Мистер Фермер. Между Адом и Раем!
- -
- 100%
- +
Вспышки молний в сером небе, огненные разряды, очередной поджог едва потушенного леса. Всего в ста метрах от нас разгоралась битва, слышались крики, призывы к построению либо же смирению… возгласов много, не разобрать. Лишь пламя Последней Зари, чётко и ясно горело там, где шёл бой, давая понять, с моей дриадой всё в порядке.
– Кажется, один сбежал… – Когда мы вышли на улицу, произнесла Зуриэль. В нашу сторону скачет один из всадников, с гербом Троллов. Обгоревший, одной рукой держится за поводья, вторая, будто сломанная, болтается.
– Именем Тролл, с дороги! – Воскликнул он, пришпорив коня.
Яркая вспышка света, рывок, в брусчатке моей очередная вмятина, оставленная ногами ангела. Лошадь, сбавляя ход, добегает до нас, медленно и спокойно, словно ища защиты, заходит за спину, вместе с нами глядит на валящееся позади тело наезднику и стоящую над ним Зуриэль. Мне не нужно приказывать, чтобы моя защитница начала действовать. Очень удобная жизненная позиция.
Где-то опять сверкнула молния, угодив в крышу моего особняка. Полыхнуло пламя, загорелась кровля. Ну ёлки палки, как так можно…
Беспорядки в армии наёмников закончились ближе к ночи. Ситуация оказалась в разы хуже, чем мы предполагали, и уж прям совсем безысходная для той, кто эту армию привёл. Сколько их там было до момента прихода к Троллам, тринадцать тысяч, а Люси? А ничего, что из них, как минимум половина, были связаны долговыми обязательствами с отщепенцами на службе Троллов? Один из командиров наёмников так и вовсе был женат на старшей дочери семейства предателей. Итого, ещё до выхода из Вавилона Люси имела в своих рядах семитысячное войско предателей, что после увеличилось до десяти. Когда сама лисица обладала только пятью тысячами. Вступи она в сражение, да хоть с одними предателями – разгрома мы бы не избежали.
Вечер выдался таким же неспокойным, как последовавшая за ним ночь. Хоть с командирами и их свитой было покончено, большинство солдат, не до конца знавших всю ситуацию, последующему сражению под чужим командованием предпочли дезертирство. Всего за одни сутки, из более чем пятнадцатитысячного войска, осталось только четыре тысячи, и ещё около сотни раненых, появившихся после начала конфликта. Троллы, их командиры, почуяв неладное, подняли в армии бунт, пожелали пленить саму императрицу Люси, объявившую о их переводе в тыл. Они ослушались её приказа, подняли на неё руку, этого и ждала прятавшаяся в тени лисицы Заря. Она ловко использовала глупую малышку, и извлекла из ситуации максимальную пользу, дав возможность Ветерку не дожидаться сообщений, сразу после разборок в армии приступить к зачистке резиденции Тролл.
Помогая размещать раненых, ставя шатры прямо на разбитой лужайке, вспомнил о надобности общественных туалетов для ходящих, чтоб всё мне тут не засрали, а также о необходимости уток для тех, кто не может ходить. С сотней раненых останется как минимум ещё пол сотни из группы, сопровождавшей обозы, тыловой отряд так сказать. Будут вместе с целителями и парой магов помогать раненым, восстанавливать нанесённый ущерб и ещё прислуживать. Мне? Нет, конечно, императрице Люси, оставленной Зарей, на мои поруки. «Веди себе хорошо. Если Гросс пожалуется после моего возвращения, тебе пиздец» – Примерно так звучали напутственные слова Зари. Несмотря на значительно ослабевшее войско, уменьшившееся число, она не собиралась отступать от плана, обещала восстановить контроль над территориями в ближайшее время. Мешать не стал, я верю в неё, в её силы, и в то, что она не полезет на рожон. Главное, чтобы демоны вновь не объявились. Кстати, что там насчёт их противоположностей…
– Зуриэль, как там дела у Эсфеи с Астаопой? – Трудясь на кухне вместе с Облачком, готовя солдатам поздний ужин, спросил я.
– Сила их растёт, а вместе с ней увеличивается и гордыня. Создательница, она ждёт встречи с вами, и помыслы её мне не известны. Но вот Астаопа… она обижена, разум её затуманен разделением души. Она жаждет воссоединения и победы, победы в заключённом с Кузнецом пари. Сейчас, овладев магической силой, поддержкой Эсфеи, Астаопа как никогда к этому близка. Количество верующих в них растёт, всё чаще возводятся храмы с одной лишь каплей на вратах и алтарях. Живые забывают вас, и в этом, отчасти, вина лежит на нас. Астаопа боится, что вы превзойдёте её, что именно вы станете верховным богом этого мира, и потому всячески будет стараться вычеркнуть вас из памяти жителей этого мира, а после, и вовсе из Книги мирозданий. Она будет стараться поглотить вас, сделать то, чего не смогла добиться Эсфея.
– Эсфее убить меня или навредить мешал обратный урон. Всё отражалось и возвращалось к ней в том же объёме. Что может помешать Астаопе? – Спросил я, ведь по факту с девочкой богиней мы почти и не общались.
– Число последователей. – Отвечает Зуриэль. – Уже сейчас, хозяин, вы являетесь богом. Причём очень и очень могущественным. С момента нашего воссоединения прошло не больше половины дня, а объём вашего источника увеличился на добрых пять, может даже шесть процентов. Это невероятный рост, благословение, и не только света, но и тьмы. Я знаю, что помимо инквизиции, на вас молятся и вас почитают так же представители множества тайных, темных оккультных сект. Это так же служит источником вашей силы, ведь внутри вас и свет, и тьма. Вам наплевать, откуда черпать свою мощь. Астаопа подобным похвастаться не может. Из моих предположений, размышлений отчасти, чтобы замедлить ваше дальнейшее развитие, Эсфея и предала нас с вами две тысячи лет назад. Она боялась, что может проиграть демону, это правда. Но, выступи мы все вместе, сразись, возможно, совместными силами, мы бы одержали победу. Победу, что поставила бы крест на возвращении на божественный пьедестал Астаопы и Эсфеи.
Сложные речи задвигаешь, подруга, слишком сложные… Обмозговывая прошлое, невольно возник вопрос:
– Может, я и есть ставка Кузнеца, ну, противовес Астаопе?
– Нет. – Холодно отвечает Зуриэль. – Вы лишь прихоть, ставшая комом в горле для обеих из сторон. Не будь вас, Кровавый Кузнец уже давно бы победил в этой партии. Поглотил Астаопу, убил Эсфею, и через её пограничные миры вторгся бы в морское царство Создательницы. Ничто бы того не остановило, но пока Эсфея жива, пока находится в одном из миров, подконтрольных Кузнецу, темный бог и сам находится под угрозой нападения. Если Астаопа захватит этот мир, узнав о правилах и обычаях Кровавой кузни, ничто не помешает ей пойти дальше вместе с Эсфеей, подминая один за другие темные миры.
– Тогда почему Астаопа так одержима целью убить меня? Всё из-за какой-то игры, из-за гордости обычного ребёнка? Это… это абсурд, жизни миллионов, если не миллиардов, на кону, а она… я… – Внутри смятение, не понимаю я, зачем всё это ей, зачем?!
– Я тоже не понимаю. Именно поэтому и взбунтовалась, хозяин. Именно поэтому, зная, что может удержать меня только путём поглощения телесной оболочки, Эсфея и ударила меня в спину, навсегда решив доверия и уважения к создательнице. Мы могли победить, вместе одолеть демона, пусть даже и ценой многих жизней. Мы могли победить, я уверена, но они не захотели рисковать собой. Испугались, бросили вас и всех тех, кто в них так нуждался. – Подойдя, положив свою сильную руку на моё плечо, Зуриэль позволила мне ощутить искренность бушевавшего внутри её тела негодования. Она была опечалена, душа её искалеченная рыдала. Она и любила, и ненавидела Эсфею, а также ту, которую она породила, Астаопу. – Человека Матвея уже давно нет. Остался бог Матвеем, последний из тех, кто ещё не поступился с гордостью, целью не просто захватить, а защитить мир и населяющих его существ. Ваше сердце всё ещё полно света, в нём есть место для любви и надежды. Демон, одаренный именем Облачко, тому доказательство. Вы способны видеть прекрасное в нём только потому, что носите прекрасное внутри себя. Вы хороший бог, Матвеем, и я бы очень хотела, чтобы вы таким и оставались, позволив нам, вашим слугам, делать всю грязную работу. Станьте сильнее, познайте вместе с нами пределы своей силы, а после вернитесь на трон и ведите нас к свету в бесконечной войне против тьмы!
От пламенной речи Зуриэль всё внутри задрожало. Я был тронут до глубины души, прям даже на слезинку пробило, честно.
– Ну… – Надулась моя маленькая демоница и топнула ножкой… – Облачко не демон, Облачко – это Облачко! – Тыкнув пальцем в Ангела, заявила моя маленькая принцесса. Хе-хе-хе.
– Слышала? – Переключившись с темы, спросил я у ангела, и та почтенно извинилась.
Я был замотивирован как никогда. Завтра следует вернуться к физическим тренировкам, а также представить магам мои собственные разработки. Я не отказываюсь от пулемёта, собственно, как и от мечты о собственной большой пушке. Мне уже удалось создать некий «аналог», что вечно ломается, загрязняется и, в общем, выглядит как один головняк. Пусть теперь другие его усовершенствуют, может, даже создадут какой аналог ружья, типа той же трёхлинейки. Было бы здорово, хотя вряд ли кто-то из них сможет додуматься до подобного.
– Лорд Гросс, ужин скоро? – Появление на кухне Люси удивило.
– Да, госпожа, вот-вот будет готов. Только тут ведь солдатская простая пища, императорские повара…
– Да, знаю, разбежались. – Цокнув языком, перебила меня лиса. – В еде я неприхотлива.
Желая проверить это, поднял деревянную поварёшку, показав налипшую на неё кашу с комками мяса. Лицо лисы перекосило, ха-ха, ага, неприхотлива, как же. Интересно, что ей нужно от меня в этот раз?
Глава 3
Общаясь с лисицей, рассказывая свое вымышленное прошлое и просто ужиная, то и дело ловил на себе косые, подозрительные взгляды. Она следила за всем: тем, как я говорю, как держу столовые предметы и даже как дышу в ее присутствии. Это напрягало, создавало ощутимый дискомфорт, отчего порой хотелось бежать на край земли.
– Вы ведь в туалет за мной не пойдете? – Когда я поднялся из-за стола, и Люси встала следом, не без издевки спросил я.
– Зачем мне это? – Выплюнула недовольно лиса, а после, словив на себе взгляды Зуриэль и Безымянного инквизитора, села обратно за стол. – Мы еще не договорили…
– Да-да-да… – Собрав со стола пустые тарелки, отправляюсь на кухню, потом в уборную. Проблемная девчонка, слишком гордая, навязчивая и слова вставить лишнего не дает, ни то, что вопроса. Вот и как с ней общаться? Черт его знает.
Сделав все свои житейские дела, умывшись перед сном и не найдя лису за обеденным столом, отправляюсь в обход по лужайке. Навещаю раненых, общаюсь с прибывшими вместе с ними снабженцами, редкими, свободными для разговоров магами. Последние из перечисленных оказались не от мира сего, причём совсем. Большинство из них очень гордилось должностью, именуемой «маг». В любую свободную минуту каждый из них стремился вытащить книгу, прочитать что-то, повторить или же записать очередную мысль в свой собственный талмуд. Парни и девушки жили и учились, не отрываясь от работы и своих прямых обязанностей. Усердные, дотошные и трудолюбивые. Впервые пообщавшись с одним из них, смело предположил, что с винтовками может чего путного и выйдет. Одним только словом об «исследованиях Цветов» я с лёгкостью заинтересовал всех, включая тех, кто ранее от меня отмахивался. Вторым этапом стала «личная просьба Цветов» о поиске компаньонов в исследованиях. Изменились ли жадные до знаний маги в лице? Ха… чуть со штанов не повыпрыгивали, принявшись перечислять все свои удачные исследования в каждой из возможных и невозможных областей. Демонология, огнеборство, ветродвижение, а с ними типичные алхимия и рунные плюс магические зачарования. Каждый из присутствующих, включая занятых ранеными целителей, очень хотел прикоснуться к тому, что создавали Божественные Цветы. И не был бы я собой (а именно нахальным засранцем), если бы просто взял и дал доступ всем и каждому к своему оружию.
– Ты и ты… – Пальцем указав лишь на тех, кто проявил ко мне лояльность и, несмотря на занятость, не отказал в беседе, приглашаю двух магов в мою мастерскую. – С остальными поговорим завтра, как уважаемые маги освободятся. – Заставив зазнавшихся засранцев кусать локти, возвращаюсь в особняк. Там-то, как раз на втором этаже, и сталкиваюсь с той, о ком совсем забыл, – Люси. Стоя возле частично восстановленного лестничного пролета, она в полумраке недовольно сверкала своими звериными глазками.
Преградив нам путь по узкой деревянной лестнице, Люси захотела объяснений по типу: «Почему так долго?» Да только я ведь шёл не один…
– Отойди. – Показавшись за спиной лисы, грозно рыкнула превосходящая ту в размерах на добрые полторы головы Зуриэль. Голос её звучал угрожающе. Не почувствовавшая момента появления, Люси встрепенувшись, тут же уступила нам с магами дорогу.
– Чуть позже, госпожа. – Поклонившись лисице, прохожу вперёд, краем глаза замечая, что императрица так же увязалась за нами. Что ж, ничего не имею против, пускай тоже посмотрит. Стоп… а где Облачко… – Облачко?! – прикрикнул я в коридор, не увидев свою малышку. Она была со мной ещё когда я рассказывал о исследованиях магам. Чёрт, лишь бы кто из солдат или магов что-нибудь с ней не сделал… – Зуриэль, найди, пожалуйста, Облачко. Я переживаю.
– Не стоит, Гросс, за ней присматривает Безымянный.
– Он же инквизитор… – Не доверяя охрану демону кому-то из церкви, проговорил я.
– Он верный богу слуга. – Успокаивая меня, ответила ангел. Блять, ну всё равно как-то не спокойно.
Знакомство с винтовками, устройством гильз, а также моими чертежами и задумками, представленными как задумки Цветов, заставило магов отложить в сторону все свои книги, блокноты и записи. Комбинированное разрушение печатей, оружие, способное стрелять несколько раз без прочистки ствола, боеприпас, пригодный к использованию даже во время дождя, а также первые из задуманных устройств подачи и перезарядки патронов. Всё это, пока что работающее только на бумаге, вызвало невероятный интерес, желание пробовать и экспериментировать. Боевой маг, мужчина средних лет, тут же попросил меня при возможности пообщаться с Божественным Цветком Последней Зари, попросив дать возможность стать её ассистентом. Девушка из поддержки, владеющая магией усиления, также попросилась в ассистенты, но… не Заре, а мне. Иными словами, зная, что я помогаю Цветам, она, считая себя мало полезной в использовании стихий огня и ветра, хотела через ещё менее полезного меня хоть как-то помочь в этих «дивных научных трудах». Плюс одни рабочие руки – это всегда хорошо. К тому же я и вправду нуждался в маге поддержки, вопрос с пружиной оставался открыт. Моя задумка о мягкой и самовосстанавливающейся гнутой металлической детали загнала девушку в ступор, не понимая, как подобное возможно, я получил лишь обещания что-нибудь придумать.
– Боеприпасов мало. Создавать их могут лишь Цветы, – когда мужчина поместил патрон в ствол, намереваясь произвести пробный выстрел, предупредил я, – так что, пожалуйста, десять раз подумайте, прежде чем их расходовать.
От одного лишь упоминания Цветов огневик переменился в лице, кивнув, вытащил патрон, поставил его на стол и вновь принялся перечитывать чертежи и мои задумки.
– Мастерская в вашем полном распоряжении, ключи в замке. Надеюсь, вы оба понимаете, насколько важны для нашей империи эти исследования, и не будете распространяться о них с теми, кого лично я не выберу вам в помощь.
– Лорд Гросс… – не отвлекаясь от чертежа, обратился огневик, – Мы ведь не проходили никакого отбора, прибыли в одной армии с мятежниками и предателями. С чего такое доверие?
– Нет никакого доверия. – Ответил я. – Вы в тайной лаборатории Божественных Цветов, вас всего двое, и, думаю, не нужно рассказывать, что случится с вами, вашими семьями, друзьями, если информацией из этих мест завладеет кто-то посторонний. – Нагоняя жути, в зловещей, грубой форме, обещая то, на что точно не отдам приказ, проговорил я. Местные любят сильных, властных, тех, кто их запугивает и использует. Они не верят в добро и благодетель.
Девушка-маг рукой прикрывает раскрывшийся от удивления рот, она напугана, кажется, даже жалеет. Мужчина, напротив, так же спокоен и сосредоточен.
– Вот значит как… – Говорит маг, – значит, мы с самого начала были избраны для этих трудов.
– Избраны? – Повторила за ним девица.
– Верно, а ты ещё не заметила? – Переспрашивает огневик. – Там, на площади, не мы выбирали, выбирали нас. Глес и Жозеф, они сильнее нас в магии поддержки и огня, владеют более крупными источниками, но менее щепетильны к созданию заклинаний, потому и в воссоздании печатей используют слишком плотные, грубые магические круги. Круги, которыми не нанести саморазрушающуюся печать на это место, именуемое «капусь».
– Хочешь сказать… – Ещё сильнее удивилась девчушка.
– Верно. Лорд Гросс знал о нашей слабости и решил использовать её там, где слабость превращалась в силу. – Обернувшись, напряжённо поглядел на меня маг.
Дружище, вот нихрена, нигде не попал. Я выбрал вас потому что вы единственные, кто со мной говорил. Хотя, с другой стороны, теперь понятно почему. Слабаки общаются со слабаком вроде меня, а силачи, побрезговали… О-о-о-о… вот как?! Ебать, да я гений!
– Совершенно верно. – Кивнул я, поправив нависшую на глаза чёлку. – Божественные Цветы доверили мне подбор кадров для их исследований. Они верят в меня, а я в вас. Не подведите. – Закончив на пафосной ноте, сунув руки в карманы, под восторженный писк волшебницы, покидаю мастерскую. Чёрт, я был великолепен в своём бреду.
Напротив, опустив голову, повесив уши и хвост, стояла Люси. Барьер не был поднят, скорее всего, она слышала наш разговор.
– Ты не просто лорд, да? Каков твой чин? Ты из тех, кого называли в древние времена Хранители леса, старый знакомый Цветов? – Опять допрос. – Ты знаком с Зуриэль, по вашему общению это видно, тебя ценят Цветы, относятся так, как не относятся к потомкам Его. Кто ты, мать твою, такой?! – Обманутая друзьями, униженная близкими, лишённая полномочий и чуть не загубившая себя и всё элитное войско своей семьи. Она прекрасно понимала происходящее вокруг неё. Эглер рассказывал, о чём его и Люси предупреждала Аорра, всё с самого начала шло не так, как хотела воительница. Понимая, сколько ошибок допустила, она оказалась не в силах терпеть и то, что с ней свои же люди общаются как с незначительной, ненужной пешкой, продолжая выстраивать вокруг неё какие-то свои замыслы и планы. Ей требовались ответы, хоть какие-то признания, чтобы чувствовать себя нужной.
– Зуриэль, проверь её на наличие скверны. – Отдаю приказ ангелу, от чего и так большие лисьи глаза, дрогнув, округляются ещё сильнее.
– Стойте, вы думаете, я предательница? – Переспрашивает лиса.
– Уже проверила, всё так, как вы и думаете, Гросс. Раздор не просто так звал её на помощь. – Отвечает Зуриэль.
От слов ангела лисица вздрогнула.
– Нет, этого просто не может быть. Я… я ведь потомок Его, я… нет, это ложь.
– Это ответ на все твои вопросы. Пока ангел Зуриэль не снимет с тебя проклятья, в большее я посвятить тебя не могу. Так что выбор за тобой, императрица. Позволишь нам протянуть тебе руку помощи, спасти так же, как мы спасли и твоего генерала Эглера?
– Э… Эглер? Тоже был околдован?
– Не только он. – Отвечает Зуриэль. – Многие попали под чары, действие которых даже и не осознают. Всё происходящее вокруг гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. Поэтому повторю предложение лорда Гросс за него. Позвольте вам помочь.
Девушка спиной упирается в раму выбитого оконного стекла. Головокружительная ситуация для нее: императрица растеряна, не понимает, что происходит. Создается впечатление, что проклятие внутри нее начинает бунтовать. Иначе чего ей медлить и бояться?
– Матевус, если я соглашусь, тогда вы расскажете мне правду? – Спрашивает лиса.
– Конечно, моя императрица. – Склонив голову, отвечаю я.
Лисица, как и Эглер, хватается рукой за голову, смыкая и размыкая губы, пытаясь произнести заветные слова. Но что-то внутри заставляет ее сопротивляться. Нет сомнений, это все треклятая магия Раздора. Сомнения, посеянные им по земле, не вывести простыми добрыми словами.
– Можете просто кивнуть. – Понимая, что состояние лисицы начинает усугубляться, а сама смуглокожая бледнеть, говорю я. Девчонка кивнула, взглядом подаю Зуриэль команду – действуй. Лёгкий тычок пальцем со спины, в затылок, стройные ножки Люси подкашиваются, я стремлюсь ту подхватить и… Тяжесть, будто я попал под поезд, обрушивается на меня. Сотня, две, сука, да сколько же килограмм она весит?! Растерянными глазами гляжу на такую же растерянную Зуриэль.
– О… так это не просто украшения, – как кошку, подняв Люси за воротник, то приподнимая, то опуская, говорит ангел. – Утяжелители, очень качественные. Должна признать, не ожидала.
Не ожидала она, блять… Грудь мне едва не раздавило, от перенапряжения чуть глаза не повыскакивали. Спрашивается, ты же видела, что мы падаем, зачем?! Злость моя тушится об добрый, снисходительный золотой блеск в глазах Зуриэль. Сделано это было специально, чтобы моя божественная персона в очередной раз осознала собственную слабость.
– Да понял я, понял… – Когда та улыбнулась, забросив себе императрицу на плечо, пробормотал, поправляя куртку.
– Я ведь ничего не говорила. – Ещё раз усмехнувшись, двинулась к моей спальне Зуриэль.
– Ну ведь подумала. – Следуя за ней, продолжал бормотать я.
– Нет…
– Да…
– Вы со мной заигрываете? – Меняет тему ангел.
– Немного. – Отойдя от шока, ещё на дрожащих от нагрузки ногах, отвечаю я. – Где там моё Облачко?
– Неподалёку, я чувствую ее ауру, так же, как и ауру Безымянного… – улыбка на лице Зуриэль изменяется серьезной гримасой. Что-то случилось. Сорвав с императрицы украшения, золотые ремешки, браслеты и даже пояс, от падения коего на пол дрогнул весь второй этаж, она кидает мне в руки бессознательное тело. – Скоро вернусь.
Мгновенная телепортация. В плохо освещённом, полуразрушенном коридоре остаюсь я и императрица, в мантии и одних узких трусиках, напоминающих стринги. Хорошо, что хоть стража ее по коридорам не ходит, хрен бы я им спокойно смог объяснить, суть происходящего. Без утяжелителей Люси весила чуть больше меня. Раньше я бы ее разве что только по полу тянуть мог, но благодаря постоянным тренировкам, усилениям, наложенным поверх тела и одежды, кое-как мог поддерживать императрицу на руках. Кряхтя, в семи потах, заношу девчонку в свою спальню, кидаю на кровать, вооружаюсь каким-то клинком, невесть откуда взявшимся в моей комнате, и бегу на улицу. Если Зуриэль вступит в бой, вычислить местоположение всегда можно по разрухе и последствиям. Только я очень надеюсь, что всё обойдётся, там ведь Облачко.
Сделав круг по лагерю, расспросив солдат и магов, ищу тех, кого никто не видел. Словно этой троицы никогда не существовало. Солдаты жили своей жизнью, вокруг допустимая тишина, никаких криков, взрывов, разрушений. Пугающая тишина. Нарезав два круга вокруг лагеря, прохожу вдоль стен, затем за ними, никого и ничего. Только напоминания о визите Раздора и ночная тишина. Да что за хрень тут творится? Внутри всё беспокойнее и беспокойнее. Всё чаще посещают дурные мысли.
Набравшись смелости, думая, что если потребуется, и весь лагерь на уши подниму, набираю в лёгкие воздух, и…
– Вот вы где. – Звучит голос Зуриэль за моей спиной. Дрогнув телом, тут же спрашиваю:
– Облачко?
– Она в особняке, вместе с братом-инквизитором. Девочка решила приготовить вам сюрприз, подарок. Пришлось ей помочь. – Помня выражение лица Зуриэль, то, как ангел испугалась, смело предполагаю, что подарок этот совсем не из цветков цветущей в ночи сакуры.
– И что это за подарок?
– Сюрприз. – Наигранно улыбнувшись, отвечает ангел.
Я нервничал, слегка нервничала и моя спутница. Пройдя по лагерю, успокоив всех сердобольных, неравнодушных солдат, не видевших малышку, возвращаюсь в резиденцию. По привычке направившись в свою комнату, был придержан Зуриэль.
– Сюда, господин. – Рукой показав на несколько дверей в другой стороне, направляет нас ангел. Прогулявшись по коридору, раз сорок предположив, чего мне сейчас ожидать, ещё перед входом натянул на себя снисходительную, одобрительную улыбку. Облачко ещё ребёнок, а значит, к любому её подарку я должен относиться с пониманием и…
Зуриэль отворяет двери. Рассевшись на полу, держа две трупные тени за… за нематериальные шеи, повторяя «плохой, плохой» и тыкая их мордами в разорванную игрушку, сидела Облачко.
– Хозяин! – Расплывшись в своей акульей улыбке, радостно кричит дитя. – Сюрприз! – добавляет она, ослабляя свою хватку. Две оскалившееся зубами пасти рванули в мою сторону и тут же, неведомой рукой, одернувшись, размазались по полу. От пальчиков Облачко к каждой из теней шла нить, не чёрная, а серая, точно такая, из которой состояла наша с ней мана.
– Поклониться! – поднявшись на ножки, – грубо и как-то по взрослому требует Облачко, пуская больше маны в свои нити. Тени начинают болезненно шипеть, меняясь на глазах, принимая странную черве подобную форму, зубами своими припадают к полу. – Молодцы, будущие слуги. – Улыбнувшись мне, растерянному инквизитору и Зуриэль, произносит Облачко.