Ментал: Семейная тайна

– Аж настроение поднялось, – Верум, пританцовывая от зловредности, пошёл к своей табуретке, положил лапки на тряпочку-самобранку и взял из появившейся вазы большую ванильную вафлю. – Будешь?

– Лучше чай с ромашкой заварю. – Скомкала злосчастный листок и выкинула в сторону.

– Давай, – согласился Верум, взобравшись по лесенке на стол и свесив с края лапки. – А то у этой скатерти чай какой-то мерзкий. Бракованная тряпка. И какой криворукий её колдовал? Уж не твой родственник?

– С чего тут вдруг мой?

– Все эти вот магические артефакты – работа менталов. Их колдовство вечно, а значит, и артефакты сохраняют свою функциональность долгие и долгие годы. Самобранка, кладенец, шкатулка секретов и прочее. Поэтому я говорю о твоих родственниках.

– Значит, в моих интересах заварить самый вкусный чай, переубедить тебя и задобрить?

– Именно. – откусил ванильную вафлю и подрыгал от удовольствия лапками.

– Вицинн, ты тут? – постучалась Хельга. – Открывай, я сладости к чаю принесла. Ты уже прочитала газету?

***

На часах половина двенадцатого ночи. Верум с нахмуренным видом читал газету, отвернувшись от обиды на Вицинну. Дуется, что она провела с подругой чаепитие и мало того, что заставила его без звука сидеть почти два часа за диваном, так ещё вкусный чай, который ему обещала, забыла оставить.

Вицинна писала конспект по изготовлению лечебных мазей. Верум громко зевал, и в этот момент в дверь кто-то грубо начал стучать.

– Открывай, – потребовал неизвестный, напористо порываясь в комнату.

– Спрячься за диван, – тревожно шепнула зверьку Вицинна, взмахнула рукой и убрала всю газету с пола. – Кто там?

– Аморэн это. Открывай, – стучался в дверь до неузнаваемости грубый пижон.

Вицинна ушам не поверила. Открыла и увидела перед собой еле стоящего на ногах пьяного заместителя с бутылкой из тёмного стекла, в мятом костюме без пиджака и с небрежно взъерошенными волосами.

– Это что, спирт? Где ты его, блин, в школе достал?

– Мне даже не сказали, что он погиб, – еле внятно проговорил опьянённый, словно не услышал вопроса. – Ты не понимаешь. Он был моим самым лучшим другом, единственным братом. – Сжал он двумя пальцами переносицу, чтобы не заплакать от горя.

– Да тебя ж уволят за такой вид. – Вицинна потащила его к дивану, предварительно выглянув за дверь, чтобы никто этого позора не видел.

– Никто меня не уволит! – озлобился негодующий заместитель. – Я наследник этого замка, каким был и Лейф. Он должен был занять своё место. Ему светил пост самого директора этой дурацкой пресловутой школы. А потом он взял и погиб, зараза, – когда мужчина произнёс последнее слово, Вицинна уже помогла ему присесть на диван. Но когда Аморэн начал плакать, у неё дрогнуло от этого зрелища сердце. Аморэн убивался от горя, но это всё равно никак не оправдывало в её глазах такое пьянство.

– Мне никто не сказал. Понимаешь, никто! Я для всех пустое, мать его, место, – продолжал ныть Аморэн.

– Отдохни. Я понимаю, как тебе тяжело, – аккуратно забрала у него из рук бутылку и попыталась уложить на бок.

– Сядь, – резко дёрнул её за руку на себя и усадил рядом. – Послушай… Ты… Вот тебе я хочу доверять. А этим лжецам… – поморщив нос, помотал головой. – Им от тебя только польза нужна. Выгода. Но ты здесь не привязана и можешь идти работать, куда захочешь. А я обязан. И Лейф был обязан, и теперь Эраст. Директор не позволит ему отсюда уехать.

– Думаешь, Лейфу было бы неприятно видеть сына на посту директора?

– Он сам не хотел этого, – коверкая слова пьяным языком, ответил Аморэн. – Он нашёл невесту и сбежал от нас сразу же после выпускного. Думаешь, почему Велиус подговорил Флегана найти его сына? Потому что других преемников нет. Семейное дело. Понимаешь? – Вытер ладонью лицо и задумался, уставившись в одну точку на пару секунд. – Я проклят.

– Не преувеличивай. Обязанности перед семьёй имеют место быть, ради общего блага.

– Блага? В том то и дело, что это никакое не благо. И я был бы рад никогда не узнать о его смерти, и сына бы его не видел, и не работал бы здесь ни за что. Но этот мерзопакостник Флеган как всегда не в своё дело влез. – Аморэн устало облокотился на свои колени и опустил голову. – Свою семью посеял, теперь нашу портит. Ты вообще знала, что они с Бегемией его лучшими дружками были? И как с такой страшной заучкой общаться можно?

– Ты же при мне в прошлом году ей букетик пытался дарить. Разве Бегемия тебе не нравится?

– Нравится? Да ты её нос видела? – изобразил на себе огромный заострённый нос.

– Внешность не главное.

– А что главное? Вот вы все восхваляете красоту души. А как дети уродами рождаются, так сразу и ум этот, и нрав на фиг не нужны, гнобить начинаете. Нравственные качества не нес… не налу… не нас-ле-дую-тся. Но ты права, внешность бывает обманчива. Вот, – показал рукой на закрытую дверь, словно видел там кого-то. – Посмотри на Флегана.

«Что, уже белочка пришла?» – скептически взглянула в сторону двери Вицинна.

– Вроде не урод, но мерзавец тот ещё. Собственного отца за решётку упёк, мать до смерти извёл, Эраста предал. Двуличный придурок. А ты… ты знаешь какой он университет закончил? Там обучение стоит, как здесь два раза от первого до восьмого класса выучиться. Спрашивается, откуда у новоиспечённой сиротки такие деньги? – посмотрел на Вицинну рассеянным, не фокусирующимся взглядом. – Мутный он тип. Не связывайся с ним.

– С твоих слов он чудовище, но вспомни, как в прошлом году он нас с тобой от деревяшек защищал, как меня от отравы спас и на моих же глазах боролся за благополучие Эраста, вытаскивая его из нищеты в такое время, когда детей то там, то тут воруют. Я уверена, Лейф был бы ему благодарен, как и я, – к своему собственному удивлению, она решила заступиться за честь Флегана.

Аморэн хотел начать возмущаться, но его перебила зевота, и Вицинна воспользовалась моментом, постаравшись уложить его на диван поспать.

– Лейф не хотел здесь работать, – мямлил Аморэн.

– Да, да, я поняла, – спокойно поддакивала ему Вицинна, накрывая бедолагу пледом.

– Есть много одарённых людей, и мы никому ничего не обязаны.

– Ты прав. Спи, спи. – Бережно сняла с него обувь с помощью магии. Так быстрей.

– Вот ты, Вицинн, настоящий друг. Кроме тебя, мне не к кому больше прийти и… – Ещё раз широко зевнул, невнятно пробубнив: – Чтобы легче на душе стало. – Зажмурил и без того закрывающиеся глаза и крепко уснул без пререканий.

«Удивительно, как много сокровенного пьяный язык готов рассказать».

– Вот алкаш! – возмущался Верум, выглянув из-за дивана. – И что он себе позволяет?

– У него горе, мог бы и посочувствовать.

– Вижу я, какое у него горе. К незнакомке посреди ночи припёрся и спать на единственный диван лёг.

– У тебя проблем с местом нет, а я обойдусь. – Убрала бутылку с разведённым спиртом за диван. – Ложись, а я ещё почитаю. – Касанием погасила два дальних камня-лампочки из трёх и вернулась к конспекту. Верум тихо поднялся на стол и свернулся калачиком на своей подушке, покосившись на гостя.

На улице глубокая ночь. Прошёл час, а Вицинна с Верумом всё ещё не спали. Через какое-то время зверёк довольно хмыкнул, смотря краем глаза на Аморэна:

– Тебе интересно, что он сейчас чувствует?

– Надеюсь, не рвоту? Потому что ведра у меня здесь нет.

– Нет. Он спокоен, без тяжести на сердце, с какой пришёл. Смотри, не дёргается. Учись, как спать нужно.

– Извини, но напиваться для этого не стану.

– Жаль. Я бы посмотрел, как ведёт себя пьяный ментал. А представь, если бы менталы тоже с пьянки к друзьям ушли? Устроили всей Прэциозой масштабный праздник и проснулись на утро всем народом без сознания незнамо где, и как вернуться, не знают. Вот это история, так история. Такую в учебнике точно не напишешь.

– Фантазёр, – съязвила Вицинна, качаясь на стуле, а потом задумалась. Её осенила идея. – Точно! А может, они не возвращаются, потому что не могут? Что если они ушли туда, откуда не вернуться?

– И где, по-твоему, это место?

– Не знаю. Тебе же больше меня всякого известно.

– Да по пьяне куда угодно порталы создать можно.

– Порталы! – воскликнула Вицинна, и Аморэн во сне что-то невнятно пробурчал. – Порталы могут уносить волшебника в неизвестные места, но менталы не из тех, кто плохо колдует. Они могли уйти туда, откуда не создаются обратно порталы! Туда, где невозможно это сделать. Например туда, где нет магии.

– Но в нашем мире магия везде.

– А может… может, они и не в нашем мире. Значит, они смогли уйти на другую планету или в другой мир. Верум, ты гений! – воскликнула она от счастья, и Аморэн перевернулся на спину, закинув на спинку дивана ногу. – Завтра я схожу в библиотеку и возьму книги по астрономии. А тебе полагается вкусность. Как насчёт сладкого Гаврилужского чая?

– Сойдёт, – сладко зевнул Верум и положил уставшую голову на лапки. – Но, чтобы оплатить мои услуги, тебе придётся заваривать целый самовар, – еле договорил предложение и уснул.

Вицинна нежно погладила спящего Верума и погасила взмахом руки светящийся камень. Звёзды за окном засияли для неё светом надежды. Что если у неё получится вернуться к родным? Какая там жизнь? Как её встретят? Столько вопросов, но только в одном Вицинна уверена: кошмар её сиротской жизни там, с менталами, наконец-то закончится.

***

Всю ночь Вицинна провела без сна. Перед рассветом она переложила Верума с подушкой на пол и накрыла от посторонних глаз. Лучше пораньше разбудить Аморэна, чтобы он смог также незаметно для всех уйти, как и пришёл.

– Аморэн, просыпайся, – аккуратно гладила его по плечу, боясь напугать спросонья. – Вставай, тебе пора уходить, – тихонько потрепала за руку. А он как спал, так и спит.

«Не добудишься. Может, воды на него вылить? – подумала она. Сходила за кувшином и аккуратно прыснула на лицо Аморена капельки воды с пальцев. – О, жмурится».

– Что? Кто? – постепенно трезвел заместитель. – Как ты здесь оказалась? – оглядывается поочерёдно моргающими глазами и осознаёт, что это не его апартаменты. – Совсем ничего не помню, – с трудом присаживается, придерживая свою голову за лоб от головокружения. – Вицинн, что я тут делал?

– Рассказывал про Лейфа, Флегана, школу. Потом уснул.

Он посмотрел на диван, почёсывая затылок, и многозначно произнёс:

– Ясно, – будто сам не ожидал от себя такого. Взял у Вицинны кувшин, вылил себе немного воды в ладошку и умылся. Посидел, подумал, повспоминал.

– Я не стану тебя сдавать, но пообещай взять себя в руки и больше до такого состояния не доходить. Эта трагедия не только твоя, Эрасту тоже больно, он потерял отца, а ты брата. Будь мужчиной, извинись перед мальчиком за то, что грубо наорал на него вчера. Но перед этим лучше приведи себя в приличный вид и избавься от похмелья. – Она собралась забрать кувшин, но Аморэн встал на ноги и уставился на Вицинну уже трезвым взглядом.

Вицинна бы поддержала это неловкое молчание, но беспокоилась за Верума, который может в любую секунду проснуться или выдать себя шорохом во сне.

– Лучше иди в свою комнату, пока никто не проснулся. Чем меньше народу об этом узнает, тем лучше, – Вицинна проявила излишнюю тактичность, дабы побыстрее выпроводить Аморэна, не выталкивая его за дверь в прямом смысле.

Напряжённая тишина продолжалась до того момента, пока Аморэн с удивлением не осознал себя босым:

– А где моя обувь?

***

После бессонной ночи Вицинна не рассчитывала работать сегодня долго. Зашла в учительскую и увидела на столе утверждённый список приехавших учеников, где уже числился Филарет. Хельга, наверное, оставила для заполнения школьных журналов. Пока есть возможность, Вицинна решила заняться этим делом.

Пара других учителей читала в разных углах комнаты газеты, книги, проверяли составленные планы тем для занятий – каждый непринуждённо занимался своим делом. В кабинет врывалась Бегемия и подбежала к Вицинне, словно желая немедля раскромсать её на куски. За ней следом забежали испуганные Рашенье, профессор математики, и Изольда, главная гувернантка.

– Вы были этой ночью вместе! – кипела от злости Бегемия, нависая над столом Вицинны. – Почему Аморэн вернулся от тебя?

– Он всё ещё болезненно переживает смерть друга, – не ожидая такого, Вицинна встала со стула и отошла подальше с поднятыми руками, пытаясь показать свой настрой решить конфликт мирно, не прибегая к насилию.

Бегемия с криком смахнула всё со стола на пол:

– Это не повод его ублажать!

Вицинна не стерпела оскорбления:

– Да никто его не ублажал! Просто вместо того, чтобы из себя его жену корчить, лучше бы по-человечески себя вести начала.

– Ах ты, зараза! – побежала за ней вокруг стола Бегемия, рыпнулась через стол, схватила за волосы и дёрнула на себя. Мотала из стороны в сторону. Повалила. Рашенье не успел к ним подскочить, как Вицинна взмахнула рукой и заставила Бегемью замереть, пока та впилась ей в волосы и за секунду до этого была готова протащить соперницу по полу. Бегемия не по своей воле разжала пальцы. Вицинна взялась второй рукой за камень, дабы никто не заподозрил в ней ментала, поднялась на ноги и огляделась на взбудораженных коллег вокруг.

Она бы пригрозила Бегемии, но только не могла сдержать от обиды слёз и молча снимала магический контроль. Ревнивица вновь порывалась наброситься, но Бегемию вовремя поймал Рашенье и не дал коснуться магической броши для колдовства. Испуганная Изольда мягко взяла за локоть Вицинну и вывела из кабинета, закрыв следом дверь.

«Ну почему у всех на глазах-то? Почему она себе такое позволяет?» – Вицинна закусила губу, протёрла болезненный затылок и, прихрамывая на подвёрнутую правую ногу, направилась к лестнице. Заколка осталась в кабинете, платье вроде не порвано, но лучше вытереть слёзы и не выглядеть ещё большей размазнёй.

Но, как назло, по лестнице в этот момент поднимался Флеган, и они с Вицинной замерли, ошарашенно разглядывая друг друга.

Из учительской донеслись вопли Бегемии:

– Я с ней не закончила! Пустите меня! Да что б тебя. Рашенье, пусти!

Вицинна не задержалась и спешила скорее вниз, к себе в комнату. Когда Бегемия в истерике выбежала и бросилась за ней в погоню, Флеган перегородил путь.

– Не прикрывай эту замухрышку, Флеган! Дай пройти.

– Тронешь её ещё раз, и я тебе этого никогда не прощу, – пригрозил как никогда суровым голосом Флеган. Бегемия упрямо выпятила грудь колесом, надеясь морально подавить Флегана, что стоял на ступень ниже, но при этом всё равно оставался выше неё. Бегемия хмурилась, но не перечила. И, в конце концов, сдалась под его тяжёлым, подавляющим взглядом.

Вицинна лишь мельком взглянула на эту сцену, удивившись покорности Бегемии перед Флеганом, и свернула в коридор. Забежала в свою комнату, захлопнула дверь и сползла по ней, захлёбываясь в слезах. Поджала болезненные колени к груди и заревела во всё горло.

– Эй, Вицинночка, что случилось? – бросился к ней с перепуга Верум. Соскочил с дивана, подбежал, тревожно попытался пролезть к её лицу любопытным мокрым носиком и сопел, словно волновался, как зайчик. – Кто тебя так обидел? Что произошло?

– Бегемия, она… Она посчитала, что я тут с Аморэном шуры-муры крутила. За волосы на глазах у всех таскала. Как унизительно, – Вицинна сильнее заплакала, поджав к себе ноги.

– Хочешь, её укушу? У меня слюна ядовитая.

Вицинна от шока подняла голову и уставилась на него. Верум тут же подлез к ней и стал вытирать мокрые щёки своими мягкими пушистыми лапками.

– Она показала себя не с лучшей стороны. Такие хамки сами себя наказывают. А ты правильно поступила, что не ввязалась в драку. Про слюну я пошутил. Чего так испугалась?

– Я побоялась, что всерьёз хочешь выйти. – Хлюпнула она носом и вытерла рукавом заплаканные глаза. – Только давай я хотя бы перед директором не оплошаю. Твоя тайна под моей ответственностью.

– Точно. – Вытер её щёчку своей мягкой лапкой ещё раз. – Тогда не реви. Ты же у нас сильная девочка. Правда?

«Чем я заслужила твою милую заботу?» – Вицинна обняла его и прижала к сердцу покрепче, а он и не пискнул от возмущения, не попытался убежать, а ответно обнял её за шею и тихо зафырчал на ушко, как кот.

– Спасибо тебе, – тихо произнесла Вицинна.

– Пожалуйста, – улыбнулся Верум и продолжил фырчать, словно передавая эти успокаивающие вибрации из своей груди её сердцу.

===3=== (Начало учёбы)

– Странно, я почему-то думала, что старушечка-библиотекарша меня даже не вспомнит. – Вицинна аккуратно заносила стопку книг по астрономии в комнату и по неуклюжести уронила пару из них, пиная за собой ногой дверь.

– О, Вицинн, а я как раз о тебе вспоминал, – Верум приподнялся с сидушки дивана и принялся спускаться на пол, сползая пузом с края.

– Да? Жирненький бочок почесать?

– Нет. – И сам почесался. – …Эй! Я вообще-то тебя ментальной магии хотел научить, а ты вот так значит?! Всё, я передумал, – нахмурился коротышка и обиженно скрестил перед собой лапки, насупив нос, пока Вицинна старалась бережней поставить тяжёлую стопку макулатуры на стол.

– Передумал насчёт бочка? – лукаво усмехнулась Вицинна, не воспринимая его возможности научить её ментальной магии всерьёз. Ведь он и обычной-то не обладает.

– Я не игрушка для декора! Ясно? – Уже было отвернулся к дивану, но спустя секунду решил на него взобраться, да только из-за своего невысокого роста у него это удалось крайне неуклюже и забавно.

Эмоции обиженного зверька были искренними, Вицинна ясно понимала и видела это, не обладая их даром. Без преуменьшений квиаверумы крайне очаровательные и трогательные создания, но присваивать из-за наивного, безобидного вида статус “декора” сравнимо с глупостью.

– Возможно, я тебя недооцениваю, но вещью никогда не считала. – Вицинна взяла пару верхних книг со стопки и принялась расставлять их на свободную полку шкафа.

Верум продолжал обиженно дуться, наблюдая за ней со стороны. А когда последняя книга заняла своё место на полке, он лояльно позвал её:

– Ладно, так уж и быть. Неси тазик.

Вицинна перечить не стала: зашла в ванную комнату, взяла таз и вернулась.

– Поставь его на табуретку передо мной и наполни водой, – приказал Верум. Она сделала всё быстро, без пререканий. – Так, а теперь садись рядом и слушай, – сосредоточенно потёр своими лапками друг о дружку. – Некоторых из нас назначали учителями в школах Прэциозы, и я обучал магии таких, так ты: белых менталов: физически сильных, способных изменять прочность предметов и создавать из воды образы помощников. Вода может стать твёрдой и прочной, жидкой и при этом парить, как бабочка, в воздухе. Раньше это помогало одному менталу держать порядок, не прибегая к помощи армии. Маленькую лягушку или огромного дракона создашь, – неважно, но только кого-то одного. Итак, для начала опусти руки в воду и почувствуй её: какая она бесформенная, текучая, неуловимая. Давай, делай! Чего сидишь, глазками хлопаешь?

«Что ж, звучит интересно». – Засучила рукава и опустила кисти в прохладную чистую воду, стараясь не намочить повязку.

– Ощути жидкость, пойми её материал и представь, что она и есть твоя магия. – Верум, как мудрый старец, сидел с закрытыми глазами, изображая медитацию. А Вицинна всё перебирала пальцами в воде и пыталась понять, какой материал он имел в виду. – Ну как?

– Да пока непонятно. Слушай, неужели ментальная магия настолько проста, что ей можно обучить, не обладая самому?

– Дело не в этом. Пойми, даже если бы я обладал магией, то объяснять по-другому не стал. Я квиаверум и ощущал магию опытных менталов, понимал, до какого уровня нужно тянуть учеников. Умея играть на гуслях, я не могу заставить тебя щипать струны так же умело, как мастер. Нотам и правилам научу, но звук ты будешь извлекать сама. Итак, ты ощутила воду? Теперь, не вынимая рук, постарайся наполнить её магией и представить в своих ладонях яблоко. Достать его из воды.

Вицинна старалась уловить этот образ, наполнить магией, как говорил Верум. Но ничего не получалось.

– Представь, что вода – это твоя магия. Она также слушается тебя…

– Да не получается! Что-то образное ощущаю, вода твердеет, но словно в противных кисельных комочках руки полощу.

В дверь постучали:

– Вицинн, ты здесь? – спросил за дверью Флеган.

– Да, подожди, – тревожно отозвалась Вицинна, начав в спешке отряхивать руки.

– Ой, у кого-то сердечко ёкнуло, – с издёвкой улыбнулся Верум.

– Спрячься! – Вицинна перенесла по воздуху зверька за диван, по пути натянула рукав платья на метку и замерла возле двери. От страха пересохло в горле.

«Нужно собраться. Вдох», – тревожно выдохнув через нос, она с опаской отворила дверь и плавной поступью вышла к Флегану, прикрыв за собой комнату с Верумом.

Пару секунд висела неловкая тишина, словно Флеган испытывал несвойственное ему волнение, а Вицинна, вспоминая сказанные им слова, боялась себя выдать. Но, засмотревшись на блики серебряных узоров на его синем парчовом жилете, она вспомнила, с какой доверчивостью относилась к нему, как его внимание грело душу и привносило лёгкость в повседневные будни. С ним было не страшно, а теперь всё в точности наоборот.

– Как провела каникулы? – ненавязчиво поинтересовался Флеган с заведёнными за спину руками.

– Удачно, – ответила Вицинна, заподозрив в нём излишнюю робость. Обычно этот молчаливый мужчина более уверен в себе. – А ты?

– Как видишь, мне всё же удалось устроить сюда Эраста. Не без помощи Бегемии, но всё же.

«Он не скрывает от меня то, что работал с этой носатой. Интересно, а расскажет ли он что-нибудь о Тэ-лакен?»

– А из какого города его привёз?

– Из Сотвунда в канун фестиваля трёх народов. Пришлось прервать семейный праздник.

– Сотвунда?! Наверное, Тэ-лакен с Вандуком воочию видел? В таверну “Волчий клык” не заглядывал посмотреть на героев Континента? – Вицинна наигранно хлопала глазками и наблюдала за его лицом, выискивая малейшее смятение.

– Нет, у меня были другие планы. – Он вывел из-за спины деревянную шкатулку, перевязанную ювелирной золотой цепочкой, и протянул Вицинне. – Хельга говорила, что тебе понадобится в чём-то хранить письма от множества поклонников.

«Да что б тебя, – раскраснелась перед ним от стыда Вицинна. – И ты туда же».

– Для этих целей можешь использовать любой другой ящик. Например, мусорный. А эта вещь для особых бумаг создана. Шкатулка зачарована давным-давно ещё магией самих менталов и открывается исключительно своему владельцу. Все твои секреты будут надёжно храниться ею всю жизнь. А у тебя тайн немало, я это чувствую, – протянул Вицинне подарок, но его приближение сильно испугало её, и Вицинна отшатнулась. – Тебе не нравится?

– Что ты! Она прекрасна! – А про себя любого движения с его стороны боялась. Неизвестно, насколько осторожным должно быть к нему касание, чтобы проклятье не убило её. Он же не знал, кто под маской Тэ-лакен? Или хорошо врал. В любом случае нужно отмазку придумать, а то некрасиво получалось. – Только мне тебе нечего предложить взамен.

Наблюдая, как протянутая рука с подарком плавно начала опускаться, Вицинна заподозрила оплошность в своём высказывании. Но извиниться не успела.

– Мне казалось, уникальная вещь заинтересовала бы тебя больше дешёвых цветов, – прочистил горло Флеган, но Вицинна догадалась, что речь зашла про Аморэна. И снова кто-то посчитал, что она его обесценивает.

«Да что не так с моим навыком общения?» – тяжело вздохнула она.

– А про это откуда узнал? – Либо он подсылал вороньё за ней следить, либо эту добровольную сороку звали Хельга.

– Неважно. Почему моему подарку ты видишь цену, а его нет?

– Цветы любой волшебник с помощью магии взрастить может, а ты редкую вещь отыскал. Мне совесть не позволяет принять такую щедрость без благодарности. Не заслуживаю я этого. Между прочим, мне не хотелось брать у него цветы. Он меня растрогал.