Рыцарь Башни. Книга 3

К первому присоединился второй, остальных же взяла на себя Аида. Лисица тоже «игралась» с ними, то и дело атаковала воздушными конструкциями и скакала туда-сюда с помощью магических прыжков.

– Ладно, парни, с вами весело, но я давно не видел своих сестер, – сказал им и без особого труда выбил меч из руки воина, а следом вломил в шлем, используя минимальную мощность заряженного удара. Металлические пластинки лишь на секунду отделились, раскрутились, накапливая заряд, а дальше орденец получил в голову. Шлем от удара покорежило, а сам он кувыркнулся и плашмя рухнул на землю.

После этого я повернулся ко второму и поманил рукой. Кажется, нокаут первого его впечатлил и сильно охладил боевой пыл.

– Ну, если ты не…

– Последний шанс, сдайтесь или… – внезапно взвизгнул Сартас, отчего остановился и я, и Аида. Впрочем, лисице осталось разобраться только с главарем. Как-то пропустил я момент, когда она положила троих рыцарей.

– Или что? – с вызовом спросила Аида.

– Или готовьтесь к последствиям.

– Очень интересно, к каким именно, – усмехнулась лисица, делая решительный шаг вперед, а младший магистр тем временем что-то переключил, используя голографический интерфейс на своей правой руке.

– Сами виноваты! – зарычал он, а затем я понял, почему он был таким уверенным. Прямо сейчас к нам направлялся боевой воздушный корабль Черного ордена. Его появление в Мральдариме было сюрпризом не только для меня, но и для Аиды.

Это было небольшое судно размером примерно с компактный одноэтажный дом. Как раз годится для перевозки десятка или полутора солдат. Оно замедлило ход антигравитационных приводов и сделало круг вокруг нас.

– Сдавайтесь, или он откроет огонь!

Аида на это лишь фыркнула, подняла обе руки и парой взмахов начертила в воздухе заклинание, затем наполнила плетение силой и ударила по кораблю. Выглядело это как три мощных огненных торнадо, что ударили по судну.

Это было очень мощное заклинание, но… этого оказалось мало. Когда пламя рассеялось, судно все ещё висело в воздухе, а вокруг него то и дело вспыхивал энергетический щит. Это же какой мощности стояла вокруг него защита, что он выдержал подобный удар?

И после этого по нам открыли огонь.

Тяжелые плазменные пушки, не очень точно, но стали бить по улице, разнося дома и плавя мостовую. Я бросился к Аиде, повалил её и закрыл плащом за секунду до того, как по тому месту прилетел заряд раскаленной плазмы. И ладно бы один, но гребаный корабль осыпал нас удар за ударом. Плащ от этого раскалился и уже жёг мне спину.

Но видимо, орудия не могли стрелять постоянно. Может им теперь нужно охладиться или перезарядиться, в любом случае огонь прекратился, и я тут же дал мысленную команду плащу «размякнуть».

– Бежим, – сказал я Аиде и схватил за руку. Она не сопротивлялась, и вот мы уже мчались по площади.

– Воспользуемся ключом!

– Да, сейчас, – кивнул я, направляясь к ближайшей двери, но тут вновь заработали орудия. Они с гулом били по мостовой за нами. Везло, что стрелок был не очень метким, или же вообще конструкция корабельных орудий не предусматривала стрельбу по таким мелким целям. В конце концов, их создавали для сражения с Несущими свет, а не для охоты за людьми.

– Прости, – сказал я Аиде и подхватил её на руки. Лисица охнула, но тут же прижалась ко мне, попутно успевая ещё и колдовать.

Вариант вновь укрыться плащом и переждать я даже не рассматривал. Он уже на грани, я чувствовал, и если по нам вновь будут массированно бить, то просто поджарят. Несколько дополнительных мгновений нам дала Аида, соткав над нами воздушную конструкцию. Та выдерживала один-два удара, после чего разрушалась.

Мы мчались по окраине Кинсальдура, преследуемые кораблем Черного ордена, который не переставал по нам стрелять. Счет разрушенных домов шел уже не на один десяток. Ничего не оставалось, кроме как бежать, прыгать с крыши на крышу, использовать двойной или даже тройной прыжок. Я до этого момента даже и не думал, что могу воспользоваться этой техникой трижды. Колдунья на моих руках била чем-то в ответ, то огненными шарами, то молниями, то более заковыристыми заклинаниями, но все безрезультатно. Для чего-то более мощного ей нужно быть неподвижной, чтобы начертить сложную магическую схему, или какой-нибудь артефакт для фокусировки, но при себе у неё ничего такого не было.

– Да они гребанные психи… – буркнул я, ускользая от очередного плазменного снаряда. Как же хорошо быть сверхбыстрым… Спасибо Анни и Еве за такой прекрасный подарок. И кстати насчет этого, нужно будет очень детально поговорить с Аидой, в конце концов это она замкнула мою энергетическую структуру. И пусть я понимаю, что она сделала это ради моего же блага, но хоть проинформировать-то можно было?

– Сколько тебе времени нужно на что-то, что сможет сбить эту штуку?!

– Минута… Нет, сорок секунд.

– Ты мне доверяешь?

– Как себе, – совершенно серьезно ответила Аида.

Я улыбнулся и спрыгнул с крыши в переулок, заметив, что стрелок дает пушкам охладиться. Остановился, поставил её на ноги и… поцеловал. Бегло, вскользь, совсем не так, я представлял себе этот момент, но лучшей возможности провернуть это у меня не было. Аида изумленно уставилась на меня и остолбенела. Вот чего-чего, а такого она точно не ожидала. Хех… А вот нечего было меня дразнить.

– Я выиграю нам время! – крикнул ей и запрыгнул наверх. Для того, чтобы противник не заметил, что я теперь один, раскинул плащ пошире. И это сработало, корабль ордена вновь открыл огонь.

Он продолжал палить по мне, и это стало его фатальной ошибкой. Ровно через сорок секунд воздух взорвался от магии. Вначале вокруг корабля стали появляться магические схемы, которые словно взяли его в тиски. Затем его закрутило, и уже десятки огненных торнадо оплели его словно щупальца. В дело вступили щиты судна, они полыхали, искрили, сопротивляясь магическому воздействию, но в итоге рассыпались, а дальше корабль буквально разорвало на наших глазах. А ведь в его корпусе тоже было полно тенруллита… Страшно представить, что это за магия была, и на что Аида была бы способна, будь у неё не сорок секунд, а пару минут… Или даже час…

Маги страшные… Брр-р-р…

Я облегченно выдохнул, видя, как обломки корабля рухнули на соседней улице, после чего присел на мостовую, чтобы немного перевести дух. Давненько я так не бегал. Но по правде говоря, не то что бы сильно устал. Так, дыхание немного сбил, но пара минут, и я бы пробежал ещё столько же.

И где-то через столько же на улицу выбежала Аида, взволнованная и немного потрепанная. А ещё я заметил кровь у неё на лице.

– Ты ранена? – забеспокоился я, а она удивленно заморгала. А затем, сообразив, достала из кармана платок и вытерла кровь под носом.

– Ничего такого. Чуток перенапряглась. Нужно было выдать слишком сильный поток маны за короткое время. Горячая ванна, бокальчик вина – и я буду в порядке.

– Рад слышать. Кажется, мы победили.

– Действительно, – согласилась она и с легким раздражением оглянула устроенные разрушения. – Но компенсировать ЭТО пусть будет орден.

– Полностью с тобой согласен. Они это устроили, так пусть и платят.

– Вот-вот. Кстати, Люц, что за внезапные поцелуи?

– Ну… Первое свидание же, – не нашелся я, чем оправдаться. – Какое первое свидание без поцелуя.

Она неодобрительно на меня посмотрела, тяжело вздохнула, закатила глаза и снова вздохнула.

– Раз так, то давай хотя бы сделаем это по-нормальному.

Аида с важным видом достала из маленькой напоясной сумки косметичку. Осмотрела себя в зеркальце, подкрасила губки и, убедившись, что все нормально, просто меня засосала. По другому этот поцелуй у меня описать просто не получилось бы, настолько страстный и жаркий, что я порадовался, что на мне доспех. Потому что, если бы не он, Аида точно бы мою реакцию на это.

– Ну вот, этот вопрос мы закрыли, – сказала она как-то по-деловому, совсем не так, как должна говорить женщина после поцелуя. Она мне словно пару одолженных монет вернула. – Считай это небольшой наградой за геройство. Но больше так не делай. Я серьезно. И на свидание я с тобой тоже больше не пойду, а то мне ещё жить охота.

– А если, – хотел было я уточнить кое-что, но, как всегда, нам помешали. К нам уже спешило несколько городских стражников для разбирательств. – Ладно… Отложим. Что делаем? Бежим или остаемся?