Регалия. Невольная страсть
- -
- 100%
- +
Несмотря на жестокие слова, сейчас она вела себя со мной будто с подругой. Во всяком случае, снова звучала крайне дружелюбно. Впервые встречаю человека со столь скорой переменой настроений.
– Идём, пока я не передумала, – подгоняла меня монархиня. Волей не волей, пришлось последовать за ней, уповая на случай и высшие силы, потому что ловить пулю голыми руками я, увы, ещё не научилась. А впереди моему взору предстала целая оранжерея. Застеклённая и крайне опасная по многим причинам. Пёстрые краски бросились в глаза, заставляя щуриться в попытке выискать взглядом притаившегося врага.
– Не останавливайся, – требовательно выдохнула императрица. – Здесь нет никого кроме нас и ещё двух слуг. Обещаю, в тебя никто стрелять не будет.
Откуда она узнала ход моих мыслей?
– У тебя всё на лице написано, – она снова проделала со мной тот же трюк.
Неужели я веду себя настолько предсказуемо?
Что ж, пересилив себя, я прошла вслед за ней, однако не переставая подозрительно коситься на каждую тень дерева или же куста. За очередной клумбой и двумя карликовыми пальмами в кадках пряталась вымощенная натуральным камнем площадка, а на ней стоял чайный столик и два стула. Сразу три фигурные тележки на колесиках были заполнены всяческой снедью: бутербродами, пирожными, чайными сервизами, кувшинами и менажницами, а на нижних полках пряталась посуда с металлической крышкой.
– Красота, не правда ли?
– В самом деле, – нехотя поддакнула я, чувствуя болезненный спазм в желудке. Стоит ли довериться и отведать её угощения – не знала ничуть. Терпение моё было на пределе.
– Какой у вас ко мне интерес? – выпалила я, совершенно позабыв о манерах.
Нет, определённо, сидеть и глотать слюну, смотреть, как она ест – выше моих сил. Я просто не сдержусь, или нагрублю, или уйду искать, где бы подкрепиться в более безопасном месте.
– Какой мне толк убивать тебя сейчас, когда ты сидишь со мной за столом?
Она и не думала отвечать прямо на мой вопрос. Что ж, ладно. Собрав волю в кулак, я послушно села прямо напротив неё.
Аккуратно устроив мой бывший нож на столе, она махнула слугам, стоящим в отдалении, и те охотно приступили к своей работе.
– Дорогуша, да будет тебе известно, наш Ренцо успел разбить не одно девичье сердечко, когда во дворец пребывали толпы претенденток на заключение брачного союза. Анс-Керту, кстати, тоже не дремлет. Хоть и принято считать их варварами, преимущественно аграрной страной. Но в распоряжении этих варваров находятся огромные запасы продовольствия, как и крупнейшие посевные площади и земли для садов, разведения домашнего скота. Мы вынужденно торгуем с ними всем подряд и иногда поставляем не только воздушные корабли, но и военный обвес из устаревшей линейки вооружения.
– Что мне до этого?
– Врагов у тебя не счесть.
– Это я и так знаю.
Казалось, после моих слов в оранжерее воцарилось молчание, были слышны только шелест листьев и журчание ручейка где-то за моей спиной.
– Ты, видимо, настолько голодна и не ведаешь, с кем говоришь? – императрица мягко поставила меня на место. А я не сильно-то была ей за это признательна. Потому что она наверняка что-то попросит взамен. Начнёт наводить на определённые мысли. Может быть, угрожать.
Но, как показало время, всё оказалось гораздо проще. Своим неуважением на грани враждебности я задела её за живое. Короткий кивок, и слуги покинули нас, так и не закончив сервировать стол. Императрица встала и принялась делать это вместо них.
– Дворцовая девка. – Она ухмыльнулась, ловко переставляя тарелки на стол. – Ещё совсем недавно я была простой служанкой. Ты ведь наверняка слышала слухи обо мне, не так ли? Бывшая императрица хворала, и ей нужна была сиделка…
Продолжая рассказывать, она накрывала на стол – поставила напротив меня тарелку с мясным блюдом. Я даже не глянула, какое именно. Всё моё внимание было сконцентрировано исключительно на её руках.
– Как думаешь, я её отравила, чтобы поскорее освободить императора от ненужного бремени?
– Откуда мне знать?
– Я была его служанкой, а убила императрицу моя заклятая врагиня. Но знаешь, кто от этого выиграл?
После подобных признаний у меня напрочь пропал аппетит. Она говорила о чудовищных вещах так запросто!
Её линия поведения снова переменилась. Милый тон стал громким гонором:
– Никому, – она схватила меня за подбородок и повернула голову к себе, яростно взирая, будто борзая собака, – я никому не позволю обращаться со мной, как с простой служанкой!
Ударив её по руке, я быстро встала и выставила между нами стул.
– Я никогда и не козыряла ни перед кем своими регалиями. Но издеваться над собой тоже не позволю никому.
Завидев лежащий на подносе острый нож, которым наверняка недавно разрезали мясо, я подхватила его, а заодно ещё одно блюдо с маленькими бутербродами.
– Спасибо. Этим перекушу, позже верну. – А немного подумав, взяла с собой ещё и кувшин с водой. Поудобнее устроила его в сгибе локтя.
Ярость императрицы как рукой сняло. Я в очередной раз подивилась скорости перемены её настроений. Очень надеюсь, нам не придётся с ней часто сталкиваться, иначе драка неизбежна. Невероятно сложная личность!
Так, на этом можно заканчивать. Я спешно намылилась на выход.
– Думаешь, не отравлено? – ехидно бросила мне вслед Фелма Хорто. Припомнив её фамилию, я и впрямь подивилась тому, что у неё, как и у Гжохи, нет частицы, указывающей на дворянское происхождение. Точно ведь, и как я раньше не додумалась? Сколько титулов ни получи, а род твой так и останется незнатным для остальных, стоит лишь упомянуть простую односложную фамилию, как у простолюдинов. Даже пускай ты не работник на жаловании, а яркий представитель богатой прослойки общества. Из ростовщиков, купцов, литейщиков, реже производителей и владельцев мануфактур, потому что все мало-мальски ценные предприятия очень быстро переходят в ведение или же монарха, или местных дворян. Деньги любят все без исключения.
Спешно выйдя в коридор, я по памяти свернула в нужном направлении, но только выбрала маленький тупичок, который заприметила на пути, и первым делом уселась на пол. Здесь не было никого, поэтому и церемонии излишни. Положила нож в центр блюда и взяла первый бутерброд.
Сухомятка – да, желудок спасибо не скажет, но всё же лучше, чем сидеть и слушать ядовитые речи этой гадины. Надеюсь только, она действительно не просчитала подобный исход нашего разговора и не отравила бутерброды в самом деле.
И вообще, кто подсыпает яд в хлеб? Мясо, вино, воду, супы, чтобы порошок быстро растворился. Вот если жидкая отрава, то… хлеб размякнет.
Выдохнув от облегчения, я приступила к скромной трапезе, украдкой поглядывая по сторонам. Надо успеть перекусить, пока меня не хватились и не начали искать.
Глава 11
Морской прибой нежно ласкал слух любого, кто наблюдал за красотой живописных Коралловых островов, раскинувшихся вдали от Треугольной впадины – временного места обитания племён русалов, осьмину и нагов, подводных жителей Великой Океании.
Каменистая линия пляжа самого крупного из островов была объята прозрачной лазурной водой, лениво набегавшей на сушу с тихим приятным журчанием.
Крупный городок русалов состоял из соломенных навесов на деревянных каркасах различной высоты, размера и формы. Это временное жильё было выстроено на суше неспроста. Оно заселялось племенами только во время брачных церемоний, для которых в центре селения стоял камень жреца и был обведён большой турнирный круг – место, где побеждает сильнейший, где разрешаются любые споры, будь то право на самую красивую нагу или застарелая обида между враждующими семьями.
Йоруэ – первая часть церемонии означала знакомство молодых представителей племён друг с другом при совместном преклонении богине Йоре – божество водной стихии, наделяющая русалов, нагов и осьмину двумя ипостасями – морской и человеческой. Ровно на три месяца подводные обитатели Великой Океании получали возможность преобразить свой внешний облик и обрести непривычный им голос. Многие из них и к середине жизни так и не научились внятно говорить ни на одном из языков имперцев-островитян, поэтому использовали упрощённый собственный язык, состоящий из коротких простых звуков.
Крикан IV – мудрейший и сильнейший представитель племени русалов, напротив, умел свободно говорить сразу на трёх наречиях горных жителей, чем вызывал безусловное благоговение среди соплеменников. Именно ему первому и показали раненого спасённого старика, которого местные дозорные выловили под водой у Верхней гавани.
Охотно меняя спасённых людей на различные полезные приспособления, стальные кинжалы и заготовленную древесину, необходимую для строительства более высоких представительных навесов, русалы, осьмину и наги невольно соревновались между собой.
– Бу-ко? – прогромыхал высокий кареглазый осьмину, недовольно кривя рот. В дословном переводе его вопрос бы звучал: «Как он?»
– Сложно, – ответил ему вождь русалов по имени Крикан, забыв сменить человеческое наречие. Он сидел в центре крупнейшего навеса в позе лотоса, медитируя и стараясь очистить разум от слов назойливых представителей чужого племени.
Бусы из ракушек украшали мощное, загорелое тело спасителя островного императора. Широкая тканевая тряпка опоясывала и укрывала ноги до верхней части мощных бёдер. Дозорный был сильнейшим представителем своего племени, чем и не в меру гордился, позволяя себе грубые интонации в присутствии чужого вождя. Селим Отто ди Грис попал к нему в руки почти сразу после погружения, именно поэтому он был ещё жив. Однако большая потеря крови сильно сказывалась на его состоянии. Тело императора Дилоуна била крупная дрожь, рана гноилась, а жрица богини Йоре, молодая голубоглазая русалка предбрачного возраста в скромном тканевом одеянии, развела руками и покачала головой, мол, здесь она бессильна.
– Ту-у-чио, ху-бу-ко, – приказал вождь русалов, кивая в сторону жреческого камня. – Пу-пу-ни.
– Го-бу! – воспротивился осьмину, заступив дорогу жрице. – Ту-ну-ту.
Вздохнув, девушка обернулась к вождю, и тот невольно кивнул, приказав ей продолжить заниматься врачеванием.
– Лю-ка… – вымолвил император слабым срывающимся голосом. – Где…
– Нам не знать, кто такой Лю-ка, – ответил ему Крикан IV. – Ты в гостях у русалов. Жизнь твоя короткий. Если ты выживать, мы решать, как тебя менять.
– Я должен, – выдохнул Селим Отто сквозь слёзы, показавшиеся в его глазах. – Извини, Люка.
– Бу-фу, – попросила жрица, призывая раненного к молчанию.
Несмотря на это, император продолжил бубнить:
– Регалия, фатум… Я должен рассказать.
– Мне, – предложил русал, прекратив бесплодные попытки медитировать. Уж если раненному императору суждено умереть, то лучше будет, если он облегчит свою душу перед тем.
– Апперчи ди Лоун, старый хитрец, запрятал её у себя и никому не сказал, – зачастил Селим, схватив жрицу за руку. – Но я знаю, знаю! Только наша кровь способна его пробудить. Смерть ждёт нас всех, если зло завладеет им. Только Люка, она-она может…
Силы вдруг покинули императора, и он не договорил, закрыл глаза и стиснул зубы, переживая очередной болевой спазм. Жизнь… Он отчаянно цеплялся за жизнь и не хотел умирать, пока не передаст дочери нужные знания, способные решить судьбы всех жителей Великой Океании.
Сон, беспокойный, сморил Селима в следующий миг.
А недовольный наг тотчас же потребовал объяснить всё, что было сказано его собственностью, как он считал.
Немного помолчав, Крикан IV попытался осмыслить нечто для него непонятное. Неужели всему виной бредовое состояние императора, или же некая Люка сможет и впрямь завладеть фатумом? И почему этот фатум может убить жителей? Каких? Островов или Океании тоже? Всех?
– Ту-ту-чио.
Русал пожал плечами, не желая делиться этими знаниями с молодым горячим глупцом, столь опрометчиво выбравшим неправильный тон для разговора с вождём русалов.
Фыркнув, наг поспешил отправиться в другую часть острова, дабы затем уже привести с собой подмогу, чтобы выбить правду из упрямого правителя одного из племён. Думая так, он и не подозревал, что ждёт его впереди. Ведь судьба Селима Отто ди Грис волновала не только нагов, русалов и осьмину. Новая опасность медленно подступала к Коралловым островам, плывя по воздуху крупной воздушной эскадрильей ближайшей империи Анс-Керту.
Глава 12
Пока я утоляла голод бутербродами и водой из кувшина, мои мысли блуждали по лабиринтам дворянских титулов и системы рангов знатности, так называемые страты.
Мастера и историки, следуя указаниям моего отца, вложили в мою голову множество, как мне тогда казалось, ненужных знаний. Но сейчас я была искренне благодарна им за этот кропотливый труд.
Общество Ангу делилось на три слоя: низший, средний, который не случайно называют ремесловым, и высшую знать. К последней относятся потомки прошлых и нынешнего императоров, а также те, кто заслужил право на титул за особые заслуги перед империей.
Горько усмехнувшись, я осознала, что благосостояние жителей Ангу сильно заметно, хотя и труднообъяснимо для меня. Кто все эти разодетые в шелка и золото люди? Они произвели на меня неизгладимое впечатление во время недавней церемонии представления на всеобщее обозрение боевого трофея – меня. Я сильно старалась не обращать на них внимания, но их дорогие одежды и украшения…
Нет, сейчас не время думать о золоте. Ангужская империя никогда не испытывала недостатка в драгоценных металлах и камнях, и всё благодаря рудникам на северной оконечности острова Жио. Кстати, Гжохи, если не соврала, из известной семьи литейщиков? Её отцу пожалован титул? Вероятно, предприимчивый родитель внёс значительный вклад в процветание империи. Не удивлюсь, если это связано с перевыполнением плана добычи и выплавки золота, серебра, олова и других металлов. Она упомянула «эрц-луин»?
«Эрц-луин – третья страта с конца списка общей классификации дворян», – вспомнила я её слова. И задумалась.
Древо императорской семьи очень обширно, и многие представители ремесловых сословий унаследовали титул через браки с представителями высшей знати. Некоторые из так называемых низших тоже смогли протиснуться на холст Великих Предков. Одна из легенд гласит: тысячи вышивальщиц трудились над этим легендарным полотном, спрятанным в недрах Сокровищницы императорского дворца на вершине острова Жио. По слухам, руководит процессом записи, точнее вышивания, каждого имени новой родни сам Глава императорской канцелярии. Но я снова отвлеклась.
Пережёвывая новый бутерброд, я уже делала это медленнее, утолив первый голод, и мысли лениво блуждали в моей голове. Память упорно отказывалась мне помочь. Помню, кажется, есть правило: пять корневых титулов и четыре страты внутри каждого из них. Это вынужденная мера, чтобы даже аристократы одинаковых титулов соперничали друг с другом, стремясь возвыситься над конкурентами.
Вспомнила!
Пять дворянских титулов следуют друг за другом в определённом порядке: диез, сафди, беху, геду и луин. Пять фамилий древних родов основателей империи. Внутри каждого из титулов есть по четыре ранга. Так… это мерц? Нет, мер, эрц, оту и… гань!
Перестав жевать, я уставилась в одну точку на стене напротив, погружаясь в свои мысли. Третья с конца? Но ранг второй по очерёдности, если считать, соблюдая нумерацию.
Получается, её отцу пожаловали титул луин, который в свою очередь разделён на четыре страты. Первый ранг – самый высокий, и это «мер». А полностью название пожалованного титула звучало бы «мер-луин». Я, как супруга наследника императора, наверняка получу титул диез, но вот какой ранг мне будет присвоен – загадка. Мер-диез или первая ступень принадлежит Ренцо и императрице. Следующая страта будет эрц-диез, и, вероятно, этот титул пожалован второму сыну императора, брату адмирала. Но кроме этого, всякие дядюшки и прочие близкие родственники монарха и монархини тоже могут получить титул «диез», но, скорее всего, уже ранга «оту» и «гань». Это сделано специально, чтобы выделить семью императора из общего числа дворян и наделить их особыми регалиями.
Регалии…
Почему-то это слово вызвало у меня странное ощущение неприятного холода и некоторого узнавания.
Секунда-другая. Я напрягла память и… Нет, всё-таки не могу вспомнить, где именно слышала это слово, но кажется, с ним было связано что-то очень важное. Легенда или рассказ отца?
Как вдруг громкий крик, звучащий издалека, прервал мои мысли. Ещё один и ещё. В соседнем помещении истязали человека? Девушку? А вот очередной щелчок и новый всхлип – уже не крик. Неужели наказание кнутом? В той стороне находится оранжерея… то место, откуда я пришла.
Нет, это неприемлемо!
Я, принцесса Лукреция, никогда не уклонялась от трудностей и всегда старалась служить примером для своих подчинённых. Вот почему, даже несмотря на полное отсутствие поддержки, я не смогла остаться в стороне от происходящего.
Передвинув разделочный нож на край полупустой тарелки, я встала и, подхватив свой скромный обед, поспешила обратно в оранжерею.
Картина, представшая перед глазами, полностью оправдала мои ожидания. Стражник в золотых одеяниях стоял рядом с императрицей, держа в руках кнут, которым, судя по кровавым пятнам на спине, он уже успел ударить лежащую на полу бедняжку.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.