В пламени льда

– А смысл? – зевнул Фейтон. – Все равно ничего хардеммского через Врата не пронести. Обидно даже. И зачем было так делать?

– Затем, что именно столкновение четырех миров и начало необратимо все разрушать, – назидательно парировал Итан. – Ты бы хоть иногда в книги заглядывал!

– На девушек заглядывать мне интереснее, – хмыкнул Фейтон. – Не знаю, как вы, а я жду не дождусь увидеть этих…ну как их…

– Таллиси, – напомнил Эйрон, – именно так тут девушек-магов называют.

– Девушек, – презрительно фыркнул Итан, никак ему это покоя не давало, – уму просто непостижимо. Ну посмотрим-посмотрим, какие вообще из них маги. Наверняка лишь жалкая пародия.

Друзья продолжали перепираться, но Эйрон уже не слушал. Перед тем, как покинуть площадь через арочные врата в крепостной стене, еще раз внимательно огляделся. Увы, даже если та незнакомка все еще и была здесь, все равно на глаза не попалась. Да и в такой толчее скрыться – вообще не проблема.

Ничего, впереди целая неделя. Есть все шансы снова встретиться. Хотя бы для того, чтобы с реакцией знака разобраться. Явно же магия отозвалась неспроста.

Ну а пока ждало вечернее торжество. И по уверениям встречавших их у Врат жрецов, оно планировалось просто грандиозным.

Насколько было известно, праздновать собиралась вся столица. Но, конечно, простой народ сам по себе, на площадь у дворца Верховных никого пускать не собирались. Но и без этого здесь присутствовало немало хардеммцев – видимо, местная аристократия. К тому же жрецы и прислуга. И, конечно, иномирцы.

Помосты по периметру площади были выстланы мягкими коврами, и множество разноцветных подушек создавали ассоциации с огромной кроватью.

– А стулья, что, в этом мире не придумали? – заранее бурчал Итан, когда они заняли место на своем помосте.

– Да ладно тебе, вечно тебе все не так, – Фейтон первым разлегся на подушках, подперев голову локтем. – Вполне себе удобно. Сразу видно, что мы тут самые почетные гости. Вот вместо того, чтобы в своих записях царапать какое-нибудь «У варваров даже стульев нет!», напиши, мол, хардеммцы на редкость гостеприимны.

– Как думаешь, скоро эти таллиси появятся? – Лирен сел на подушки рядом с Эйроном.

Эйрон покосился на светловолосого друга, усмехнулся:

– Тебе настолько не терпится на них посмотреть?

– Ты еще скажи, что тебе нет. Девушки, которые владеют магией, это, наверное, самое невиданное чудо, какое только может быть. Я, конечно, понимаю, что в других мирах вправе быть все по-другому. Но «девушки» и «магия» – это же понятия абсолютно несовместимые!

– Вот,– мигом поддакнул Итан, – Лирен меня понимает! И я уверен, что не он один. Я и всех наших опрошу, и не поленюсь поинтересоваться на этот счет у воздушных и земляных!

– Если нам вообще еще дадут с ним общаться, – нахмурился Эйрон. – Лично у меня уже стойкое впечатление, что эти местные жрецы намерены контролировать чуть ли не каждый наш шаг.

– Скорее всего, так Верховные распорядились, – Лирен бросил быстрый взгляд на сверкающий в опустившихся сумерках золотой дворец. – Им виднее, что тут еще скажешь.

Вскоре появились и другие иномирцы. Маги воздуха были поголовно в просторных светлых одеяниях, отдаленно напоминающих женские платья. Заплетенные в косы длинные светлые волосы беспрестанно вились змеями – похоже, ветер даже сейчас циркулировал вокруг своих обладателей. А вот маги земли выглядели донельзя просто: короткие зеленые рубахи, расшитые незамысловатыми рунами, и широкие кожаные штаны.

– Они, по-моему, даже причесаться забыли, – Итан, конечно, промолчать не мог. – Вы только посмотрите, как у них волосы торчат.

– А маги воздуха вообще на девушек похожи, – присоединился Лирен.

– Ага, на страшненьких, – хихикнул Фейтон.

– А вы не подумали, что и мы со стороны для них можем выглядеть несуразно? – возразил Эйрон. – Обсуждаете других, как дамочки на балах, право слово.

– Так, кое-кто явно не в духе… – протянул Фейтон. – А ну признавайся, дружище, чем недоволен?

– Я недоволен тем, что мы представляем тут весь наш народ, весь наш мир, а ведем себя при этом, мягко говоря, недостойно. Давайте уже заканчивать с этой критикой окружающих. То, что здесь все не так, как у нас, не повод для недовольства.

Но на самом деле даже не это раздражало. Куда больше напрягало, что из головы все не шла та девушка. Мимолетная встреча, а почему-то засела в мыслях основательно. Эйрон сам не понимал причин. Быть может, все дело было в реакции знака четырехлистника. Ведь зацикливаться лишь из-за того, что красивая девушка на глаза попалась – это по меньшей мере глупо. Особенно учитывая, что и в родном мире красавиц с избытком. Причем большинство из них готово чуть ли не на шею ему в любой момент повешаться.

– Полностью с тобой согласен, – поддержал Лирен. – Как-то не очень красиво получается. И… – тут же сбился с мысли. – О, начинается вроде!

Если до этого музыканты играли едва слышно, лишь фоном, то сейчас музыка грянула куда громче и торжественнее. Между помостами вовсю сновали с подносами слуги, разнося напитки и угощения. Вино в бокалах заманчиво пахло специями и виноградом, а засахаренные фрукты поблескивали в свете факелов как диковинные драгоценности.

– Интересно, а сами Верховные тут появятся, как думаешь? – Лирен первым попробовал вино.

– Вряд ли. Я спрашивал утром у жрецов, Верховные крайне редко общаются с людьми. Да и зачем они тебе здесь? – Эйрон поймал себя на том, что даже сейчас высматривает среди присутствующих на площади ту девушку. Это совсем не способствовало сосредоточению.

– Лично мне незачем, – Лирен пожал плечами. – Просто любопытно.

– Лично мне куда любопытнее посмотреть на таллиси, – Фейтон залпом осушил свой бокал. – Чего они вообще тянут? Все виды магов уже здесь, только огненных и не хватает.

Постаменты стояли на площади по кругу, оставляя в центре достаточно свободного пространства. И сейчас слуги расторопно выкатывали туда внушительного размера барабаны. Ровно десять. Расставили их на определенном расстоянии друг от друга.

– Это еще зачем? – от любопытства Итан чуть ли не по-гусиному шею вытянул. – Музыканты переберутся со своего постамента в центр площади и будут играть лишь на огромных барабанах? Это тут так принято?

Но музыканты почему-то вообще играть перестали. По краям вдруг заискрились факелы на высоких фигурных подставках. И враз погасли. Несколько мгновений темноты и тишины, и прямо в центре площади полыхнуло пламя. Гигантским огненным цветком разошлось оно в стороны, люди на постаментах инстинктивно отпрянули, но огонь все равно до них не дошел.

Но вспышка была настолько яркой, что пришлось зажмуриться. А когда Эйрон открыл глаза, даже не поверил увиденному.

Это она… Точно она! Та золотоволосая незнакомка с янтарного цвета глазами… Замерла, стоя на барабане; подняв руки и чуть запрокинув голову. Несколько слоев легкой разноцветной ткани окутывали девичий стан, не утяжеляя его, но в то же время не позволяя понять, какая именно фигура под ними скрыта. Распущенные волосы мягкими волнами струились вдоль тела, босые ноги украшали браслеты с маленькими колокольчиками. Хм… Кто же она? Танцовщица?

Эйрон не хотел ни на миг отвести взгляд. Лишь боковым зрением констатировал, что и остальные барабаны заняты. Все стоящие на них девушки замерли в одинаковых позах, и одеждой не отличались. Но у остальных волосы были темными, гладкими, и кожа явно смуглее. Почему, интересно, такая разница? Чем золотоволосая незнакомка такая особенная?

– Хороша… – сидящий рядом Лирен довольно цокнул языком.

– Какая именно? – живо отозвался Фэйтон. – У меня так вообще глаза разбежались!

Но Эйрон смотрел только на одну. В сумраке она казалась совершенным видением, даже миражом, невиданной загадкой, которую во что бы то ни стало нужно разгадать…

И нескольких мгновений не прошло, как погасшие было факелы ярко вспыхнули снова.

Девушки открыли глаза.

Первыми грянули барабаны, множество разных в один ритм. Но основную партию вели те самые, в центре площади. Их необычный даже немного тягучий звук словно бы сам воздух заставлял вокруг вибрировать. Девушки двигались идеально синхронно, сначала очень неспешно, словно только-только пробуждались ото сна. Казалось, они едва касаются босыми ногами барабанов, на которых танцуют, но все равно звук получался довольно громким.

Эйрон не смотрел на остальных, взгляд был прикован к одной единственной. Златовласка… Лишь боковым зрением подмечал, насколько слаженно танцуют девушки. И вряд ли это было результатом долгих репетиций, сам танец больше походил на магический транс.

Темп убыстрялся, движения хоть и следовали ему, но все равно оставались плавными, очень изящными. Девушка казалась неимоверно гибкой, грациозной и даже невесомой. Ее многослойное облачение струилось по телу, будто ткань вот-вот норовила соскользнуть к босым ногам. При каждом повороте волосы взметались, но не хаотично, лишь обрамляя силуэт.

Она, единственная, не открывала глаза. Единственная не улыбалась. Если другие, очевидно, старались произвести впечатление на зрителей, превзойти друг друга. То золотоволосая явно танцевала лишь для себя. Потому что это ей нравилось… Это была ее стихия… Завораживающее движение, порождающее пламя… И не только магическое… Интересно, она вообще догадывается, какой эффект сейчас производит? Но, похоже, ей до этого нет никакого дела.

Если до этого все у девушек было синхронным, то тут пошел разлад. У золотоволосой первой на кончиках пальцев вспыхнуло пламя. Пусть лишь на несколько мгновений, но все же. Барабаны забили еще громче. Казалось, собственное сердце стучит лишь исключительно в такт с ним. Взгляд жадно ловил каждое движение изгибающегося тела девушки, рождая в мыслях дурманяще восхитительные образы…

Легкий взмах, и верхний слой облачения взметнулся вверх. Вспыхнув в воздухе, ткань моментально сгорела, разлетаясь искрами. Но это было только начало… И нескольких мгновений не прошло, как та же участь постигла и следующий слой наряда. И так один за другим, пока…

На миг даже дыхание оборвалось, кровь жарко застучала в висках. Нижнее платье настолько идеально совпадало по цвету с кожей и облегало так, что в первую секунду показалось, что девушка осталась абсолютно обнаженной. Узор из множества поблескивающих в свете пламени кристаллов замысловато вился по ткани, создавая иллюзию рисунка на самой коже. И пусть это нижнее платье и было непрозрачным, но все равно отчетливо виднелся мерцающий сейчас сквозь ткань алый знак четырехлистника в районе солнечного сплетения.

Неважным фоном послышались слова Фейтона:

– Надеюсь, у них тут есть целители, а то мне аж с сердцем плохо стало…

Но Эйрон не прислушивался. Пламя бушевало вокруг, расцветая диковинными цветами, создавая в воздухе реалистичные образы летящих драконов. Но куда большее пламя бушевало в душе. Еще ни одна девушка не разжигала в нем столь сильное желание. Ни одна не завораживала настолько… Но одновременно накатила и злость. Что не он один это видит. Что еще множество других мужчин сейчас смотрит на златовласку и наверняка с откровенным вожделением!

Бой барабанов достиг своего пика. Огонь снова вспыхнул так сильно, что пришлось зажмуриться. А когда через мгновение Эйрон открыл глаза, девушек на площади уже не было.

Музыканты как ни в чем ни бывало заиграли легкую мелодию, засновали слуги, убирая с центра площади барабаны и разнося по помостам новые яства и вина. Будто бы замерший на время огненного танца мир опомнился и возобновил свой ход.

Первым отмер Фейтон.

– А…эээ…куда?.. – с полнейшим недоумением он даже руки простер вперед, мол, вернитесь, девушки, вы чего.

Итан откашлялся. Пробормотал сбивчиво:

– Ладно, сдаюсь. Девушки тоже могут быть магами. Особенно…гм…такие горячие девушки, во всех смыслах этого слова.

Лирен даже головой тряхнул, чтобы прийти в себя. Тут же подозвал стоящего неподалеку мужчину в ритуальных одеждах жреца.

– А почему таллиси ушли? Разве они не присоединятся к нам на этом празднике?

– Что вы, господин, – поклонившись, жрец любезно улыбнулся, – таллиси слишком ценны. Их редко показывают на глаза посторонним. Но не волнуйтесь, вы все равно еще увидите девушек на предстоящих состязаниях во славу Верховных.

– А просто так пообщаться с таллиси нельзя? – Эйрон с трудом отрешился от заманчивых видений. – Естественно, все в рамках приличий.

– Исключительно на тему магии, – тут же поддакнул Фейтон. – Мы – маги, они – маги, нам есть что обсудить, поделиться опытом, так сказать.

– Это решать только Верховным, – жрец ушел от ответа. – А нам остается лишь наслаждаться праздневством. Впереди еще много чего интересного. Приятного вам вечера.

Еще раз поклонился, отошел от их помоста.

– Да уж, – Лирен и не скрывал недовольства. – Что-то мне подсказывает, что настолько интересно уж точно не будет. Видели ту светловолосую? Да я же теперь даже спать спокойно не смогу!

– Ты уж как-нибудь постарайся, – впервые друг вызвал настолько сильное раздражение, Эйрон с трудом скрыл эмоции. – Мы сюда прибыли не на девушек глазеть. И завтра желательно сосредоточиться на испытаниях, а не на таллиси.

Самому бы еще собственным словам последовать…

– Приятно, что хоть кто-то из нас здравомыслящий, – философски изрек Итан. – Но неприятно, что вопреки всякой логике это все же не я…

А праздник продолжался. Выступали музыканты и певцы, акробаты и шуты… Даже разные танцовщицы еще появлялись, причем несколько раз девушки в танце вообще полностью обнажались – видимо, символизируя ритуальный танец таллиси.

Но все это казалось лишь жалкой пародией. Ни одна из них не вызывала даже близко тех эмоций. Образ златовласой девушки напрочь засел в душе и теперь не давал покоя. Такая обольстительная и в то же время недосягаемая… Впрочем, последнее еще под вопросом. Впереди целая неделя в Хардемме, и на состязаниях златовласка точно появится, так что еще будет шанс познакомиться поближе.

Теперь уже Эйрон ни на миг не сомневался: он ее точно не упустит. И дело уже даже не в необычной реакции четырехлистника. И даже не в жажде обладания. Он просто отчетливо понимал, что крайне необходимо развеять этот сладостный образ. Сейчас златовласка казалась совершенной, самой желанной. По сравнению с ней все другие девушки меркли, сразу отходили на второй план. Но такое восприятие основательно подпортит жизнь в родном мире. Так что за эту неделю нужно разочароваться в незнакомке, иначе она так и останется недостижимой целью, не дающей покоя.

А уж разочароваться точно будет несложно. Ни одна девушка еще не захватывала его интерес надолго. И златовласка не станет исключением.

Тайли

– Тайли все испортила! – Сафия первым делом поспешила высказать все старшей жрице. – У нее огонь появился раньше нас!

Мда, в этом вся Сафия… Пока нормальные таллиси сосредоточены на танце, она будет занята лишь тем, чтобы меня половить на какой-нибудь ошибке. Скучно человеку живется, что ли?

И не ей одной. Остальные тут же поддержали Сафию в ее праведном возмущении. Но я привыкла, что обычно они и накидываются всей сворой, так что тут удивляться нечему. Пока они дружно обсуждали, какая я бездарная, я первой накинула плащ, а то не прельщало и дальше оставаться в одном нижнем платье. И так до сих пор не покидало неприятное ощущение множества липких взглядов. Очень хотелось как можно скорее оказаться подальше от площади с ее гремящей музыкой и сборищем мужчин.

И ведь он тоже был там… Тот синеглазый незнакомец с базарной площади. Я сразу его узнала и, боюсь, он меня тоже. Если разболтает, что мы уже встречались, проблемы мне гарантированы…

– Так, хватит, – зазвучавший позади голос перебил гомон девиц.

Все обернулись, и я в том числе. К нам подошла одна из жриц самих Верховных, сразу можно было узнать по золотистым одеждам. Таллиси мигом замолкли, а госпожа Дейдра тут же пролебезила:

– Доброго вечера, госпожа Фетис. Мы всего лишь с девушками обсуждали, как прошел ритуальный танец. К сожалению, одна из таллиси подвела, вызвала пламя первой и…

Жрица жестом приказала замолчать.

– В том-то и дело, что вызывали пламя все остальные, и лишь у одной оно возникло само по себе, рожденное ее танцем. Так что вам следовало бы поучиться у этой девушки, – она перевела взгляд на меня. – Как твое имя?

– Тайли, госпожа, – я не спешила радоваться похвале, оставалась настороже, вдруг тут какой-то подвох.

– Что ж, Тайли, тебя желают видеть сами Верховные.

Ну вот, пожалуйста, что и следовало доказать… Сколько я в обители, еще ни разу Верховные не призывали к себе никого из таллиси. Я-то им зачем понадобилась?.. Аж дыхание враз перехватило. А что, если они как-то узнали о моем плане?! Тогда мне точно конец…

Госпожа Фетис, между тем, добавила:

– Остальных отправляйте в обитель. Тайли присоединится к ним чуть позже. Дейдра, пойдете с нами.

– Да, госпожа. Конечно, госпожа, – та с перепугу несколько раз поклонилась. Скомандовала младшим жрицам уводить таллиси, а сама поспешила за нами.

Дворец Верховных располагался у самой площади, где сейчас проходило празднество, так что далеко идти не пришлось.

Госпожа Фетис степенно шла первой, мы с госпожой Дейдрой чуть позади. И она беспрестанно мне шипела едва слышно:

– Не вздумай там ничего выкинуть эдакого! Только посмей опозориться перед Верховными, и тогда тебе ждет такое наказание, что ты даже представить себе не можешь! Веди себя смирно, глаза не поднимай и ни в чем не перечь! И то сейчас от Верховных получишь сполна, наверняка они тебя вызывают, узнав о твоих непокорности, своенравности и дерзости!

Я ее толком не слушала, да и, на мой взгляд, Верховные бы не стали самолично разбираться с таллиси, которая ведет себя не так, как остальные. Мелковато как-то. Тут явно дело в чем-то другом. Но лишь бы только не проведали о моем плане… Нет, я не сомневалась, что Нанни бы меня точно не выдала. Но мало ли, Верховные – всемогущие боги, вдруг они и мысли читать умеют на расстоянии?

Амина утверждала, что их дворец отлит из чистого золота, и вообще там все золотое. Причем сама Амина, естественно, ни разу тут не бывала. Но по факту она оказалась не так уж далека от истины: все было золотистого цвета! Колонны, пол, потолок, даже росписи на стенах. И я в своем сером плаще чувствовала себя ничтожной пылинкой, случайно оказавшейся на золотом украшении. Честно говоря, глаза ужасно устали от всего этого, аж рябило. Как тут люди каждый день находятся? Все-таки во дворце хватало и прислуги, и стражи…

Пока мы шли по коридорам, госпожа Дейдра больше не читала мне нотации. Она инстинктивно втянула голову в плечи и была такой бледной, что даже немного жаль ее стало. Уж она тут не первый раз. И явно Верховных боится.

Наконец, наш путь окончился высокими двустворчатыми дверьми. Двое стражников в золотых доспехах услужливо распахнули их перед нами. Заходить в зал было страшно, очень. Но с другой стороны, и любопытно. Одни говорили, что Верховные похожи на людей. Другие, что они – сгустки света. Третьи, что вообще состоят из чистого пламени. И как оно на самом деле?

Сам зал был огромен, потолок настолько высок, что даже толком не разглядеть. Да и вообще ничего не разглядеть. Здесь было настолько светло, что пришлось закрыть глаза. Я лишь мельком успела заметить, что по периметру зала расположены ниши, служащие тронами для Верховных. И именно от Верховных и исходил этот яркий свет. Но в то же время они явно были человекообразными.

Конечно, я поспешила поклониться. И в таком положении и слушала, что говорили боги. Голоса у них различались, но звучали одновременно:

– Мы давно наблюдаем за тобой, Тайли. Ты довольно необычная девушка. За последние несколько поколений ты – самая одаренная из всех таллиси. До нас доходили слухи о твоем не безупречном нраве, но, полагаем, ты уже осознала все свои ошибки и понимаешь, что смиренное служение – это величайшая благодать. Мы следили сегодня за вашим ритуальным танцем и весьма впечатлены твоему единению с огненной стихией. Потому именно на тебя мы возлагаем большие надежды в грядущих состязаниях. Постарайся проявить себя с лучшей стороны и показать всю мощь своей магии. Ступайте.

Отвечать ничего не полагалось, да и мне не терпелось поскорее уйти. Вот меньше минуты в этом зале, а показалось настоящей пыткой. Взгляды Верховных пригвождали к месту, давили чуть ли не физически. И насколько же легче стало, едва я отделалась от этого ощущения!

Госпожа Дейдра поглядывала на меня опасливо, даже ничего не высказывала, лишь семенила следом по коридору, пока госпожа Фетис мне поясняла:

– Сам ритуал обновления магий не проходит одномоментно. Такого уже недостаточно. Потому и организованы испытания между магами, чтобы выплески их силы уже начали ритуал заранее. Он будет длится всю эту неделю, так что все должно пройти успешно, – даже сдержанно улыбнулась мне: – Сами Верховные тебя выделяют среди всех остальных. Это большая честь. Постарайся их не разочаровать, раз ты и вправду чем-то особенная.

Знала я, чем я особенная. Тем, что росла не в обители, и моя магия развивалась сама по себе, как ей по природе и положено, без посторонних вмешательств. Нанни иногда со смехом говорила, что я – дикая разновидность таллиси. Но тут куда больше подходило слово «естественная».

Мы покинули дворец, и на одном из экипажей с госпожой Дейдрой вернулись в обитель. Она за это время ни слова мне не сказала, лишь косо поглядывала. Видимо, интерес Верховных ко мне напрочь отбил желание читать нотации.

Но все равно я спокойно вздохнула, лишь оказавшись в своей комнате. Первым делом погладила Фиру, внаглую устроившуюся прямо посреди кровати. Сонная саламандра потягивалась, зевала, явственно намекая, что и мне бы пора спать ложиться.

– Ты права, конечно… Завтра будет непростой день. Начинаются состязания, и к тому же сегодня я так и не выбрала себе «жертву». Мне вообще показалось, что и маги воздуха, и маги земли – как–то все у них там на одно лицо.

Перед внутренним взором вмиг возник образ того темноволосого мага льда. Даже жаль, что они сами по своей сути холодны и бесчувственны… Но с другой стороны, он производил впечатление человека, которого не провести. Такой точно заподозрит двойное дно. Значит, он отпадает…

Ну ничего, завтра уже наверняка определюсь, с кем мне предстоит провести судьбоносную ночь. Ночь, которая либо спасет мою жизнь, либо убьет, если кто-то о случившемся узнает.