Сага об Антилохе. Летопись золотых веков

Мыслями о том, как мог бы реализоваться в своём мире, не будь конченым задротом, я развлекал себя в моменты полной свободы. Секс, деньги, здоровье и тело в хорошей физической форме – сейчас у меня есть всё, ну или почти всё, о чём я мечтал раньше. Жизнь в кайф. Слишком лёгкая, слишком сладкая, настолько что хочется остановить время, насладившись им подольше. Вот ровно тогда, когда подобные мысли начинают закрадываться в голову, когда всё идёт слишком хорошо, – самое время напрячься. Встать со своего лежака, застегнуть куртку поплотнее, проверить униформу, остроту меча и приготовиться. Хорошая полоса в жизни – она, сука, опаснее полосы плохой, той, что постоянно держит тебя в тонусе.

– Ка-пи-тааан… – Держа меня рукой, не выпускает из-под покрывала, расстеленного в телеге, Ирма. Глаза её закрыты, улыбчивая, довольная тем, что смогла вздремнуть рядом со мной, пытается удержать, но нужно встать, выбраться из-под тёплого плена. Нужно доверять чутью, слушать своё «я», особенно когда внутри тебя их два. Прикрыв девушку, выбираюсь из телеги, захламлённой товарами.

– Чего подорвался? – Предпочитая двигаться верхом, вела коня рядом с нами Эрлина. – До земель Чёрного Пня ещё четыре дня пути.

– Где Кая?

– Я разведчица, а не гадалка, – пожала плечами эльфийка. – Поди её разбери, шляется где-то. А что? Зверь кровь почуял? – чуть серьёзнее спросила Эрлина. Чувствуя, что все вокруг слишком сильно расслабились, не дав чёткого ответа, кивнул. Цокнув языком, та повернула лошадь: – Предупрежу наших и Толоу.

Моё предзнаменование этой ночью не сбылось. Это ещё сильнее подстегнуло волнение моей команды. По странному стечению обстоятельств мы не видели Каю уже вторые сутки, и на третьи, после развилки, за которой в дне пути границы земель лорда Чёрного Пня, она явилась с новостями. Начиная с приграничного города за нами следили. Движуха тут на дороге живая – раз в день стабильно чей-то обоз встретишь, и один из таких, пристроившихся сзади в полудне пути, оказался барахольным, пустым. Явившись, Кая рассказала, что это ловушка. Массола согласилась, сказав, что имея повозку, любой торговец, двигающийся между городами, чтобы не идти за просто так, мог везти людей, грузы – в гильдии и на рынках заказов хватало. А то, что за нами идут «пустые», – это не нормально. Как и ненормально то, что параллельно нам, вместо использования нормальной дороги, по тропе двумя днями ранее пролетел отряд всадников, чьи гербы не смогла определить Кая. Парни торопились, догнать их, не выдав себя, – задача не из лёгких. Потому Кая решила потусить немного с теми, что позади нас. Говоруны на шестом часу слежки спалились, обсуждая, хватит ли всего двух повозок, чтобы собрать имущество каравана с восемью повозками. Лишь услышав это, Кая бросилась к нам. Обнаружив, что всё в порядке, прочесала местность вокруг на наличие вражеских разведчиков и, ничего не обнаружив, вернулась с полным докладом.

Расстелив карту, оглядев и обсудив маршрут, приходим к выводу, что весь остаток дороги, состоящий из холмистой местности и редколесья, идеально подходит для засады. Есть вариант вернуться назад, к развилке, и от неё крюком, через дальние дозорные посты, деревни, что в здешних местах закрываются частоколами, добраться до точки. Запад – это не центральные королевства. Уровень воинов здесь в разы выше, враги опаснее. Даже горячая Тайгрис не готова к подобным рискам. Массола прислушивается. Караван останавливается, разворачивается и до самого темна двигается навстречу «барахольщикам», что проводят нас презрительными, едва скрывающими недовольство взглядами. Они поняли, что мы поняли. Будь здесь их друзья – тут же началась бы поножовщина. Но их нет, и пойдут ли они за нами или останутся ждать кого-то другого – вопрос второй.

Ночью при помощи магии земли Толоу улучшаем место стоянки на возвышенности. Хороший обзор. Добраться до нас что по дороге, что по лесу придётся, ступая по снегу, бежать под обстрелом в подъём. Рискнут – опиздюлятся ещё на подступах. С этой мыслью я уходил дремать, а проснулся утром с рассветом. Они не рискнули либо нашли другую добычу. Ещё вдобавок к нам с утра пораньше прибился мелкий торгаш с бычьими упряжками, доверху забитыми углём и железной рудой. Этот хер, прознав об опасности, тут же послал одного из мальчишек в город с посланием, а сам, пристроившись сзади, побрёл за нами до развилки, где нас всё-таки нагнали вчерашние друзья.

– Чувствую магические источники, – ещё до первых залпов приметила «греющих заклинания магов» Деструксия.

– К бою! – тут же подняла отряд эльфийка, и спешка наша, чутьё мага позволили полубоком выставить телеги, выстроиться лучникам и магам. Долго не думая, один за другим проглатываю сразу два камня. Только телеги распрягли, увели животных, на холмах прятавшееся-тайное тут же стало явным. Их было не просто много, а сука очень много! С рёвом и криком на нас неслись не люди, а хер пойми что в звериных шкурах, с масками, топорами и щитами, копьями, булавами, с бронёй и в голом торсе. Мелкие точки, как камешки с вершины холма, неслись на нас набиравшей число лавиной.

Сверху, с холма, разгораясь, увеличиваясь в диаметре, в нас метнули огненный шар. Встречая который Ирма запускает вперёд шар ветровой, меньшего размера. Заклятия встречаются в небе, воздух взрывается, сбивая прицел, направляя в пустой овраг огненный сгусток. Не унимаясь, словно желая доказать, что сильнее, из леса вверх взмывают ещё несколько огненных снарядов.

– Деструксия! – с лошади на повозку запрыгивает Эрлина, заряжает магией свою стрелу, и в небе появляется огненная пентаграмма. Эльфийка не торопится – враг далеко и она не добьёт без ещё одного магического круга. Два воздушных шара устремляются в небо, сбивая огонь с траектории. Ирма создаёт недостающее воздушное заклятие, что ускоряет полёт стрелы Эрлины, увеличивая расстояние атаки. Одна за одной стрелы эльфийки врезаются в белого цвета небесный круг, чтобы потом, пролетев ещё с сотню метров, попасть в красный и умножиться в числе. Это был не одиночный залп, а ебучая серия, которую им удалось создать и кратно умножить по числу, с прошлого раза. Стрелы сыпались на вражеские, рассыпанные по холму порядки подобно огненному граду. Лучница и два мага – как целая армия стрелков – кладут на землю, убивая и раня добрых полтора десятка налётчиков.

– Стройся клином, от телег! Толоу, в ряд с Тайгрис справа! – рявкнул я на растерянных, жмущихся к обозу поодиночке воинов. – Остальные – фланг левый, со мной! Массола – в тыл, маги – в тыл, лучники держись правее! Быстрей-быстрей!

Бойцы расставлялись слишком медленно. Лёгкая паника охватила не только Серокрылых, но и солдат Толоу, что готовились к сражению, но не к столь многочисленным врагом. Рядом с нами об землю разбивается очередной огненный снаряд, не долетевший до обоза жалких десять метров. Ирма недоработала. Хотелось сказать так, но нет, никто не пострадал, и та, отразив сразу несколько атак, с сеструхой готовили свою собственную.

По щитам нашим забарабанили первые стрелы. Как черти из табакерки, с ними из-за холма возникает не просто очередная банда, а сука ебучий полноценный отряд, что двигается в нашу сторону, переходят на бег, при этом сохраняя строй. Эти выродки дождались отличного для нас момента. Криками перенаправляю атаку моих волшебниц на возникший за холмом отряд. Мощнейшее заклинание ударяется о серьёзный магический барьер, разбивает его, но не приносит желанного результата. Из двадцатки на землю падают крайние и кто-то, видимо выбившийся из сил маг, с центра. Стрелы наших лучников их не берут. Это не просто разбойники – профессиональные солдаты, облачённые в шкуры убитых зверей. Они подходят очень близко. У нас подготовлен боезапас. Потому Пташки по моей команде, со мной вместе, делают первый бросок пилумов во вражеские щиты. Не точно, кто как мог, попали лишь трое, включая меня, что привело лишь к одному точному выстрелу, сразившему открывшегося противника.

– Осторожно! – выступив в роли защитницы, своим клинком отразив точные стрелы лучников, чуть не пристреливших Деструксию, куноичи уводит магов с линии огня, а мы с Пташками на своей шкуре пробуем бросок ебучих викингов. Точный и быстрый. Швырнув копья, они тотчас закрываются, при этом, благодаря умевшей выцеливать слабости эльфийке и магу земли Толоу, потеряв ещё двоих.

– А-а-а-а… – В грудь мальчишки, стоявшего через одного, слишком низко опустившего щит, вошёл пилум, сдвинув с места и пригвоздив к телеге. Второму со щитом пробило руку насквозь, кому-то из обозных голову к херам собачьим копьём снесло.

– Ещё раз! – рявкнул я, и ребята подняли копья, совершают второй бросок. Враг ближе, мы били точнее и кучнее, и из двадцати в строю, что был готов броситься на нас в рукопашную, остался максимум десяток.

– В бой! – несмотря на потери, на то что половина бойцов мертва, без страха отдаёт команду мужчина в маске волка. Вдесятером они кидаются на нашу толпу. Я думал мы их перебьём, но оказывается, сбоку, за телегой, на линию обороны Тайгрис так же обрушиваются первые камни из лавины человеческих тел. Щиты на щиты, слышится треск, воинственный рёв нападавших, а за ним – лязг оружия. Прикрывая корпус круглыми щитами, вдавливая головы в широкие плечи, варвары врезаются и в нас, через себя и преграды наносят колющие, хаотичные удары, пытаясь достать нас, а мы в ответ бьём так же, и… проседаем. Наш строй выдавливают. Эти суки слишком сильны и развиты, разрывая наше построение.

– Реж трусливую суку! – подтверждая доминирование, положив кого-то из Серых на землю, замахивается топором гигант. Нас больше, на выручку приходят кто в тылу. Двое лучников в упор разряжают стрелы, но воин с топором, будто не почувствовав, продолжает свой удар. Мальчишка на земле защитился сам – вовремя вжался в щит, и тот не подвёл, выдержал атаку топора. После чего на в дела вернулась Деструксия – точным фаерболом снесла голову здоровяка, разбросав остатки черепушки по округе.

С гибелью очередного варвара, помощью бьющих из безопасности лучников, а также моей личной победой в строю и убийством другого, особо крикливого варвара, мы восстанавливаем строй, на который тут же наваливаются подоспевшие разрозненные силы врага. Напрыгнув на меня, будто обезьяна, орущая от страха, гнилозубый долбаёб сам налетает на мой выставленный меч животом. Голый торс вспарывает от бедра до солнечного сплетения. Кое-как удержав его на себе, движением толкающим сбрасываю его назад, на землю, чтобы уже в следующий момент столкнуться с другим, менее прыгучим и более коренастым. Щит на щит, выпад на выпад – мы обмениваемся ударами мечей, толкаемся щитами, пытаясь зарезать друг друга, в то время как вновь, опять в центре разваливается наш строй. Моему напарнику, парнишке слева, подрезают ногу, и тот падает. Помочь ему или себе? С рёвом, напрягаясь, я отталкиваю своего оппонента. У меня секунда. Клинком справа налево, уколом, я подрезаю бьющему сухожилия на руках и только успеваю поднять свой меч, как в меня вновь жёстко врезаются, отталкивая назад. Мальчишка ползком по кровавому снегу и грязи пятится, меня от него отдавливают, и тут я ощущаю прилив сил, разгон сердцебиения, ускорение восприятия.

– Ха! – толкаясь, сам дёрнулся вперёд, ударом сильным и неожиданным положив сразу двоих нападавших. Стоявший за мной мелкий торговец с одним лишь копьём тут же воспользовался моментом, заступаясь за пытавшегося встать с земли мальца, пронзил в живот того врага, что слева. Держать строй больше нет смысла – его нет. Все рассыпались. В ближнем бою дерутся лучники, защищая магов, хуярится с двумя клинками эльфийка, и тут, с нехуя себе, сзади на врага вижу набегающую Тайгрис с солдатами Толоу. Какого хуя?! – только и успеваю себе задать вопрос, как вижу, что отряд из семи всадников на конях, наших, устремляется в сторону вражеских лучников и магов.

– Поднажмите, ребята, мы почти победили! – кричу я, и изо рта моего, ошарашив врага спереди, вырываются вперёд языки пламени. Я в ахуе. Бородатый хер в маске черта – в ахуе.

– А-а-а-а! – кричу я, извергая огонь, и враг от страха оборачивается, набрасываясь на впавшего в ступор соседа сзади, пытается сбежать, получая от меня по спине мечом.

– Сзади, сзади! – кричат бандиты, и спустя всего полминуты от их напора остаются только отдельно отбивающиеся от наших парней, раненные, не способные бежать индивиды.

– Не отпускайте никого, всех убить! – нагоняя убегающих, вместе с Толоу добивает налётчиков тигрица. Буквально играя с последними уцелевшими, как сытый кот играет с мышью, прежде чем её задушить.

– Стой. – Не дал напуганному торгашу добить бандита на земле. – Тайгрис, возьми пару пленных! – Нам нужна информация о том, что это за чепушилы, есть ли у них лагерь, сокровища награбленные, и, возможно, информация, которая может оказаться ничуть не дешевле тех самых сокровищ бандитов. Их, сука, вон как много было – все в шкурах, с оружием, попробуй прокорми и проплати такую банду. Кстати о банде… смотрю я на тела вокруг и чё-то, нихуя понять не могу.

– Эрлина, а сколько их было? – обращаюсь к эльфийке, что, вновь забравшись на телегу, высунув язычок, с увлечённостью стреляла по движущимся мишеням.

– Ещё один… ай, как же я хороша… – лыбясь, натягивает новую стрелу эльфийка.

– Эрлина!

– Чё? Я их почти не считала. Чуть меньше нашего!

– Как меньше? – Глазами я был готов принять это, сам видел число трупов на земле, но в мозгу это не укладывалось. Испугался и не смог правильно оценить силы? Хреновая позиция для обзора?

– Ну так, меньше. – Спрыгнула ко мне ушастая. Она подошла к трупу того здоровяка, из уцелевшей десятки. – Вам просто с этими не повезло, кажется, это дезертиры, или наёмники, причём не здешние. Может, даже из армии демонов.

– Люди служат демонам, а демоны нанимают людей? – Меня это известие буквально шокировало.

– Ну да, а… то есть демон, служащий некроманту, ведьме, в прошлом человеку, тебя не смущает, а то что человек служит кому-то, кто дохуя платит и ещё землю, женщин, власть обещает за службу, – так это нихуя себе новость, да? – Кривляясь, глядя на меня как на идиота, раскладывает по полочкам Эрлина. С этой точки зрения всё логично. В кое-каких фильмах я подобное тоже видел.

– Так-то да… – глядя на трупы, жму плечами, и тут вижу, как эльфийку что-то привлекло. Она присела на колени, вглядываясь в лицо убитого. Клинок сверкнул в её руке, а золотой зуб в пасти несчастного… ах да, точно… Оставив Эрлину наедине с её любимым хобби, подхожу к капитану Пташек. На шлеме его свежая отметина, куртка снята наполовину, болтается на пузе, а на плече свежие белые бинты с красным проступающим пятном.

– Капитан Антилох, спасибо, вы спасли меня, дважды. – Глядит на тела друзей, которые теперь лежали с прикрытыми лицами рядом с работниками каравана и бойцом из отряда Толоу.

– А… так это тебя положили на землю? – Парень кивнул. – Нужно учиться стоять на ногах. Больше каши ешь и не падать.

– Так точно. – Не сводя взгляда с убитых ребят, ответил он. Мне доводилось терять людей, которых узнал не так давно, но чтобы друзей… Почти все мои друзья были в разы сильнее меня, и себя я настраивал всегда так, что скорее убьют меня, чем их. Так было до Санмы и Алисии, а теперь даже не знаю. Кошечка тоже получила свою порцию уроков. У неё вновь пробита и перебинтована правая нога, как в Ведьмовском лесу. Деструксия ещё как-то умудрилась подставиться, сидит, пищит, пока из её ладони сестричка осторожно, магией ветра выковыривает стрелу. Ну и гадство. Вроде простая стычка, а кровушки-то нам пустили. Сам еблом на меч чуть не налетел. А ведь это только начало…

– Что-то мне не нравится на западе, – робко смеясь, глядя на труп ветерана с разорванным ртом, говорит капитан Пташек.

– Аналогично… – следя за возвращающейся конницей, тянувшей за собой по земле несколько связанных типов, отвечаю я.