Двое

– Имей в виду, я рассказала хозяйке, куда иду и с кем, – предупредила я.

Красавчик обернулся на меня, едва сдерживая смех.

– Интересно, к чему ты сейчас об это сказала?

– Да так… в памяти свежи истории про маньяков, которые запирают своих жертв в подвалах гаражей.

– Да ты что? И по каким приметам меня будут разыскивать «собаки с милицией»?

– Я успела поведать, что ты хорошо плаваешь и умопомрачительно целуешься.

Дверь гаража распахнулась, загорелся свет и состоялся приглашающий жест.

– Ну, тогда можешь быть спокойна: меня вычислят практически сразу.

– Наверно, всех деревенских девчонок перецеловал, да? – задержалась я в проходе.

– Ты близка к истине: я на них тренировался. Некоторые до сих пор вспоминают те сладостные мгновения. Что? – уловив на себе мой пристальный взгляд, усмехнулся мужчина.

– Я не уверена, но кажется, испытываю чувство, похожее на ревность.

– Тебе полезно, – фыркнул он, совершенно невежливо протолкнув меня внутрь. – Я чуть ума не лишился, глядя на этот васильковый кошмар. Да было бы для кого так наряжаться!

– Вообще, это было для тебя.

– Спасибо, я оценил. А вот остальным не обломится. Прошу! – кивнул он головой, предлагая сделать ещё несколько шагов. Я обернулась, чтобы продвинуться дальше, и застыла, разглядывая железного монстра с художественной росписью на капоте.

Автомобиль выглядел в крайней степени угрожающе. Оскаленная, как перед решающей схваткой, пасть медведя внушала шок и трепет. Габариты намеревались раздавить физически, ну а в целом я довольно долго оставалась под впечатлением. Колёса едва не по пояс, отбойник капота будто на уровне моей груди и ослепляющий хромированный блеск отдельных деталей. В мозгах мелькнуло узнавание. Перед глазами пронеслись недавние события и… нет, это была не машина, это было олицетворение свободы! Моей свободы, разумеется.

– Такой реакции на моего «монстра» я ещё не встречал, – довольный произведённым эффектом, мужчина похлопал по капоту, словно поощряя изображённого на нём медведя.

Бесцеремонно вырванная из своих размышлений, я перевела взгляд на «выдающегося» человека и неосознанно кивнула. Да. Пожалуй, именно таким я и представляла себе владельца этого авто. Лёгким, решительным и бесконечно независимым. Он непременно должен быть любимцем женщин, баловнем судьбы, а ещё каким-то особенно позитивным. Он должен любить жизнь, без стеснения пользоваться её дарами и уверенно смотреть вперёд.

– Значит, ты из нашего города… – с любопытным прищуром отметила я, а мужчина напротив гортанно рассмеялся.

– Что значит я из вашего города? Да это вы из моего! – весомо исправил он и, взяв меня за руку, потянул к задней двери авто.

– Идём, у нас не так много времени, – по-доброму посмеивался он.

Открыв дверцу, подтянул к себе кожаную дорожную сумку, резковато дёрнул молнией и ловко выбрал из вороха вещей именно то, что хотел, протянул их мне.

– Шутишь? Это мужская одежда! – уверенно отказалась я, не желая даже взглянуть.

– Будем считать, что это унисекс. А ещё прямая наводка на то, что ты несвободна.

– Столбишь территорию? – уточнила я, нехотя принимая в руки предложенные вещи.

– Боюсь влипнуть с тобой в неприятную историю и, считай, предупреждаю всех, с кем при желании стоит махаться.

– А ты и драться за меня готов?

– Уверен, ты этого стоишь. Надевай, – втолкнул он тонкую стопку мне в руки и взглядом дал понять, что спорить бессмысленно.

Я с неохотой развернула вещи и непримиримо цыкнула. Это были короткие пляжные шорты и белоснежная сорочка с длинным рукавом.

– Не волнуйся, сексуальность останется при тебе. Никакие платьишки не дадут тебе этого эффекта. Чужая женщина – самая желанная. Женщина, только что вышедшая из постели другого, как одна сплошная провокация и призыв к действию.

Я скосила на него взгляд.

– Ты хочешь вызвать в других мужчинах желание?

– Боже меня упаси. Я хочу вызвать в них зависть и в очередной раз продемонстрировать: моя женщина – самая лучшая.

– А…

– А подробности им знать ни к чему, – подмигнул мой спаситель.

– Хорошо, с этим разобрались, – пусть и не до конца понимая мотивы, всё же согласилась я. – Кстати, может, ты отвернёшься?

– Да ладно! Я уже всё рассмотрел, пока ты стучала зубами у реки.

– Да? Что-то ты быстро! – с обидой в голосе заметила я.

– А чего тянуть? – откровенно облизнулся он, бесцеремонно придвинув меня к себе и потянув за молнию платья на спине. – Всё при тебе и очень аппетитно!

Я вывернулась из захвата и сделала осторожный шаг назад.

– Твои простецкие комплименты вводят меня в смущение, – пожаловалась я.

– Потому что они сказаны по наитию, а не из вежливости или согласно правилам этикета, – заметил он, стягивая с меня сарафан через голову и помогая справиться с сорочкой.

– Я думала искренность не для мужчин.

– Ну да, интеллигенты, они такие… как бабы: говорят одно, думают другое, а делают третье. С нами, деревенскими пацанами, всё куда проще. Если я вижу, что у тебя классная грудь, я так и говорю.

Тут же его ладони накрыли мою грудь, и я успела только шлёпнуть по ним. Он, сдерживаясь от смеха, прикусил нижнюю губу.

– Если я понимаю, что твои бёдра буквально просятся, чтобы по ним провели руками…

Даже заканчивать фразу не стал, как повёл по ним, на финише ощутимо сминая ягодицы.

– Ну, ты поняла, – рассмеялся в итоге, в очередной раз позволяя мне выкрутиться из неприличного захвата.

– Да уж куда понятнее, – опасливо покосилась я на наглые ручищи и торопливо натянула шорты.

Думаю, выглядела я забавно. В сорочке с чужого плеча и цветастых плавательных трусах! Но стоило ему сдёрнуть те самые шорты мне на бёдра, стоило только завязать сорочку на небрежный узел где-то над пупком, как образ приобрёл смысл, позицию, значимость. Расправив широкий ворот, стянув его на одно плечо и подкатав длинные рукава до локтей, он окончательно испортил мою репутацию приличной девушки и… да, кажется, я только что выбралась из чужой постели. Он даже не поленился и взбил мне волосы, придавая им художественный беспорядок.

– Ты хорошо бегаешь? – прозвучало зачем-то, и я отрицательно качнула головой. – Ох, чувствую, быть мне сегодня битым, – горестно вздохнул он тогда, но в глазах… не-ет, в глазах таились совсем другие эмоции. Такие, что с ними никаких слов не надо: я и без того чувствовала себя самой желанной женщиной на земле.

Из приятного был тот самый взгляд, весьма и весьма собственническое прикосновение к моей талии, а вот из неприятного то, что попасть в автобус нам этим вечером явно не светило. Я-то по неопытности и не поняла, отчего мой мужчина вдруг скис и нахмурился. Ему же для того, чтобы уловить, насколько автобус переполнен, хватило одного взгляда.

– Всё, пойдём, – глухо буркнул он, как только автобус показался из-за поворота. И зачем-то потянул меня в другую от остановки сторону.

– Эй, ты куда?.. – заупрямилась я.

– Автобус битком.

– Не выдумывай. Потерпим немного. Сколько тут ехать-то?..

– Думаю, он даже двери не откроет.

– Не имеет права! – своевольно топнула я ногой.

Но когда автобус всё же приблизился, мне, человеку, видевшему общественный транспорт только на картинках, ну и ещё сегодня утром… В общем, даже мне стало ясно, что шансов влезть в него практически нет. Люди «за стеклом» давно выпучили глаза от натуги. Раскрасневшиеся, мокрые в спёртом салонном воздухе, они явно были не рады новым пассажирам. А когда распахнулась передняя дверь, из неё буквально вывалились несколько весёлых парней.

– Кит, ну тебе без шансов, – со смешком бросил один из них моему спутнику и решительно пошёл в наступление, пытаясь затолкнуть в автобус не только себя, но и несколько стоявших впереди товарищей.

Я потрусила к средней двери и в зеркале заднего вида встретилась взглядом с водителем. Тот явно чертыхнулся, сплюнул в сторону, но принял верное решение всё же открыть дверь. И всё бы ничего, но пронзительный женский вскрик и последующий болезненный стон отбили у меня всякую охоту ехать на автобусе. Я даже не поняла, что произошло, как меня оттолкнули в сторону. Мой спутник явно практиковался в спасении дам, попавших в беду, потому что сейчас старательно тянул створку двери на себя, пытаясь замкнуть её обратно.

– Нормально, стоишь? – встревоженно уточнил он у малолетней девчонки, по лицу которой слёзы лились градом. – Закрывай! – крикнул он водителю и внушительно хлопнул ладонью по пыльному боку автобуса.

– Что произошло? – полюбопытствовала я, пока мой спутник старательно пытался избавиться от грязи на ладонях.

– Ничего. Из-за вашего, мадам, нетерпения, девчонке дверью защемило ногу.

– Ну, прости, нужно было тебя послушать, – легко признала я свою неправоту. – И что теперь? Пойдём пешком?

– А какие ещё варианты? Пойдём. Как раз познакомимся поближе.

Я посмотрела в спину удаляющемуся мужчине и нервно притопнула ногой.

– Познакомимся… – пробубнила я, – главное, чтобы не до клевера в волосах, – пришлось припомнить его угрозы, но выбора, действительно, не было, и я отправилась следом. – А почему тебя зовут Кит? – начала я знакомство, уцепившись пальцами за его плечо, и шла при этом как на буксире.

– Потому что большой и сильный.

– А куда ехали все эти люди?

– К Кирюхе, разумеется. Его дни рождения любят все, потому что парень умеет веселиться.

– Здорово. Вечеринки, на которые попадала я, заранее были обречены на провал, – вздохнула я и приняла вторую попытку «познакомиться». – А тебя, выходит, здесь все знают?

– Конечно, ведь я здесь вырос. Люблю эти места. Меня, если хочешь, сюда тянет.

– Меня тоже, – заявила я и удостоилась недоверчивого взгляда. – Правда, правда. Здесь очень красивые места и дышится легче, чем в городе. А ещё я здесь была счастлива. Люди ведь всегда тянутся к подобным местам, потому что мысли о них окутаны приятными воспоминаниями.

– Не знаю, наверно. А ты почему, кстати, приехала? Я тебя здесь раньше не видел.

– Да что-то… навеяло!.. – выдавила я из себя более или менее подходящее объяснение. – А если честно, то я просто сбежала. От людей, от обязанностей, быть может, даже от себя. У тебя никогда не было ощущения, будто ты проживаешь чужую жизнь?

Красавчик задумчиво вздохнул, но сразу не нашёл, что ответить, как я сама обо всём догадалась и махнула рукой.

– Хотя о чём это я… Ты не из того сорта людей, что будут тратить себя на нелюбимое дело, на ненужную женщину, на пустые разговоры. Всё верно, так и надо! А я вот… плыву по течению, не особо задумываясь над тем, куда плыву, а, главное, зачем.

– Ну, раз уж ты оказалась здесь, значит, всё ж таки задумывалась.

– Да, конечно, – тут же призналась я. – Правда, обычно меня хватало только на душевные муки и терзания. А потом наступал новый день, и я убеждала себя в том, что всё не так уж и плохо.

– Главное, что ты решилась, – слабо представляя, что я имею в виду, всё же поддержал он меня. Я радостно кивнула.

– Решилась. Этому, кстати, поспособствовал именно ты.

От неожиданности красавчик хмыкнул.

– Когда успел?

– Мы с тобой из одного города. И иногда я видела твою машину, несущуюся на полной скорости по проспекту. Ты даже понятия не имеешь, сколько раз я представляла себе, что вот так же несусь в неизвестность. А на деле лишь смотрела вслед. Ты заставлял улицу и народ на ней вздрагивать под ритмы просто нереально громкой музыки. Помнится, не так давно ты сигналил всем, буквально требуя уступить дорогу. Моя мать тогда криво улыбнулась и брезгливо поморщилась. «Откуда только такие берутся?» – возмутилась она, я же подумала, что хоть кто-то умеет жить так, как ему хочется, отрываться на всю катушку. Я скрыла от матери довольную улыбку и лишь мысленно подпевала какой-то безумной композиции, что разносилась на всю округу, заставляя машину буквально подпрыгивать на басах. И я решила, что однажды точно решусь. Вот так и оказалась здесь.

– А мать у нас кто?

– У неё свой бизнес и авторитарные замашки, – увильнула я от прямого ответа.

– А ты?

– Я получила образование врача, но по профессии никогда не работала. Моя мать считала, что работа не для женщин.

– А как же её бизнес?

– О-о… это не просто работа. Это её жизнь, её детище! – заверила я, округлив глаза.

– Не жалеешь, что сбежала?

– Нет! – возмутилась я такой его мысли. – Кажется, что только сейчас и ожила. А ты?

– А что я… У меня, тут ты права, проблем с самоопределением нет. Живу, как хочу. И, не поверишь, получаю от этого процесса истинное удовольствие.

– Как раз таки верю, – с нескрываемой завистью я посмотрела в чистое небо.

– Не грусти, всё наладится! – пообещал он, обхватив меня за плечо и притянув к себе. – Вот выбьем из тебя сегодня городскую пыль, и в голове станет приятно пусто.

– Да, но в таких случаях приходится чем-то заполнять её снова. Я имею в виду пустоту.

– Вот этим и займёшься. А я подскажу.

Я прищурилась, уличая:

– Скорее уж поторопишься заполнить собой.

– И что в этом плохого? – не на шутку удивился мужчина. – Влюбишься, потеряешь голову, затем разочаруешься. Это очень полезно, между прочим.

– Чем же это? – ахнула я такому раскладу, на что получила в ответ скептическую ухмылку.

– Отрезвляет!

– Делишься опытом?

– Ну да. Или ты искренне считаешь, что я такой вот молодец и никогда не ошибался?

– Честно? – в азарте я прикусила губу. – Считаю!

– Совершенно напрасно. Неудачи нас закаляют, лишают некоторой уязвимости. Чтобы научиться вставать, приходится немало падать, не так ли?

– Никогда не рассматривала вопрос под таким углом.

– Ну, так посмотри. Вот я, например… В плане отношений совершенно бесперспективный тип.

– Ну-у не знаю, не сказала бы.

– Поверь на слово, – выразительно хмыкнув, посоветовал он. – Так вот, закрутив со мной мимолётный роман, ты научишься отпускать людей легко.

– А если влюблюсь? – тут же среагировала я на подобное предложение и мужчина поморщился.

– Будь так любезна, воздержись, – раздражаясь на мои неуместные уточняющие вопросы, цыкнул он.

– А если ты влюбишься?

– Знаешь, – он мстительно прищурился, – кажется, я уже близок к этому.

Я вздёрнула носик и независимо повела плечами.

– Ничего подобного: ты просто пытаешься развести меня на секс.

– Одно другому не мешает, – разумно не стал он отнекиваться и улыбнулся. Открыто, свободно, шикарно. Так, чтобы у меня и мысли не осталось отказаться от подобного опыта.

Не особо торопясь поздравить именинника, мы шли по широкой просёлочной дороге, и я всё думала, как умудрилась так влипнуть. Чтобы и сладко, и жарко, и абсолютно не опасаясь. Его называли Кит. И вовсе не потому, что был большим и сильным. Всё это глупости. Видимо, с той же лёгкостью, что и морской гигант, он проглатывал более мелких рыбёшек. «Да… Да, это куда ближе к истине» – кивнула я собственным мыслям. Я для него была приятным приключением, не более. Сам факт того, что он не представился и не спросил моего имени, уже говорил о многом. К слову, меня это ничуть не пугало. Вероятно, я явилась сюда за чем-то весьма схожим. За тем же приключением, за парочкой фатальных ошибок, за встряской, которая заставит меня пересмотреть свою жизнь и прийти к выводу, что «беситься с жиру» привилегия богачей. Вот и я бешусь.

Мне, видите ли, не дают шанс проявить себя. Ха-ха! А когда я к этому стремилась? Ведь сказать, что меня заставили выйти замуж, я не могу. Сказать, что не оставили выбора не имею права. И все десять лет я жила с мыслью, что неплохо было бы оказаться за пределами салона дорогого автомобиля, неплохо было бы сбежать и попробовать жить самостоятельно. Но ни разу до сегодняшнего дня не сделала и попытки приблизиться к мечте. А всё почему? Да потому что не так глупа и наивна, как могло показаться. Я не хочу носить одни и те же туфли всю жизнь, не хочу выживать от зарплаты до зарплаты. Я не хочу влюбиться в нищего, но жутко харизматичного красавца, а если и влюблюсь, то предпочту остаться с мужем. Потому что любить и страдать издалека куда предпочтительнее, чем разочароваться и признать свою ошибку.

Мария Степановна сказала, что я влюбилась. Может, оно и так. Может, и к лучшему. Поистине, каждый достоин своей участи! Вот я рождена, чтобы быть неудовлетворённой собой и другими. Чтобы мысленно перебирать множество вариантов, а двигаться совершенно в другом, но весьма выгодном направлении. Потому что не могу быть мотыльком, летящим на свет. Не так воспитана. Не зная изнанку жизни, я её всерьёз опасаюсь и совершенно не стремлюсь оказаться на её обочине.

– Послушай, там, на реке… ты сказал своим знакомым, что был на Яме. Ведь это окраина города, не так ли? – заговорила я, осознавая, что молчание меня тяготит. Красавчик удивлённо вскинул взгляд.

– Ну да. Там я осваиваю свой микробизнес.

Я невольно рассмеялась:

– Это ещё что такое?

– Несколько ларьков по сбору вторсырья.

– Король пустых бутылок? – ещё громче рассмеялась я, умиляясь тому, как низко пала. Мой спутник совершенно не обиделся, неторопливо пожал плечами.

– И картонных коробок! Но, согласись: и этим кто-то должен заниматься. Почему не я?

– Значит, пытаешься сделать нашу жизнь чище?

– В некотором смысле.

– Это ничего, что я спрашиваю? Хотелось бы узнать о тебе больше.

– Зачем? – искренне озадачился красавчик этим фактом.

– Понятия не имею! Вдруг вспыхнуло какое-то спонтанное желание. А, может, это проявление природного женского любопытства. Кстати, уже ловлю какое-то несоответствие. Твоя машина достаточно дорогая и…

– Не достаточно, крошка, а очень дорогая, – весомо отметил он.

Поддаваясь внушающей интонации, я старательно покивала, но не смогла удержаться от поправки.

– Обычно люди вкладываются в жильё.

– Мне ничего не известно про обычных людей. Всегда можно найти, где переночевать, а лично я мечтал о машине. Вот такой, заточенной под меня и под мой характер.

– А ты по характеру медведь? – припомнила я аэрографию на капоте. Мужчина понимающе ухмыльнулся.

– На работе да. Причём, гризли. Порву и загрызу любого. По жизни могу казаться очаровашкой пандой, но главное при этом не забывать, что и панда тоже медведь.

– Значит, ты вовсе не кит?

– Кит. Но сухопутный и обросший бурой шерстью, – игриво подмигнул он, предлагая перейти к другим, более приятным темам.

– А мы скоро придём?

– Устала? Недолго осталось. Деревня уже за поворотом, а база отдыха чуть дальше, возле реки.

– А ничего, что мы без подарка?

– Если хочешь, я подарю ему тебя.

Я вытаращила глаза и зло толкнула мужчину в плечо.

– Значит, обойдёмся хорошим настроением, – делая вид, что не понял претензии, пожал он плечами.

Совсем скоро можно было уловить басы клубной музыки, а как только мы приблизились к базе отдыха, стемнело достаточно для неоновых лучей. Люди. Их было много, и они были везде. Просто огромная толпа народа, нереально тёплое дыхание ночи, оглушающе громкая музыка и, конечно же, веселье. Такое всепоглощающее, объёмное, в котором можно захлебнуться.