Киберпоп. Стажёрка
- -
- 100%
- +
Тогда решено. Приготовлю ему что-нибудь.
Подумать – не значит сделать. Сейчас я это остро осознала. Особо выбирать блюда не приходилось. Органической еды у него было немного, поэтому я сварила фетучини и заправила готовым соусом, выбрав несколько вкусов в тюбиках. А мясные фрикадельки пришлось выковыривать из готовых боксов, которыми был наполнен холодильник. Красиво, съедобно, но совсем не то, чего я хотела. Поэтому стояла и расстроенно взирала на тарелку. В готовке у меня были хоть какие-то таланты. Нет, конечно, раньше я ещё и отлично танцевала. Но это раньше…
Вздохнула, припоминая прежние времена. Зачем я связалась с этой компанией? Зачем?..
Щелчок щеколды, и дверь ванной открылась. Джим изумлённо застыл на пороге. До этого он вытирал голову маленьким полотенцем, а сейчас пялился на меня, как на нечто из другого мира.
– Ты проголодалась? – опомнился он. – Сказала бы, я бы разогрел.
– Не нужно, это тебе, а я…
Только сейчас поняла, что тоже хочу есть.
– Пойду умоюсь, – закончила фразу и улыбнулась. – Это в благодарность за помощь. Малость, конечно, но что смогла приготовить из найденных продуктов.
– Я не умею готовить, поэтому беру боксы, – смущённо оправдался Бойд.
А я укорила себя за ошибку. Будто упрекала его.
Как назло, взгляд мой притягивало мокрое пятно на его мутно-зелёной майке. Она так и липла к его влажному телу. Видать, он спешил одеться и выйти. Переживал за меня? Или что я тут устрою потоп или пожар?
Подошла и встала сбоку, а он смотрит на меня и молчит.
– Умыться, – тихонько ответила я на его вопросительный взгляд.
– А, да.
Бойд уступил мне дорогу. Угукнула ему в знак согласия. Дверь за собой закрывать не стала, мы не окончили разговор, вдруг он пожелает спросить про ингредиенты и прочее. Удивительно, но принадлежностей на полочке над раковиной явно прибавилось с прошлого раза.
Как же это всё странно. Неужели он думает, я останусь у него жить? Набрала воду в ладони и плеснула в лицо.
Не мечтай, он просто безотказный. А когда ему надоест, то попрёт меня отсюда абсолютно точно. Тонко намекнёт, мол, пора бы уже валить. Было так с прошлым бойфрендом – повторения не хотелось. Поэтому быстренько умоюсь, покушаю и поеду к себе домой.
– Спасибо, конечно, но не нужно было так тратиться на меня, – договорила я вполоборота.
Джим не ответил, выудил вилку из ящика и взял тарелку. Прошёл на диван и сел молча, будто ничего не услышал.
– Я говорю, не стоило…
– Пустяки, – отмахнулся он.
Понятно, не считает важным. Это мне хочется успокоить свою совесть подобными речами. Ладно, раз он молчит и я помолчу.
Быстренько закончила умывание и вышла из комнаты. Бросила взгляд мельком в его сторону, намереваясь вернуться в спальню, чтобы собрать вещи. Смотрю, а он сидит на диване, держит вилку зубцами вверх и к еде даже не притронулся.
– Ты первая, – удивил он вдруг. Повернул голову и кивнул, мол, зовёт сесть рядом.
Голодный спазм в животе замотивировал не хуже денег. Подошла и села возле него, взяла тарелку.
– Я немножко.
– Не переживай, по пути домой я заскочил перекусить.
– А…
Всё понятно теперь, ему отказываться было неудобно. А аппетита просто не было, поэтому не ел?
Наскоро утолила первый голод и передала тарелку назад, чтобы он не подумал, будто я наглая. Но вот что странно, взяв вилку после меня, он не побрезговал и буквально проглотил остальную часть моего шедевра, почти не жуя. Как он сказал? Перекусил? Ну-ну.
Хотя такой аппетит с его комплекцией не должен удивлять, наверное.
Когда же тарелка опустела, он отнёс её вместе с вилкой и пристроил в моечный шкафчик, а я лениво сидела и пялилась в стену.
– Было вкусно, спасибо.
Его слова вывели меня из легкой задумчивости. Я лишь улыбнулась – это не такое уж событие, чтобы нахваливать меня любимую.
– Я лягу посплю… – сказал так после недолгого молчания. Зачем он мне отчитывается?
Только когда он подошёл и достал из нижнего встроенного в диван ящика одеяло и подушку, я наконец поняла. Мешаю ему.
– Ой!
Быстро подскочила на ноги и охнула – звёздочки пролетели перед глазами.
Больно…
– Извини. – Джим помог мне не упасть и вновь устроиться на диване. – Я лягу позади, а ты посиди, пока не пройдёт.
– А разве тебе хватит места?
Он аккуратно улёгся на бок. Между нами даже оставалось расстояние, но я всё равно придвинулась вперёд, чтобы ему было попросторнее.
– Давай помогу укрыться, – предложила я, выждав немного. Но он всё сделал сам и снова молча. Только показалось, словно его что-то обидело. Или это он из-за моих ног скривился?
Не знаю. Во всяком случае, не прошло и минуты, как Джим тихонько засопел.
Пользуясь случаем, я немного его поразглядывала. Широкие брови, нос с небольшой горбинкой. Розовый шрам на лице под глазом и в уголке рассечённой губы не портил его внешней привлекательности, однако он явно комплексовал. Мог бы сделать пластическую операцию и решить этот вопрос за неделю реабилитации. С его-то деньгами, думаю, это не проблема. Вопрос лишь в принципах? Или он просто этого не осознаёт? Не видит необходимости?
Крепко призадумавшись, я ослабила бдительность и с удовольствием погладила его по волосам. Причёска у него интересная, снизу короткая, а сверху волосы длиннее и кое-где вьются на концах.
Показалось, будто Бойд затаил дыхание.
Ой. Я его разбудила?
Смущённо убрала руку и закрыла ладонями лицо. Что я творю? Потрогала колени. Такое ощущение, что синяк стал больше и почернел. Искусственная хрящевая ткань плохо прижилась, и вена частенько кровоточила. Врач, которого я посещала последний раз, развёл руками и передал совет от ИИ о необходимости ампутации до бедра и установки протезов. Денег это стоит немерено, не говоря об эстетизме. Но и мучиться как сейчас – тоже ничего хорошего.
Вздохнула и почувствовала вдруг, что сонливость накатывает волнами. Мерное дыхание Бойда убаюкивало. Или я просто не выспалась? Да, скорее всего, ведь меня подняла сетра и сообщение о зачислении денег на счёт. Куда там спать после такого?
Примерилась взглядом. В принципе, есть место и для меня. Отбросила прочь все сомнения и тоже прилегла, аккуратно потянув на себя одеяло. Заложила руку под голову. Посплю часок, а там встану раньше него, он и не заметит, заодно и колени ныть перестанут.
Больше мыслей у меня в голове не поместилось, я попросту уснула.
Глава 6. Бойд
Спецмашина утилизаторов выруливала по эстакаде к закрытому объекту-17ZE – немаркированному на навигационной карте. Бронированные ворота широкими ставнями сложились вверх, пропуская «мусорщиков» в большое бетонное здание.
Джим Бойд первым вышел из машины, напичканной следящей аппаратурой. Поднявшись по лестнице к лифтовому подъемнику слева от паркинга секции Е, он предоставил сканеру плечо, где был вживлён идентификационный чип. Далее дело стало за сетчаткой глаза и сканированием лицевого контура.
– Доступ получен, – ответил электронный голос.
Дверь лифта открылась, и утилизатор вошёл один согласно внутренним правилам. Другие работники объекта-17ZE распределились по остальным шести лифтам и проходили аналогичную процедуру аутентификации.
На дисплее отразился «-8 этаж», когда кабина остановилась. Джим вышел и на полуавтомате побрёл на своё рабочее место. Небольшая кабинка в крупном офисе, отведённом для службы безопасности купольного города, была в полном его распоряжении. Аналитический центр, куда стекалась вся информация по всем жителям «Хадо-29», находился за бронированной стенкой, а его штатные работники несли службу посменно.
Джим Бойд входил в другое подразделение – он был «выездным» утилизатором. Тем, кому доставалась вся грязная работа, начиная от уборки мест преступлений до преследования и задержания, а иногда и устранения «нежелательных явлений», как было принято в стенах этого здания называть преступников. Чаще всего здесь можно было услышать слово «инцидент», нежели «происшествие», «убийство» и прочее. Информация преподносилась максимально обезличено, с соблюдением всех инструкций, и только рабочие станции хранили в себе все детали текущего дела, над которым работал конкретный сотрудник объекта-17ZE. Указания и задачи поступали из Аналитического центра.
В этот раз Бойд пришёл на работу вне плана, за что тотчас получил запрос на дисплее:
«Цель внепланового визита?»
«Переработка и перенос отгульных часов на другой день», – ввёл пояснение Джим. Краем зрения он заметил небольшую коробку на тумбе справа от рабочего стола. На дисплее рабочей станции, включённой в автономную проводную сеть, отразилась зелёная галочка. Ответ был принят без возражений. Джимми Бойд считался одним из лучших устранителей и всегда ответственно относился к работе, если не учитывать старый инцидент, запятнавший его безупречную репутацию.
Повернувшись к пластиковой коробке, Джим заметил надпись: «Не благодари». Ощущение дежавю всплыло в памяти, когда он открыл крышку. Внутри лежал аккуратно снятый электронный счётчик.
Быстро смекнув что к чему, утилизатор обернулся к шкафчику – встроенному уничтожителю, скинул туда тонкий намёк на нежелательное вмешательство в чужую жизнь и дождался, когда шумный аппарат превратит пластиково-металлическое изделие в горстку пыли, которую можно будет в конце рабочего дня сдать на дальнейшую переработку. А одному наглому доброжелателю сегодня явно предстоял серьёзный разговор.
Джим задумчиво посмотрел на дисплей и новый график задач. Времени было предостаточно, а в качестве напарников ему системой порекомендовало троих. Удалив их из списка, Бойд отправил запрос Гриберу Сторгсу на участие в устранении последствий инцидента. Согласие пришло почти мгновенно. Система мягко напомнила об старом конфликте между этими двумя сотрудниками, повлёкшем арест Джимми Бойда. Но тот проигнорировал это сообщение и завершил рабочую сессию, одним нажатием кнопки выключил станцию.
Как вдруг знакомый голос прозвучал издалека:
– Ты почему на работу вышел? Неужели сбежал?
– Не здесь, – тихо ответил Бойд, встав в полный рост. Его голова сейчас возвышалась над рабочей кабинкой. Взгляды приятелей встретились. Грибер тотчас умолк и продолжил свой путь мимо чужих рабочих мест прямо к лифту.
Коллега-напарник не отставал, а когда до системы сканирования оставались считанные метры, скомандовал:
– Идём на пожарку. Хочу размяться.
Пожав плечами, Сторгс неохотно согласился, пройдя вслед за Бойдом к пожарной лестнице – единственное место в здании, где на «-8 этаже» не было камер и датчиков.
Едва оба вышли и дверь за ними закрылась, Джим пригвоздил Грибера локтем к стене и зло выдохнул:
– Ты совсем рехнулся? Лезешь не в своё дело. Так ещё и издеваешься?
– Я же помочь хотел, – виновато бросил коллега. – А коробка… Ну, шутка неудачная вышла. Не злись.
– А если кто-то узнает про твои делишки? И меня приплетут, и её. Зачем ты это сделал? Кто тебя просил?
Торжествующая ухмылка отразилась на лице Сторгса, когда он без обиняков признался:
– Но оно того стоило? А? Не зря же на тебя дисциплинарщики косо смотрят?
– Не было ничего. – Бойд нехотя убрал руку. – Ведь я знал, что это подстава.
Грибер громко вздохнул и опустился на лестницу, придерживаясь за перила:
– И сколько ты ещё хотел к ней таскаться? Сколько ещё денег планировал спустить на этот клуб?
– Не твоё дело. И вообще, откуда ты знаешь о ней?
– Тоже мне, секрет, – фыркнул Грибер. – Да после того прощального корпоратива все в отделе знают про твоё новое увлечение. Как думаешь, сколько ещё парней ходило к ней в гости?
Бойд сжал кулаки.
– Не поверишь, ещё трое. И всех она отшила. Но именно ты увёз её домой.
Острый взгляд в сторону Грибера, и тот сработал на опережение, выставил ногу, предчувствуя пинок.
– Не злись, я тут не при делах.
– Ещё скажи, мусорщики – не твоих рук дело?
– Нет, они сами! Это ж релоканты из других городов, отрабатывают провинности. Думаешь, там одни паиньки как на подбор?
– Так ты следил за нами? – пришёл к выводу Бойд.
– Только по камерам глянул и всё, больше ничего, – честно признался Грибер. – Не вру, можешь проверить меня по системе.
– Не беспокойся, так и сделаю.
Оба утилизатора ненадолго замолчали. Но Сторгс не выдержал и вновь взялся за старое:
– Слушай, неужели она не была признательна за спасение? Я-то думал, у тебя всё на мази. Или что там у вас? Истерила?
– Прекрати.
Схватив коллегу за серую робу, Бойд рывком поднял его на ноги и указал на дверь:
– Идём работать.
Но уже перед выходом остановился и тихонько пригрозил:
– Если продолжишь вмешиваться, то я припомню адресок твоей бывшей жены и расскажу ей всю информацию о реальном состоянии твоих счетов, чтобы она охватила кусок пожирнее.
Усмехнувшись, Грибер белозубо улыбнулся:
– Люблю, когда ты злишься. Сразу столько узнаю о себе нового.
– Ага, оборжёшься.
Не сказав больше ни слова, Бойд открыл дверь пожарной лестницы и отправился на задание, отмеченное в его рабочем графике.
Глава 7. Жажда
Мне снились тёплые объятия. Такие, из-за которых совсем не хотелось просыпаться, но нужно было. Наверное поэтому приятное сновидение быстро сменилось на промозглый холод и опустошение, неясные силуэты, боль и горечь.
Открыла глаза – в горле застрял крик ужаса. Мне снова и снова снился тот вечер, когда меня опоили. А уже на следующий день я попала в игнор-лист.
Вздрогнула, лёжа под одеялом. Посмотрела на подушку, зажатую коленями. Зачем я так сделала и откуда она взялась? Я сейчас лежала на диване, укрытая одеялом, под которым ещё недавно спал Бойд. И вообще, где он сам?
– Джим?
Тишина в ответ подсказала, что я осталась одна в его квартире. Первоначальное облегчение быстро сменилось замешательством. Что мне делать здесь одной? И куда он делся? Опять уехал? На работу? Или снова в мой клуб?
Неясно.
Потянулась и стыдливо убрала подушку. В любом случае, в таком положении коленям было приятно, и я почти не чувствовала боли. Жирные пятна на ткани подсказали: кремом испачкала, уж наверняка. Поэтому стянула наволочку, желая постирать.
– Скукота, – проронила тихонько при мысли о домашней рутине.
Система «Умный дом», запрограммированная на голос хозяина, как ни странно, откликнулась и на меня.
– Включаю Анинет. Что предпочтёте?
– Новости киберпоп-индустрии, – на автомате ответила я.
Частенько вводила подобный запрос в поисковике, желая понять, плавает ли на поверхности прежняя повестка об ЭмДжи? Или скандал наконец забыли?
Тотчас проектор отобразил перед диваном объёмную картинку – студию звукозаписи и интервью со знаменитым режиссёром, конкурентом компании «МаЁс». Я много могла рассказать о них из того, что неизвестно прессе и Анинету, но вряд ли кто-то меня послушает и тем более пользы никакой, только вред. Причём мне одной. Поэтому молчала в тряпочку и смотрела на них со стороны. Это уже стало своеобразной зависимостью. Я ощущала себя частью этого общества, хотя оно меня пережевало и выплюнуло. Но я всё равно из раза в раз слушала информацию об этой компании, будто что-то искала, не отдавая себе отчёта, зачем и почему. Просто привычка, просто желание чувствовать себя частью чего-то грандиозного.
Жажда славы и одобрения двигала мною, когда я принимала решение калечить свои ноги. А всему виной рост ЭмДжи, она была ниже меня на семь миллиметров.
Нецензурных слов не хватит, чтобы выразить моё мнение о тех людях, которые вынудили сделать это. Я до последнего сомневалась. Но…
Вздохнула.
Не буду перекладывать ответственность, я тоже виновата, вовремя не остановилась, не проверила послужной список врачебного центра. Риск был высок, и никто из нормальных лицензионных центров не взялся бы делать настолько абсурдную операцию, необходимую, чтобы успокоить страхи продюсера. Боялся он, что обман раскроется из-за моего роста.
Насмешка судьбы. Обман всё равно раскрылся. Но они чистенькими вышли из воды. И как только смогли?
Горькая правда маячила перед глазами – они использовали меня как жупел для общества Анинета. Применили теорию направленной агрессии на практике. Теперь-то, время спустя я смогла понять, что со мной сотворили. Но до сих пор не нашла ответа на один-единственный вопрос: «Почему?»
Почему именно я?
Любая громкая новость подошла бы для отвлечения внимания. Но никто не потрудился прикрыть меня, затмить в новостных лентах. Наоборот, создавалось такое ощущение, будто ажиотаж искусственно раздували. Делали разные вбросы, в том числе с помощью «анонимных источников в компании ЭмДжи».
Моральные уроды.
Сжала кулаки и попросила:
– Включи эффект аквариума, экзотических рыбок и расслабляющие звуки моря.
– Сделано, – ответила Система.
Я облегчённо выдохнула и переключилась на другие воспоминания. Мотив недавней услышанной песенки так и рвался наружу – невольно подпевала собственным мыслям, когда прибиралась за собой и отправляла в стирку наволочку. Некоторое время спустя я вернулась в комнату. Сложила одеяло и подушку, спрятав их в нижний ящик дивана.
Мимо проплыла маленькая краснопёрка. Ткнула её пальчиком, проектор среагировал, рыбка недовольно махнула хвостом и отплыла. Послышался булькающий звук. Всегда нравилось играть с рыбами в подобном «аквариуме». Если хлопну, они все отправятся врассыпную, будто хищник приплыл, и столько булькающих звуков кругом! Весело и расслабляет.
Главное – переключает мозги.
Кстати об этом. Сушняк напал неожиданно, пришлось искать баночную воду. Не знаю, что у него с фильтрами, но пить простую воду из-под крана – опасно для жизни. Это я давно для себя уяснила.
Я полазила по кухонным модулям и ничего кроме газировки не нашла. Заочно извинилась перед хозяином и вскрыла одну. Стыдливо глотнула один раз, другой. Интересно, а Система отправит Бойду оповещение, что его гостья хозяйничает тут в квартире, как у себя дома?
Надо будет сразу, как придёт, извиниться за самоуправство. Да и вообще, пора бы уже собираться.
Вздох вырвался непроизвольно. И правда, что я творю? Наглею тут, по модулям чужим заглядываю. Несколько минут спустя я медленно вернулась в спальню, экономя силы. Взяла сетру и первым делом, пока не забыла, перевела хозяйке квартиры долг по коммуналке. Думаю, увидев такую сумму на счету, она согласится немного отсрочить платёж за аренду?
Так!
Время!
Посмотрела на часы и поняла, что не успела закончить с делами до следующего дождика. По таймеру два раза в день ровно на сорок минут в «Хадо-29» включают программу «Дождь». Тонны воды, смешанные с хлором и бором, обрушиваются на улицы: убивает бактерии и гасит остаточную радиацию, наработанную термоядерными реакторами унимаглевов.
Ничего критичного, показатели вредности окружающей среды даже ниже, чем на поверхностях жарких планет. Но есть и огромный минус: в городах, подобных этому, люди живут чётко по расписанию, нарушать которое – опасно для жизни. Можно задохнуться хлором от испарений после «Дождя», или же заблудиться и провалиться в сточный канал, или, если не успеешь укрыться до начала плановой очистки, твоё тело найдут в шлюзовых отверстиях с помощью следящих датчиков. Это всё же лучше, чем долго и мучительно умирать от неизвестной болезни после укуса какого-нибудь инопланетного вредителя-насекомого.
Нередки были в новостных выпусках разных систем вспышки эпидемий, вызванные возбудителями природного происхождения. Недавно читала про раскопки и вскрытие древнего саркофага. Эпидемиологи затрубили об опасности, едва показатели на следящем оборудовании зашкалили. Но было уже поздно, герметичность крышки была нарушена, а древняя бактериальная среда просочилась в этот мир. Так что застряли археологи в карантине на несколько месяцев: повезло, все живы остались и относительно здоровы. Только отделались кожными высыпаниями и шрамами после выздоровления.
Ладно, собрала вещи и села на диван, дожидаться окончания дождя. Уйти сразу после него или всё же дождаться владельца квартиры и поблагодарить? Этот вопрос штурмовал мою голову, когда я расслабленно смотрела вслед очередной полосатой рыбке, проплывающей перед глазами. Шум прибоя ласкал слух, а желудок настоятельно напомнил: ничего, кроме газировки, я не употребляла в пищу и пора бы его наполнить чем-то более подходящим.
Входная дверь пиликнула, когда на часах отразилось время «16:49». Почти полтора часа я ничем не занималась и сидела, будто в алькове, с этим молчуном. Поначалу было сложно ничего не делать целый час, но потом я быстро привыкла, и иногда даже часы сверяла, ждала, когда мне выпадет следующая возможность посидеть спокойно, чтобы ноги отдохнули.
– Уходишь?
Одно слово хозяина квартиры, и я встрепенулась, схватилась за рюкзак.
– А, да! – воскликнула я. Проектор, как назло, продолжал показывать рыбок. – Система, выключи картинку и звук.
Рыбки исчезли, и я смущённо посмотрела на Бойда.
– Ничего, что я взяла твою газировку? Одну банку, не больше. Хотелось пить.
– Без проблем.
Он спустил с плеча рюкзак и принялся разуваться.
– Тогда я пойду.
Пальцы Джимми застыли, и он поднял на меня вопросительный взгляд.
– Тебя подвезти?
– Нет-нет, что ты! – зачастила я.
А внутри всё сжалось от жалости к себе. Какая же я всё-таки трусиха. Несмотря на то, сколько он для меня сделал, я не хотела вести его к себе домой. Да и будет ли у меня этот дом, тот ещё вопрос.
Пожав плечами, Бойд кивнул в сторону кухонных модулей:
– Ты ела? Может, перекусишь вначале?
Почему мне кажется, что он меня отговаривает? Намекает, ходит вокруг да около, но прямо не скажет. Будто сам ещё не осознаёт, что не хочет меня отпускать.
Или я надумываю?
В горле вдруг пересохло. Я кашлянула и помотала головой.
– Нет, я по пути что-нибудь перехвачу. Спасибо за перерасчёт из клуба, теперь мне хватит, наверное…
Но тут я замялась, не люблю врать. Ничего мне не хватит, но ему об этом знать необязательно.
Встала с дивана и подошла к двери. Мелкая дрожь пробежала по телу, едва я почувствовала на себе его тяжёлый взгляд. Он о чём-то думал. Сидел в прихожей на тумбе и молчал.
– Увидимся, – бросила я по привычке. Словно мы с ним прощались в хост-клубе. А в ответ:
– Угу. Ты же знаешь, что этого не будет. Прощай, Флория.
Его тихие слова вывернули мою душу наизнанку. Я не хотела уходить и не могла остаться! Но что я буду здесь делать? Стану его комнатной зверушкой? Подружкой? Любовницей? Кем? Сказал бы он, что ему от меня нужно, мне было бы проще принять решение. Однако он и не просил меня остаться.
Я ненадолго замерла, вцепившись в ручку двери.
Тишина. С его стороны ни звука.
Вышла из квартиры, прошла несколько метров до поворота, завернула на лестницу и разревелась непонятно зачем. Почему я ревела? Он ведь ничего плохого мне не сделал, а на душе было так гадко!
Неожиданно на лестнице внизу прямо подо мной послышались шорохи, которые сильно меня напугали. Я неосознанно, прихрамывая из-за спешки, вернулась обратно к квартире Бойда. Мне вдруг захотелось спрятаться где-нибудь. Не знаю, зачем и почему, но там у него было спокойно и я чувствовала себя под защитой.
Не успела поднять руку и нажать кнопку, дверь открылась и Джим воззрился на меня изумлённо, стоя на пороге.
– Зайдёшь?
Одно его слово, и я шмыгнула внутрь, желая поскорее скрыться от страшных шорохов на лестнице. Не знаю, когда смогу отделаться от боязни преследования, но факт оставался фактом. Нервы мои натянулись в тугой узел. Едва Бойд закрыл дверь, я уселась на полу и закрыла глаза, уравновешивая дыхание.
– Ты плакала? – Он опустился прямо предо мной, но не касался, смотрел внимательно. – Колени?
Вымученно помотала головой. Что ему сказать? Как ответить?
Будто поняв мои сомнения, Джим допытываться не стал, сменил тему:
– Если позволишь, я усажу тебя на диван.
Коротко кивнула. А он сделал ровно то, о чём спросил. Взял меня на руки…
Как же мне хотелось, чтобы он меня не отпускал. Хотелось посидеть с ним вот так и ни о чём не думать. Поэтому вцепилась в его шею и не отпускала даже тогда, когда он пристроил меня на подушки. Изловчился, но всё-таки сумел сделать это аккуратно.
– Флория?
Понимаю, что должна отпустить, но руки меня не слушали.
– Дай мне пять минут, – попросила я.
Коснулась щекой его плеча под серой робой утилизаторов, хорошо что чистой, и только сейчас до меня дошло. Неужели это всё спланировано?
– Так ты мусорщик?
– Я утилизатор. Не мусорщик. Они – другая служба.
– А есть разница?
Не спешила в этот раз подозревать, просто запретила себе, потому что не хотела раниться ещё больше. Мне было необходимо верить хоть кому-то. И, кажется, я нашла этого человека.