- -
- 100%
- +
Остановив лакея, взял с его подноса два бокала, хотя и с крайним подозрением, что те вот-вот разлетятся. Передал один мне, продолжил:
– А другой мой друг, кстати, как раз танцует с вашей сестрой. Но, признаться, сам бы я не догадался, что вы – родственницы, внешне совсем не похожи. Это я еще с первого взгляда подметил.
– Я больше похожа на маму, а Мэделин на отца, – я хоть и взяла бокал с вином, но пить совсем не хотелось. Да и как тут расслабиться, когда каждое мгновение боюсь, что снова почувствую тот самый тяжелый взгляд.
– А ваша матушка тоже в Арлингтоне? Фредерик ничего по этому поводу не говорил.
– Наша мама умерла три года назад. Но давайте все же не будем об этом. В такой прекрасный летний вечер хочется говорить исключительно о хорошем.
– И все же соболезную, – приложив руку к груди, Хафиз медленно кивнул. Но выполнил мою просьбу, не стал больше расспрашивать. – Если вы не против, как только закончится танец, сразу познакомлю вас с моим другом. Тем более, раз Азар так мило общается с вашей сестрой, вчетвером мы обязательно прекрасно проведем время.
Нет, я, конечно, допускаю такую вероятность, что при посторонних, особенно кавалерах, Мэделин ведет себя совсем иначе, чем дома. И тогда и вправду есть надежда, что не станет разжигать очередную ссору. Но, кстати, странно, что она не помчалась вылавливать Дейрона, раз он все же здесь… Хотя, может, Мэделин просто пока его еще не видела.
Дейрон
На балкон выходить не было смысла – слишком много там посторонних. Так что пришлось спешно покидать и бальный зал, и сам особняк арлингтонского градоправителя.
Здесь, на широких ступенях парадного входа ненужных любопытствующих не наблюдалось. Слышалось лишь, как где-то между экипажей что-то обсуждают скучающие кучера – но и только. Больше вроде бы никого в сумерках опускающегося летнего вечера…
Аккуратно размотал окровавленный платок. Порезов хоть и несколько, но не глубокие… Впрочем, разницы никакой. Второй рукой достал из кармана камзола маленький темный фиал. Узкая крышка открылась с тихим хлопком, и пара светящихся капель почти невесомой жидкости упала прямо на ладонь, тут же с тихим шипением испаряясь.
– Надо же… – от колонны справа отделилась тень. – Я и не думал, что так еще бывает… Обычно люди с подобным проклятьем вообще долго не живут. А если и живут, то максимально себя обезопасив, чем вы, как мне известно, вполне себе пренебрегаете.
Хотя по голосу не получалось опознать незнакомца, но тот и сам больше не таился в тени. Глава инквизиции лорд Толерт, в отличии от своих подчиненных, не маячил в ритуальном балахоне, да и никаких отличительных знаков на его камзоле видно не было. Для непосвященного он вполне бы сошел за почтенного седого аристократа, подтянутого и бодрого, очень хорошо сохранившегося для своего возраста.
– Ах, простите, лорд Дейрон, мы ведь не представлены друг другу,– притворно спохватился он, но Дейрон холодно перебил:
– И нет нужды представляться. Я прекрасно знаю, кто вы. И всегда вы так за всеми подглядываете?
Тот с улыбкой развел руками.
– Во многом это часть моей работы, что поделаешь. Но тут уж, поверьте, получилось случайно. Я всего лишь немного припозднился на бал, а тут вы, между прочим, вызывающий у меня неподдельный интерес. А теперь уж тем более… Конечно, ничего личного, но по долгу службы я просто обязан держать в поле зрения единственного сына опального аристократа, а тут еще и выясняется, что вы проклятый. И тут даже не так интересно, откуда у вас это проклятье. Куда интереснее, как вы умудрились выжить.
– Вы вроде говорили, что опаздываете на бал, – совершенно невозмутимо напомнил Дейрон. – Так не пора ли вам поторопиться?
Толерт усмехнулся.
– Да, вы правы, долг зовет… И хотя я уже донельзя измучен любопытством, но не смею более вам надоедать, – он направился вверх по мраморным ступенях и исчез за аркой парадного входа.
Дейрон перевел взгляд на свою ладонь. Ни следа от порезов… Что ж, сработало как и всегда – и это вполне ожидаемо. Но что как раз неожидаемо – это почему же пальцы сжались тогда сами собой… Ведь все эмоции были под контролем! Или же нет?.. И эта неопределенность несказанно раздражает!
В любом случае, пора вернуться в зал. Наверняка Азар уже повел надоедливую Мэделин танцевать, а судя потому, как Элеана быстро скрылась с глаз, она и вовсе покинула бал, что уж точно не расстраивает. Осталось только на деле убедится в своем равнодушии по этому поводу. Тем более наверняка Хафиз захочет поделиться впечатлениями о своей спутнице. И не то, чтобы она хоть сколько-то интересует, но это отличный вариант проверить свою реакцию.
Хотя стоит думать вовсе не об этом… Глава инквизиции, явно уже точащий на него зуб, куда актуальнее бывшей возлюбленной. Тем более теперь, когда Толерт знает о проклятье и запросто может на этом сыграть. Но почему-то в мыслях засел вовсе не этот старый интриган…
Ну ничего. Первая неожиданная встреча с Элеаной и могла немного выбить из колеи. Но в дальнейшем подобного не повторится.
Элеана
Я все же люблю сестру. Может, отчасти лишь из-за того, что она младше, и я искренне чувствовала себя обязанной заботиться о ней. Особенно, когда мамы не стало. И не то, чтобы это создало нерушимую сестринскую привязанность. Но в полной мере мешало мне сейчас относиться к Мэделин не предвзято.
То есть то неловкое чувство, когда разумом понимаешь, сколь она самовлюбленная и высокомерная эгоистка. Но душой все же хочешь ее оправдать. Хотя бы чуточку.
Вот и сейчас, когда мы с Мэд стояли на балконе, я сдержала рвущийся наружу сарказм, ответила сестре спокойно:
– То, что твой кавалер на этом балу не столь обожаемый лорд Вериан, все равно не дает тебе повода считать Азара низменным и презирать. И чем он тебе не нравится? Вполне себе миловидный блондин с чудесными манерами и чувством юмора. И, главное, до сих пор еще от тебя не сбежал.
Но она, если меня и слушала, то точно лишь выборочно.
– Но почему это я должна довольствоваться всего лишь каким-то другом Дейрона, а не им самим? – Мэделин обмахивалась веером так яростно, словно была не прочь кого-нибудь им случайно прибить. – Подумаешь, руку он порезал! Подумаешь, глубоко! Он вполне мог бы рявкнуть на какого-нибудь лакея, чтобы ему притащили целителя, но все равно не покидать бал!
К счастью, Азар с Хафизом как раз вернулись на балкон, и Мэделин вместо гневного метания стрел из глаз расплылась в милейшей улыбке.
Азар передал ей бокал с розовым вином, за которым и ходил. С улыбкой поинтересовался:
– Если прелестные леди уже насладились свежим воздухом, предлагаем вернуться в бальный зал! Там как раз вот-вот начнет сатривиль.
– О! Обожаю сатривиль! – Мэделин восторженно взмахнула руками, едва не расплескав вино. – Я всегда говорила, нужно дать королевскую медаль высшей степени тому, кто его придумал!
– Вообще этот танец придумал в свое время один из королевских советников, позже казненных за попытку мятежа, и…
– Ай, Элеана, но кому это может быть интересно? Идемте, скорее идемте!
Бедняге Азару ничего не оставалось, кроме как повести свою не в меру активную спутницу прочь с балкона. Да и другие прогуливающиеся здесь парочки уже возвращались в зал.
– Я героически готов пережить это испытание, – Хафиз хоть и улыбнулся, но чуть виновато. Видимо, все равно его угнетало, что он пока многого здесь не умеет. – Хотя лично на мой взгляд, столь долгий танец, да еще и с постоянной сменой партнеров… – покачал головой. – Говорят, у нас в древности жрецы так делали, но то были темные времена…
– Уверена, сатривиль вам понравится. Это весело, правда, – по крайней мере, он мне всегда нравился. – И у вас есть все шансы не запутаться в движениях. Просто повторяйте за остальными и все.
– Поверю вам на слово, – Хафиз галантно подал мне руку. – И, кстати, я бы все же хотел вас кое с кем успеть познакомить до начала танца. Мой друг как раз уже в зале.
Почему бы и нет? Хафиз слишком милый и искренний, чтобы дружить абы с кем. Так что и друг наверняка ему под стать. А после того, как я уловила на себе немало враждебных взглядов местной публики, я буду только рада знакомству с хорошим человеком.
Как всегда перед сатривилем музыканты взяли паузу. И им немного отдохнуть, и желающим танцевать успеть найти себе пару. В бальном зале царило оживление, и хоть и было достаточно шумно, но не утомительно. Я даже Фредерика мимолетно заметила. Правда, мой брат засел не в окружении красоток, как ожидалось, а что-то весьма активно говорил даме в возрасте и весьма странного вида. Хотя повязка на ее глазу и свернутый кнут на поясе черного бального платья наверняка были все же как-то объяснимы.
Далеко нам с Хафизом идти не пришлось. Более того, я заранее засекла и Мэделин с Азаром. Причем, не одних, а в компании Дейрона. И хотя мое дыхание снова перехватило, я не собиралась давать волю и толике каких-либо эмоций. Ну подумаешь, Дейрон снова в зале. Ну подумаешь, он вообще в Арлингтоне и все равно волей-неволей я еще не раз его увижу. Все равно я больше не позволю, чтобы непрошенные эмоции выбили меня из колеи.
Погодите…
А не к Дейрону ли Хафиз меня ведет?!
Дейрон
Назойливая Мэделин никуда не исчезла. То ли Азару не хватило решимости деликатно от нее отделаться, то ли он героически попытался, но так и не смог. Но при всей привязанности к другу, Дейрон не отреагировал на его умоляющий взгляд перенять этот огонь на себя.
– Увы, но я уже успел пригласить на сатривиль другую девушку, – холодно ответил он на явный намек Мэделин. Учтиво поклонился, намереваясь отойти и вправду кого-нибудь пригласить, тем более как всегда хватало кокетливых взглядов от присутствующих дам.
Но и шага сделать прочь не успел.
А ведь был уверен, что Элеана покинула бал…
Хафиз что-то вдохновенно ей говорил, она улыбалась и, кажется, даже внимательно слушала. Что ж, хоть одно достоинство у нее сохранилось – умение искренне слушать собеседника… Впрочем, не факт, что это тоже не притворство.
И уж точно вряд ли инициатива подойти сейчас принадлежала самой Элеане. Наверняка это Хафизу не терпелось представить друзьям свою спутницу. Не из желания похвастаться, конечно. Скорее, друг от чистого сердца ею восхищался. Ну да, у нее не отнять способности производить впечатление, даже когда она этого не хочет…
И пусть правилами приличия запрещалось столь пристально смотреть на леди, Дейрон не собирался отводить глаза. В конце концов, ему нечего стыдиться, не в чем себя винить – нет ни единого повода для него избегать этой встречи. Кроме презрения. Но сейчас любопытство оказалось сильнее.
Но Элеана на него не смотрела. Хоть и скользнула взглядом, когда Хафиз сказал:
– Леди Элеана, позвольте представить моего друга лорда Дейрона.
И, конечно, в положенный по этикету реверанс присела в ответ на его вежливый кивок. Но на этом все. Будто Дейрона и вовсе здесь не было.
Только он не собирался молчать.
– Мы уже знакомы.
– Знакомы? – удивился Азар, переглянулся с не менее изумленным Хафизом. А Мэделин так и вовсе рот раскрыла, словно собирался прямо при них отчитывать сестру за такую наглость, как знакомство с Дейроном.
Только ни он не успел продолжить, ни Элеана как-то отреагировать, как Мэделин тут же попыталась перетянуть внимание на себя:
– Конечно, знакомы! Ведь только самые отсталые плебеи в захолустье не слышали о лорде Дейроне! Ох, милорд, признайтесь, вы ведь нарочно будоражите чужие умы и сердца!
От взгляда не ускользнуло, как Элеана на миг раздраженно нахмурилась. То ли ее коробила младшая сестра, то ли тот факт, что о нем говорят. Но она ничего не сказала. А к тому, что тараторила Мэделин, Дейрон вовсе не прислушивался.
Несмотря на заранее подпитываемое отторжение, не мог не признать, что кое в чем Мэделин была права насчет сестры. Время действительно изменило Элеану. Словно если раньше это был прелестный хрупкий бутон, то теперь же он начал расцветать, и его нежнейшие лепестки вкупе со сводящим с ума ароматом сулили обладателю неземные блаженства… Все те же рыжие волосы, отливающие золотом… Те же зеленые глаза с янтарными вкраплениями, словно брызгами солнца… А белоснежная кожа кажется еще нежнее, чем он помнил… Тонкий стан, изящество и прирожденная грация… И ни намека на жеманство и манерность! Даже если она всего лишь изображает искренность и открытость, делает она это мастерски.
Да… И без того прелестная куколка превратилась за это время в бабочку… Как же хорошо, что сам он равнодушен к ее чарам и больше никогда не попадется в ее сети. Может, и она стала еще соблазнительнее, чем раньше. Но и он уже не так глуп, как тогда.
– Ты же вроде кого-то приглашал на танец, – отвлек Азар его от размышлений. – Уже вот-вот начнется.
Дейрон лишь кивнул другу в ответ. Нужно и вправду кого-нибудь пригласить. Он и так уделил Элеане слишком много времени в своих мыслях, чтобы тратить на нее еще хоть мгновение. Вот только в сатривиле постоянная смена партнеров, так что велика вероятность встретиться в танце, но это уж точно не проблема.
Элеана
Он изменился.
Не то, чтобы внешне, ведь он и раньше был и высоким, и широкоплечим – и раньше казался нерушимой скалой, о которую разобьются любые трудности и невзгоды. Но раньше я не видела в его серых глазах такого холода, будто они на самом деле лишь осколки льда. Не чувствовала так отчетливо исходящей от него опасности.
Тогда, три года назад, по моей наивной влюбленности Дейрон воспринимался идеалом во всем: статный молодой мужчина, пылкий и благородный одновременно. Пусть уже немало хлебнувший от жизни, но все равно сохраняющий веру в лучшее. Но теперь он больше казался мне хищником… Чье черствое сердце и закоренелый цинизм ничего уже не оставили от того Дейрона, которого я когда-то знала.
Хотя, будем честны, мое мнение о нем и тогда было иллюзорным. И, как выяснилось, прекрасный образ существовал лишь в моем восприятии. Сквозь призму слепой влюбленности любой бы негодяй казался доблестным рыцарем…
Но ведь все давно позади, так почему сейчас мне настолько тошно от одного его присутствия?! Спасибо, хоть необходимость постоянно сдерживать магию, выработала у меня за эти годы привычку сохранять видимость спокойствия. Не хватало еще тешить самолюбие Дейрона тем, что я не только помню о нем, но и почему-то так остро на него реагирую.
К счастью, музыканты уже начали играть, и все танцующие выстроились в два ряда напротив друг друга, кавалеры напротив дам. Сатривиль не был сложен: ряды сходились и расходились, плавные движения чередовались с поворотами, отчего каждый раз при новом витке звучащей мелодии партнеры менялись.
Так что с Хафизом мы совпали лишь в первый такт. После его сменили еще двое кавалеров, а потом и один весьма бойкий старичок, который за полминуты, что мы кружились вместе успел поведать, что в его время танцы были куда проще. А следом мы совпали с Фредериком, и брат прошептал досадливое:
– Наш папенька перебрал с вином. Боюсь, мне придется увозить его отсюда раньше, чем хотелось бы. За вами с Мэд потом пришлю экипаж.
– Нет-нет, лучше сразу все вместе уедем. Иначе, боюсь, я потом Мэделин отсюда не вытащу, пока здесь мужчины не кончатся, ты же ее знаешь.
– Хорошо, поедем вместе, – и хотя Фредерик наверняка видел, что Дейрон снова здесь, но все же ни словом о нем не обмолвился. И на том спасибо… Я пока просто не в состоянии это обсуждать.
И хотя я рассчитывала, что музыканты закончат играть прежде, чем все партнеры успеют смениться, но, похоже, они исполняли полную версию сатривиля. И в очередном такте меня неизбежно столкнуло с Дейроном…
Со всеми кавалерами до этого я успела обмениваться хотя бы парой фраз. Ведь во время танца даже не представленные друг другу могли общаться, и вежливые беседы только приветствовались. Но Дейрону я не сказала ни слова. Но и он мне не сказал. Хотя ему вполне хватало наглости презреть этикет и смотреть на меня прямо, я его примеру не следовала, глаза выше его плеч не поднимала.
И я никак не показала, что мне даже дышать стало трудно, когда он взял меня за руку. Ничем не выдала, что тепло его прикосновения порождает небывалый внутренний трепет не то страха, не то волнения. И даже когда после поворота Дейрон, как и полагалось, взял меня за талию и плавно закружил, я никак внешне не отреагировала ни на мурашки по коже, ни на паническое желание сжаться в комочек уже от одного того, что Дейрон настолько близко, настолько подавляет исходящей от него силой…
Эти полминуты казались мне вечностью. Мучительной вечностью… Я просто не понимала, что происходит! Ладно бурю эмоций я еще могла списать на то, что еще живы были те переживания, уж очень тяжело мне тогда пришлось. Но даже физически, казалось, каждая моя частичка на Дейрона отзывается! Я только сейчас осознала, что помню вкус его поцелуев, помню его объятия… И вовсе не потому, что ни с кем другим у меня подобного не было. А потому, что все это тогда подпитывалось искренней влюбленностью…
Фредерик сказал в свое время, что мне просто нужен другой мужчина, чтобы стереть прошлое. И ведь сейчас жизнь заставляет этого другого найти. Но как это сделать, если сам факт присутствия Дейрона настолько выбивает меня из колеи?
Ничего-ничего. Я справлюсь с этим. Плохо, что не могу реагировать равнодушно. Но с другой стороны, хорошо, что мы снова встретились. Иначе бы этот червяк первой влюбленности и разочарования так и жил бы в глубине души, отравляя мне любые новые отношения.
Весь этот хаос мыслей пронесся в голове за ту половину минуты, пока моим партнером в танце был Дейрон. Наконец, новый виток мелодии развел нас, и хотя мне и почудилось, что в последний миг перед тем как выпустить мою ладонь, Дейрон сжал ее чуть сильнее. Но, скорее всего, и вправду лишь показалось.
Оставшаяся часть танца прошла безо всяких проблем. Сатривиль закончился как и положено – когда все оказались снова именно с изначальными партнерами. И я бы предпочла после пообщаться с Хафизом, но меня под локоть подхватила Мэделин:
– Я танцевала с Дейроном! – выдала она хоть и приглушенно, но явно с едва сдерживаемым радостным визгом.
– Мэд, с ним все участвовавшие в сатривиле девушки успели потанцевать.
Но ее мои слова мало волновали.
– И представляешь, когда я у него спросила, как бы между прочим, какие у него планы на этот сезон в Арлингтоне, он ответил, что намерен обзавестись невестой!
Невестой?..
Ну что ж, он теперь завидный холостяк, девушки по нему с ума сходят. Красавец мужчина, еще и богат в придачу – за невестой дело не станет. И мне уж точно все равно.
А Мэд все так же радостно продолжала:
– И он особо подчеркнул, что выберет девушку сдержанную, воспитанную, которая никому не навязывается и не выставляет глупость напоказ. Все ведь про меня! – она на радостях так сжала мой локоть, словно хотела его раздавить. – То есть он прямо намекнул на свои чувства ко мне!
– Ты бы все-таки не спешила с выводами, – но сестра меня уже не слушала. Заприметив, что Дейрон как раз распрощался со своей изначальной партнершей по танцу, она тут же поспешила к нему.
Домой мы возвращались в одном экипаже. Отец уже вовсю посапывал на плече у Фреда, источая винные пары, и даже бурчание Мэд не мешало его сну.
– Если бы не вы, Дейрон уже сегодня сделал бы мне предложение!
– Угу, целых два, – даже обычно неунывающий Фредерик сидел мрачный. Видимо, состояние отца и поведение сестры его все же доконало.
– Мэделин, никто так быстро предложения не делает, – возразила я.
– Это тебе, может, не делают! Но я – не ты! – насупившись, она отвернулась к окну. Наверняка ожидала, что мы с Фредом начнем извиняться, что рано увели ее с бала и тем самым нарушили личное счастье, но мы молчали.
И, честно, мне и вовсе не хотелось ни о чем думать. Но если бы я могла… Образ Дейрона так и стоял перед глазами. Да я даже до сих пор ощущала тепло его прикосновения!
Прямо наваждение какое-то…
Вернувшись домой, я в своей комнате первым же делом переоделась, приняла ванну и предпочла бы поскорее уснуть сладким сном. Но нужно было дождаться хотя бы полуночи.
Чтобы скоротать время я принялась за ответное письмо Алейде. Но смотрела на чистый лист перед собой на столе, смотрела… И просто не знала, что писать. Казалось, если я признаюсь, насколько меня ошарашила встреча с Дейроном, это будет полнейшим поражением перед самой собой. А я пока была просто не готова к этому.
Смачно капнувшая с пера капля чернил прямо на чистый лист отвлекла меня от тяжелых мыслей. Нет. Лучше напишу ответ и Алейде, и Сандру завтра. Когда проснусь уже в хорошем настроении и с уверенностью, что временное наваждение прошло.
Едва дождавшись полуночи, я накинула сверху на ночную сорочку тонкий халат и, вооружившись подсвечником, покинула свою спальню. Расположение комнат я успела изучить еще по прибытию, так что знала, где именно обитают слуги. А Несса уж точно заняла себе самую большую из их спален, ведь не раз мне жаловалась, что в маленьком пространстве у нее начинает кружиться голова.
Естественно, в доме пока еще не все спали. Мне даже пришлось погасить свечу и затаиться за поворотом коридора, чтобы меня не заметили проходящие мимо трое лакеев. Так что до нужной комнаты я уже добиралась впотьмах. Хорошо хоть, даже в коридорах хватало арочных окон, а ночи в Арлингтоне в основном были достаточно светлые.
Нужная мне дверь оказалась приоткрыта, и еще на подходе слышалось сопение, перемежающееся храпом. Я осторожно заглянула в комнату. Несса спала прямо на стуле у кровати, чуть запрокинув голову. На тумбочке подле горела одна-единственная свеча, да и то так слабо, будто вот-вот готова была погаснуть.
Тафина тоже спала, но беспокойно. То и дело металась из стороны в сторону на подушке, что-то одними губами бормотала во сне, и разлохматившиеся волосы девочки прилипли прямо к покрытому испаренной лбу. И вправду ведь лихорадка…
Стараясь не издавать ни шороха, я на цыпочках прокралась к кровати. Никто никогда, естественно, не учил меня магии, но мне и раньше приходилось тайно исцелять, действуя просто по наитию.
Я опустилась на колени, взяла спящую девочку за подрагивающую руку, закрыла глаза. Сквозь связь прикосновения сразу ощутилась плотная хмарь, внутренним взором воспринимающая как та темная клякса чернил. Она расползалась по сверкающей сути ребенка, пульсировала, будто пытаясь отвоевать себе все больше и больше места. Лишний раз как очевидное напоминание, насколько магия бывает губительна… Какие страшные болезни она порождает…
Но я не собиралась сейчас в очередной раз задаваться философским вопросом, сколь двулична эта сила. Даже сквозь закрытые глаза было видно, как перетекающее от меня через сомкнутые руки золотистое мерцание разрывает черную хмарь.
Пока от нее и следа не осталось.
Я открыла глаза. Дыхание девочки выровнялось. Тафина больше не металась по подушке. Сейчас лишь неестественная бледность выдавала, что с девочкой было что-то не в порядке. Ничего, слабость все равно временная, она быстро восстановится…
Комнату я покидала так же на цыпочках. Так же кралась по коридорам, таясь от прислуги.
Ровно до того момента, как на втором этаже вдруг не столкнулась с Фредериком.
– Фред? – я опередила его вопрос. – Что-то случилось?
– Пришлось дождаться, пока отец крепко уснет, а то он ведь проснулся и рвался дальше развлекаться, – Фред устало помассировал переносицу. – Так а ты почему не спишь?
Но я даже ничего придумать в ответ не успела, как он аж в лице изменился.
– Эли, – понизил голос до гневного шепота, – ты что, опять?!
– Я была очень осторожна, никто ни о чем не узнает, так что внезапное выздоровление спишут на милость судьбы, – так же шепотом возразила я.
Но Фреда это не утихомирило. Тут же направился ко мне в комнату, оставалось лишь следовать за ним.
И уже в спальне, заперев дверь, брат выдал, только чудом не повышая голос:
– Но ты же сама понимаешь, как это рискованно! Арлингтон битком набит инквизиторами, они как неутомимые одержимые ищейки готовы вынюхать каждый уголок, лишь бы только разыскать очередного мага! А Несса про болезнь дочери не рассказала разве что кому глухому! И тут вдруг чудесное исцеление! Ты всерьез думаешь, что это никому не покажется подозрительным? В прошлый раз, когда ты помогла прямо на улице потерявшей сознание беременной простолюдинке, тебя только чудом не засекли! Забыла, как мы с тобой на пару в грязной подворотне прятались от рыщущих стражников? А я вот помню! И снова ты туда же! Элеана! Нельзя же так рисковать… – он схватился руками за спинку стула, наклонил голову, словно некая тяжелая ноша так и придавливала его к земле.
Я подошла к брату, опустила ладонь ему на плечо.