Элемент власти. Том II

Глава 4

– Нет! Я не могла так поступить! – с уверенностью заявила Анна, идя за мной следом.

Она успела переодеться, позавтракать, накраситься, отчитать меня за то, что у нас недостаточно воды, сгрузить на меня свой рюкзак и обвинить в «переходящем всякие границы извращенстве». Я же оставался спокоен как удав, что заводило и бесило её ещё больше. Просто раз за разом повторял, что она сама пришла ко мне в палатку, сама надела мои вещи, а когда стало слишком жарко, сама же их и сняла. И бонусом стянула и разбросала часть своих элементов женской экипировки.

И, конечно же, она не верила. Пыталась меня подловить, спорила, заявляла, что воспитание ей не позволяет подобное и всё такое. Я же пропускал её слова мимо ушей, сосредоточившись на разведке и попытках не заблудиться. С первым дела обстояли ещё хорошо, со вторым – терпимо. Помогал телефон и переносная зарядка – павербанка, как её назвала Анна.

– Могла, конечно. Встала, стянула с себя всё, швырнула лифчик, будто ты моя фанатка. Еле уговорил трусы не снимать. Ты вообще ничего не помнишь, что ли?

– Я всё прекрасно помню! Я спала, и это ты своими похотливыми ручонками медленно и осторожно стягивал с меня одежду. Я была очень уставшей, и только поэтому тебе удалось это сделать! – придумала она наконец-то свою версию событий и поинтересовалась, далеко ли нам ещё идти.

– А я откуда знаю? Телефон у тебя в руках, ты и следи, чтобы мы не сбились с маршрута, мой штурман-стриптизёр.

– Я не стриптизёр!

– Ага. Ты стриптизёрша.

– Нет! Не стриптизёрша то есть! – поправила она себя.

– А я не извращенец. Контролировать себя надо, Анюта. Хоть какую-то волю иметь, а не дефилировать своими прелестями перед первым встречным, – сказал я, а сам удивился появлению в моём лексиконе нового слова…

Вылезло само по себе и как точно в цель попало! Удивительно!

– Это ты себя контролируй! И вообще, для изврата, который меня всю обмацал, пока мы бежали, и видел практически голой, ты какой-то неблагодарный!

– Мне тебе теперь что, ноги целовать? Анют, я напоминаю, это ты здесь на испытательном сроке. Если и дальше будешь так себя вести, сдам отцу на руки и ариведерчи.

Хм… Снова интересное слово вылезло. Ариведерчи… Это откуда вообще взялось такое? Явно не местный язык.

– Аричего?

– Досвидос по-нашему.

– Да и пожалуйста! Мне такой мужлан и даром не нужен. Даже воды не может взять с собой догадаться.

– Да. Ты права. Жажда – ужас. Меняемся. Давай мне телефон, а сама тащи рюкзаки.

– В смысле тащи рюкзаки? Я же девочка! – возмутилась Анна.

– А я всё ещё думаю свернуть в ближайший город и купить там кляп для этой непослушной девочки.

– Фу, изврат! – скривила она лицо.

– Фу, стриптизёрша с мелкими сиськами, – повторил я её выражение лица.

– Ничего у меня не мелкие! – завелась она с пол-оборота и стала выглядеть как валькирия на тропе войны.

– Ну, так себе, если честно. Видал и более достойные стихов девичьи прелести, – пожал я плечами с ухмылкой. Причём вообще не соврал: за многие годы я видел… многих.

– Ну, раз тебе моя грудь не понравилась, то можешь больше и не мечтать её увидеть.

– А ты что, на каждой стоянке хотела мне её показывать? Фу… Извратка.

Подловил я её и смог на целую минуту вогнать в ступор. Блаженная тишина.

– Что, правда такая мелкая? – раздался голос у меня за спиной, как только мы подошли к лесному ручью.

Я обернулся и увидел душещипательную картину, где Аня своими мелкими ладошками со слезами на глазах водит вокруг своих скромных прелестей.

– Мне в ладонь поместится… – показал я ей свою руку, и она понуро опустила голову. – Но не в сиськах счастье, Аня.

– А в чём тогда? – с надеждой посмотрела девчонка на меня.

– В их размере! – рассмеялся я и увернулся от брошенной в мою сторону деревянной палки.

– Прибью! Изврат!

Надо всё-таки купить кляп. С таким криком мы далеко не уедем…

Спустя всего пятьдесят километров Аня устала. И пусть она пыталась не показывать виду, я видел, как с неё пот уже течёт. Неудивительно, нам приходилось следовать за подсказками элек-разведчиков и то останавливаться, то возвращаться, то петлять. Прошло больше десяти часов с того момента, как мы вышли, и не всегда попадалась ровная дорога. Порой и через непролазные дебри приходилось пробираться.

Потерпев многочисленные поражения в словесных пикировках, а быть может, и просто устав из-за дороги, Аня замолчала. И в таком блаженном состоянии мы прошли ещё с десяток километров, пока не добрались до очередной лесной развилки, где я и остановился.

– Ох. Я сейчас сдохну… У меня, кажется, мозоль на ноге. Ты пластырь не брал?

– Нет. Может, у тебя в косметичке есть. Я там скидывал всё в кучу. Поищи. Стоянка пять минут.

– Всего пять? Мы прошли так много! У меня сейчас ноги отвалятся!

– Пять. Надо двигаться дальше. За нами всё ещё идёт погоня, и нас ищут по всему княжеству.

– Может, машину найдём?

– Я водить не умею. Это раз. Два: машины – это дороги, блокпосты, проверка документов. Шанс нарваться в разы выше.

– Но ты же сильный! Справишься!

– Справлюсь. А ты нет. Есть моменты, когда риск – дело благородное. Но в данном случае это будет глупость. Мы только затерялись, а ты хочешь дать князю возможность найти нас снова. Бесконечно я убегать не смогу с такой ношей.

– Ты хочешь сказать, что я толстая? – нахмурилась Аня, копошась в рюкзаке.

– Я хочу сказать, что ты не мешок с картошкой и что я ограничен, когда тащу тебя на руках или на плече. Так что идём лесом до соседнего баронства. Там найдём место для отдыха, и я отправлюсь в разведку. Посмотрю, что люди говорят, что в газетах пишут, на скольких столбах наши лица наклеены.

– О! Нашла! – вытащила она пластырь из мини-аптечки, взятой просто на всякий случай с остальным барахлом. Не зря…

– Две минуты.

– Да подожди ты, изверг… О-о-о-ох… Ка-а-айф… – сняла Анна кроссовки и принялась колдовать над мозолью.

Я, скосив глаза, посмотрел на кровавые мозоли. Такими темпами мы не только до заката не уберёмся в соседнее баронство… Я ещё рискую превратить Аню в калеку. Это плохо… Не учёл особенность неподготовленного тела к столь дальним путешествиям.

– Придётся избавиться от лишнего груза… – вздохнул я и без сожалений принялся вываливать содержимое обоих рюкзаков на землю.

– Стой, ты что делаешь?

– Спасаю ситуацию. Это выкидываем. Это тоже… Так, газовая горелка. Полезная, но тяжёлая и объёмная. Выкидываю. Запасной костюм – прощай. Духи… выбери два флакона.

– ТРИ!

– Два, – настоял я и, разрушая зачатки симпатии в девичьем сердце, выбросил косметичку. Оставил только мыло, да и то – одно на двоих.

– ИЗВЕРГ!

– Я не могу нести два огромных рюкзака и тебя одновременно. Надо все вещи для длительного перехода вместить в один рюкзак. Ноутбук и телефон – берём…

– Что ты такое странное придумал?! Устал нести – не проблема. Я своё добро сама понесу! НЕ ТРОГАЙ МОЁ БЕЛЬЁ!

– Оно же тебе не по размеру?

– Это последняя коллекция Дома Золотого Персика! Я такое даже и не надеялась купить! Пусть будут!

– На вырост? – посмотрел я на неё, как на вредного ребёнка, и без капли сомнений последняя коллекция какого-то персика отправилась на мох, шишки и иголки этого прекрасного леса.

– Не-е-е-ет. Я сама понесу! Оставь!

– Ты себя скоро понести не сможешь. Ещё километров десять пройдёшь и умрёшь от потери крови. Нет, так дело не пойдёт. Давай, не жалей. Я тебе новые шмоточки потом найду.

– Обещаешь… – сквозь слёзы спросила Аня.

Я ещё раз посмотрел на неё и удивился. Реально плачет… Вот эта убивающаяся из-за каких-то тряпок и духов соплячка и та валькирия, что была готова броситься на меня с ножом от фруктов, – одна и та же девушка? Ну и дела…

– Обещаю. Но только если ты будешь себя хорошо вести и пройдёшь испытание.

– Какое ещё испытание?

– А ты уже забыла про испытательный срок? Слыхал я легенды про память девичью, но чтобы настолько всё плохо было…

– Я не могу понять, когда ты шутишь, а когда серьёзен, – вздохнула она.

– Про испытательный срок я не шутил. Если ты будешь доставлять много проблем, то спасибо барону Бурову за предложение, но я поищу другой способ решить свой вопрос.

– Меня что, правда хотят отдать мужлану-извращенцу? – надула она губы.

– Понятия не имею, ведь я не такой.

– Ты-то не такой? – приподняв брови, сказала она с изрядной долей иронии.

– Да. Я не такой. Они все такие, а я не такой, – уверенно заявил я.

– Ну да-а-а-а-а… Я эту песню уже сто раз слышала.

Я не стал ей отвечать, зависнув на выборе оружия. Из огнестрела у меня охотничье ружьё и пистолет. Хорошенько подумав, я оставил и то и другое. Мне оно ни к чему, но вот в жизни всякое может случиться. Пригодиться вполне может.

За пятнадцать минут мы активно пересобрали рюкзак, несмотря на безуспешные попытки Ани надуть щёки при виде закапываемых в землю вещей и начать возмущаться. И причина была подходящая – прилетели с разведки эльки с новостями.

– Направо не идём, там есть люди. Довольно много, прочёсывают местность. До них далеко, но всё же можно нарваться. Налево двинем.

– Это крюк ещё на двадцать километров! Я не знаю, дойду ли.

– Потому мы и скидываем всё барахло, оставляя только самое нужное. Надевай рюкзак.

– В смысле? – удивилась она, но, к моей радости, кроме общего возмущения, никакой глупости не последовало.

Она быстро натянула кроссовки, поморщилась от боли, а после взяла и сам рюкзак.

– А теперь залезай ко мне на спину. Побежим быстро, держись крепко, – велел я ей.

Анна внутри себя сопротивлялась – всё на лице написано. Что, не дело это, дочери барона, на мужика вот так вот вешаться? Ну, извини, ситуация…

Наконец, Анна кивнула, и я присел, чтобы ей было проще. Она забралась мне на спину и обхватила меня руками и ногами, как панцирь черепашку.

– Ничего не мешает? – прижалась она ко мне своим горячим телом.

– Так нечему. Я же говорил уже.

– Задушу… – крепче сдавила она мою шею.

***

Остановились мы в домике лесника, в двадцати километрах от мелкого городишки Домысланска. Он даже скорее напоминал собой большую деревню, по меркам местных, но в нём были все блага развитой цивилизации. Почта, банк, салоны связи, какое-то пищевое производство газировки, отделение полиции, небольшая больничка, аптеки и самое главное – супермаркеты.

Аня тосковала по потерянным тряпкам из бутиков и уплывшим от неё дорогим духам и вместе с тем приводила в порядок домишко. Здесь мы задержимся на ночь, и дальше нас ждёт двухдневный марафон до приграничья. Надо закупиться всем необходимым: водой, едой. Надо зарядить телефон. Повербанк тоже разрядился, к моему огромному сожалению. Неплохо бы новый купить или этот зарядить. Ну и как я в домике без электричества должен зарядить?

Домик лесничего оказался просто укрытием от непогоды с парочкой припрятанных инструментов. И судя по внешним признакам, людей здесь не было уже год или два.

Как бы там ни было, как бы мы ни устали, я отправил разведку и стражей во все стороны, а сам двинулся к ближайшему озеру искупаться и сбить с себя стойкий запах любителя природы. Всё же пришлось попотеть, какой бы там Аня ни была пушинкой. Пятьсот километров за день пробежать – тяжело. Сделать это под её бубнёж – почти нереально. Но я справился.

Аня от предложения искупаться отказалась и принялась вытирать пыль и вытряхивать подушки с одеялом. И когда я вернулся, то увидел спящую красавицу. Я тихонько подошёл и поправил одеяло. Пусть отдыхает. Она обычный человек, хоть и неплохо тренированный. Ей это всё далось нелегко.

На самом деле, я ожидал, что нытья будет больше. Но, видимо, она болтала без умолку только лишь из-за стресса. Ну, неудивительно. Пережила девочка многое, и я бы не пожелал пройти через такие испытания никому. Но судьба оказалась к ней благосклонна: со мной встретилась, отец выжил, девичью честь на поруганье не отдала, вырвалась на свободу… Пусть спит и отдыхает. А я пока за припасами схожу.

Вода, еда, электричество… Еды надо побольше. Я просто из-за таких нагрузок люблю поесть. Вот и приходится искать добычу. Альтернатива – охота и собирательство. Но на корешках и ягодах я далеко не убегу, а мясо… Его жарить нужно. А это демаскирует. Сейчас я хочу оставаться призраком, невидимкой и создать таким образом давление на князя. Пусть ищет меня и боится, трясётся от беспомощности.

Город выглядел вымершим, несмотря на разгар рабочего дня. Я присмотрелся к столбам. Наших фотографий на них нет. Но это ещё ничего не значит. Замаскироваться бы…

Кепка и очки – всё, что было в наличии. Ими и прикрылся, отправляясь в супермаркет.

Магазин не шёл ни в какое сравнение с теми громадинами, что были в торговых центрах Радаевска. Даже обидно слегка. Я уже размечтался, что накуплю всякого, а тут такой облом… Ещё и ленивый охранник меня подозрительно сопровождал в практически пустом магазине…

Чем дольше я тут нахожусь – тем выше риск нарваться. Поэтому взял упаковку местной газированной воды, корзинку всяких колбас, тушёнок, хлеба, сыра и прочего, что можно съесть без готовки, и выдвинулся на кассу.

– Здрасте… – поздоровалась продавщица.

– Здрасте, – ответил я.

– Проездом в нашем городе?

– А вы всех в лицо знаете? – удивился я.

– Ну так… Пятнадцать лет здесь работаю. Вас первый раз вижу.

– Потому что проездом. В гости еду. Обещают знатную рыбалку!

– Да? Ну, рыба у нас тут действительно водится… Природа богатая. Сколько, – внезапно спросила она, и интуиция подсказала мне, что это что-то вроде проверки.

Я слегка прищурился, мозг напрягся. Что за шифр она от меня требует?.. Боюсь, одна ошибка может стоить мне всей скрытности… О, точно!

Продавщица, по-видимому, решила, что у меня проблемы со зрением, и поэтому я так щурюсь, отошла в сторону и указала рукой на стеллаж за её спиной.

– Ящик, я думаю… Меньше брать – только ещё раз в город ехать посреди рыбалки.

– И то верно. Есть пшеничная, купалинка, сябры, аквадив…

– А какую порекомендуете?

– Я-то? – Она деловито посмотрела по сторонам, подала глазами какой-то странный знак охраннику, и тот кивнул отворачиваясь. – Я бы вот что порекомендовала… – На прилавке вмиг появилась стекляшка с мутного цвета содержимым. – Литр – десять рублей. Если возьмёшь хотя бы десять, дам скидку рубль за каждый бутыль. Натуральный продукт, чистейший! Тройная дистилляция…

– Мутноватый он какой-то…

– Это специально сделано для придания колоритности нашему Домысланскому Ржанушке.

– Ржанушка?

– Ну, на ржи мы гоним самогон. Потому так и назвали. Качество гарантирую. Ты знаешь, где меня искать…

– Если не понравится или отравлюсь?

– Кхе! – заулыбалась она своими двадцатью зубами. – Чтобы добавки взять! Как первый день живёшь, честное слово…

– Да я городской… Ну, из Великого Иглова. Не знаю даже… Давайте десять литров и пять бутылок Аквадива.

– Резонный компромисс. Но я уверена, про водку вы забудете уже после первого глотка нашего ржаного чуда. Вась! Десять!

– Уже несу! – отозвался охранник, смотря на меня таким взглядом, словно я его давно потерянный родственник, что должен ему денег.

Я отсчитал нужную сумму и с двумя сумками вышел на улицу.

Добыча еды прошла успешно. Осталось придумать, где зарядить телефон…

Мой взгляд упал на местного забулдыгу, что с грустью смотрел на торчащую из сумок водку.

Кажется, с оплатой услуг местного алконаселения у меня проблем не будет. А они очень дружелюбные, если знать, как к ним подойти.

– Эй, брат! На секунду! Можешь помочь донести сумку? – поднял я ту, где было десять литров самогона и пять бутылок водки.

Стекло весело зазвенело, и человек от всей души, радостно улыбнулся, услышав этот звук. Выглядит как рефлекс… А ещё он рекордсмен по числу зубов: всего четыре…

– Брат! Для тебя всё что угодно! – Словно кот, приманенный валерьянкой, он взял в руки сумку и замер, с вожделением смотря на её содержимое.

– Выпить хочешь? Мне бы телефон зарядить… Поможешь – и одна бутылка твоя.

– Да хоть жену мою… – сразу расставил приоритеты алкаш, но я ответил, что в этом нет нужды и мне хватит одной работающей розетки.

Через три часа я покинул этот гостеприимный город, став богом всех местных бухариков. Такого застолья у них ещё никогда не было. За такую цену…

***

Войдя в дом, я застал спящей Анну, в гордом одиночестве замотавшуюся в одеяло и кучу одежды. Спит себе и видит сны. Хорошо, пусть отдыхает.

На столе аккуратно были разложены столовые приборы и нехитрый ужин, который она подготовила для меня. Даже записку оставила: «Если я буду спать, значит, не дождалась твоего возвращения. Поужинай и… Тут одна кровать. Даже не думай меня лапать, понял?!»

Озорное настроение пропало, когда свет луны упал на её милое личико. Это напоминало мне об одной… бессмертной из моего прошлого мира. Она была из людей востока. Одной из тех, кто практиковал не совсем адекватные магические техники.

Она была лидером одной из местных сект и вела своих людей по пути познания вселенной. Я часто приходил к ней в гости, мы забирались на самую высокую горную вершину и оттуда любовались звёздами и луной. Я не могу сказать, что испытывал к ней какие-то сердечные чувства. Скорее уж она была мне добрым другом, несмотря на то, что магические практики её клана, секты и всей этой «страны» мне были чуждыми и казались противоестественными.

Она называла меня партнёром. Я понимал, что под этим словом скрывается куда больше, нежели обычное сотрудничество. И пусть я не раз выручал её, а она помогала мне и моим людям… В итоге наши пути разошлись. Сперва я не смог ответить на её призыв во время войны кланов и сект, ведь был на другом крае мира. А затем и она отказалась уйти вместе со мной, с моими людьми, когда я предложил. А ведь она не хуже меня понимала, что мир обречён…

Люди за последние сотни лет превратились в кочевников. И её клан не стал исключением. Однако старейшины не поддержали моё предложение, а она не смогла их бросить. Позже, когда мы были на полпути к храму, подаренный ей браслет на моей руке треснул и тысячей осколков осыпался на землю.

Это означало лишь одно: я больше её никогда не увижу. И даже не узнаю, что именно сломило столь сильную женщину-практика. Были это враги из других кланов, очередная война сект, засада охотников, мутанты или же магическая аномалия обрушилась на них всей своей яростью, – я не знаю. И никогда не узнаю…

Всё, что я мог, – это сохранить в своём сердце память о Лави. Она не первая, кого я потерял. Далеко не первая, к сожалению…

Лави любила всегда говорить одну странную фразу: «Никогда не доверяй женщинам. Они сами не знают, чего хотят».

Тихо и быстро съев свою часть ужина, собрав сумку с продуктами в дорогу, я ещё раз взглянул на Анну.

– Слишком часто она требует её не лапать, не прижиматься. Видимо, это тот самый момент, когда она будет сопротивляться, но радоваться, если я решу поступить вопреки её воле, – прошептал я, представляя, что бы сейчас могла ответить Лави.

Прав ли я? Или это моё воображение шалит?

Мои слова заставили дочь графа заёрзать и перевернуться. Она раскрыла одеяло и заняла всю кровать, валяясь в позе «звёздочки». Я вздохнул, поправил одеяло и вышел на улицу. Спать не хотелось. Хотя делить постель с такой красоткой я очень даже не против. Но не сейчас…

Ночь, тихий шелест листьев на деревьях, хлопающие в ночи крылья совы, шуршанье зверьков, выбравшихся за ночной добычей… Неплохое место. Но духовной силы здесь почти нет. Медитировать нет смысла, тратить силы на новых элементалей – тоже. Послушаю, что говорит разведка, и займусь просвещением.

История, география, этикет, животные и растения, магия… В этом мире, где ни копни, найдётся у меня множество вопросов. И на большую часть из них ответы есть в этом чудо-устройстве – телефоне. Главное – случайно не нарваться на рекламу, от которой кровь приливает не к той голове, что надо. А то «приглашение» Ани может вдруг сработать…

Голова к утру начала кипеть от объёма информации и попытки всё это систематизировать. Если раньше я чисто по азам пробежался в разных темах, то теперь зачитывался, часы посвящая интересующим меня статьям. В первую очередь интересовала структура этого мира, разделение на правящие верхушки, союзы, альянсы и многое другое. Оказалось крайне любопытным то, что в этом мире, как и в моём, шесть континентов. Один необитаемый, а остальные – очень даже населены! И вот такая вот область с «дикими туземцами» не одна. Но та, что граничит с княжеством Радова, самая огромная. Она даже превосходит один из материков по своему размеру. Ну а остальные области просто незаселённые, труднодоступные, законодательно закреплённые как ничейные земли, отданные для проживания местным «индейцам».

– Какое забавное слово «индейцы»…

Я продолжал изучать всё об этом мире, и чем больше читал, тем больше понимал, что для получения хотя бы базового понимания у меня уйдёт, пожалуй, минимум год. А это время ещё найти надо. Мне же медитировать, руководить элементалями, направлять возможных подчинённых и разбираться с местными аристократами…

Больше всего меня позабавило объявление о розыске с моей фотографией, размещённое в интернете и попавшее на первые полосы многих местных интернет-порталов.

– Самую уродскую выбрали, сволочи, – скривился я, записывая в воображаемый блокнотик ещё одну претензию к местным властителям.

Дверь за моей спиной открылась, и на пороге появилась сонная Анна, укутанная в одеяло.

– Не спишь?

– Не сплю.

– А чего не спишь?

– Кто-то захватил кровать…

– Так я бы подвинулась… – тёрла она глаза и смотрела на пробивающиеся через лес редкие лучи солнца.

– Это кровать слишком мелкая. Мне бы пришлось прижиматься к тебе.

– Я знаю… – ответила она и поёжилась. – Холодно-то как… Ты достал всё, что нам надо?

– Да. Вода под столом, еда в сумке рядом с ним, – говорил я, медленно стягивая с себя одежду, чтобы потренироваться.

Аня даже не попыталась кричать, что я опять решил заняться извращениями, а просто молча стояла, улыбалась и разглядывала меня.

– Как ты стал таким сильным?

– Если бы тебе не предстоял переход, я бы тебе… А, стоп. Ты же опять на меня сядешь и не будешь напрягаться! Решено – раздевайся!

– Ага, сейчас, разбежался!

Она повернулась, чтобы пойти в дом, но не тут-то было. Я рывком потянул её на себя, стянул одеяло, кофту и даже штаны.

Анна из-за моих действий впала в ступор. Я ощущал, как внутри неё зреет вулкан негодования. Она уже была готова взорваться из-за моего «наглого» поведения, но не успела…

– Икроножные слабые. Спина слабая. Размер лёгких тоже не впечатляет, – начал я её, как хирург, щупать в разных местах, но не тех, о которых она беспокоилась. – Готовься к зарядке и тренировке. Быстро в дом. На подготовку у тебя пять минут. Умылась, оделась и вперёд! Давай, я жду. Пока что по-быстрому разомнусь.

С этими словами я подпихнул её в сторону двери, закончив экспресс-оценку состояния физического тела, и подошёл к огромному корню сосны, выпирающему из земли. Вцепился в него пальцами, оттолкнулся ногами, словил равновесие и, стоя на руках вниз головой, принялся отжиматься.

– Раз, два, три… Эй. Тебе отдельное приглашение надо? Я вроде бы сказал, что делать.

– Извращенец! – с обидой сказала она и ушла в домик.

Кажется, в этот раз это была та самая обида на то, что в её голове я творю с ней всякие непотребства, но в реальности ничего подобного не происходит. Я в этом более чем уверен. Она вообще не оказывала сопротивление, когда я раздевал её. Даже помогала, молча смотря на меня с открытым ртом всё это время.

Аня, ты даже не представляешь, насколько я большой извращенец, когда дело касается тренировок, хе-хе-хе…

Глава 5

Стоит отдать Анне должное: она превзошла мои ожидания и упала без сил лишь на втором часу занятий. Да, мы делали одни и те же базовые упражнения, но с небольшой разницей. Я добавлял себе усложняющие элементы и объём работы, а она занималась самыми азами. Она отжимается двадцать раз – я двести. Она делает двадцать пресса – я двести. Она ладошкой лупит обычную двоечку по большому лопуху, пытаясь его порвать, – я, как дятел, долблю по дубу, надеясь, что тот выдержит.