- -
- 100%
- +
Метка? На ауре. То есть эта ящерица крылатая меня еще и пометила?!
Впрочем, уже следующие слова мужчины опровергли это предположение.
– Метка не новая, возможно, вы родились с ней. Это может означать… разное. К примеру, возможно, вы из какого-нибудь потерянного рода вассалов нашей семьи.
– Я из другого мира! – кажется, перебивать входит у меня уже в привычку. – Как я могу быть из рода ваших вассалов?
– Но вы портальщица, – убежденно сообщили мне. – Очень сильная портальщица, раз сумели создать проход из другого мира. Такая магия обычно наследуется, хоть и проявляется часто через несколько поколений. Возможно, ваш далекий предок когда-то случайно создал портал в другой мир, а затем не смог по каким-то причинам вернуться…
Систему вассальных связей я поняла не сразу. В общем, я оказалась в стране, где правят драконы – как самые сильные маги, способные обеспечить защиту и покровительство для всех. Хотя маги рождаются и среди людей, и у представителей других рас. Есть страны, где живут преимущественно люди, гномы или эльфы, но в Артейне заправляют именно драконы.
Короля в стране нет, все серьезные вопросы решаются советом драконьих родов. Под управлением крупных родов находятся довольно обширные территории, и на своей земле глава рода – практически бог и царь, устанавливающий законы и следящий за их соблюдением.
Все, кто живет на земле дракона, считаются его вассалами, и с рождения носят в своих аурах метку рода. Все они платят налоги и подчиняются приказам представителей рода. Взамен любой вассал в случае смертельной опасности может воззвать к своему сюзерену – и тот обязан его защитить. Еще можно призвать повелителя, если тебе необходим справедливый суд. Метка вассала – это своего рода магический договор, который накладывает обязательства на обе стороны.
При этом вассальная служба – не крепостное право. При желании любой местный житель может переехать на земли другого дракона или вообще в другую страну. В этом случае магический договор расторгается, и метка на ауре исчезает. Такое вот магическое гражданство. Если предположить, что какой-то мой предок был из этих мест, то он точно собирался вернуться, раз метка осталась. И именно поэтому вроде как я смогла “воззвать к сюзерену” – то есть к старшему в драконьем роду.
Сильные маги любых рас в качестве вассалов ценятся особенно. Чем больше магов самых разных специализаций, тем богаче край и тем лучше жизнь его обитателей. Поэтому нередко драконы пытаются сманивать чужих подданных, да и на родине у сильных магов всегда есть привилегии – чтобы никуда уезжать не хотели.
В общем, если я, как этот дракон говорит, сильная портальщица, то я – ценный вассал рода, и семья сделает все, чтобы удержать меня на своих землях. В общем, объявление меня “сокровищем рода” в этом случае в целом объяснимо. С меня полагается сдувать пылинки и обещать золотые горы. Но при этом если мне не понравится то, что они предложат, я вроде как имею полное право снять метку с ауры и удрать хоть к другим драконам, хоть еще куда.
– Тогда почему меня заперли?! – снова не удержалась я.
– Видите ли… есть еще одна возможность, – мой идеальный натурщик смотрел мне прямо в глаза, и отвести взгляд от него не получалось. Нет, обязательно надо будет попросить его попозировать в разных ракурсах. Мне точно нужен портрет крупным планом, и еще в полный рост – вон какая фактура! – и фоны надо разные попробовать. И освещение! Такой богатый цвет волос наверняка особенно играет на солнце… – Метка в вашей ауре не совсем… типична. Возможно, это оттого, что сменилось не одно поколение ваших предков, живших в мире с искаженной магией. Или… вы можете быть истинной парой дракона.
Так… истинная пара – это, кажется, что-то из сказок…
– Какого? – мрачно уточнила я, уже готовясь услышать, что мой суженый – вот тот хам, который меня сюда притащил. Однако рыжий неопределенно пожал плечами.
– Кого-то из рода Д'Агор. Может быть, даже моей. Или моего брата… одного из моих братьев. Вы создали проход и отправили зов – его услышал старший в роду, как самый сильный из нас. Это, конечно, не значит, что вы связаны именно с ним, хотя есть и такая вероятность. Поймите, в наше время истинная пара – такая редкость, мы просто не можем упустить малейший шанс…
Захотелось зажать руками уши. Значит, вассалов они силой не держат и цепями не приковывают. У них цивилизованная страна! Зато если тебе крупно не повезло и ты, возможно, чья-то там истинная пара – то тебя можно хватать и запирать в башне?!
*
Ладно… ладно! Для начала стоит выяснить, чем мне эта самая возможная парность грозит.
– И чем мне это грозит? – поинтересовалась уже вслух.
– Грозит? – непонимающе нахмурился рыжий. – Это великое счастье!
– Это вам, может, и счастье, – мрачно буркнула я. – А мне такого счастья и даром не надо! Давайте уже подробности, добивайте.
– Да поймите же! Если вы – истинная пара дракона, это значит, вы подходите друг другу идеально! – вид у дракона был такой, как будто он мне объясняет прописные истины, а я, как очень непонятливый ребенок, упрямлюсь и не желаю признавать очевидного. – Во всем! Вы всегда будете друг друга любить. Всегда будете верны. Будете счастливы вместе! В конце концов, даже дети у вас будут сильнейшими из драконов! Найти свою истинную – величайшее счастье, о котором может мечтать дракон, и далеко не каждому оно выпадает. Вы выйдете замуж, и…
– А я не хочу замуж! – я поневоле сжала кулаки. А мой собеседник, кажется, совершенно опешил.
– Что значит – не хотите? Все девушки хотят! – ну конечно, и тон такой убежденно-снисходительный.
Я закатила глаза.
– Давайте так. Что у вас делают с истинными, которые категорически не хотят быть истинными и выходить замуж? На цепь посадите, силком к алтарю потащите или что?
– Да что значит – не хотят? – все-таки и он, кажется, начал терять терпение. – Так не бывает!
– Ну, или я бываю, или я – никакая ничья не истинная.
– Но чего вы хотите? Вы же… девушка! Все девушки мечтают о муже!
Опять двадцать пять! А чего я хочу? В самом деле… например, вернуться в тот самый момент, из которого меня выдернули.
Моя выставка! Первая! Персональная! Не считать же, в самом деле, студенческие “сборные солянки” или уличные “вернисажи”. И не где-нибудь, а в лучшей галерее города. Да это самое счастливое событие в моей жизни! Должно было быть…
Я не самая везучая художница. Преподаватели не раз говорили, что я талантлива, но с моим направлением мне придется непросто. Чистая правда! Очень непросто. Скажем, мой сокурсник-сюрреалист легко продает свои работы в интернет-магазине. И он не раз уже выставлялся. А я… Да, мои картины – особенные, и это признают все, кто видел их “живьем”, мог “услышать” шелест листвы, “почувствовать” дуновение ветра, “вдохнуть” запах нагретой на солнце земли или аромат цветов. Но все это оживает только когда ты смотришь на оригинальный холст. Мои работы невозможно оценить, увидев снимок на экране. Там они превращаются просто в картинки с драконами и сказочными пейзажами – точно такие же, какими полнится Сеть. И вот наконец мне удалось, я получила свой шанс…
Какое еще, чтоб их всех за хвост и об стенку, замужество?!
Все это я попыталась объяснить рыжему дракону. И наткнулась… ну, собственно, на стенку и наткнулась. Стенку из непрошибаемого спокойствия и непонимания. Может, я, конечно, слишком уж сумбурно говорила, пытаясь рассказать о деле своей жизни, о том, что для меня по-настоящему важно…
– Не волнуйтесь так, ройса Анастасия! – теперь тон Рейно Д'Агора был откровенно снисходительным. – Многие благородные дамы имеют увлечения. Кто-то вышивает, кто-то рисует акварели… это совершенно нормально, никто не запретит вам это делать! В конце концов, надо ведь чем-то занимать свой досуг…
Вот тут у меня перед глазами и упала красная пелена. Я отчетливо поняла, что если позволю этому дракону распинаться дальше о “досуге дам”, очень скоро на одного дракона в этом мире станет меньше. Причем убит он будет особо зверски.
Так. Надо успокоиться. Иначе я так больше ничего и не узнаю, только учиню безобразный скандал. Ну и совершу убийство, без этого никак.
А чтобы успокоиться…
Я схватила со стола колокольчик и отчаянно им затрясла.
Та же самая девушка в переднике появилась с такой скоростью, будто только и ждала моего знака, сидя прямо под дверью.
– Мольберт, – отрывисто скомандовала я. – Холст. Краски. Масло, акварель, вообще все, что есть. Кисти. Карандаши. Бумага. Все, что найдете, – быстро!
Наверное, тон у меня был… выразительный. Во всяком случае, горничную мгновенно как ветром сдуло, она даже переспрашивать и уточнять ничего не стала. А я вихрем кинулась проверять все двери, ведущие из гостиной. Помимо спальни, в “моих” покоях обнаружился… хм, предположительно будуар – с туалетным столиком и множеством диванчиков и козеток. Совершенно бесполезное помещение, в общем. И – ура! – еще одна комната с панорамным окном и эркером, выходящим на ту же сторону, что и спальня!
Я снова затрясла колокольчиком. На сей раз девушка появилась с задержкой в несколько секунд.
– Всю мебель отсюда – вынести. Сюда – удобный стул, стол, мольберт. И быстро! Дррракон!
Рыжий, все это время следивший за моими метаниями округлившимися глазами, явно решил, что я сошла с ума. Так что на мой рык почти не отреагировал. Ну, не считать же нормальной реакцией дернувшийся глаз, правда?
– Встань сюда! – я подцепила мужчину за рукав и буквально втащила в свою будущую мастерскую. Да-да, я помню, мы тут вроде как на “вы” и всячески расшаркиваемся… плевать! – Нет, еще чуть правее… стой тут! Так, штору… немного придется все же сдвинуть. Вот так хорошо. Ага, еще чуть шагни. Замри! Вот. Давай-ка волосы тебе растреплем. И сними этот дурацкий пиджак! Ну камзол… такую фактуру надо показывать. В камзоле тебя потом нарисуем. И рукава закатай! По локоть. Ага, и ворот надо расслабить. Ой, да ладно тебе. Скажи спасибо, что пока не требую обнаженной натуры! Видишь, какая я добрая, даю время смириться… А между прочим, кубики рисовать – самое медитативное дело. Неважно, какие кубики, стой ровно. Да не солдатиком! Расслабь плечи. Так, ногу немного вперед, руку чуть отведи… что бы тебе в руки дать, а… о, уже принесли? Отлично, вот сюда ставьте… так, а ты не двигайся, я сказала! Подбородок вправо и вверх! Да не к потолку! И лицо попроще сделай! И взгляд вдаль. Не на меня! Вон туда смотри. И замри сейчас же! Р-разговорчики!!
Понятия не имею, что они все на меня так пялятся. О, уже не пялятся, уже разбежались. Главное, почти все затребованное добыли, да как быстро… мольберта нормального пока нет, но ничего, обойдемся подручными средствами. Кисти… ого, даже малярную принесли! Хм… ну, вот эти похожи на беличьи. Сгодятся.
Главное, натура продолжает коситься совершенно не туда, куда сказано, а на меня. Да такими глазками интересными!
Ничего-ничего, привыкай, золотко. Вы у меня еще сами будете рады такое “сокровище” спровадить. Взгляд… ну и ладно. Живые эмоции – всегда хорошо. Я напишу с тебя эпическое полотно “Дракон офигевает”…
Глава 3. О рисовании с натуры и воображаемых яблоках
– Я начинаю сомневаться, кто здесь кого похитил, – мрачно объявил Рейно Д'Агор, по-прежнему стоя в живописной позе.
Просто я ему только что разговаривать разрешила, и он решил наконец высказаться. Пока над лицом работала, я все попытки пресекала моментально. Жаль, что я не какой-нибудь местный маг. Так бы вот ручкой махнула – и застыл дракон, как стоял! Можно и перерывы делать, и даже поспать лечь, если понадобится. А он пусть… стоит себе. Не мешает же!
– У меня нос чешется, – еще более мрачно проинформировал рыжий.
– Терпи. Искусство требует жертв! – пафосно ответила я. – И не смей шевелить рукой!
…За что вот лично я живую натуру не очень люблю – она ж, зараза, шевелится! Особенно в заковыристой какой-нибудь позе шевелиться очень норовит. И еще жалуется потом, что, видите ли, все болит и затекает. Естественное освещение – еще отдельная головная боль. Оно куда более “живое”, чем любой искусственный студийный свет, но ты же его еще и поймай! Тучка набежала, солнце закатилось – и все. Поэтому надо очень быстро делать наброски, ловить, искать тон.
А ведь как бы здорово было, в самом деле! Заморозил себе натуру… еще и с каким-нибудь нужным выражением лица! Искренней улыбкой до ушей или, наоборот, в гневе. А солнце зашло – так и не страшно совсем. Можно гневную натуру в уголочке оставить, а назавтра в тот же час дорабатывать, как только свет снова под нужным углом ляжет.
Главное, конечно, совсем ту натуру не заморить. А то неловко может получиться.
– Как хорошо, что ты портальщица, а не универсал! – с непередаваемым выражением лица сообщил дракон. – Надеюсь, стазис тебе недоступен!
…Хм… это я что, вслух рассуждала?
– Сами виноваты! – тем не менее, мстительно припечатала я. – Я себя похищать не просила! Кстати… раз уж ты у нас такой разговорчивый, расскажи хоть, как эту вашу истинность определяют? Мне надо всех кандидатов увидеть, всех перещупать или как? Сколько мне тут куковать и вообще – доколе?
Рейно даже поперхнулся – кажется, от предположения насчет “перещупать”.
На “ты” мы в процессе создания будущего шедевра перешли бесповоротно. Ну, мне как-то странно с натурщиком выкать, а он просто подхватил мой тон. Наверняка я нарушила примерно миллион местных правил этикета, но в целом – наплевать. Я, опять-таки, не напрашивалась!
– Тебе нужно познакомиться со всеми неженатыми представителями рода. После того, как вспыхнут чувства…
– А если не вспыхнут?
– Обычно вспыхивают. Рано или поздно. Если это действительно связь истинной пары.
– То есть происходит это не с первого взгляда? – я нахмурилась, разглядывая карандашный набросок. Не первый. Нет, этого дракона, конечно, надо писать в цвете. Только продумать композицию. И, само собой, жанр реалистичного портрета – не мое. Может, добавить ему кожистые крылья? Хм, да, ему пойдет. А цвет… я, прищурившись, окинула взглядом сверкающую на солнце шевелюру. Пламенно-красный. Разумеется.
– Это… скажем, так, не всегда происходит с первого взгляда. Иногда это мгновенное узнавание, но бывает и так, что будущим влюбленным нужно больше времени. В конце концов они неизбежно влюбляются и между ними формируется связь, которая крепнет по мере развития их отношений, усиливается после заключения помолвки и окончательно закрепляется в браке. Дракон и его избранница постепенно начинают чувствовать друг друга на расстоянии, улавливать эмоции. При установившейся связи с истинной парой дракон чует грозящую его возлюбленной опасность, всегда может найти свою женщину, при необходимости может передать ей свои чувства – например, если надо ее успокоить…
– Кошмар, – искренне ужаснулась я и даже карандаш отложила, передернув плечами.
– Что… почему?! Это же… ты что, не понимаешь? Тебя всегда будет кому защитить, оберечь от чего угодно, позаботиться в любой момент…
– Да жесть вообще! – я тряхнула головой. – То есть от этого самого парного дракона даже не сбежать никак, все равно найдет. И не скрыть от него ничего вообще. Еще и чувства может навязывать! Как будто мало того, что сама эта ваша истинность – навязанные чувства! Никакого выбора! Нет, мне совсем не нравится эта идея. Давайте я на ваших родственников посмотрю, мы быстренько убедимся, что я вам всем никакая не истинная, снимем с меня эту вашу вассальную метку и вы меня отпустите с миром домой…
*
Полчаса спустя в кабинете лорда Д'Агора
Дверь распахнулась резко, без стука, хлопнув об косяк.
Хозяин кабинета отложил самописное перо и откинулся в кресле за рабочим столом, разглядывая ворвавшегося рыжеволосого мужчину.
Общим в их внешности был разве что высокий рост и ширина плеч. Во всем остальном эти двое не походили друг на друга ни единой чертой. И тем не менее, они приходились друг другу братьями.
– Ну? – глава рода чуть приподнял брови. – Познакомился?
– Эта девица – ночной кошмар! – объявил младший из братьев, падая в свободное кресло.
– То есть ты тоже начал не с того, – констатировал темноволосый. – Рейно, я же просил попробовать наладить отношения.
– А я наладил! Я, между прочим, три часа простоял, отставив ногу и подняв руку! И даже не возражал!
– Хм, – старший озадаченно наклонил голову и осторожно уточнил, – а зачем ты стоял, отставив ногу?
Рыжий только досадливо махнул рукой, а потом неожиданно усмехнулся.
– Вообще-то, знаешь, она забавная. Немного, кажется, сумасшедшая, но ей даже идет. Может, в том мире все такие? И в самом деле, по-моему, неплохо рисует. Правда, ей этого говорить нельзя – она почему-то на мой комплимент взбесилась. В голове куча каких-то странных идей. И она не хочет быть истинной парой дракона. По крайней мере, так утверждает. И замуж не хочет. Мне показалось, что искренне. Домой рвется! И на тебя сильно обиделась – ты ее с какого-то то ли бала, то ли праздника утащил. Я так понял, у нее там намечалось что-то вроде светского дебюта. Хотя непонятно, зачем дебютировать в свете, если замуж не хочешь? И, кстати, ты что, не мог повежливее? У нее от твоих методов транспортировки остались такие интересные впечатления… платье девушке испортил, кстати.
Темноволосый досадливо поморщился. Переносить человека в когтях – не самый комфортабельный способ для него. Но обойтись при этом без травм вполне можно. Если человек умеет правильно группироваться и главное – не барахтается, пытаясь вырваться. А тащить непрерывно извивающуюся девицу… да это врагу не пожелаешь! Там все мысли были о том, чтобы хотя бы не нанести серьезных травм. Одно неосторожное движение пальцем – и либо сломаешь ей что-нибудь, либо порежешь когтем. А она еще и словно сама целенаправленно пыталась убиться!
Потому и злился на нее – будто сама не понимала, что творит! Дура! Решила погибнуть назло ему?
Сердце холодело от мысли, что он мог погубить драгоценную истинную пару кого-то из своего рода – и от этого злость только росла.
– Не мог, – коротко ответил он. – А платье… распорядись, пусть ей портниху пришлют, что ли.
В первые минуты после того, как девица наконец оказалась в замке, он и слышать о ней не хотел. Жива-здорова? И прекрасно! Только пусть будет подальше от него. А то теперь нечаянно свернуть ей шею будет особенно обидно.
Потом, конечно, поостыл. В самом деле, может, раньше ей не приходилось иметь дела с драконами? Да даже из собственных подданных далеко не каждого он когда-нибудь переносил куда-то лично. Такая честь вообще мало кому выпадает.
А если девицу и правда лишили первого бала – или что у нее там? – в самом деле, можно даже понять, почему злилась она. Платье еще это… во что она там вообще одета была? Как будто он разглядывал. После полета она была, признаться откровенно, скорее раздета. Причем сама не особенно смущалась ни голых коленок, ни прорех на платье – словно демонстрировать свое тело при мужчинах для нее обычное дело. А вот ее похитителю приходилось очень старательно держать взгляд на уровне девичьих глаз – и никак не ниже!
Вот демон… бал ей, что ли, организовать? Нет, это уж слишком. Может, еще удастся обойтись малой кровью?
*
Мастерская у меня здесь вышла – просто загляденье. Окно во всю стену – вообще мечта! Разве что с искусственным светом надо бы еще поработать – местные осветительные шары дают рассеянный свет, а мне бы не помешал и направленный. И над мебелью стоит подумать – красок, кистей, карандашей и прочего инструментария мне принесли в итоге столько, что любо-дорого. Пару видов красок я даже опознать не смогла. Но тем интереснее будет попробовать! Осталось решить, как все это богатство складировать и хранить. Даже поразительно, как быстро все это нашли, причем новое.
– Что-нибудь еще нужно, леди Анастасия? – девушка в переднике присела передо мной. – Вы пропустили обед…
…Вот у них, наверное, ягодичные мышцы накачанные – столько приседать!
– Как вас зовут? – я оторвала взгляд от листа бумаги, по которому рассеянно водила карандашом. Маленькие незамысловатые этюды обычно помогают мне привести мысли в порядок, и сейчас я в этом действительно нуждалась. Это будет… яблоко. Да. Просто яблоко цветными карандашами. Такое… зеленое, кислое, чтобы при одном взгляде хотелось жмуриться. И пахло осенью.
– Тэсса, моя леди, – девушка еще раз присела. – Вы не должны звать меня на “вы”! Я только служанка.
Я пожала плечами.
– В моем мире люди называют друг друга на “ты” или на “вы” взаимно. Давай я буду звать тебя Тэсса, а ты меня Настей?
– Я не смею, леди Анастасия! – горничная округлила глаза. – Вы ведь можете выйти замуж за одного из лордов драконов!
Утомленный вздох невольно вырвался из груди.
– Знаешь, я привыкла, чтобы меня уважали… ну или не уважали – за то, кем являюсь я сама. Я, понимаешь? А не мой муж, родители или кто-то еще. Так вот, от того, что я выйду за кого-то там замуж – кстати, не факт – я сама не изменюсь нисколечко. Не стану ни лучше, ни хуже. И уважать меня больше только из-за этого – чистое лицемерие.
Тэсса захлопала глазами, и я покачала головой. Да, все запущено. Мир мне попался волшебный, красивый, но патриархальный. С драконами-шовинистами, как я уже успела убедиться. Нет, задерживаться здесь я не стану.
Что она там говорила? Обед? Да, пожалуй, перекусить не помешает. Обычно я, когда увлекаюсь, забываю про еду. Поэтому стараюсь заранее ставить рядом с собой тарелку с бутербродами или фруктами.
Я рассеянно протянула руку, взяла яблоко, с хрустом откусила и тут же зажмурилась. Кислющее! Точно как я люблю. И пахнет…
Поднеся яблоко к носу, я втянула кисло-сладкий аромат, который всегда ассоциировался у меня с осенью.
И ошарашенно перевела взгляд на лежащий на столе лист бумаги с цветным карандашным наброском.
И снова на яблоко в своей руке.
Я ем яблоко, которое только что нарисовала.
Вкусное, между прочим.
*
– Вы… ты… обед пропустили, леди Настя! – запинаясь, повторила Тэсса. – Скоро ужин. К ужину в замке все-все лорды соберутся!
Любопытно, горничная упорно величает меня “леди”, а дракон и лекарь использовали незнакомое слово “ройса”.
– Какие лорды? – я нахмурилась.
– Драконы рода Д'Агор! – восторженно пояснила горничная. – Конечно, неженатые все прилетели, а еще их дядюшка с супругой, и матушка, и еще трое кузенов – двое из них помолвлены, они с невестами…
– Та-ак, – что-то предчувствие у меня нехорошее… – А зачем они прилетели?
– Ну как же! – девушка снова округлила глаза. – Вы же… вы!
Ага. Очень понятно.
Хотя на самом деле, конечно, вполне понятно, чего уж там. Потенциальная чья-то жена. На которую, само собой, и матушка взглянуть хочет. Свекровушка жаждет кровушки. Причем моей. И все прочие родственнички. Не говоря уже о самих потенциальных женихах. В общем, у нас тут намечаются смотрины. Только меня о них предупредить как-то забыли заранее. И вообще я не хочу!
– А я могу попросить принести ужин в комнату? – мрачно уточнила, зыркая исподлобья. Может, это и не очень вежливо, но кто сказал, что пленница должна быть вежлива с похитителями? Я стокгольмским синдромом не страдаю! А в гости меня, между прочим, никто не приглашал.
Судя по ужасу в глазах горничной, не могу. Мда. Не очень-то и надеялась, что этот маленький демарш удастся.
– Платье к ужину для вас уже приготовили, – затараторила Тэсса, – а завтра к вам портниха придет, лорд распорядился. Вам сколько захотите нарядов пошьют, вы не беспокойтесь!
Я махнула рукой. Вот наряды меня беспокоили в последнюю очередь.
И главное, как некстати это все! Я только выяснила, что, кажется, в самом деле владею какой-то магией… нет, мне говорил об этом рыжий дракон, но я, честно говоря, не особенно верила. Мне упорно казалось, что к открытию прохода из своего мира, через который меня и утащили, уж я-то точно не могу иметь отношения. Ну не могла же я в здравом уме хотеть улететь с собственной выставки! И как-то она там без меня прошла… и что обо мне организаторы подумают? А что чувствуют родные, подруги? Эх, лучше пока не задаваться такими вопросами, а то и до истерики недалеко. А мне нужно быть в форме, чтобы не упустить возможности вернуться, как только она представится.
Так вот, о магии. Рейно уверял, что я – портальщица. Но как быть с яблоком, которое я нарисовала, а потом, не задумываясь, что делаю, попросту вынула из собственного рисунка, как будто с тарелки взяла? При этом рисунок остался, кстати, прежним. Но во второй раз извлечь из него яблоко не получилось.
Можно предположить, что я и в самом деле именно портальщица. Тогда выходит, что яблоко я откуда-то переместила. Причем именно такое, о каком думала, пока рисовала. Как мне удалось его отыскать – в точности такое? С какого расстояния я его добыла? Любой ли предмет я могу переместить таким образом? Все это предстояло выяснить.