- -
- 100%
- +
Никита. Сам ты посторонний со своими ушами. Лола хочет поговорить со мной. Лола скажи ему, ну.
Лола, спокойно. Антон, выйди пожалуйста, мне есть что сказать Никите.
Антон, раздражаясь. Что это значит? Ведь я сделал тебе предложение.
Лола, спокойно. Ты угрожал устроить бардак в клинике. И ты его устроил. Зачем ты взял и покусал туалетное мыло всех больных, а, чтобы не подумали на тебя, покусал и своё мыло.
Антон. Вы что, сума сошли, зачем мне мыло!
Никита, с вызовом. Девять человек из десяти считают, что ты всё это устроил.
Антон, почти крича. Я докажу вам, что это не так. Я докажу.
Уходит из холла, хлопнув дверью. Лола и Никита не спеша уходят направо.
Явление десятое. Полдник
Все больные кроме Антона, входят в холл и садятся за стол.
В столовой Дарья открывает двери. Полдник. Сегодня апельсиновый сок. Подходите. Сок из марокканских апельсин.
Вначале в столовую заходят женщины, а после них – мужчины.
Евгений Станиславович. А может сок из грузинских апельсинов?
Наталья Михайловна. А почему вы решили, что они из грузинских апельсинов?
Евгений Станиславович. Грузия ближе всего к нам, и апельсины там растут у Батуми.
Степан Степанович. А вы их пробовали так сказать на зуб?
Евгений Станиславович. Нет, не повезло. Я был там, когда грузинские апельсины ещё не созрели, я имею в виду ботанический сад.
Александр Николаевич. А я пробовал. Тот сок, который сейчас раздали нам слаще грузинских апельсинов.
Мария. Да сейчас в каждый фруктовый сок добавляют сахар, вот он и кажется слаще.
Александра. А я больше всего люблю мандарины. Они сладкие и чистятся легко.
Антонина. Мандарины не сезон. Вот абхазские мандарины в свой сезон очень вкусные.
Евгений Станиславович. У меня от абхазских мандаринов хорошее воспоминание. Моя мама на новогоднюю ёлку вешала на ниточках мандарины. Жёлтое на зелёном, очень красиво и очень вкусно.
Александр Николаевич. Хотите интересный сон расскажу? Как-то в конце года я заболел. Взял больничный и в кровать. Звонит мне мой друг одессит. Ну, я ему про своё лечение. А он говорит, надо больше есть витамина С. Я ему, последний лимон доедаю. А он говорит, что там лимон, к нам в Одессу пришёл транспорт с новым сортом апельсин, я тебе его пришлю.
Я говорю, стоит ли посылать один апельсин? А он говорит, стоит, стоит. И вот я лежу, и из почты пришла моя жена, а в руках у неё коробка как из-под волейбольного мяча. Взял я эту коробку и открыл. А там…апельсин, один на всю коробку. И тут я проснулся.
Степан Степанович. Евгений Станиславович, а у вас есть какой-либо прогресс?
Евгений Станиславович. Есть. В общем, мне сейчас не до апельсинов. Заканчиваю пьесу про лунатика. А у вас, Степан Степанович есть тяга к рукописному творчеству?
Степан Степанович. Пишу записки следователя.
Александр Николаевич. Степан Степанович, ну вы же понимаете, что такую книгу в принципе не будут выпускать большим тиражом.
Степан Степанович. Да я понимаю. Она, книга моя, будет как пособие начинающим следователям, и распространяться будет по учебным заведением министерства внутренних дел.
Степан Степанович. Наталья Михайловна, что-то вы грустная, что сон плохой приснился?
Наталья Михайловна. Приснилось, что у нас в клинике весь персонал мужчины. Начиная с заведующим и кончая уборщиком.
Александр Николаевич. Наталья Михайловна, ну вы юморист. Ха-ха-ха-ха.
Евгений Станиславович выходит из холла направо.
Степан Степанович. А, что Александр Николаевич, может быть Наталье Михайловне предложить пойти на сцену и читать свои сны как рассказы, как Михаил Жванецкий, Михаил Задорнов, Семён Альтов? А?
Александр Николаевич. А что? Могу порекомендовать её в одно театральное агентство.
Явление одиннадцатое. Свободная беседа в холле
В холле одни больные. Входит Евгений Станиславович, в руке он несёт книгу. Подходит к Наталье Михайловне и вручает ей эту книгу.
Евгений Станиславович. Наталья Михайловна, это мой подарок вам. Тут три моих пьесы с дарственной надписью.
Наталья Михайловна. Спасибо, Евгений Станиславович, за книгу. И на какую тему пьесы?
Евгений Станиславович. На тему психиатрии. Вы когда-нибудь лечились городской психиатрической больнице?
Наталья Михайловна. Нет.
Евгений Станиславович. Вот вам будет интересно. Да и отвлечётесь от здешней тягучей атмосферы.
Входит Светлана Пантелеевна, в руках у неё куски туалетного мыла.
Светлана Пантелеевна, аудитории. Вот здесь туалетное мыло, девять кусков, чтобы скрасить неудобное положение, в которое мы попали. Подходите и берите.
Светлана Пантелеевна кладёт мыло на стол и уходит, а все больные, кроме Евгения Станиславовича, подошли к столу и взяли по куску мыла. Наталья Михайловна, молча читает книгу, остальные сидят и молчат. Внезапно Наталья Михайловна начинает читать свою книгу вслух.
Наталья Михайловна. Отвлечёмся от тяжёлой атмосферы. Я вам прочту небольшую выдержку из книги. «Явление второе. Сны».
«Володя – бриллиантовый король, сидя на койке. Дело происходило в сибирской тайге. Наша группа была высажена с вертолёта в перспективный участок добычи алмазов. Просыпаюсь я утром в палатке. Как всегда, уже светло. Но вот запах в палатке, не как всегда. Мои товарищи все спят. Выглядываю из палатки, а к ней сбоку приближается огонь. Всё ясно, лесной пожар. Хуже некуда…Я расталкиваю спящих и кричу: пожар, лесной пожар! Кто в чём был, повыскакивал из палатки, захватив свои пожитки в рюкзаках. А я стою у палатки и определяю направление ветра по дыму. Тут наш начальник партии Петрович: всем на север к реке! Ну, мы и побежали. А я бегу с рюкзаком и чувствую, что чего-то не хватает. Ба-а! коробки с алмазами, весь наш месячный труд…Я назад к палатке. А там уже огонь подступил, я в палатку, еле в дыму нашел коробку и на выход. А вокруг палатки всё уже горит. И только сбоку от выхода палатки лесная подстилка уже углём тлеет, не горит. И вот по этим углям я к реке с коробкой в руке. И тут открылась боль в ступнях. Терплю и бегу к реке. Там, у переправы, наши и Петрович. Он мне говорит: ты что, сума сошел? А сам улыбается. Я отдаю ему коробку с алмазами и по колено в речку. Потом выхожу и снимаю тряпичные кроссовки с прожжённой резиновой подошвой. Петрович дал мне бинт и мази, а ребята шлёпанцы.
Отстой, поднимая руку ладонью вверх. Прикол, вот как надо излагать».
Александр Николаевич. Хороший рассказ. Вот ведь как в рассказах, чем короче рассказ, тем он лучше. Евгений Станиславович, вы могли бы быть мастером короткого рассказа.
Евгений Станиславович. Так я и начинал с рассказов. А потом они сложились в пьесы.
Степан Степанович. А что это за странные прозвища у действующих лиц?
Наталья Михайловна. Володя – бриллиантовый король, начинал, как мы теперь знаем в тайге. А если он теперь король, то значит у него хороший бизнес бриллиантов. Прикол – любит розыгрыши и активно в них участвует, а Отстой – пытается стать вторым Приколом.
Мария. Что это за клиника, где в ходу розыгрышы?
Наталья Михайловна. Обыкновенная городская психиатрическая больница, где в каждом отделении по шесть палат, а в каждой палате по десять коек.
Антон, удивлённо. Палаты на десять коек?
Евгений Станиславович. Да, да по десять коек, и по шесть палат.
Никита. Вот где засаду на лунатика делать.
Александра. Ну, может быть хватит о наших проблемах.
Елена сидит на своём диване. Входит Надежда.
Надежда. Лена, привет. Остальным, здравствуйте. Как тут в моё отсутствие?
Елена. Да, тоже что и утром. Да, назначили расследование.
Надежда. А кто будет этим заниматься? Полиция?
Елена. Светлана Пантелеевна назначила Степана Степановича.
Надежда. А кто это?
Елена. Это наш больной, следователь в отставке.
Надежда. А-а-а, если следователь, то найдёт хулигана. Ну ладно начну уборку у больных в комнатах и в коридоре.
Уходит направо к комнатам.
Явление двенадцатое. Ужин
Все сидят за столом. Антонина не спеша встаёт, подходит к столовой и читает меню ужина. К ней, не спеша, подходит Мария.
Антонина, негромко. Маша, я видела похитителя.
Мария, оборачиваясь. Да ты, что.
Антонина. Да-да, видела, где-то около двух часов ночи.
Мария. А что же ты не сказала Степану Степановичу?
Антонина. Я видела Александру с пакетом в руках. Мне было жарко, и я перед сном приоткрыла дверь. А проснулась я от хлопка чьей-то двери в коридоре, глянула в коридор и сзади увидела Александру. Она шла по коридору от меня и зашла в чью-то комнату.
Мария, задумавшись. Та-а-к. Прежде чем сказать об этом Степану Степановичу нужно посмотреть за Александрой и убедиться.
Справа входит Степан Степанович.
Антонина. Степан Степанович, на сколько мы сегодня опаздываем на ужин?
Степан Степанович, смотря на наручные часы. Как всегда, на пятнадцать минут.
Из столовой выходит Дарья. Девочки, прошу на ужин.
Женщины заходят.
Степан Степанович. А червячок у меня уже сосёт желудок.
Евгений Станиславович. А что же вы не выпили воды?
Степан Степанович. Да, я думал, что женщины уже за столами.
Женщины выходят из столовой.
Последней идёт Антонина, подходя к Степану Степановичу и негромко. Степан Степанович, я видела Александру с пакетом в руках. Мне было жарко, и я перед сном приоткрыла дверь. А проснулась я от хлопка чьей-то двери в коридоре, глянула в коридор и сзади увидела Александру. Она шла по коридору от меня и зашла в чью-то комнату.
Степан Степанович. Спасибо за информацию.
Дарья, открыв двери столовой. Мальчики, заходим.
Мужчины заходят.
Антонина, подходя к Марии. Маша, я сказала Степану Степановичу, о том, что видела ночью Александру.
Мария. Давай не будем сегодня перед сном закрывать двери наших комнат. А на тумбочки положим наши наручные часы.
Антонина. Хорошо, так и сделаем.
Из столовой выходит Дарья. Закрывает двери столовой.
Дарья. Всем до свидания.
Нестройный хор Елены и больных. До свидания. До свидания.
Дарья уходит в дверь налево.
Явление тринадцатое. Свободная беседа в холле
В холле больные.
Мария. Евгений Станиславович, а разве возможно откусить от куска мыла край?
Евгений Станиславович. Вполне возможно. Пять лет назад я лежал в тринадцатой больнице, так в нашем отделении был больной, который кусал мыло. Его быстро вычислили, ведь в палате десять больных. Самое интересное было в том, что он глотал откушенное. Так чтобы спасти его желудок, его стали привязывать.
Мария. Привязывать?
Евгений Станиславович. Да, привязывать к койке. Отвязывали только на завтрак, обед и ужин. И круглые сутки в памперсах.
Наталья Михайловна. Евгений Станиславович, а как привязывают?
Евгений Станиславович. Да, за руки и за ноги, и к койке.
Мария. А это не больно?
Евгений Станиславович. Я вам авторитетно заявляю: не больно. Меня тоже привязывали к койке, на больничном жаргоне: положить на вязки. Вязки не верёвки. Верёвками можно причинить боль, вязками – нет, потому, что вязки это тканевые ленты шириной до пяти сантиметров, при этом самому развязаться практически невозможно, это не верёвка.
Наталья Михайловна. У меня в голове не укладывается, что человека могут привязать к его же койке. Вот он мой сосед по палате. Лежит привязанный, а я рядом, смотрю и думаю, а вдруг и меня привяжут.
Евгений Станиславович. Наталья Михайловна, помещение психически больного в больницу это первая степень его изоляции от здоровых людей, привязка к койке – вторая, для его изоляции в этот раз от других больных. При этом первая степень изоляции позволяет здоровым людям, избежать вред от больного, вторая степень – позволяет больным, его соседям избежать вред от него, при этом имеется в виду, что сам больной тоже не нанесет вред себе.
Явление четырнадцатое. Кефир
Елена открывает двери столовой, заходит внутрь и закрывается. Все больные в холле. Дверь открывается и выходит Елена.
Елена. Все на кефир.
Мужчины и женщины заходят в столовую. Вначале выходят мужчины и уходят в свои комнаты. Женщины садятся за стол.
Явление пятнадцатое. Женский клуб
Наталья Михайловна. Лена, а почему кефир такой холодный? Б-р-р-р. Пьёшь, как будто сосульку глотаешь.
Елена. Так кефир не сегодняшний. Его раз в неделю завозят. А чтобы не испортился, ставят в холодильник.
Из левых дверей входит Ольга Николаевна.
Мария. Ольга Николаевна, вот мы Елену терзаем. Почему кефир холодный? Может так и надо холодный кефир пить?
Ольга Николаевна. Не-е-т. Надо пить кефир комнатной температуры. Я об этом Светлане Пантелеевне говорила. Она пообещала большую кастрюлю достать. Ставишь в неё коробки с кефиром и наливаешь горячей воды. И все дела.
Антонина. Ольга Николаевна, а вот мы сглазили прошлый раз. Теперь и у нас беспокойства.
Ольга Николаевна, озабоченно. Ой, чувствую я, это ещё не всё. Будут у нас ещё заботы. Я, когда в тринадцатой больнице работала, так у нас там был больной – серийный хулиган. Любил он порвать простыни в самой середине и через голову надеть их на плечи и ходить босиком. Его спрашивают: ты что делаешь? А он: наряжаюсь. Его спрашивают: ты кто? А он отвечает: ангел. Стали на голый матрац класть. Так он забирал простыни соседей и рвал как свои. Приходилось его к койке привязывать. Ой, ну ладно, скоро раздача лекарств.
Уходит в дверь налево.
Антонина. Лена, а ты смогла бы больного к койке привязать?
Елена. Да я не умею. И к тому же буйных боюсь. Я раньше в десятой больнице работала. Так у нас была больная, которая у соседей по палате халаты рвала. Так мы боялись к ней подходить. Приходилось вызвать санитара из приёмного отделения. Вот он её скрутит и на вязки, и так было не раз.
Елена уходят в дверь налево, а больные в дверь направо.
Явление шестнадцатое. Заговорщики
Справа входит Никита и садится за стол. Затем справа входит Антон.
Никита, оглядываясь на двери к комнатам больных. Антон, ты в кого веришь? В злоумышленника, весельчака или лунатика?
Антон. А ни в кого не верю. Я верю в то, что держу в своих руках.
Никита. А хочешь подержать в своих руках одного из этих персонажей?
Антон. Ты что, предлагаешь засаду?
Никита. Да.
Антон. Тут самое главное определить время того, кто придёт. Как сказали на допросе, злоумышленник был виден с 01:45 до 02:00. Придётся не пить снотворное.
Никита. А как же быть?
Антон. Сейчас на вечернем приёме лекарств таблетку снотворного возьмёшь за щеку. Придёшь в комнату, выплюнешь таблетку в руку и положишь на тумбочку и в кровать.
Никита. Антон, мы ещё не обговорили, как будем задерживать и куда девать.
Антон. Чёрт, верёвка нужна.
Никита. У меня шорты на верёвке, можно вытащить и применить.
Антон. Молодец Никита, привяжем к кровати, а рядом положим вещественные доказательства.
Никита. Антон, а почему этот человек засыпает нормально, встаёт среди ночи, а потом ложится?
Антон. А я думаю, что он на ночь не глотает снотворное, а ждёт подходящего момента и выходит на охоту, а после охоты прячет улики в холле. Затем возвращается, глотает снотворное и ложится спать. Просыпается с подъёмом и выходит их своей комнаты. И теперь его не отличить от других больных.
Никита. Антон, у меня ещё одно предложение. Давай поиграем в преферанс до поимки лунатика в моей комнате. И оставим в ней дверь настежь, чтобы увидеть злоумышленника в коридоре.
Антон. Правильно.
Из правых дверей выходят остальные больные. Слева входит Елена.
Явление семнадцатое. Приём лекарств
Все больные, один за другим входят в холл и садятся вокруг стола.
Открывается входная дверь слева. Ольга Николаевна выдвигает в холл тележку с лекарствами и стаканчиками с водой и выдаёт больным таблетки по их фамилии и даёт запить лекарства. При этом больные называют свою фамилию.
Степан Степанович. Рыбников.
Ольга Николаевна. Степан Степанович, получите. Сначала проглотите таблетки, затем – запейте их водой. Вот, хорошо.
Наталья Михайловна. Рябова.
Ольга Николаевна. Наталья Михайловна, получите. Сначала проглотите таблетки, затем – запейте их водой. Вот, хорошо.
Мария. Петрович.
Ольга Николаевна. Мария, получите. Стаканчик ставьте на столик.
Антонина. Степаненко.
Ольга Николаевна. Антонина, получите.
Александра. Белоглазова.
Ольга Николаевна. Александра, получите. Стаканчик ставьте на столик.
Лола. Мухамедова.
Лола, проглотив таблетки. Какая гадость, но я уже привыкла.
Ольга Николаевна. Ну вот, а вы переживали.
Александр Николаевич. Михайлов.
Ольга Николаевна. Александр Николаевич, вот лекарства и стаканчик запить.
Александр Николаевич. Гадость, конечно, но пить можно.
Евгений Станиславович. Фокин.
Ольга Николаевна. Ну, как вам у нас?
Евгений Станиславович. Уже привык.
Никита. Балабанов.
Ольга Николаевна. Бегунов, ты что уснул?
Антон, вставая из-за стола. Бегунов. Подхожу.
Ольга Николаевна. Все лекарства получили? Уезжаю. До завтра.
Ольга Николаевна выходит в дверь налево.
Больные, нестройным хором. До завтра Ольга Николаевна. До завтра.
Все кроме Елены уходят в свои комнаты направо.
Явление восемнадцатое. Отбой
Елена, больным. Спокойной ночи.
Больные, нестройным хором. Спокойной ночи, Лена. Спокойной ночи.
Больные не спеша покидают холл. Елена включает бра над своим диваном и гасит свет в холле. Садится на диван и читает книгу. Через некоторое время в холл заходит Антон. Елена замечает Антона, но делает вид, что его не замечает.
Первым не выдержал Антон. Лена, ты ничего не хочешь мне сказать.
Елена. Сказать должен мне ты.
Антон. Я люблю тебя, Лена.
Елена. Звучит застенчиво. А теперь попроси моего ответного признания.
Антон. Мне не нужно ничего просить, я и так всё вижу.
Елена. И я всё вижу. Вижу, как ты домогался ответного признания, у Лолы, по-узбекски – Тюльпана.
Антон, удивлённо. А кто это тебе сказал?
Елена. Зачем тебе это знать. Я хочу спать.
Антон ни с чем покинул холл.
Действие третье.
Явление первое. Подъём
На диване спит Елена. Входит Надежда. Начинает убираться. Заходит в столовую. Затем выходит и доходит до дивана, где спит Елена. Надежда несёт совок, на котором выдавленные тюбики от зубной пасты и колпачки от тюбиков. Будит Елену.
Надежда. Лена, вставай, глянь, что я на полу в столовой нашла.
Елена, вставая. Надежда, да ведь это тюбики от зубной пасты и колпачки от тюбиков. А тюбики выдавлены.
Надежда. Самое главное, где они выдавлены, на полу в столовой. Ты себе и представить не можешь, какое там было свинство. Всего тюбиков девять, а колпачков – восемь. Я говорила, что хулиган тут у вас завёлся. Пойду, выброшу в мусор.
Елена, доставая из дивана полиэтиленовый пакет. Стой. Сыпь в него.
Надежда. На что оно тебе?
Елена. А об этом я сообщу, куда следует.
Надежда. Да, я ещё забыла тебе сказать. Двери в столовую были не закрыты.
Елена. Как так?
Надежда. Дашу спроси. Ну ладно, я пошла, мне ещё магазин рядом убирать.
Уходит. Входит Дарья.
Елена. Здравствуй Даша. У меня для тебя сюрприз.
Дарья. Зарплату повышают?
Елена. Боюсь, как бы нам её не понизили.
Дарья. А что случилось?
Елена. У тебя в столовой на полу были обнаружены тюбики из-под зубной пасты, выдавленная паста на полу, а рядом колпачки от тюбиков. Надежда ругалась, на чём свет стоит.
Дарья. Значит вчера – мыло, сегодня – зубная паста, а завтра – зубные щётки.
Елена, испуганно. Тьфу, тьфу, тьфу на тебя, ещё сглазишь. И так живём как на вулкане. Да, Даша, Надя сказала, что двери в столовую были не закрыты.
Дарья, удивлённо. Это как, не закрыты?
Елена. Вот так. Не закрыты.
Дарья, залезая в карман, достаёт ключ. Лена, смотри. Ключ от столовой. Такой же ключ у Нади, и кроме меня и Нади некому открыть столовую…Ой, совсем забыла, ещё связка ключей за дверью на щите для пожарных.
Елена. Значит, хулиган знал, где ключ от столовой. Открыл, нахулиганил, повесил ключ на щит, а двери в столовую не закрыл, торопился, чтобы не застали на месте преступления.
Дарья, с досадой. И не мог этот хулиган выдавить зубную пасту в каком-нибудь ненужном месте?
Дарья открывает двери столовой и заходит.
Елена. Ой, время будить больных.
Жмёт на кнопку звонка. Убирает свою постель в диван.
Явление второе. Завтрак
Все больные кроме Никиты и Антона, вышли в холл и сели вокруг стола.
Наталья Михайловна. Девочки, есть ли у кого-нибудь зубная паста?
Александр Николаевич. Так, значит не только у меня пропала зубная паста.
Александра. И у меня зубная паста пропала.
Мария, Лола, Антонина. У нас тоже. У нас тоже зубной пасты нет.
Евгений Станиславович. А у меня зубная паста не пропала.
Степан Степанович. Как это не пропала?
Евгений Станиславович. Так у меня зубная паста «Поморин», а у вас у всех «Колгейт».
Степан Степанович. У меня пропала зубная паста «Колгейт». У кого ещё зубная паста «Колгейт»?
Больные, нестройным хором. У меня. У меня. У меня. У меня.
Степан Степанович. Евгений Станиславович, почему не пропала ваша зубная паста?
Евгений Станиславович. Моя зубная паста несладкая, а ваша зубная паста сладкая.
Наталья Михайловна. И у меня была зубная паста «Колгейт». И как теперь скажите соблюдать чистоту и порядок в рту?
Евгений Станиславович. Надо обратиться к руководству за разъяснениями.