?! – опешила я. – Зачем бы я тогда тебя вчера вытаскивала с того света, да еще выложившись в ноль?!
– Чтобы расположить к себе, хм? – Морис попробовал отодрать меня от себя, но я не отпускала ворот его рубашки. – Тонкий и продуманный ход, между прочим. Думаешь, мы с таким не сталкивались в работе? Многократно, к твоему сведению. И ты пока вызываешь множество подозрений. С чего я должен тебе верить?
Хм, а правда, с чего? Со стороны-то в самом деле все выглядит так себе…
– Меня в твою группу определили господа Эрик Кларксон и Ильфорте Брандт. Если бы не они, я бы под твое начальство вообще не попала! Есть претензий? Вот к этим господам с вопросами и иди тогда!
– Их ты тоже могла одурманить теоретически, – отмахнулся Морис.
– У тебя все крутится вокруг теорий заговора, что ли?! Других вариантов нет?
– Почему же, есть. Еще ты могла делать всё, чтобы захомутать инквизитора из высшего руководства и быстро продвинуться вверх по карьерной лестнице, – предположил с ядовитой усмешкой этот нахал.
Я аж задохнулась от возмущения.
– Да как ты смеешь!..
– Смею что? – Морис навалился на стол, опираясь на него руками по обеим сторонам от меня. – Говорить правду? Ты всю эту канитель с сывороткой Фелкуса тщательно продумала, как и всякие мелочи, вроде остального содержимого твоей сумочки. Думаешь, я идиот?
– Думаю, вы кретин и самодур, господин инквизитор.
Морис лишь болезненно скривился.
– Небось, ты и невинность-то свою выдумала, чтобы меня лишний раз подразнить. А на самом деле ты очень даже искушенная опытом девушка, верно? Так и тянет проверить.
Он так навалился на меня всем телом, что фактически уложил на стол, а его руки крайне подозрительно поползли вверх по моим бедрам.
Хук справа получился таким хорошим, что Морис от удивления перестал меня удерживать.
– Что ты…
А вот теперь он еще и пошатнулся от звонкой пощёчины, прилетевшей слева.
Я с такой злобой вцепилась в его рубашку и рывком перевернула Мориса, прижав его спиной к столу, что он даже сопротивляться не стал. Только смотрел на меня широко раскрытыми глазами. Даже не брыкался от шока. Лишь попробовал меня осторожно спихнуть с себя, но я, усевшись сверху, крепко держала его за руки, не давая пошевелиться. Склонилась над ним низко, думаю, глаза у меня сейчас метали молнии.
– Ты чего о себе возомнил?! Думаешь, что ты тут самый классный и крутой, что ли? А даже если так! Это не позволяет тебе разговаривать со мной в подобном тоне! И уж тем более не позволяет меня трогать! Еще раз только тронешь – и я как двину… каблуком!
Для наглядности стянула с ноги лабутен и грозно потрясла им в воздухе перед носом куратора.
– Вау, – восхищенно выдохнул Морис, кажется, проигнорировав все мои пламенные слова. – Вот это экспрессия… А вы мне все больше нравитесь, мисс Габруа.
– Молчать! – гаркнула я. – Вы бы хоть прежде чем оскорблять, узнали бы побольше об этих метках, и не только! А то о том, что руна брачная, вы быстро разузнали. А что ее золотой цвет говорит о целомудренности невесты, разузнать не удосужились. Потому что в противном случае метка была бы белая. Белая и со слегка изменившимся рисунком в центре, ясно тебе, кисуля?
Лицо Мориса слегка виновато вытянулось.
– Только у настоящего мужчины есть силы, чтобы не унижать других в попытке казаться сильным, – продолжала возмущаться я. – Знаете, господин инквизитор, вы пока не очень похожи на настоящего мужчину. Говорите и думаете обо мне всякие гадости…
– Да что еще я должен подумать?! – раздражённо воскликнул Морис. – Знаешь, сколько девушек за все время службы пытались меня одурманить? Черт, да я со счета давно сбился! И поверь, их фантазии не ограничивались подливанием приворотных зелий! А тут вдруг – ты… Свалилась сногсшибательная блондинка на мою голову! Ты с первого же момента появления в Штабе мозг мне успешно выносишь, устроила за каких-то два дня хрен знает что, в душу мне с ходу запала, успешно вытянула с того света троих, а со мной – ну надо же! – случилась некая эпичная осечка. Случайно, да?
– Куда я там запала? – недоверчиво сощурилась я.
Морис тут же стушевался и, кажется, даже смутился. О, похоже, кто-то ляпнул что-то не то.
– Никуда. Забудь, – проворчал он, отведя взгляд в сторону. – Проехали.
– Да нет, давайте-ка с этого момента поподробнее! Если вы, господин инквизитор, испытываете ко мне некую симпатию, об этом можно заявить прямо, ртом, как это сделали другие, а не выедать мне мозг чайной ложечкой!
– Какие еще «другие»?! – мгновенно взвинтился Морис.
– Другие инквизиторы, кто звал меня на свидание в выходные, – пояснила с нежным оскалом.
– Кто именно?
– А вам-то какое дело?
Морис открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент дверь в аудиторию распахнулась, и некто вошел в помещение со словами:
– Морис, ты здесь? Мне передали, что видели, как ты сюда ушел. Я только прибыл и хотел сообщить теб…
Мужчина заткнулся на полуслове, вытаращившись на нас с Морисом. Мы также нелепо вытаращились на него.
Что-то Эрику Кларксону в последнее время прям везет заставать нас врасплох.
Ему, конечно, открылась шикарная картина. Растрепанный Морис, лежащий на преподавательском столе с заведенными наверх руками. И еще более растрепанная я в порванной блузке, сидящая верхом на Морисе, удерживающая его одной рукой и угрожающая ему лабутеном.
– Чего смотрите? – рявкнула я раздраженно. – Да! Это то, о чем вы подумали!
– Это не то, о чем ты подумал! – тут же зашипел Морис.
– Вы уж определитесь как-нибудь между собой, – пробормотал Эрик Кларксон, возведя глаза к потолку. – Морис, когда закончишь брачные игры, загляни ко мне, дело есть.
– Это не брачные игры!! – воскликнул Морис.
Но Эрик проигнорировал его возмущения и доверительным таким тоном обратился ко мне:
– Вы его бейте поаккуратнее как-нибудь. Он мне еще нужен будет сегодня на переговорах, с целой физиономией и хоть немного соображающей головой. Вот завтра можете себе ни в чем не отказывать.
– Ты нормальный вообще?! – вскипел Морис. – Помочь мне не хочешь?!
– Я?! – картинно возмутился Эрик. – Да ну что ты. Наконец-то нашелся тот, кто отомстит тебе за все мои истраченные на тебя нервы. Пойду отпраздную это дело. Не буду вам мешать.
С этими словами он вышел из аудитории, плотно закрыв за собой дверь.
А я словно очнулась и спрыгнула с Мориса, отряхивая одежду и с ненавистью глядя на вырванные «с мясом» пуговицы.
– Проклятье! Это была моя любимая шелковая блузка!
– Я вам куплю новую…
– Да подавитесь вы ей! – прорычала я, завязывая блузку узлом под грудью, чтобы хоть как-то поприличнее выглядеть. – Вы – свинья, господин инквизитор. Разбирайтесь со своими Тенями сами, без меня. А я пошла.
– Вы это куда собрались?
– Туда! – рыкнула через плечо уже на пороге аудитории. – Не нужна мне ваша стажировка. Я ухожу.
– Я вас не отпускал и вашу отставку не приму.
– А мне плевать!
Я с грохотом захлопнула за собой дверь и быстро зашагала по коридору в сторону этажа общежития при Генеральном Штабе. Мне надо переодеться и линять отсюда. Наверное, зря я пошла в инквизицию.
На очередном повороте чуть не налетела на Кейджа Сивронского. Споткнулась, но он подхватил меня под руку, не дав упасть.
– Флора? – он окинул меня странным взглядом, задержавшись на блузке, грубо завязанной узлом под грудью. – Что с тобой?
– Отвали, – грубо отпихнула его в сторону.
Мне сейчас было не до вежливости. И объяснять свой подозрительный внешний вид я не хотела. Особенно учитывая куратора, висящего на хвосте.
– Флорианетта, постойте!..
А вот и сам куратор как раз голос подал.
Я шмыгнула носом и ускорилась, влетая в лифт и истерично нажимая на кнопку закрытия дверей. Однако Морис оказался не менее быстрым, и он шустро влетел в лифт в последний момент. При этом оттолкнув в сторону какого-то другого инквизитора. Даже не глянул на него. Только ударил по кнопкам отмены и другого этажа.
– Зачем вы за мной помчались? Добить хотите?
– Хочу. Но не добить. А извиниться.
Я удивленно вскинула брови. На Мориса, однако, смотреть отказывалась. Нажала на кнопку второго этажа, и лифт снова поехал вниз, но Морис стукнул кулаком по панели, нажимая на отмену и на этаж выше.
– Что вы делаете, господин инквизитор? Вы так лифт сломаете!
– Его нельзя сломать, он заколдованный, – отмахнулся Морис. – Мисс Габруа, нам надо поговорить.
– Вам надо, мне не надо.
– Я прошу прощения за излишнюю резкость.
– В задницу свои извинения засуньте.
– Ну, могу и засунуть, если вам от этого полегчает.
– А вот и полегчает! Засовывайте, хочу на это посмотреть, – я скрестила руки на груди и глянула на Мориса исподлобья.
Он недоуменно захлопал глазками.
– Эмн… Как?
– Ну бумажке напишите, в трубочку скатайте и засуньте, куда обещали.
Губы Мориса дрогнули в улыбке.
– Я прошу прощения за свою резкость, – повторил он напряженным голосом. – Возможно, я был не прав и несправедлив по отношению к вам.
– Только лишь «возможно»?
– Хорошо… Был не прав и излишне резок. Я прошу прощения. И признаю свою вину.