По ту сторону глаз

Я понимала, что теперь отделаться от Джоша будет сложнее, но была уверена, что справлюсь. Стоит ему прикоснуться ко мне пальцем, как я прикоснусь к нему кулаком.

Джош привёл меня в свою комнату. Я согласилась, в надежде усыпить его бдительность, а потом просто уйти домой, пока он не натворил глупостей в таком состоянии. И я тоже.

Комната была вылизана начисто, она казалась пустой и безликой. Даже под воздействием алкоголя мой вялый мозг смог сосчитать предметы в комнате. Потому что их было всего три. Кровать, шкаф и компьютерный стол, естественно с компьютером на нём. Никаких плакатов на стене, никаких книг, за исключением журналов по маркетингу на прикроватной тумбочке. Мне всё больше становилось не по себе. Ничего не говорило о Джоше: ни его безупречно опрятный вид, ни его пустое жильё. Что, чёрт возьми, творится в голове у этого человека?

Не успела я ответить на свой вопрос, как позади меня захлопнулась дверь. Горячее дыхание с запахом перегара обдало мой затылок.

– Как же долго я ждал этого, детка.

– Не трогай меня! – Я оттолкнула его от себя, в очередной раз чуть не потеряв равновесие. Голова начала жутко болеть, раскалываясь на части.

– Да брось, – нараспев сказал Джош. Его улыбка пробрала до дрожи. – Ты теперь совсем взрослая, пора бы заняться взрослыми вещами.

Я ринулась к двери, но Джош перехватил меня и бросил на кровать. Не успела я набрать воздуха для крика, как оказалась вдавленной в матрас всем его весом. Дыхание Джоша участилось, губы грубо накрыли мой рот, рука жадно рыскала по всему телу. Я извивалась как змея, осознав одну вещь, которая повергла меня в ужас. Тело Холли не подготовлено к подобным ситуациям, её руки слишком слабы. Всё, что мне оставалось, кричать.

– Помогите! – завопила я, продолжая извиваться под его телом.

– Не надорвись, детка! – рука Джоша накрыла мой рот. – Мне даже нравится, когда ты сопротивляешься. Хочешь, чтобы я сделал это жёстко?

Он выглядел абсолютно безумным и серьёзным в своих намерениях. Прелюдии тоже не входили в его планы. Сквозь стук в висках и собственный приглушённый крик, я услышала треск ткани и почувствовала обжигающую боль на шее. Этот придурок даже не удосужился потянуть за верёвочку и развязать бантик, вместо этого он предпочёл оторвать лямки у основания моего топа. Джош уже принялся за джинсы, но я не собиралась сдаваться. Собрав все силы в кулак, я ударила так сильно, как только могла, в его скулу. Кажется, мы оба застонали от боли, но он ослабил хватку.

– Ах ты, сука!

Я тут же воспользовалась моментом и спрыгнула с кровати. Но дверь снова осталась недосягаемой. Резкий рывок за руку повернул меня лицом к Джошу, однако этим всё не закончилось, и я полетела вниз, прочертив щекой по жёсткому ворсу ковролина. Кожу будто обдало кипятком. Джош схватил меня за волосы, вдавливая моё лицо в пол ещё сильней, а сам уселся на меня сверху. Второй рукой он обхватил кисти моих рук за спиной, словно я была пойманным преступником. Но ирония в том, что преступником в этой ситуации был он.

– Отвали от меня, ублюдок! – процедила я.

– Никогда бы не подумал, что ты такая строптивая. Какой же окажется пай-девочка в постели?

От его слов (и от количества выпитого алкоголя) меня едва не стошнило. Я собрала всю злость и оставшиеся силы и перевернулась на спину, сталкивая Джоша с себя. Быстро поднявшись, то есть на деле это, конечно, оказалось очень медленно и не без помощи опоры в виде кровати, я встала на ноги. В полном отчаянии я заехала ему ногой в пах и, даже не убедившись в том, что удар оказался достаточно сильным, побежала. Я не знала куда и не знала как. Но главное сейчас для меня было оказаться как можно дальше от этого несовершеннолетнего насильника.

4.

Кеды глухо ударялись об асфальт, точно так же билось и моё сердце. Я пробежала около трёх кварталов, ни на секунду не позволяя себе оглянуться. Умом я понимала, что со мной случилось (ну или почти случилось) нечто ужасное, но в то же время это казалось таким незначительным. Если бы я не была пьяна, то, скорее всего, поддалась бы панике и вряд ли оставила Джоша в живых. Но всё чего мне хотелось, это успеть оказаться дома, пока адреналин ещё разгонял по венам кровь.

Силы были на исходе, головокружение усилилось, и я была вынуждена замедлить шаг. Уже похолодало, и топ, который я кое-как завязала вокруг своей шеи, чтобы он окончательно не слетел, нисколько не согревал. Ночной город был обманчиво безлюден, но я знала, что за любым поворотом может поджидать недоброжелатель. Особенно возле невзрачного бара, к которому я сейчас приближалась. У меня был выбор перейти на другую сторону улицы, но возле круглосуточного супермаркета как раз собралась кучка не внушающих доверие ребят.

И почему этот урод живёт на другом конце города? Неужели нет более короткого пути? Хотя, даже если и есть, мне о нём неизвестно. Так что я сделала глубокий вдох, съёжилась, воображая, что я невидимая, и пошла в сторону бара вдоль стеклянной витрины очередного магазина.

Меня нет. Меня нет.

Возле входа, словно два сторожевых пса, маячили вышибалы. Я немного успокоилась, но стоило мне поравняться с охранниками, как из помещения вышла высокая фигура. Спокойствие сменилось растерянностью: слева от меня выстроился ряд припаркованных машин, а справа оказался незнакомец, который только что покинул бар. И кто знает, что может быть на уме у человека, который наверняка опрокинул стопку-другую чего покрепче. Особенно если он заметит полураздетую девушку, свалившуюся ему на голову как манна небесная.

Я опустила глаза вниз и чуть ли не бегом пошла мимо закурившего незнакомца. Мне почти удалось выжить, как вдруг я услышала чьё-то «Эй!» за спиной.

О боже, о боже, о боже. Я ускорила шаг. Карусель в голове закружилась сильнее, и я побоялась потерять равновесие.

– Эй, подожди! – Вновь услышала я и почувствовала, как кто-то схватил меня за руку, резко дёрнув назад.

Я зажмурила глаза. Какой ужасный день. Неужели мне всё-таки суждено сегодня умереть? Может, тогда я вернусь в свою жизнь?

– Саммерс? Какого… Ты слышишь меня? – Чьи-то руки встряхнули меня за плечи, когда я не отреагировала на слова.

Я приоткрыла один глаз, с трудом разглядев перед собой молодого парня. В зубах он держал сигарету, так как обе его руки сжимали мои голые плечи. Он смотрел на меня сквозь дым чересчур серьёзным и настороженным взглядом.

Алан.

Не знаю, радоваться мне или бояться.

Скинув его руки с себя, я отошла на шаг назад.

– Что ты здесь делаешь? – с вызовом спросила я. Мой голос был жалким и дрожащим. Я недооценила своё состояние.

Алан взял сигарету между пальцами, медленно выдохнул, не отводя от меня взгляд, и только потом заговорил. Размеренным низким голосом.

– Логичнее спросить, какого хрена здесь делаешь ты?

– Я иду домой, – сказала я первое, что пришло мне в голову. Я вообще стала замечать, что мыслительный процесс давался мне с трудом.

– Откуда? – нахмурился он.

– Оттуда. – Я указала рукой в стону, откуда пришла. Судя по всему, это всё, на что я была способна. Я не знала адреса, и правду рассказать тоже не могла.

Алан машинально посмотрел в направлении моей руки, а потом перевёл подозрительный взгляд на меня.

– Вы что-то задумали? – вдруг спросил он.

Ох, чёрт. Неужели между нами всё настолько безнадёжно?

– Нет, – я помотала головой и застонала. Она готова была взорваться. – Я просто иду домой.

– Всё нормально? – не слишком заинтересовано спросил Алан, выбросив бычок.

– Ага.

Он вдруг взял меня за подбородок и повернул моё лицо к тусклому оранжевому свету фонаря. Лёгкое покалывание побежало от его пальцев. Представляю, как ужасно я сейчас выгляжу. Хотя нет. Холли Саммерс не может выглядеть ужасно.

– Кто это сделал? – в голосе Алана послышалось напряжение.

– Сделал что? – пробормотала я. Глядя на него сейчас, я не могла вспомнить, как я здесь оказалась и почему. Был лишь этот момент. Этот странный неловкий момент. Его руки на моём лице, его сжатые губы в нескольких дюймах… Я должна ненавидеть Алана Роя, но я не могла. Не сейчас. Только что меня чуть не изнасиловал мой парень, я иду одна по ночным улицам незнакомого города, мне холодно и так хочется почувствовать себя в безопасности. Мне хочется оказаться в его объятьях и просто прижаться к его груди. И я уже чувствовала, как слёзы размывают вид, потому что я понимала, что этого не случится.

Я резко отвернулась от него, сделав прерывистый вздох. Это всего лишь алкоголь. Минутная слабость. Я всегда справлялась сама. Я никогда не нуждалась ни в чьих объятиях.

– Увидимся в школе, – бросила я через плечо и пошла дальше.

Ладно. Это было опрометчиво. Но я же не могла заставить его проводить меня домой. Кого угодно я могла бы попросить об этом, но не его. Поэтому я просто шла, пока не добралась до очередного перекрёстка.

– Садись в машину.

Только сейчас я заметила чёрную машину, поравнявшуюся с моим черепашьим шагом. Это был «челленджер», за рулём которого сидел Алан.

– Что, прости? – переспросила я, остановившись.

Машина плавно затормозила.

– Садись. Я подвезу тебя, – терпеливым, но явно напряжённым голосом сказал парень.

Что он задумал? Увести меня за город и закопать в лесу? Расценивая свои шансы, я посмотрела сначала на него, потом на дорогу.

– Саммерс, не глупи, – не выдержал Алан, заметив мои сомнения. – Хочешь и дальше топать три мили пешком или посадишь, наконец, свою задницу в мою машину?

Светофор сменился на зелёный, и нетерпеливые водители позади «челленджера» начали сигналить. И хотя я была не за рулём, я запаниковала – терпеть не могла, когда начинали подстёгивать на дороге. Я открыла дверцу машины и быстро нырнула внутрь, чтобы больше никого не задерживать. Алан вдавил педаль газа и рванул с места, пустив облако пыли из-под покрышек.

– Почему ты это делаешь? – поинтересовалась я. Враги не подвозят друг друга до дома.

Алан достал сигарету из пачки, лежавшей на приборной панели, затем вытащил из кармана джинсов зажигалку. Послышался щелчок, потом в темноте замаячил тлеющий огонёк. И только после одной долгой затяжки я услышала его ответ. Точнее отказ отвечать.

– Я предложил подвезти тебя, не разговаривать. – Он потянулся к магнитоле, делая звук громче, и я смогла узнать игравшую песню. «Long, Long Way From Home» группы «Foreigner».

Музыка играла слишком громко для моего нынешнего состояния. Голова гудела, меня знобило и просто трясло. Мне кажется, до меня начинало доходить, что я пережила, а те места на теле, которых касался Джош, горели и пульсировали. Я старалась отвлечься, вспоминая, как была маленькой, и папа часто подбрасывал меня до школы. В машине у него всегда играло что-то из классики рока.

Но стало только хуже. Этого больше нет.

Постепенно дым заполнил салон, и я потянулась ближе к открытому окну, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Однако я не могла удержаться и не кинуть украдкой взгляд на Алана. Как бы плохо я ни относилась к курению, Алан выглядел великолепно. Зажав длинными пальцами сигарету, он поднёс её ко рту и сделал глубокую затяжку. Казалось, в эти секунды вся тяжесть мира ложилась на его плечи. Он нахмурил брови и сосредоточил мрачный взгляд на дороге. Но готова была поспорить, в этот момент его мысли были далеко от правил дорожного движения. Я даже боялась шевельнуться, как будто могла нарушить некое таинство.

Но он просто курил. Так что я заставила себя отвернуться и уставилась на пробегающий мимо пейзаж из круглосуточных мини-маркетов, ночных заведений и сомнительных личностей, слонявшихся вокруг них. Постепенно веки начали тяжелеть, всё тело наполнилось свинцом, и я закрыла глаза.

Не знаю, как долго я спала. Но сквозь растворяющийся сон я почувствовала на себе чьё-то прикосновение. Образ Джоша всплыл перед глазами. Я проснулась в ту же секунду, отталкивая от себя руку.

– Не трогай меня! – закричала я.

– Спокойно. – Алан вскинул руки вверх. – Мы на месте.

Я осмотрелась вокруг и поняла, что он припарковался у своего дома. Не проронив ни слова, Алан вышел и направился к входной двери. Удивительно. Меня как будто и не было. Он даже не дал возможности поблагодарить его.

Я открыла дверцу с характерным скрипом и вылезла из машины. В доме родителей Холли было темно и тихо. Интересно, они рассчитывали на то, что я буду ночевать у Джоша? Желудок чуть не вывернуло наизнанку от этой мысли и от американских горок в моей голове. Я попыталась сделать шаг, но тут же потеряла равновесие, едва успев облокотиться о машину. Я всегда смеялась над Мелиссой, отвозя её домой после вечеринок, но теперь я понимала, какого это, когда собственное тело объявляет тебе забастовку.

Пока я сосредотачивалась на следующем шаге, а дорога плясала перед моими глазами, крепкие руки уверенно схватили меня за талию, и я, оторвавшись от земли, оказалась прижатой к груди Алана. В нос ударил запах его терпкого парфюма и сигарет. Спустя несколько мгновений проведённых в невесомости, я медленно и аккуратно опустилась на чью-то мягкую кровать.

Последнее, на что я надеялась – завтра ничего не вспомнить. Надеялась проснуться собой.

* * *

– Не может быть, чтобы он так поступил! – ужасалась Аманда всю дорогу до школы, после того, как мне пришлось рассказать ей причину опухшей щеки и разбитой губы. За выходные это всё приобрело менее ужасающий вид. И да, это был очередной день в шкуре Холли Саммерс.

Врать ей я не стала. Разве что родителям. Для них была отдельная версия, якобы мы неудачно сыграли в твистер, и я упала. Правда придумать объяснение синякам на запястьях и остальных частях тела я не смогла, поэтому просто надела закрытую кофту с длинным рукавом.

– Мы ведь о Джоше говорим, верно? Он бы никогда так не сделал.

– Ты мне не веришь? – возмутилась я. – По-твоему, я сама разбила себе губу, поцарапала лицо и наставила синяков по всему телу?

– Не забывай, мы тогда немало выпили, – равнодушно сказала Аманда. – Может быть, ты упала или что-нибудь в этом роде.

О, да. Я упала. Благодаря Джошу. Я словно попала в «Шоу Трумана». Все вокруг упорно делают вид, что всё в порядке. Почему Аманда не верит своей подруге?

– Но для чего мне врать, Аманда? – почти с отчаянием спросила я.

– Не знаю, – бросила она. – Привлечь к себе внимание? Надавить на жалость и утешиться в объятиях другого парня? Зачем, Холли? – она посмотрела на меня безжалостным взглядом.

– Я сказала правду, – холодно ответила я и решила завершить этот разговор. Помощи ждать не от кого.

В школьном коридоре Аманда меня сторонилась, а мне пришлось ловить на себе шокированные взгляды учеников. День будет долгим…

– Холли? – От этого голоса я вздрогнула. Мои руки непроизвольно затряслись, напоминая о пятничной ночи. Достав нужный учебник, я собралась с силами, мыслями и со всем остальным и развернулась на голос.

– Чего тебе?

Под глазом Джоша красовался синяк, а скула, куда я ударила, заметно опухла. Интересно, как Аманда объяснит, что Джошу тоже досталось. Я улыбнулась, довольная своей работой, но тут же пожалела об этом. Рана на разбитой губе снова треснула, и я почувствовала вкус крови во рту.

– Ты забыла подарки, – осторожно начал он, протягивая мне коробку со стереосистемой и пакетик с бельём от Аманды. – Я звонил, но ты не отвечала.

– Спасибо, – сухо ответила я, забирая подарки и тут же убирая их в шкафчик.

– Я думаю, нам есть о чём поговорить, – серьёзно сказал Джош, озираясь по сторонам.

– А я думаю, нам больше не о чем говорить.

Я попыталась уйти, но Джош закрыл рукой проход.

– Я был пьян…

– Я заметила.

– И я надеюсь, тебе хватило ума не раздувать из этого недоразумения сенсацию? – он заговорил тоном маньяка, и за этими словами явно скрывалась угроза. Я не тупая. Почти сразу стало понятно, что он сынок крупного бизнесмена и уже греет себе местечко в фирме отца, и такого рода репутация ему ни к чему. А мне ни к чему угрозы.

– Тебе повезло, что ничего не произошло. Но если ты кого-нибудь тронешь хоть пальцем, молчать я не стану, – предупредила я и оттолкнула его руку, направившись на испанский. Но Джош схватил меня за запястье раньше, чем я успела сделать шаг.

Он рассмеялся мне в лицо.

– Я не собираюсь никого трогать, кроме тебя, – прошипел он мне на ухо. Теперь мне действительно становилось страшно. Холли связалась с очень, очень плохим человеком. В нём столько подавленной злости, что хватит на всю эту школу.

Я засмеялась в ответ, но вышло чересчур неестественно и мандражно.

– Послушай, если ты ещё не понял, то между нами всё кончено. – Холли ещё скажет мне спасибо.

Я вырвала свою руку из его хватки, сняла подвеску с шеи и вручила ему. Он с такой силой сжал ладонь, что я подумала, украшение превратится в порошок. Прозвенел звонок, и я с облегчением побежала в класс, оставив Джоша стоять возле моего шкафчика. Он мрачно смотрел мне в след, пока его толкали спешащие на урок ученики.

Не знаю, как так вышло, но в кабинет я зашла одновременно с Аланом. Он был где-то поблизости всё это время? Как бы там ни было, увидев его, меня с такой силой захлестнула волна облегчения, что стало больно. Его присутствие успокаивало меня. Но в очередной раз я вспомнила, насколько я одинока. Кто бы мог подумать, что идеальная на первый взгляд жизнь Холли окажется таким дерьмом.

Алан даже не взглянул на меня, садясь на своё место в правом ряду. Из всех людей, кого я успела узнать, Алан был честен со мной. Может, груб, но, эй, мы ведь враги с незапамятных времён. Но при этом он согласился проводить меня до кабинета химии, как бы странно ни звучала моя просьба, он подвёз меня домой и позволил остаться у него на ночь, когда я была не в состоянии идти.

Всё это время я наблюдала, как он вальяжно съехал со стула, вытянув под партой длинные ноги, встряхнул головой, убрав с глаз волосы, и… посмотрел на меня. Я поспешила отвернуться, чувствуя, что вот-вот начну краснеть. Краем глаза я успела заметить, как он осматривает моё лицо, мои ссадины. Чёрт. Я постаралась закрыться волосами.

После урока я поспешила покинуть класс, перемещаясь по школьным коридорам чуть ли не тайком. Я то и дело оглядывалась по сторонам, перебегая из угла в угол. Мне не хотелось попадаться на глаза Джошу. А заодно Аманде и Бекки. Если Аманде я как подруге рассказала о случившемся и получила удар в спину, то с впечатлительной Бекки будет ещё сложнее. К тому же после угроз Джоша, мне не слишком хотелось об этом распространяться. Не то чтобы ему удалось меня запугать, но шумиха не нужна нам обоим. Так что теперь я коротала время ланча на территории школы, слоняясь от корпуса к корпусу. Может, я даже смогу продержаться до тех пор, пока моё наказание свыше не закончится, и я не вернусь в своё тело.

Именно наказание. Сначала я хотела начать радоваться. Я имею в виду, разве это не здорово пожить жизнью человека, у которого всё складывается отлично? Я привыкла быть за кулисами, наблюдать со стороны и оценивать жизнь с холодной головой. А теперь я оказалась в главной роли.

Но проблема в том, что я продолжала оставаться сторонним наблюдателем.

Однако теперь мне ясна простая истина: у каждого свои скелеты в шкафу. И какой бы ужасной ни казалась твоя жизнь – она твоя, и ты справишься. Может, вот он момент истины? Я усвоила урок. Теперь мне можно обратно? Я остановилась, закрыла глаза и направила лицо к солнцу, разведя руки в стороны. Всем своим видом я пыталась изобразить возвышенное чувство единения с космосом или чем-то таким.

– Мне следует вызвать врача?

Я чуть не заплакала от радости, услышав этот голос, даже полный ехидства. Мои нервы были на пределе, а я, словно натянутая струна, была готова лопнуть в любой момент. Развернувшись на голос, я встретилась взглядом с Аланом.

– Да. Только сначала надо определиться какого, – съязвила я.

Алан нахмурился, явно не ожидая такого ответа.

– Всё нормально? – с подозрением спросил он.

– Нет, чёрт возьми! – сорвалась я.

Он равнодушно пожал плечами.

– Вот и чудненько.

– Какого хрена ты вообще тут ошиваешься? – Его радость выводила меня из себя. – Для человека, который меня ненавидит, ты слишком часто попадаешься мне на глаза.

– Мы учимся в одной школе, если ты не заметила.

– Ну да, точно, – сыронизировала я, закатив глаза. Я не знала, было ли это обычным делом – подобный обмен любезностями, но в одном я была уверена: Алан действует на меня неправильно. Он выглядит так отстранённо и надменно, словно всё происходящее вокруг его не касается. Но, тем не менее, в его глазах всегда было место для печали. И иногда мне так хотелось узнать её причину. Но я заложник ситуации. Поэтому мне просто было нужно проваливать на химию.

О, нет. Химия. Желудок сжался в железной хватке. Я резко развернулась к Алану.

– Отвези меня домой, – отчаянно попросила я.

– Прости, что? – Его брови взметнулись вверх.

– Отвези меня, пожалуйста, домой, – повторила я.

Мы с Джошем партнёры. А я не хотела попадаться ему на глаза. По крайней мере до тех пор, пока он не свыкнется с мыслью, что мы больше не вместе.

– Саммерс, с каких пор ты уходишь с уроков?

– Боже, просто отвези меня домой! – Я сделала шаг по направлению к нему и подняла голову, посмотрев в его глаза. В них бушевало море смятения и внутренней борьбы. – Пожалуйста.

Почему Алан откликался на мои просьбы, для меня было загадкой. Но я сидела в его машине и ехала вместе с ним домой. И, чёрт возьми, впервые за эти дни я чувствовала облегчение. С ним я была собой, как будто весь остальной мир вокруг нас замирал.

– Знаешь, мы можем ненавидеть друг друга, – сказал он, когда остановился у своего дома, – но вот это, – он указал рукой на ссадины на моём лице, – уже серьёзно. Кто это сделал?

– Никто.

– Холли, – Алан заглушил мотор, устроился на сиденье так, чтобы лучше меня видеть и поднял мой подбородок. Его мозолистые пальцы нежно коснулись моей кожи. – Мне ты можешь сказать. Я всё улажу.

Я издала смешок.

– Откуда такое беспокойство? Два дня назад тебя не волновало, что я завалю тест по испанскому.

– А тебя не волновало, что я все свои деньги вложил в восстановление этой тачки, когда царапала её. Так же как и то, что я неделю был вынужден оставаться после уроков, потому что вы сказали директору, якобы это я избил Тома Мюррея, и меня уволили с работы за опоздания. Мне продолжать?

Да эта Холли настоящая стерва. Она заслужила такое отношение со стороны Алана. Но не я.

Глядя в его серые глаза, я готова была расплакаться. При этом освещении они, казалось, потемнели, налившись злобой и ненавистью. А я впервые чувствовала трепет, утопая в этом бушующем океане.

– Давай на этом просто остановимся, ладно? – предложила я. Просить прощения и заводить песню о том, как мне жаль, я была не в праве. В конце концов, нельзя окончательно выходить из образа Холли, я и так вызвала достаточно подозрений со стороны Аманды.

Я отвернулась от Алана, уже чувствуя необъяснимую тоску.

– Это Джош Картер?

Я молчала, продолжая смотреть на отражение своего дома в боковом зеркале. Почему Алан так беспокоится о Холли? После всего, что они друг другу сделали?

– Спасибо, что подбросил, – наконец сказала я, проигнорировав его вопрос, и уже открыла дверцу машины, когда Алан потянул меня обратно в салон.