Десерт для генерального

Глава 3

Обожаю сладости собственного производства. Ем их нечасто, потому что и так прибавила в весе, но иногда могу побаловать себя какой-нибудь вкусняшкой.

Вчера готовила карамель в качестве образца для предстоящего мастер-класса, который состоится сегодня после обеда. Парочку лишних леденцов со вкусом мёда и облепихи я оставила себе, и теперь наслаждаюсь приятной, не приторной сладостью.

До начала работы остаётся меньше получаса, я пришла заранее, потому что никогда не отстаю от коллектива.

А коллектив наш решил устроить забастовку…

В целом, они правы, и давно собирались сделать это, но я убеждала коллег и товарищей по несчастью набраться терпения. Подождать появления наследников в знак уважения к памяти Марка Антоновича, не рубить сгоряча. И ко мне прислушивались, как ни странно, хотя я тут командир только на кухне, а всеми остальными руководит непосредственно Илона.

Но после вчерашней выходки генерального я приняла решение больше не сдерживать эту стихию в виде взбешённых работников, поэтому, как только босс явится, его ждёт сюрприз.

– Ты уже слышала новость? – спрашивает у меня Кристина.

Мы стоим в холле и ждём, когда соберутся все.

– Какую? – с наслаждением посасываю леденец на палочке.

Второй я отдала Кристи, но она его пробовать не спешит.

– Илона больничный взяла, – отвечает девушка.

– Да? А что с ней случилось? Неужели-таки отравилась собственным ядом? – хмыкаю с сарказмом.

– Вроде на сохранение легла, – отвечает подруга, как ни в чём не бывало, но буквально в следующую секунду ахает и прикрывает рот ладонью. – Ой…

– На сохранение… чего? – спрашиваю, сощурившись с подозрением.

Внимательно смотрю на девушку, которая теперь старательно отводит взгляд, хотя и понимает, что это бесполезно. Я в любом случае получу информацию, у меня для этого в арсенале есть уйма методов.

Конечно, я догадываюсь, о чём идёт речь, но принять реальность пока не в состоянии.

– Ты не знала, да? – шепчет Кристина сочувственно. – Прости…

– Забей! – широко улыбаюсь, старательно делая вид, будто всё в порядке.

Все вокруг привыкли к тому, что я всегда весела и жизнерадостна, а что творится у меня на душе, никому невдомёк. Я научилась скрывать свои эмоции за улыбкой, так проще и спокойнее живётся.

– Ты уверена? – спрашивает Кристи обеспокоенно.

– Да, – активно киваю в ответ, а мыслями уношусь далеко-далеко, туда, где была когда-то счастлива, как мне тогда казалось.

Илья. Мой первый и единственный мужчина, он казался мне идеальным, ведь за мной никто и никогда не ухаживал.

Я знала, что он тот ещё донжуан. Ну, ещё бы, самый популярный парень университета, за которым все девчонки бегали, включая Илонку.

А он выбрал меня…

Выбрал и сразу после свадьбы сел на шею. Сначала жаловался на кризис, потом лишился работы по глупости, а я продолжала поддерживать любимого. Верила, дурочка глупая, что он увидит мою доброту и оценит.

Ну-ну, оценил.

Притащил Илонку прямо в нашу, то есть его квартиру. Да я думала, меня прямо на постель стошнит, когда увидела ношеные кружевные труселя под подушкой.

Ушла, не раздумывая, а потом узнала, что это не первая выходка Ильи. Соседка рассказала, что мой благоверный частенько водил кого-нибудь домой, пока я вкалывала на работе.

Идиотка, и ещё в постель его свою пускала.

Я сразу же подала на развод и кинулась проходить медосмотр в клинике, чтобы убедиться, что этот гад ничего мне не притащил.

Благо, последние месяцы у нас не было близости: я упахивалась на двух работах. Так как денег не хватало, помимо «Доброго Фея» работала тогда ещё в одной кондитерской.

А этот фрукт, видимо, успевал растратить весь свой ничтожный потенциал на стороне.

На удивление, сожаления о расставании у меня не было ни капли. Чувства остыли раньше, ещё в тот момент, когда любимый предложил мне похудеть. Как будто не знал истинной причины, по которой я набрала вес.

И ладно бы, он о моём здоровье переживал, нет, Илья заявил, что со мной в люди выйти противно.

Я травила себя гормонами, а потом узнала, что с моей стороны никаких проблем нет. И от кого сейчас на самом деле беременна Илона, ума не приложу. Но это не моя проблема, бывший теперь пусть сам расхлёбывает.

А если ему любовница ещё и изменяет, то Илюхе это даже на пользу. Пускай примерит рога, ему они подойдут, уверена в этом.

– В чём дело? – подобный раскату грома мужской голос разносится по помещению, отвлекая меня от грустных воспоминаний.

Я поворачиваю голову и вижу застывшего на входе в агентство босса. Громов хищным, недовольным взглядом окидывает всех присутствующих, и явно ждёт объяснений.

– Забастовка, – пожимаю плечами, привлекая к себе внимание мужчины.

Внешне держусь огурцом, но внутри вся дрожу, когда генеральный проходится по мне недовольным взглядом.

Мы знакомы всего день, но судя по выражению лица мужчины, я уже успела набить ему оскомину.

Торопливо излагаю Громову суть проблемы, из-за которой коллеги устроили этот цирк. С леденцом во рту выгляжу, скорее всего, вызывающе, но сейчас это единственный способ скрыть волнение и не показать свою уязвимость перед боссом.

– Значит так, – Павел Андреевич обращается к подчинённым, – я всё решу. Сегодня же, поэтому прошу всех разойтись по своим рабочим местам.

Коллеги поднимают недовольный гул, но с боссом больше не спорят и возвращаются к выполнению своих обязанностей.

Я тоже пытаюсь последовать их примеру, но Громов не позволяет мне уйти. Хватает за локоть и вынуждает остановиться.

– Дарья Николаевна, это ваших рук дело? – цедит сквозь стиснутые зубы.

– В каком смысле? – хмурюсь, глядя на босса снизу вверх.

Чтобы смотреть ему прямо в глаза, нужны ходули, как у Илонки.

– Я видел, как они все с вас глаз не сводили, будто отмашки ждали, – у босса желваки ходуном ходят от злости.

Так-так, главное, всё отрицать.

– Не было такого, вы что? – смотрю на Громова с удивлением.

А сама думаю, как выкрутиться. Мне нельзя выговор получать и спорить с боссом нежелательно, обещал ведь уволить сразу же в случае чего.

Я и так вчера немного палку перегнула, когда увидела этого холёного мужлана на своей кухне.

Впрочем, можно перевести тему, почему бы и нет.

– Павел Андреевич, а вы уже назначили кого-нибудь на время вместо Илоны? – стараюсь сохранять серьёзное выражение лица, хотя при виде замешательства на лице босса очень хочется рассмеяться в голос.

Он ещё даже не представляет, как сложно будет найти подходящую кандидатуру. Дело в том, что «Добрый Фей» не работает с подрядчиками, в агентстве сформирована команда, члены которой отвечают за решение определённых задач.

И я сильно сомневаюсь, что кто-нибудь согласиться помимо своей работы, взвалить на себя ещё и обязанности Илонки.

Кому это надо вообще?

Глава 4

Половина дня проходит в относительном спокойствии, я занимаюсь своими делами и готовлюсь к мастер-классу для школьников. Мне нравится работать с детьми, они могут чего-то не понимать, но при этом не выпендриваются, как некоторые взрослые.

Наши мастер-классы посещают преимущественно состоятельные люди, и делают это скорее ради развлечения, а не для того, чтобы чему-то научиться.

Ну, и как с такими работать, если им самим это не надо?

А дети в любом случае – любопытные создания, с ними весело.

После обеда генеральный вызывает меня к себе.

И что ему понадобилось? Ума не приложу.

Надеюсь, не уволит, потому что я свою работу очень люблю и уходить не собираюсь. Если уж со стервой Илонкой продолжила работать, то какой-то мужик для меня точно не помеха, пусть даже такой шикарный, как Громов.

Правда, с Илоной тоже не всё так просто: она давно меня доставала, потому что зависть бывшей одногруппницы не знает границ. Сама в своё время бросила институт и в итоге окончила лишь какие-то курсы, поэтому зарабатывает меньше меня. Хотя нагрузка у Илонки немаленькая, вот ей и обидно, что кто-то благодаря своему профессионализму на коне, а она нет.

Прогоняю прочь неприятные мысли, нервно передёрнув плечами, и стучу в дверь генерального.

– Войдите, – отвечает Громов.

Делаю пару глубоких вдохов и прохожу внутрь. Оглядываю быстрым взглядом новую обстановку: босс притащил всяких своих вещей, картины странные на стены повесил.

– Дарья Николаевна, – мужчина задумчиво чешет небритый подбородок и смотрит на меня исподлобья. – Мне нужно с вами серьёзно поговорить, – жестом указывает на стул.

Я аккуратно присаживаюсь на край мягкого сиденья и молча жду, когда босс заговорит.

– Вы знаете, что ивент-менеджер ушла на больничный, – говорит очевидное.

Вот про Илону мог бы и не напоминать мне, и так я нервничаю, когда вспоминаю про любовницу бывшего мужа.

К Илье чувств давно нет, но уязвленное женское самолюбие вкупе с унижением, которое я испытала, когда узнала про измену, напоминают о себе всякий раз, когда я вижу соперницу. Мне плевать, что она заняла моё место – не так уж оно и вакантно, особенно, если учесть, что Илья по-прежнему остаётся безработным.

Но вечные придирки и попытки вставить мне палки в колёса со стороны Илоны раздражают. Она то и дело угрожает мне увольнением, хотя не имеет полномочий принимать подобные решения в одиночку.

К примеру, несколько месяцев назад мы устраивали праздник в честь дня рождения одной прелестной маленькой девочки. Её отец – крупный бизнесмен, а у матери замечательный частный детский клуб. Зверевы хоть и не бедные люди, но очень добрые. Кристина вообще смола получить льготное место, и теперь её сынок занимается в этом клубе, хотя занятия там стоят ох как недёшево.

Я пекла торт для праздника, внесла свои коррективы, которые, кстати, пришлись по вкусу хозяйке. Но Илонка чуть скандал не устроила прямо на кухне у Зверевых, обещала выгнать меня, будто посмела бы сделать это на самом деле.

Пока витаю в облаках, босс с меня не сводит внимательного взгляда. Ждёт ответа, а я молчу, проявляя невежливость. Надо исправляться.

– Знаю, – запихиваю свои настоящие эмоции поглубже, чтобы не раздражать Павла Андреевича своим недовольством.

Не хочу нарываться и лишиться места, но мысленно я придумываю для Громова самые изощрённые способы казни. Надеюсь, каждая моя нервная клеточка, растраченная из-за генерального, отольётся ему в будущем каким-нибудь геморроем.

– Я поговорил с сотрудниками, и все в один голос хотят, чтобы вы временно заняли место организатора…

– Я?! – моё терпение лопается мгновенно, как воздушный шарик. – А больше они ничего не хотят, может, мне ещё и сплясать, не? – понимаю, что веду себя непозволительно дерзко, но иначе просто взорвусь от негодования.

Генеральный хмурится, но на этот раз не спешит вступать со мной в перепалку.

– Вам доверяют, – пожимает широкими плечами, – разве вам это не льстит? – ой, вэй! Кто-то из себя изображает знатока женской психологии.

– На меня пытаются повесить уйму чужих обязанностей, и мне это льстить должно? – сразу даю понять, что не куплюсь на уловки мужчины. – Нет уж, увольте, – бросаю, совершенно не думая, как банальная фраза звучит в контексте нашего вчерашнего разговора.

Язык мой – враг мой. И что теперь будет?

– То есть, я хотела сказать… – пытаюсь сообразить, как исправить ситуацию.

– Не надо, – ухмыляется босс, стреляя в меня светло-карими глазами. – Не надо ничего говорить, у вас это получается не очень.

Хам!

– Смею с вами поспорить, – отвечаю сдержанно.

Да если бы не моя способность забалтывать окружающих, сотрудники агентства разбежались бы ещё месяц назад.

– Не надо, Дарья. Не надо со мной спорить, – нажимает на голос, ясно давая понять, кто здесь хозяин. – Подумайте над моим предложением, ваш положительный ответ я жду вечером, после работы.

– А если мой положительный ответ будет отрицательным? – нервно хихикнув, уточняю на всякий случай, хотя прекрасно знаю, что скажет Громов.

Привык всё за всех решать, и мнение простого кондитера его совершенно не интересует.

– Не думаю, – отвечает с улыбкой.

Ага, я заметила, что думать – не его конёк.

– Я, Дарья Николаевна, умею уговаривать, – подмигивает мне, побуждая как можно скорее смыться из кабинета.

У меня мастер-класс, а я тут время трачу на бестолковые споры.

***

Через пару часов, после занятия со школьниками, я принимаюсь за заказ для одной пожилой женщины. Мне необходимо приготовить торт «Баунти с ананасом». Это легко, данный рецепт не требует каких-то сложных подготовок, да и украшать «Баунти» просто.

Пока с помощью стационарного миксера взбиваются яйца, я подготавливаю форму для выпечки. В пышную массу добавляю необходимые ингредиенты и отправляю тесто в духовку.

Готовый корж охлаждаю на решётке, заворачиваю в пищевую плёнку и убираю в холодильник, чтобы влага в корже распределилась равномерно, и когда я буду разрезать его, он не крошился.

Тем временем готовлю начинку. Для этого смешиваю молоко, кокосовую стружку, ваниль и сахар, и провариваю массу небольшое количество времени на плите так, чтобы не выпарилась вся жидкость.

Взбиваю сливки и собираю торт. На корж выкладываю начинку, кусочки ананаса и равномерным слоем распределяю взбитые сливки. Повторяю те же действия с остальными коржами.

Торт убираю в холодильник для пропитки. Через несколько часов его можно будет покрыть шоколадной глазурью и отправить по адресу заказчицы.

А пока появляется свободная минутка, мы с Костей завариваем чай. Сегодня он у меня на подхвате, потому что Кристину неожиданно вызвали в садик, у её сыночка там что-то случилось.

– Кость, чай остынет, ты куда пропал? – зову помощника, который тщательно прибирает рабочую поверхность после сборки торта.

Парень младше меня на пять лет, ему всего двадцать один, и он успевает и учиться, и подрабатывать.

– Да-да, Дарья Николаевна, я сейчас, – до меня долетает голос помощника, хотя его самого я не вижу, потому что нахожусь в нашей общей коморке.

Здесь мы оставляем вещи, обедаем и иногда отдыхаем.

Пока жду подчинённого, раскладываю по тарелочкам остатки десерта «Павлова». Я готовила его вчера и на нервах из-за фертелей Громова немного переборщила с пропорциям, поэтому остались излишки.

Старательно придаю десерту аппетитный вид, украшаю свежей клубникой, которая только стала появляться на полках супермаркетов. Конечно, в марте она не такая ароматная и вкусная, как в сезон, но всё равно приятно прохладным весенним днём насладиться маленьким кусочком лета.

– Ммм, клубничка, – тянет над моим ухом уже знакомый бас.

И он точно принадлежит не Костику.

Я резко разворачиваюсь и буквально врезаюсь в генерального. А у меня, между прочим, в руках спелая ягода.

На Громове нежно-голубая рубашка, и теперь на ней красуется ярко-красное пятно от клубники.

– Простите, пожалуйста! – пытаюсь отодвинуться от мужчины, что бы ненароком не испачкать его ещё раз, но босс стоит так близко, что мне остаётся только на стол запрыгнуть.

Разумеется, я этого делать не стану.

– И отойдите от меня, – гневно зыркаю на мужчину, – что у вас за привычка такая: прижиматься?

– У меня? – Павел Андреевич делает вид, будто удивлён. – Вы себе льстите, Дарья, – ухмыляется, а мне становится обидно.

Неужели так же, как мой бывший муж, скажет, что я толстуха, и в этом всё дело?

– И в чём же заключается моя лесть? – похоже, сама нарываюсь на грубость, и ведь буду потом жалеть, но сейчас не могу остановиться.

Спрашиваю, будто для меня важно мнение этого хама.

Сдуваю с лица выбившуюся из причёски прядь волос и упрямо смотрю на руководителя.

– В том, что… – мужчина проходится по мне сканирующим взглядом, рассматривает лицо, опускается ниже, непозволительно долго пялится на грудь. Шумно сглатывает. – Ни в чём, – отрезает коротко, явно пытаясь съехать с темы.

– Ммм, вот как, ну, тогда давайте, я вашу рубашку, что ли, застираю, – пожимаю плечами и убираю клубничку обратно на тарелку.

Вообще-то я виновата, испортила генеральному наверняка дорогущую вещь.

– Нет, Дарья, давайте-ка, вы лучше в качестве извинений примите моё предложение и займётесь подготовкой к мероприятию, о котором я вам вчера говорил, – произносит Громов таким грозным тоном, что сразу становится понятно: спорить со мной он не намерен.

Я молча поджимаю губы и делаю пару шагов в сторону, чтобы не стоять так близко рядом с мужчиной. Почему он сам так и не отошёл от меня, я не знаю.

Ещё и эти пристальные взгляды…

Нет, я не думаю, что могла понравиться боссу. Конечно, на лицо я симпатичная, но такие мужики, наверное, моделек любят тощих, а я уж точно не такая.

Впрочем, это может быть всего лишь глупый стереотип, без какого либо основания. Но проверять, так ли это на самом деле, я не собираюсь.

– Павел Андреевич, – мне не нравится, что приходится тратить время на этот глупый разговор.

Ещё и Костя пропал куда-то, а чай уже давно остыл.

Эх…

– Да, Дарья Николаевна, – мурлычет этот котяра.

Странный, прижимается, пялится, глазки строит.

Наверное, такой же ловелас, как мой Илюха. То есть, не мой уже, конечно. Слава Богу.

– Я бы хотела уточнить, что будет, если я откажусь? – спрашиваю спокойно, без лишних эмоций, но Громову мой вопрос приходится не по вкусу.

Мужчина морщится. Неужели не допускает мысли, что я могу проигнорировать его предложение? Или это было не предложение вовсе, а приказ?

– А вы, Дарья, сами-то как думаете? – опять исподлобья меня глазами сверлит.

Будь мы в других обстоятельствах, я бы подумала, что Громов со мной флиртует.

– Преимущественно мозгом, – натянуто улыбаюсь, с упоением наблюдая, как лицо генерального становится хмурым.

Не нравится ему, что язвлю в ответ. Но и он себя ведёт странно, проходу не даёт, нервы треплет своим присутствием, сколько можно?

– Дарья! – рычит босс, из мурлыкающего котёнка мгновенно превращаясь в настоящего тигра.

Такого за усы лучше не дёргать, а та мало ли, что.

– Я поняла! – поднимаю руки в примирительном жесте. – Хорошо, я попробую, только, за отдельную плату, разумеется, – сразу ставлю условие.

Бесплатно работать меня точно никто не заставит.

Глава 5

Павел

Придя в свой кабинет, первым делом вызываю к себе бухгалтера. Требую отчёты за прошедший месяц, а заодно принимаю решение выделить личные средства на то, чтобы выдать подчинённых хотя бы аванс.

Неужели тут так всё плохо, что сотрудники сидели целый месяц без зарплат? Я был уверен, что агентство процветает и приносит отличный доход.

После разговора с бухгалтером планирую поработать с документацией, но очень скоро понимаю, что это будет не так просто сделать.

Не кабинет, а какой-то архив, вот правда.

В углу стопкой сложены папки с документами, а найти что-то нужное не представляется возможным. И как Марк со всем этим справлялся, да ещё и без секретаря?

Я вот даже не знаю, с какой стороны подступиться. А ведь неплохо было бы изучить личные дела сотрудников, чтобы понимать, с кем мне вообще предстоит работать.

И как агентство с таким подходом до сих пор не загнулось, ума не приложу.

Засучив рукава, принимаюсь собственноручно разгребать завалы. Утром я привёз сюда кое-какие свои вещи, чтобы обустроить кабинет, но пока всё не будет стоять по полочкам, об уюте и говорить нечего. Работать в такой обстановке – тем более не представляется возможным.

Так проходит полдня. Разобрав добрую часть документации, понимаю, что посвятить весь день этому процессу будет огромной глупостью. У меня полно других вопросов, которые необходимо срочно решить.

Например, найти кого-нибудь на должность организатора.

И всё-таки интересно, утреннюю забастовку действительно Дарья организовала, или это просто нелепое стечение обстоятельств?

Я ещё не успел понять, что из себя представляет эта дамочка, но то, что она местный лидер, видно невооружённым глазом.

А что, если в качестве наказания за произвол поставить её на место ивент-менеджера? Я связался с Илоной и выяснил, что она действительно находится в стационаре, хотя у меня и были сомнения на этот счёт.

Я девушку не знаю, и хоть принял к сведению её комментарии относительно коллег, всё же сначала предпочитаю сам проверить полученные сведения.

Впрочем, с Нестеровой всё пошло по наклонной с самого начала. Я не знаю, почему начал наше знакомство с ультиматума, скорее девушка просто попалась под горячую руку. В остальном, она сама виновата: кто в здравом уме будет спорить с начальством, от которого зависит?

А Дарья Николаевна решила характер показать, за что теперь и поплатится.

Вызываю подчинённую к себе, чтобы предложить ей временно занять должность организатора. Не уверен, что девушка справится, ведь даже менеджер, которая сейчас на больничном, выполняла свою работу не самым качественным образом. А у неё хотя бы был опыт.

Пока жду Нестерову, пролистываю отзывы на сайте агентства и обнаруживаю, что очень много довольных работой организатора. Прямо сплошные дифирамбы поёт каждый первый, восхищаясь профессионализмом Илоны.

И что любопытно, ещё несколько дней назад такого количества отзывов на сайте не было, я заглядывал и видел лишь несколько комментариев, которые касались десертов Дарьи.

А эти все, как под копирку, одинаковые.

Неужели накрутка, но зачем? Это ведь глупо.

Листаю дальше и натыкаюсь на прямо противоположную картину: есть недовольные работой организатора.

Буквально позавчера парочка недовольных клиентов решили высказать своё «фи». Заказчики отмечают, что в начале работы девушка ведёт себя профессионально, но когда дело доходит до исполнения заказа, который уже нельзя отменить или выбрать другого исполнителя, Илона начинает вести себя дерзко и грубо.

Но в целом, наше агентство оставляет приятное впечатление у клиентов благодаря слаженной работе остальных членов команды.

Хорошая программа, качественное музыкальное сопровождение, грамотные педагоги и вишенка на торте – десерты, которые готовит Дарья. Отличной идеей со стороны Марка было не связываться с подрядчиками, а сколотить собственный коллектив, который будет работать слаженно и без перебоев.

А вот с Илоной в свете вскрывшихся фактов надо что-то делать.

Неужели она думала, что я не загляну на сайт и не проверю лично, что пишут о ней, и об агентстве в целом?

Поразительная наивность.

А может и думала, и сама заказала те накрученные комментарии, которые выглядят весьма глупо на фоне развёрнутых отзывов реальных заказчиков.

Да уж, не думал я, что всё тут так запущено. С одной стороны, агентство росло, развивалось, приносило прибыль, а с другой видно, что не успевал Марк уследить за всем и всеми. К тому же, болел в последнее время, отсюда и проблемы, я думаю.

Пока размышляю, как быть, ко мне на аудиенцию приходит Нестерова. Старается вести себя скромно, но её строптивый нрав видно невооружённым глазом.

А уж как возмущается девушка, когда я предлагаю ей дополнительные обязанности. Сейчас меня уже не волнует наговор ивент-менеджера, я понимаю, что девушка могла и приукрасить.

Но поставить Дарью на место – дело принципа, как она смеет всё время мне дерзить?

Спорит, будто это она тут главная, а я не собираюсь терпеть подобное.

– Подумайте над моим предложением, ваш положительный ответ я жду вечером, после работы, – буквально ставлю подчинённую перед фактом и выпроваживаю из кабинета, моментально пресекая её жалкие попытки поспорить со мной и что-то доказать.

Проходит ещё некоторое время, я занимаюсь рабочими вопросами, но мне буквально не сидится на месте. Так и тянет пойти к Дарье и узнать, что же она решила. Неоконченное дело не даёт мне покоя, я злюсь на подчинённую, которая посмела, вместо незамедлительного согласия, взять себе время на подумать.

Не тратя больше ни минуты лишней, покидаю кабинет и иду на кухню.

Здесь, как всегда, пахнет выпечкой. Ароматы ванили, кокоса и шоколада смешиваются в умопомрачительный коктейль, унося меня в далёкое детство.

Когда я был ребёнком, то просто обожал сладкое, и постоянно утаскивал что-то со стола, пока кухарка, работающая у нас в доме, занималась своими обязанностями.

Потом я вырос, вкусы поменялись, я занялся спортом, не профессионально, конечно, но всё же питание пришлось подкорректировать.