Две полоски

4.2

Мирон

Я заехал в фирму почти случайно. С утра прошли все нужные совещания, больше мне там делать было нечего. Но я все же вернулся, потому что забыл папку с бумагами. Мог бы и не заезжать.

Страшно подумать, что тогда я пропустил бы главное событие дня!

Да что там дня, месяца, и даже года.

Я уже и не надеялся встретить свою развратную скромницу. Вернее, надеялся. Но лишь на случайность. Потому что никакие другие методы не сработали.

После того, как сексуальная террористка, умело притворявшаяся невинной овечкой, исчезла с моих радаров, я искал ее всеми доступными способами. А способов было немного.

Я даже не знал ее имени! И у меня не было ее фотографии. Я попытался раздобыть записи с камер наблюдения, надеясь получить хотя бы фото. Но нет. Оказывается как раз тогда, когда она уходила, произошел скачок напряжения, и ничего не записалось.

Это конечно, бред, но меня посетила шальная мысль, что она устроила это специально.

Ночные записи, где мы входили в подъезд вдвоем, я видел. Но там на ней были темные очки, да и я все время оказывался между ней и камерой. Охранник мычал что-то невнятное, не мог толком сказать, видел ли он утром девушку в водолазке. Вроде была какая-то… И почему в охрану берут таких идиотов?

Я даже ходил в тот бар, где мы встретились. И нашел того самого бармена. Узнал только, что она выпила два джин-тоника, хотя просила яда. И что она была чем-то расстроена. Но об этом я и сам догадался еще тогда.

Я уже подумывал нанять частного детектива, но от этой мысли меня отвлек кризис, случившийся в одном из наших филиалов. Мне пришлось улететь из города. Целых две недели я скакал, как савраска в упряжке, а ночами вспоминал ее. Утешаясь правой рукой.

Вернувшись, я решил, что брутальному мачо не к лицу тосковать по девчонке, даже если она горяча, как тропический ливень. А, тем более не к лицу заниматься презренным делом самоудовлетворения!

Я снял какую-то цыпочку в баре. Разочаровался. Вызвал профессионалку. Она извращенными методами извлекла из меня всю скопившуюся за две недели сперму. Но и это было не то.

Тогда я притащил на свой траходром сразу двух на все готовых мулаток. Мы задали перцу! Мой член дымился, а они просили пощады.

Но, блин! Я все равно не чувствовал того кайфа, что был со скромницей.

Я снова вспомнил про частного детектива.

И тут она заявилась ко мне сама!

Не совсем ко мне, а в мою фирму. Я проходил мимо отдела кадров. Дверь была распахнута, Екатерина Семеновна, наш кадровик, любит устраивать сквозняк. Я уже почти ушел, но мой глаз за что-то зацепился.

Я вернулся, заглянул.

И застыл на месте, как шарахнутый током. Стоял, хлопал глазами, возможно, даже пускал слюни. И никак не мог подобрать отвисшую челюсть.

Это была она. Моя скромница.

Сидела вполоборота к двери, меня не видела. Смотрела в рот Екатерине Семеновне, ручки сложила на коленях, как примерная девочка. Что-то говорила с застенчивой неуверенной улыбкой. А у меня перед глазами стояла картина, как она стонет и задыхается от страсти…

Птичка сама залетела в клетку! Прямо в лапы озверевшего от долгих поисков хищника. На этот раз она точно никуда от меня не денется…

Представляю, какое у нее будет лицо, когда я войду!

Я стоял, смотрел на нее и наслаждался предвкушением сексуального пиршества, которое, конечно же, ждет меня сегодня.

Птичка выглядит настоящей скромницей. Блузка на пуговицах застегнута под горло, волосы зачесаны назад и собраны в хвост. На лице никакой косметики. Сама невинность!

Но я-то знаю, какова она на самом деле!

Я представил, как она снимает блузку… Нет. Не она. Я расстегиваю верхние пуговицы, вижу два упругих полушария, сжимаю их ладонями. Расстегиваю дальше… Сажаю ее на стол. Зарываюсь лицом в ее грудь. Отодвигаю лифчик и касаюсь языком соска. Она, конечно, стонет и выгибается. Я помню, какая чувствительная у нее грудь и как она реагирует на прикосновения. У нее сносит крышу от моего языка.

А у меня сносит крышу от нее.

А мой железный друг сейчас прорвется сквозь штаны. Спокойно. Вдох-выдох.

Я вхожу. Пока, к сожалению, только в дверь.

4.3

Алена

Я заполнила анкету у секретаря, прошла с ней в отдел кадров. Строгая женщина в роговых очках внимательно ее прочитала и стала задавать вопросы. Есть ли у меня опыт работы в колл-центре, много ли я общалась с людьми на предыдущем месте работы. Спрашивала, насколько я уравновешена и стрессоустойчива.

Я мысленно расхохоталась. Истерическим смехом.

О какой уравновешенности можно говорить? Я сейчас – сплошной комок нервов!

Мне страшно пойти на УЗИ и убедиться в том, что я беременна. Мне нужно платить за квартиру, а в кошельке пусто. Я пришла сюда только потому, что мне очень нужны деньги. Я умею общаться с людьми, но сейчас я не в лучшей форме.

Конечно, ничего из этого я ей не сказала. Я пыталась приветливо улыбаться и источать уверенность. Не знаю, насколько у меня получалось.

Если поначалу меня немного напугала эта строгая женщина, то потом появился еще более пугающий тип. И вел он себя очень странно.

Мирон

– Екатерина Семеновна, я сам проведу собеседование претендентки, – деловым тоном произнес я.

Менеджер по персоналу уставилась на меня в немом изумлении, но ничего не сказала. Зато ее вид был красноречив: если начальство изволит дурить, ее это не касается. Она уступила мне место напротив скромницы, а потом, наткнувшись на мой жесткий взгляд, и вовсе убралась из кабинета. Понимающий у меня персонал!

Меня аж потряхивало от нетерпения и предвкушения. Сейчас мы со скромницей встретимся глазами, и тогда…

Конечно, она помнит нашу безумную ночь. Я не сомневаюсь, что в ее жизни никогда не было ничего похожего. Она сама мне об этом шептала в моменты, когда сознание отключалось от избытка удовольствия, а язык продолжал болтать.

Она говорила, что я лучший. Что я бог секса. Что я перевернул весь ее мир. Что теперь ей и умереть не страшно…

Тем более странно было то, что после всего этого она сбежала и больше не дала о себе знать.

Я проводил Екатерину Семеновну и закрыл дверь. Обернулся к скромнице. Она поднялась со стула и неловко переминалась с ноги на ногу. Испуганно смотрела на меня.

– З-здравствуйте, – произнесла она своим тихим, невероятно сексуальным голосом.

Я застыл на месте. Молча смотрел на нее и ждал. Должна же она продемонстрировать хоть какие-то эмоции!

Перед ней стоит тот, кто месяц назад довел ее до несчетного количество оргазмов. Тот, чьего члена она сначала испугалась до смерти, а потом воспылала к нему такой страстью, что готова была его проглотить. Тот, кто показал ей, что значит настоящий мужчина…

– А вы… кто? – услышал я испуганный лепет скромницы.

Что за нахрен?

Она что, решила со мной поиграть? Снова прикидывается невинной овечкой, да еще и с амнезией?

Я взял со стола ее анкету. Увидел, что моя рука немного дрожит…

Черт!

Это я не могу скрыть нахлынувшие эмоции, а она скрывает свои прекрасно! Ни один мускул не дрогнул на лице, ничем не показала, что узнала меня.

Ладно. Зато сейчас я узнаю ее имя.

Алена.

– Алена, – я произнес это вслух, смакуя каждый звук.

Как же оно ей идет! Когда я мысленно перебирал варианты, мне ни разу не приходило в голову, что ее могут звать Аленой. Но – да! Она Алена. Это имя подходит ей идеально.

– Я, наверное, пойду, – пролепетала она.

– Сядь! – вырвалось у меня.

Кажется, получилось грубовато.

– Садитесь, Алена… Игоревна.

Я снова заглянул в анкету.

Ладно. Хочет поиграть – поиграем. Вот только финал у этой игры вполне предсказуем. Мы оба знаем, где окажемся сегодня вечером. Мой офигевший от счастья член так и рвется в ее тесную, узкую, горячую норку!

4.4.

Мирон

– На какую должность претендуете, Алена Игоревна? – спросил я.

– Оператор колл-центра, – выговорила она.

И, немного осмелев, добавила.

– В анкете написано.

Я смотрел на нее. Она сверлила взглядом носки своих туфель. Щечки слегка порозовели, пальцы переплетены и нервно сжаты, нижняя губа закушена. Святая невинность умирает от смущения!

Перед человеком, который видел ее не просто голой, а в самых откровенных и развратных позах… Мой член это прекрасно помнит. Поэтому и рвется из штанов.

Вот бы сейчас подойти, взять ее за подбородок, сказать что-нибудь вроде: “Хватит кривляться, детка” и стянуть с нее юбку. Положить на стол, закинуть ее ноги себе на плечи и…

– А вы так и не представились, – услышал я ее голос как будто издалека.

Так, хватит тут пускать слюни и предаваться фантазиям! Пора прекращать этот цирк.

– То есть ты хочешь сказать, что не помнишь меня? – я пошел ва-банк.

Она удивленно хлопала ресницами, щурилась, вглядываясь в мое лицо, закусывала губу, сосредоточенно думая…

Она что, издевается?

– Мы где-то встречались?

– Было дело. Месяц назад, – сквозь зубы произнес я.

– А! Вы, наверное, клиент “Арт-дизайна”! – озарилось ее лицо догадкой. – Но я с вами не работала. Иначе бы запомнила. У меня не очень хорошая память на лица, но…

Какой, на хрен, “Арт-дизайн”? Она точно издевается.

А ведь не похоже. Такое натуральное удивление. Неужели она в самом деле меня не помнит? У нее что, таких как я, вагон и маленькая тележка?

– Я уже там не работаю, – продолжала нервно тараторить Алена. – И у меня нет опыта работы в колл-центре. Но я справлюсь. Я быстро учусь и я очень ответственная.

– Я слышал, операторов уже набрали, – отрезал я.

Очень уж хотелось сказать что-нибудь резкое.

Она сникла.

– Но есть одна вакансия…

– Какая? – смотрит с надеждой.

Ей что, правда, так нужна работа?

– Вакансия моей личной помощницы, – выдал я.

Гениальная идея.

– То есть… секретаря? – пролепетала Алена Игоревна.

– Нет, не секретаря. Секретарь в фирме есть. Сидит в приемной, печатает документы, отгоняет посетителей. Личная помощница нужна для другого…

Снова испуганно хлопает глазами.

Детка, только не говори, что тебе страшно! Я помню чертей, которые водятся в твоих омутах. Это мне надо бояться!

Ты меня сделала.

Я думаю о тебе каждый день на протяжении месяца, а ты меня даже не помнишь. Такого удара по самолюбию мне еще никто не наносил.

– А для чего вам нужна личная помощница? – задала она вполне закономерный вопрос.

Я бы мог ей ответить. У меня на языке вертелось несколько остроумных, а, главное, правдивых ответов. Но придется придерживаться правил игры. Раз уж мы тут играем.

Странная получается игра. Все козыри на руках у одного игрока, вернее, у одной. Но она об этом не подозревает. Я же начинаю совсем без козырей. Но совершенно точно выиграю.

Раз она меня не помнит, значит, мы начнем все сначала. Так даже интереснее.

– У меня миллион дел в трех фирмах и дырявая память, – выдал я. – Мне нужен живой будильник, который будет следить, чтобы я ничего не забывал и нигде не опаздывал.

“А еще будить меня по утрам, – добавил я мысленно. – Меня и моего железного друга-дровосека”.

Вообще-то, до сегодняшнего дня я прекрасно справлялся без няньки. Но сейчас внезапно понял: мне нужен присмотр и уход. И нежная забота. Которую, конечно же, сможет обеспечить моя скромница.

– А можно я подумаю? – пролепетала Алена.

Нет, блин, нельзя!

– У вас день на размышление! – рявкнул я.

Она еще сомневается!

– А… – начала она.

– Что?

– Как вас зовут?

– Меня зовут Мирон. И мы с тобой давно на “ты”.

5.1

Мирон

После того, как я сунул ей визитку и велел звонить, Алена вскочила, схватила свою сумочку и попыталась прошмыгнуть мимо меня к двери. Так я ее и отпустил! Это еще не конец разговора.

Я преградил ей дорогу. Она почти уткнулась в мое плечо, я видел ее ровный пробор, ее светлые длинные волосы, завязанные в хвост. Мне захотелось ее обнять…

– Ты куда? – строго спросил я.

– Д-домой, – растерянно ответила она.

– Я тебя подвезу. Нам как раз по пути.

– Откуда вы знаете?

– Детка, я умею читать, а в твоей анкете есть адрес.

И он теперь выгравирован на моем сердце! Вернее, на моем изнывающем от тоски члене.

– Но я…

– Заодно продолжим собеседование, – оскалился я.

И постарался трансформировать хищный оскал в самую обаятельную из улыбок. Я умею быть милым, когда надо!

Мне теперь нужно заново ее завоевывать.

То есть, получается, впервые. В прошлый раз мне вообще не пришлось прилагать усилий. Инициатива исходила от нее. Она первая помахала мне бокалом. Она подошла ко мне на улице, когда я торчал у машины с сигаретой в руке. Она с ходу согласилась на мое предложение, хотя я совершенно на это не рассчитывал.

Блин! А ведь я ни разу не смотрел на ситуацию под таким углом. Это она тогда меня сняла, а не я ее!

Но я, во всяком случае, могу с полной уверенностью утверждать, что дальше инициатива была в моих руках. С этим она поспорить не сможет. Когда вспомнит меня. А она вспомнит. Как только мы окажемся у меня дома.

Все же ни фига не понятно, почему она меня забыла.

Я шел за ней по коридору, когда она свернула не туда, я мягко взял ее за плечи и повернул в нужную сторону. Она, кажется, не обратила внимания на это прикосновение. А меня от него как током шибануло.

Ее хрупкие плечи в моих руках… Как же я хочу большего!

По дороге нам попалась Екатерина Семеновна.

– Мирон Александрович, так что с претенденткой? – успела спросить она.

– Мы ее берем, – на ходу ответил я.

И поспешил за скромницей Аленой.

Когда мы проходили мимо зеркал в холле, я мельком увидел себя. Крайне респектабельный тип в приличном костюме, при галстуке, с недавно подстриженными зализанными волосами, да еще и гладко выбритый.

А в нашу первую встречу я был заросший, как бомж, опухший после пьянки. Щетина закрывала нижнюю половину лица, очки прятали верхнюю, и на мне была косуха, надетая на голое тело. Да… совсем другой человек.

А если учесть, что свет мы не включали… ситуация проясняется. Дело не в том, что она не помнит. Она просто не может узнать!

Но, я уверен, она часто меня вспоминает.

Алена

Я сегодня весь день думаю о том, кто нагло ворвался в мою жизнь и перевернул все с ног на голову. Или не перевернул… Я ведь так и не дошла до УЗИ. Есть еще надежда, что все вернется в привычное русло.

Но я все равно о нем думаю. Мне даже показалось, что директор “Арктики” на него похож. Чего только не вообразит больная фантазия! Конечно, Мирон не имеет ничего общего с тем брутальным качком. Просто тот дикий зверь торчит в моих мыслях, как гвоздь в ботинке, поэтому везде и мерещится.

Все же этот директор очень странный. Ворвался, заявил, что сам будет проводить собеседование. Зачем директору компании лично принимать на работу оператора колл-центра? Долго пялился на меня. Сказал, что мы встречались месяц назад в “Арт-Дизайне”. Не помню я его, хоть убей. Мало ли в моей старой фирме было клиентов…

А потом предложил работать его личным помощником. Я не знала, что на это ответить, совершенно не рассчитывала на подобное. Почему он мне предложил эту должность? Он же меня впервые видит. И ничего не знает о моих деловых качествах. Которые сейчас, надо признать, находятся не в лучшем состоянии.

Но мне нужна работа! Любая, за которую платят деньги. Я совершенно на мели, да еще и должна своей соседке.

У меня хватило духу ответить, что я подумаю. Мне, действительно, надо подумать. И посоветоваться с Анькой. Она всегда дает мне мудрые советы. Вот только я им не всегда следую. Вместо УЗИ пошла на собеседование и сижу тут, а ведь клиника скоро закроется… Надо идти.

Я встала и посмотрела на своего возможного начальника. Все же есть в нем что-то от того зверя. Он такой же высокий и широкоплечий. Тоже ведет себя как пуп земли. Но, объективно говоря, зверь был в сто раз сексуальнее.

Боже, почему я сейчас об этом думаю? Да, он был мега-сексуальным. И теперь у меня из-за этого огромные проблемы!

Чем больше я думала о звере, тем сильнее на него злилась. Попадись он мне сейчас, я бы его придушила голыми руками. За то, что был таким беспечным. Видимо, в какой-то из заходов он забыл про презерватив.

Я не знаю. Я не помню. Я боюсь вспоминать ту дикую ночь! Все слилось в калейдоскоп шокирующих поз и убийственных оргазмов.

Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

Пусть УЗИ покажет, что я не беременна.

5.2

Алена

Мирон сказал, что подвезет меня. Что нам по пути. Оказывается, он прочитал мой адрес в анкете. Но я-то собираюсь не домой! Я твердо решила сходить на УЗИ и узнать точно, что происходит.

Вот уже две недели я каждое утро просыпаюсь с надеждой, что сегодня, наконец, наступят долгожданные критические дни. Вернее, в первую неделю я не сильно волновалась. Ну, мало ли, задержка. Бывает.

А когда пошла вторая неделя, начала дергаться. Думала: ну вот сейчас. Сегодня. Ладно, не сегодня. Но завтра-то точно все начнется! Мои надежды оказались напрасными. И я купила тест…

Но тест может ошибаться. Даже десять тестов могут ошибаться. А УЗИ скажет мне правду. Анька права. Хватит прятать голову в песок. Надо идти сдаваться.

Я бы прекрасно добралась до дома и до клиники сама, но Мирон почти затолкал меня в свою машину. Высокий черный джип. Похожий на тот, что был у зверя. Да таких джипов миллион! Все, кто считает себя брутальным мачо, ездят на таких.

Я села, положила сумочку на колени. Уставилась в окно. Я ни на что не смотрела, думала о том, что мне сейчас предстоит. И молчала. У меня не было сил поддерживать вежливые светские беседы.

Автомобиль завелся. Внезапно я увидела перед собой лицо Мирона. Он наклонился надо мной, взялся за ремень, а потом, как мне показалось, очень медленно, надел его на меня.

– Надо заботиться о безопасности, – произнес он, щелкнув замком.

– Вот именно! – вырвалось у меня.

Его слова прямо в тему!

Надо заботиться о безопасности! А о чем думал зверь в ту безумную ночь? В первые два раза презерватив точно был. Потом, кажется, тоже. А в душе? А после душа, когда я думала, что на этом все и почти спала, а он снова перевернул меня на живот и навис сверху…

Слышала ли я перед этим характерное шуршание? Я не помню…

– Давайте продолжим собеседование, – услышала я голос директора “Арктики”.

И очнулась.

Собеседование… Ну, давайте. А куда деваться.

– Расскажите о вашей личной жизни, – произнес Мирон.

– Что?!

О личной? Ага, сейчас расскажу. Во всех подробностях. О том, как месяц назад переспала с незнакомцем и теперь, возможно, жду от него ребенка.

– Я не успел посмотреть в анкете: вы замужем?

– Нет, – буркнула я.

– Это хорошо.

Просто прекрасно! Растить ребенка одной, даже не зная имени его отца – что может быть лучше!

– Значит, вы сможете отдавать всю себя работе. Да. Я требую полной отдачи. Рабочий день ненормированный, сразу предупреждаю.

– Понятно, – пробормотала я.

Я, вообще-то еще не согласилась быть его помощницей. И, может быть, не соглашусь. Пугает он меня, честно говоря. С другой стороны, мне не привыкать к боссам-самодурам. У нас с “Арт-дизайне” тоже был тот еще засранец. Но я не была его личной помощницей!

– Зато оплата будет достойная, – продолжил Мирон.

Может, согласиться? Что я теряю? Деньги мне очень нужны.

Живот у меня появится не сразу, а, когда появится… что он сделает? Уволит меня? Но за это время я успею что-то заработать. И потом, увольнять беременных, насколько я знаю, запрещает закон.

Если зарплата будет большая, то и декретные будут достойные. А если уволит – подам на него в суд.

Так. Что за мысли? Какие декретные, какой суд? Может, я вообще не беременна. Мало ли от чего бывают задержки. И тест мог быть испорченным. А йогурт-то точно был просроченным, хотя бы в этом у меня нет сомнений.

Я снова начала убеждать себя, что все в порядке. Что в моей жизни не будет никаких глобальных перемен. Ах, если бы только это оказалось правдой!

Так, мы уже недалеко от моего дома. И от клиники. Я бы могла выйти здесь, чтобы мой возможный начальник не увидел, куда я иду. Еще подумает, что я больная и на основании этого откажет. А уж если он узнает, что я беременна… не видать мне этой работы.

– Можно я выйду здесь? – спросила я. – Мне нужно кое-куда зайти.

– Нет, здесь нельзя.

– Но… – начала я.

В этот момент машина остановилась на светофоре. Я отстегнула ремень, открыла дверь и выскочила.

– Ты куда? – услышала я за спиной.

Я захлопнула дверь.

5.3

Мирон

Скромница сегодня какая-то замороженная. Сидит, глядя в одну точку, думает о чем-то своем. Такое ощущение, что она меня в упор не видит и не слышит. На вопросы отвечает, но как-то рассеянно.

Я слукавил, когда сказал, что не успел посмотреть в анкете ее семейное положение. Конечно, успел! Спросил, чтобы увидеть ее реакцию. И по ответу понял, что вопрос болезненный. У скромницы какие-то проблемы в личной жизни.

Ничего, скоро я все узнаю. Мы будем работать вместе, я буду сама внимательность и самое обаяние. Она выболтает мне все свои секреты.

А они у нее точно есть! Иначе почему она внезапно сбежала из машины на светофоре?

Я просто офигел, когда она взяла, просто открыла дверь и вышла. Я же сказал ей, что нельзя! Но она меня проигнорировала. Как будто я пустое место.

Я видел, что Алена юркнула в какой-то проход между домами и исчезла. У меня загорелся зеленый, надо было ехать, мне уже сигналили. Я не мог просто оставить машину и побежать за ней.

Пока добрался до стоянки у магазина, пока остановился – ее и след простыл. И я не имел ни малейшего понятия, где ее искать

Черт! И что теперь делать? У меня были грандиозные планы на сегодняшний вечер! Неужели я просто обломаюсь и поеду домой?

Алена

Я прошла между домами, свернула, оказалась на той самой улице, где была клиника. Подходя к ней, я невольно замедлила шаг. Мне хотелось развернуться и убежать. Может, она уже закрыта? С этой надеждой я подошла к дверям.

Двери гостеприимно распахнуты, оказывается, клиника работает аж до десяти вечера. Никаких шансов отложить на завтра. Ладно. Была не была. Я захожу.

На стойке регистрации меня вежливо спросили, к какому специалисту я хочу попасть.

– Мне на УЗИ, – пролепетала я.

– Каких органов?

– Я… это… гинекология. Беременность. Возможная.

Фух. Я это сказала. Глупо, но я боялась этого момента. Не знала, как сформулировать. Где-то в глубине души мне казалось, что, как только я произнесу, что, возможно, беременна, меня сразу спросят: “А от кого?” Что я тогда отвечу?

Я, не глядя, расписалась в договоре. Девушка-администратор мне мило улыбнулась и сказала, что придется немного подождать.

– Я записала вас к нашему лучшему специалисту. У нее всегда очередь. В следующий раз лучше звоните заранее.

В следующий раз… Я надеюсь, что следующего раза не будет.

У кабинета сидела парочка. Он и она. У нее небольшой животик, он сидит рядом, держит ее за руку, смотрит с любовью. Тут же дверь открылась, из кабинета вышла еще одна парочка. Он заботливо обнимает ее за плечи, она улыбается счастливой улыбкой… Первая пара вошла в кабинет, вторая удалилась.

А я осталась одна.

Мирон

Я дошел до того прохода между домами, куда ушла Алена. Вышел на соседнюю улицу, посмотрел налево, направо… Естественно, ее уже нигде не было. Чего вообще поперся сюда?

Вернулся в машину, посидел немного, не заводя двигатель. А потом возобновил маршрут. В мой навигатор вбит ее адрес. Поеду туда. Она сказала, что ей надо кое-куда зайти. Вполне возможно, что потом она пойдет домой.

Припарковавшись, я вышел, осмотрелся. Старенькая пятиэтажка, унылый двор с покосившимися качелями. Куда смотрят муниципальные власти? Тут давно нужен ремонт. Сейчас вообще сносят такую древность!