Наследница волшебной лавки

Глава 12

Буся ошарашенно вертел головой и ничего не понимал, так же как и я сама. Мы стояли в окружении пустых стеллажей и витрин, растрёпанная конторская книга по-прежнему лежала на стойке. После ослепительного блеска зачарованных артефактов наша старая лавка выглядела совсем безрадостно. Я вспомнила о порезе и взглянула на палец – никаких следов крови!

– Что это было, Лина? – первым нарушил тишину домовой. – Кажется, хозяин назвал твоё имя?

– Кажется, да, – согласилась я и на всякий случай заглянула за прилавок, словно там мог кто-то прятаться.

– Это было прошлое, как ты думаешь?

– Я могу только предположить, что да. Когда-то это был магазинчик артефактов, мебель в видении была та же самая, что мы наблюдаем сейчас. Но лавка работала, и здесь были покупатели.

– Получается, твоя кровь позволяет заглянуть в прежние времена и узнать историю этого места? – продолжал гадать Буся.

– Похоже на то, хотя совершенно непонятно, по какой причине. Я никогда здесь не была!

– Даже в детстве?

– Этого я не помню, – растерянно пожала плечами я. – Жаль, что всё так быстро исчезло. Мы не успели поговорить с хозяином и всё здесь рассмотреть!

– И жаль, что воспоминания есть у дома, в котором я живу, но не у меня!

– Не огорчайся, Буся, мы найдём способ вернуть тебе память. – Погладив домового по взъерошенной макушке, я принюхалась: пахло жаренной в специях курицей. – Наш ужин!

Мы побежали в кухню, где я тут же убавила жар в нагревательных спиралях. К счастью, куриные ножки не успели подгореть, лишь сильно зарумянились с одной стороны. Умопомрачительный запах едва не сбил меня с толку, но я заставила себя сосредоточиться. Взяла нож, тщательно оглядела его лезвие и рукоятку – ничего. Опустилась на колени и изучила пол, куда упали капли моей крови. Выскобленные добела доски тоже были чистыми. И палец целёхонький. Чудеса!

– Если бы это не было опасно, я бы предложил тебе повторить, – хмыкнул Буся.

– Почему ты думаешь, что это опасно? Я не умру от кровопотери, если сделаю маленький порез.

– Не надо, Лина. – Домовой упрямо сложил руки на груди. – Мы не знаем, что это за магия!

– И не узнаем, если не проведём эксперимент!

– Смею напомнить, что магия крови запрещена уже несколько веков.

– Какая же это магия крови? Я не собираюсь призывать демонов или поднимать мертвецов с кладбища, не собираюсь подчинять себе чужую волю, всего лишь хочу ещё разок заглянуть в прошлое!

Буся принялся расхаживать по кухне туда-сюда, словно раздумывал, стоит ли позволять мне творить безумства в его доме. Мне и самой было чуточку боязно: одно дело – порезаться случайно, и совсем другое – хладнокровно пустить себе кровь. Любопытство пересилило, я приставила кончик лезвия к подушечке указательного пальца и чуть надавила.

– Я жалею, что произнёс это вслух, – сокрушался Буся. – Но ведь я сразу сказал, что это опасно!

– Да ничего страшного, мне совсем не больно!

Присев на корточки, я надавила на палец и сбросила капельку крови на пол. Ничего не произошло.

– Вот так вот, это была разовая акция, – буркнул домовой. – Больше не получится.

Сунув палец в рот, я крепко задумалась. В том, что старая лавка была волшебной, я ничуть не сомневалась. Но что она хотела мне сообщить? Моя кровь имеет необычные свойства? Вряд ли, в колледже у нас несколько раз брали пробы крови, но никаких особенностей у меня не обнаружили. Может быть, лавка принадлежала кому-то из моих дальних родственников? Тоже сомневаюсь – ни мама, ни папа никогда не рассказывали мне о ней. Мой будущий малыш как-то связан с этим? Совсем не похоже, Винсент говорил, что не бывал в Хартвинде.

– Что ж, у нас есть над чем подумать в выходной день, – сказала я и вернулась к приготовлению ужина.

Налопавшись так, что с трудом могли пошевелиться, мы с Бусей сидели на ступеньках, выходящих на задний двор, и любовались закатом. Цветущие яблони почти облетели, но у изгороди зацветал карминово-красный шиповник, а на старой шпалере у колодца распустилась пахучая жимолость. Впервые за много дней я чувствовала себя спокойной и счастливой, так, словно все мои проблемы уже разрешились сами собой и можно просто наслаждаться жизнью.

Домовой зевнул и устроил мохнатую голову у меня на коленях.

– Эй, я ещё хотела почитать на ночь! Пойдём в дом, Буся.

– У тебя есть книга сказок? – с надеждой спросил домовой. – Мама читала мне в детстве.

– Интересно, сколько лет назад ты был маленьким? – улыбнулась я.

– Триста восемьдесят пять, – махнул рукой он. – Я знаю много сказок, но не отказался бы послушать новую.

– Хорошо, – сказала я, устроилась на кровати и вытащила из сумки учебник. – «Основы практической артефакторики. Пособие для студентов первого курса».

Буся громко фыркнул и свернулся на краю кровати калачиком, совсем как домашний кот. Я погасила заклинанием свет во всём доме, оставив лишь маленький светлячок, паривший у изголовья. Вряд ли мне удастся поступить в Академию в моём положении, но совсем отказываться от мечты я не собиралась. Нужно читать, чтобы мозги не превратились в желе.

– Спокойной ночи, – проворчал домовой и тут же засопел, погрузившись в сон.

Я уже знала, что духи дома могут обходиться без еды и сна десятилетиями и могут спать беспробудно целыми веками. Однако рядом с людьми домовые легко «очеловечивались» и перенимали привычки обитателей дома. Они могли выучиться огородничать, шить и вязать, плести корзины, мастерить деревянные игрушки, а могли позаимствовать у хозяев дурные привычки – склонность пить крепкое вино или курить трубку.

После сытного ужина магические формулы усваивались с большим трудом. Осилив только три странички учебника, я прикрыла глаза и сладко задремала. Светлячок постепенно потух, в доме стало совсем темно. Рядом с чутким Бусей мне не было страшно, но когда входную дверь лавки дёрнули так, что она едва не слетела с петель, – я подскочила как ошпаренная!

– О боги, кто это? – дрожащим шёпотом спросила я. Сердце колотилось у меня где-то в горле.

– Тс-с-с, я подкрадусь и послушаю, – сказал Буся и соскользнул на пол. – Не вздумай зажигать свет.

Я лихорадочно соображала, стоит ли активировать кристаллы. С одной стороны, это отпугнёт воров, если те вздумали чем-то поживиться – они увидят огни в окне и убегут. С другой стороны, так я обнаружу себя, а вот сумею ли я потом убежать от негодяев – неизвестно.

Спустив с кровати босые ноги, я несколько раз вдохнула и выдохнула. В дверь снова ударили! Мы с домовым запирали лавку простеньким заклинанием, но как знать, не владеют ли воры магией? Ещё не поздно было выскочить на задний двор и перелезть через забор, вот только оставить Бусю одного я не могла. Набравшись храбрости, я тихо пошла в торговую часть лавки вслед за домовым.

Третий удар в дверь был слабее предыдущих – скорее всего, воры поняли, что просто так им внутрь не попасть. Я сложила пальцы и прошептала заклятие усиления звука.

– Я же тебе говорил, что здесь заперто, тупая твоя башка! – Грубый низкий голос явно принадлежал мужчине средних лет. – Это не та лавка.

– Та самая! Я слышал, как этот хлыщ Тейлор расспрашивал соседей. Он хочет купить эту рухлядь.

Второй голос был моложе, но звучал хрипло, словно его обладатель был простужен.

– Зачем она ему нужна? Он мог бы купить всю улицу при желании. Его папаша сам знаешь кто!

– Придурок, я талдычу тебе об этом всю неделю. В этой лавке запрятан клад. Под полом.

– Ври больше! Клад, который лежит себе и ждёт, когда мы его заберём, а-ха-ха!

– Не хочешь – не верь, вот только проверить не помешало бы, пока Тейлор не прибрал домик к рукам. Всего-то надо дверь открыть. Долбани посильнее!

– Она заперта магией, – скрипнул зубами первый неизвестный. – Верить я тебе, конечно, не верю, но, если подумать, кому надо запирать пустую лавку? Это подозрительно.

– Что ты предлагаешь? Позовём Гислена?

– Нет. Он запросит себе половину найденного. Сами решим вопрос.

– Как? Со дня на день сюда заявится Тейлор со своим агентом.

– Надо отбить у него желание покупать развалюху, вот что! Подожжём тут всё, а когда пепел уляжется и полиция уберётся, покопаемся на пепелище. Если клад спрятан под полом, он не пострадает.

Обомлев от услышанного, я прислонилась к дверному косяку и сцепила зубы, чтобы не стучали слишком сильно: меня била крупная дрожь. Буся неслышно подошёл ко мне и прижался к моим ногам, то ли перепугавшись до смерти, то ли стараясь меня успокоить.

– Сегодня? – снова оживился хриплый молодой голос. – В ночь на санар на улицах полно полиции.

– Не сегодня. Надо подготовиться. Пошли, выпьем и обсудим всё в «Дохлой крысе».

Топот шагов по плиточной дорожке постепенно стих, и мы с Бусей выдохнули. О том, чтобы вернуться в кровать и забыться сном, не могло быть и речи.

Глава 13

Первым делом я призвала крошечный светлячок и проверила запирающие чары на двери – они не пострадали, ведь воры не владели магией. Если бы они не пожадничали и привели с собой загадочного Гислена, нам с Бусей пришлось бы спасаться бегством.

Я судорожно соображала, что ещё можно предпринять прямо сейчас для защиты моего нового дома. Как бытовой маг я знала заклинания, способные укрепить хрупкие предметы или сделать более прочной ткань, но против стихии огня моя магия была бессильна. Домовой обеспокоенно ходил за мной по пятам, время от времени ощупывая стены и заглядывая в углы.

– Буся, может, ты знаешь какие-нибудь охранные руны от пожара?

– Я знаю только то, что эти двое явились сюда не просто так. Откуда они могли узнать о кладе?

– Что? – Я с трудом переключилась с мыслей о грядущей катастрофе на слова Буси. – Ты думаешь, это не выдумка?

– Уверен, что это не выдумка, Лина! На Садовой улице полсотни домов, на соседней Лесной в три раза больше, а рядом есть Рябиновая, Весенняя и Почтовая. Тем не менее эти жулики с чего-то решили, будто сокровища кроются под полом нашей лавки. Чёрт, если бы не моя забывчивость!

Он ударился лбом о стену. Я испугалась, что у домового вырастет шишка, и схватила его за плечо.

– Ты не виноват, прекрати! Если разобьёшь голову, память от этого точно не вернётся.

– Ох. – Буся плюхнулся на задницу и потёр лоб. – Как всё это досадно! Будь я человеком, обратился бы в полицию, но ведь духа они и слушать не станут. У нас нет никаких прав в этом жестоком обществе! Придётся это сделать тебе.

– Я попробую, хотя у меня не больше шансов. Полицейские тут же спросят, какое мне дело до заброшенной лавки, а без завещания я здесь никто. Разве что написать анонимку и подбросить в участок, мол, там-то и там-то планируется поджог. Это сгодится?

– Хм! Так делают преступники, когда хотят отвлечь полицейских от чего-то более важного.

– А у тебя откуда такие познания? – изумилась я.

– Читал в одной газете, – буркнул домовой. – Когда-то я частенько читал свежие новости. Хозяин складывал прессу в корзину, стоящую у лестницы…

– Это интересно! А где же была лестница?

У Буси просияло лицо. Он понял, что не зря бился головой о стену: какой-то крохотный кусочек его памяти встал на место, домовой вспомнил деталь из прошлой жизни. Он вскочил на ноги.

– Где-то здесь. Ну-ка, дай побольше света!

Мы прошли по периметру торгового зала и остановились у глухой стены за стеллажом. Я присела, внимательно осмотрела пол – и действительно, на нём был едва заметный след от круглого предмета. Так бывает, когда ваза или корзина много лет стоят на одном месте.

– Осталось понять, куда делся проход, – пробормотала я и положила обе ладони на доски стены.

Дерево показалось мне тёплым и бархатистым на ощупь, но главное было не это. Я ощутила едва заметную магическую пульсацию, словно крошечные электрические искры нежно покусывали кожу. Сосредоточившись, я направила поток силы в то место, где руки касались стены, – и вскрикнула от неожиданности. На миг мы с Бусей увидели светящуюся арку над уходящей вниз винтовой лестницей. Два-три удара сердца, после которых видение исчезло.

Я уткнулась головой в доски и вздохнула. Этот дом явно старался заговорить со мной одному ему понятным способом. Сначала кровь, теперь магия! Как понять, что со всем этим делать?

– Ты переволновалась, Лина, нужно отдохнуть, – заботливо напомнил мне домовой. – Вряд ли эти двое явятся сегодня. Ложись спать, а я сяду у порога и буду охранять лавку.

– После того, что я услышала, я не смогу заснуть, – возразила я, но всё-таки отправилась в комнату и заставила себя улечься в кровать.

Пальцы бессознательно разгладили ночную рубашку на совсем ещё маленьком животе. Пока мне сложно было представить себя мамой новорождённого ребёнка. Кажется, я и сама была ещё не прочь, чтобы обо мне позаботился кто-нибудь взрослый и сильный, вот только рядом никого не было. Винсент… Я снова вздохнула, вспомнив те жаркие обещания, что он шептал мне ночами. У нас случилось не так уж много свиданий, прежде чем обо мне узнали его родители.

Молодой и свободный аристократ, каким он представлялся мне поначалу, быстро превратился в нашкодившего мальчишку, которого отец пригрозил лишить наследства. Оказывается, благородные предки уже выбрали Винсенту невесту из своего круга. Нет, ему не запрещалось морочить головы девушкам из семей победнее, но заводить речь о свадьбе – никогда!

– Ничего, мне и без тебя хорошо, – прошептала я в темноту и закрыла глаза.

Во сне я снова оказалась в прошлом волшебной лавки – том самом, что мы с Бусей увидели на короткое время. Я расхаживала среди многочисленных артефактов, листала магические фолианты, лежащие на резных подставках, заглядывала в конторскую книгу. Вместо расплывчатых клякс на разбухших от влаги страницах я видела чёткие записи. Среди всего прочего, было во сне и зеркало в серебряной оправе – я заглянула в него и провалилась в сон без сновидений.

Наутро я твёрдо решила съездить в Отдел магической безопасности и узнать о возвращении папы из командировки. Выйдя на оживлённый перекрёсток, я нашла свободный экипаж. Было немного жаль платить извозчику серебром, которое так непросто мне досталось, но идти пешком через весь город я была не в силах. К тому же именно сегодня солнечная погода сменилась тучками и моросящим дождём. Может, если начнётся ливень, воры оставят затею с пожаром?

Я вошла в приземистое двухэтажное здание, где работал отец. В воскресный день длинный коридор был пуст, на столе секретарши беззастенчиво восседал её фамильяр – огромный теневой кот. Он пронзил меня фиолетовым взглядом и мирно прищурил глаза. Моя аура была знакомой.

– А, это ты, Лина, не знал, что ты придёшь, а то купил бы твоих любимых конфет! – Коллега моего отца, тощий рыжий артефактор по имени Эрик, вскочил мне навстречу.

– Мне уже не десять лет, дядя Эрик, – смутилась я. – Конфеты ни к чему.

– Я разменял пятый десяток, но это ведь не повод отказываться от сладкого, – рассмеялся он и тут же поставил чайник на маленькую плиту с единственной спиралью. – Что у тебя случилось?

Артефактор нахмурился и посмотрел на меня так, словно знал обо мне всё-всё.

– Зашла, чтобы спросить, когда папа вернётся, – растерянно пробормотала я.

– А, вот оно что. На днях я заходил к вам домой. Гарет прислал письмо для Хильды, а она…

– Что она? – напряглась я, услышав имя мачехи.

– Сказала, что ты убежала из дома с каким-то парнем. И возвращаться не собираешься.

Глава 14

Конечно, кто бы мог сомневаться, что Хильда уже придумала историю моего исчезновения! Должна же она что-то рассказать папе, когда тот вернётся домой и спросит, куда подевалась Лина. Вот только моего простодушного папу провести легко, а внимательного и въедливого артефактора Эрика – нет. Он ещё раз окинул меня цепким взглядом голубых глаз и покачал головой.

– Не думай, будто я поверил этой гаргулье! Она выжила тебя из дома?

– Нет, но сказала, что я должна стать самостоятельной, раз уж окончила колледж.

Я пожала плечами, показывая, что не стала спорить с мачехой и приняла её решение. Меньше всего мне хотелось впутывать во всю эту историю старого друга отца.

– Где же ты поселилась? Может, переедешь к нам? Для дочери Гарета в нашем доме всегда найдётся уголок!

Семья у дяди Эрика была большая: он жил с женой, тремя детьми, престарелыми родителями и холостым младшим братом в малогабаритной квартирке на Песчаном бульваре. В доме у них вечно стоял шум и гам, усиленный лаем общего любимца – лохматого пса неизвестной породы. Словом, этим людям не хватало только меня с моими проблемами, ага. Я улыбнулась в ответ.

– Большое спасибо, я уже нашла себе комнатку.

– Да, но платить за аренду при нынешних ценах тяжело, – заметил артефактор. – Ты подумай ещё.

– Не беспокойтесь, я и на работу успела устроиться, в городской архив. Всё в порядке!

– Самостоятельная – это точно про тебя. – Дядя Эрик уважительно покивал и принялся заваривать чай. – Но, знаешь, твоему отцу тебя не хватало все эти три года. Он плохо переносит разлуку. Если ты собираешься осенью уехать в Академию, то, наверное, насовсем осядешь в Айдене.

– Я не подавала документы в Академию, – вздохнула я. – Решила немного набраться опыта.

– А парень, о котором говорила Хильда, действительно существует?

– Уже нет. Ничего не получилось, да и я никуда не сбегала с ним. Надеюсь, вы не сказали папе?

– Ещё не успел. Я рад, что ты пришла. При всём уважении к твоему отцу, Хильда внушает мне ужас – это не женщина, а какой-то паук-кровопийца. Твоя мать была ангелом, а эта… Извини.

Мама всегда радушно принимала в гостях семью дяди Эрика, мы вместе делали сладкие подарки для его детей и пекли крендельки, политые разноцветной сладкой глазурью. Хильда же с порога заявила, что наш дом – не место для дружеских посиделок, особенно если это не выгодные и перспективные друзья, а какие-то там школьные приятели с дырой в кармане.

От ароматного чая и простых сушек, горкой насыпанных в жестяную банку, я согрелась после промозглой улицы, а от слов артефактора про выгнавшую меня мачеху у меня окончательно потеплело на душе. Мир не без добрых людей, подумала я и вспомнила о Бусе. И не без добрых духов, конечно же! Про лавку я решила пока ничего не говорить.

– Вы не знаете, когда папа вернётся из командировки? – спросила я, разглядывая пробковую доску на стене.

Здесь, в кабинете артефакторов, повсюду были бумаги и свитки, справочники, журналы, ящики с магическими кристаллами и инструментом, о назначении которого я даже не догадывалась. Всё это посверкивало волшебством, и рассматривать логово безопасников можно было целый день.

На доске, например, крепились в полном беспорядке выдранные из блокнотов листочки, фрагменты карт и расписания командировок. Найти здесь что-то нужное мог только тот, кто был хозяином всего этого бедлама. Я не нашла ни одной даты от нынешнего года, сколько ни присматривалась.

– Боюсь, нескоро. На восточной границе задержали караван с контрабандным грузом, а вместе с ним целую банду пещерных эльфов. Они пытались протащить кучу неопознанных артефактов.

– Я надеюсь, с папой всё хорошо?

Смутное волнение коснулось души, ведь мой отец мог запросто впутаться в опасное дело и никому ничего не сказать.

– Судя по отчётам, всё в порядке, не бойся! – подбодрил меня Эрик. – Во всяком случае, руки и голова у Гарета точно на месте. Он надеется на хорошую премию.

«А ещё больше на премию надеется Хильда», – грустно подумала я. На что она тратила заработанные отцом деньги, мне было неизвестно, но таяли они всегда со страшной силой.

– Если можно, я зайду через неделю? Не хочу встречаться с мачехой, поэтому буду ловить отца на работе.

– Я мог бы отправить к тебе Джарвиса, если скажешь адрес, – предложил артефактор.

Джарвисом звали того самого теневого кота, что встречал посетителей пронзительным взглядом фиолетовых глаз. Он принадлежал секретарше, но исполнял поручения всех сотрудников отдела.

– Лучше я сама зайду, – попыталась вывернуться я.

Эрик прищурился – как же трудно было его обмануть!

– Что-то ты недоговариваешь, Эвелина, – сказал он вроде бы не строго, но довольно твёрдо. – Может, если не хочешь перебираться ко мне, хотя бы возьмёшь немного денег? На комнату.

– Я не обманываю вас, мне правда есть где жить!

– Ну хорошо, тогда увидимся в следующий санар, – согласился артефактор.

Волшебная лавка не только разговаривала со мной при помощи видений, она чудесным образом заставляла меня чувствовать себя как дома в её тёплых деревянных стенах. Наивно было верить в существование какого-либо завещания, но за эти несколько дней я привязалась к новому домику настолько, что и правда готова была отправиться на поиски бумаги, о которой талдычил Буся.