Секретарь для демона

И вот появился рассеянный свет, и я выскочила из портала прямо в объятья Ророна, который машинально подхватил меня под мышки, не давая упасть к его ногам.

— Ой! — пискнула я испуганно, глядя вверх на хмурое лицо куратора.

— Ой, и все? — спросил он с сарказмом, сверля меня взглядом черных глаз.

— Все, — выдохнула я, вставая твердо на ноги и пытаясь отодвинуться от мужчины, но он вовсе не собирался меня отпускать.

— Может, поведаешь, где была? — проговорил Ророн, иронично приподняв одну бровь.

— Зачем? — проговорила я, все еще пребывая в шоке от своего путешествия.

— Хочу знать, где шляются мои адепты по ночам, — ответил куратор, прищурившись.

— А разве у адептов не может быть секретов? — парировала я. — И почему куратор позволяет себе обнимать своих адептов по ночам, да еще и прилюдно?

Ророн усмехнулся хищно, но, наконец, выпустил меня. Отойдя на расстояние, я поправила рубашку, которая бесстыдно задралась, почти оголяя грудь.

— Выбирай: или рассказываешь мне все или идем к ректору. От него ты точно ничего не скроешь.

Обдумав такую перспективу, я поняла, что из двух зол лучше выбрать меньшее.

— Хорошо, расскажу тебе, но не здесь.

— Идем ко мне, — сказал он и, развернувшись, зашагал по лестнице вверх. Вздохнув раздосадовано, я пошла следом.

Добравшись до седьмого этажа, мы прошли до самого конца коридора, где располагалась дверь. Открыв ее, мужчина жестом пригласил войти. Я послушалась. Войдя в комнату, окинула все быстрым взглядом. Неплохо, можно сказать, по-спартански. Большая кровать занимала полкомнаты. Она стояла спинкой к стене, что давало возможность подойти с любой стороны. «Продуманно», — промелькнула у меня ехидная мысль.

С двух сторон от кровати стояли тумбочки, на которых возвышались массивные железные лампы. Ророн включил их, и комнату заполнил слабый, я бы сказала, интимный свет. Окно было зашторено плотными шторами, не пропускающими свет. Комод и шкаф примостились рядом, с другой стороны комнаты. Логово демона, он явно приходит сюда только спать, возможно, не один. Остановившись посередине комнаты, я замялась, не зная, куда идти дальше.

— Что замерла? Проходи, садись, — бросил мне Ророн, а сам пошел к окну. Отодвинув шторы замер на минуту, глядя в темноту за стеклом, а потом развернулся и уселся на подоконник.

— Куда? — спросила я смущенно, разводя руками.

— Что, куда? — не понял он, а потом, окинув комнату взглядом, расплылся в лукавой улыбке. — На кровать, не бойся, она не кусается.

Фыркнув, я сделала, как он сказал.

— Рассказывай, — скомандовал он, став серьезным.

— Ладно, дело было так….

Я поведала ему историю попадания на другую сторону и знакомство с Майком, а также, как вернулась обратно. Помолчав немного, он спросил:

— А каким образом ты провалилась в портал тут?

— Случайно, — ответила я, пожимая плечами, — споткнулась и, потеряв равновесие, провалилась туда.

Говорить ему о драке не хотелось, мало ли чем эти откровения могут закончиться.

— Ясно, — наконец, изрек он, сложив руки на груди, — про портал никому ни слова. Будут спрашивать, где была, скажешь, что со мной занималась.

Я согласно кивнула, тем более и не собиралась обсуждать это с кем-то.

— И больше к порталу вообще не подходишь, еще раз так накосячишь, сдам ректору без разговора, — продолжил запугивать меня куратор.

— Хорошо. Теперь я могу идти? — спросила я, чувствуя себя не совсем уютно рядом с куратором. Его сущность словно испытывала мою, требуя поединка, а мне совсем не хотелось этого в данный момент.

— Иди, — согласился Ророн. — Надеюсь, дойдешь без приключений?

Кивнув, я встала и подойдя к двери, открыла ее, но тут же повернулась к мужчине, хитро улыбаясь.

— Ророн, а где моя плетка?

— Какая плетка? — удивленно переспросил он.

— Ну как, я уже дважды заставила тебя отступить, это явное доминирование.

Сначала он шокировано округлил глаза, а потом начал краснеть от злости.

— Пошла вон! — гаркнул мне так, что я подпрыгнула, но страх на сегодня исчерпал лимит, и я, выбегая, крикнула:

— А вот и третий раз, я — доминант, Ророн, ты проиграл!

Мне вслед неслась ругань достойная пьяных буйных завсегдатаев питейных заведений, а на моем лице расцвела победная улыбка. Маленькая пакость подняла настроение и сняла усталость. В комнату я вбежала почти счастливая. Быстро помывшись, забралась в постель под одеяло и, довольно вздохнув, расслабилась. День был не менее насыщенным, чем прошлый. Осталось отомстить Сани, вот только как? Обязательно подумаю над этим, но уже завтра, на сегодня мысли закончились, и я, зевнув, повернулась на бок, практически сразу засыпая.

Утро наступило вместе с воем сирены. Открыв глаза, я поняла, что совершенно не выспалась, но делать нечего, прогулы тут запрещены. Быстро собравшись, я поспешила к аудитории. Вел и Стив были уже там. Увидев меня, они тут же накинулись с вопросами.

— Где ты была вчера? Мы весь вечер тебя искали! Тут такое было! Сани подралась со своими подружками, представляешь, теперь ходят с синяками, всем на радость.

Сделав удивленное лицо, я ответила:

— О-о-о, жалко, пропустила такое шоу! А с чего подрались-то?

— Не знаю, — заговорщицки прошептала Вел, — слухи ходят, что они нашего куратора не поделили, все знают, что Сани к нему неравнодушна.

— Ух ты, вот это и впрямь новость, — кивнула я, ухмыляясь, а в голове начал вырисовываться план отмщения.

— Так, а где ты была? — встрял в разговор Стив.

— Не поверите, у куратора, — вздохнув смущено, проговорила я.

— Ого! — вместе изумились друзья.

— Нет, вы не о том подумали! — подняв руку, предупредила я их. — Он — мой репетитор по профилю, мы занимались.

— Ну, конечно, я так и подумала, — ехидно заметила подруга, подмигивая Стиву.

— Это называется углубленное изучение профиля, — подержал он шутку Вел.

— Да ну вас! — буркнула я, делая обиженное лицо, хотя внутри сама смеялась вместе с ними.

— Ладно, ладно, сделаем вид, что верим тебе, — примирительно сказала Вел, погладив меня по плечу.

— Всем хорошего утра, заходим в аудиторию, — громко сказал Ророн, неожиданно появившись в коридоре.

Девушки сразу расправили плечи, на лица нацепили милые улыбки и стали строить ему глазки. Куратор лишь ехидно хмыкнул, видя их потуги понравиться ему и привлечь внимание.

Дождавшись, когда мы все рассядемся по местам, Ророн проговорил:

— Теперь ваши лекции вести буду я. Сегодня поговорим о теле и душе.

Одна из девушек подняла руку и кокетливо стрельнула глазками в куратора.

— Что у тебя, Катерина? — спросил он, глядя на девушку равнодушно.

— А тело мы наглядно смотреть будем? Если что, я готова быть экспонатом.

Девчонки захихикали, а парни радостно засвистели. Ророн лукаво улыбнулся ей, минуту помолчал, а потом спокойно ответил:

— Что ж, хотите наглядности, я не против. Выходи, Катерина.

Девушка зарделась и глупо захлопала ресницами. Видимо, она не ожидала такого поворота, хотела смутить куратора, а попалась сама на эту удочку.

— Выходи, — повторил с нажимом мужчина, — тебя за язык никто не тянул.

Катерина медленно встала, одернула короткую юбку и на дрожащих ногах вышла на середину зала. Ророн осмотрел ее с ног до головы оценивающим взглядом.

— Хороший экспонат. Итак, переходим к лекции. Как вы уже знаете тело — это набор органики. Кости, мясо, кожа, кровь, органы, все это есть у каждого из нас, и главное, тело можно потрогать, — говоря все это, он касался рукой девушки, указывая на определенные части тела. — Что нас привлекает в теле? Например, грудь, — он подошел к девушке со спины и, просунув руки, накрыл ее грудь. — Или талия, — и он медленно и плавно передвинул руки вниз, — а, может, аппетитная попка? — и он положил свои ладони на ягодицы Катерины.

Девушка стояла пунцовая, как помидор, но при этом на ее губах играла глупая блаженная улыбка.

— А теперь давайте подумаем, за счет чего двигается и живет это тело? — продолжил Ророн, скользя ладонями вверх и заставляя девушку раскинуть свои руки в стороны. Затем резким движением он заставил ее нагнуться вперед. Катерина, охнув, подчинилась, и застыла, прижатая к паху мужчины. — Все эти действия тело делает не просто так. Так кто ответит?

Все озабочено зашептались между собой, обсуждая вопрос.

— Роуз, может ты? — обратился куратор к студентке. Он, наконец, отпустил Катерину, отправляя ее на место. Она дышала так тяжело, словно пробежала кругов двадцать.

Девушка встала и, помявшись, сказала:

— Ну, у нас есть мозг, который дает сигналы телу.

— Логично, садись. А кто дает мозгу информацию? Рони?

— Эм… нервные импульсы?

— Верно, Рони, а откуда берутся эти импульсы?

— От нервов, — пробубнил парень, краснея.

— Садись. В общем, представления ваши правильны, тело — это сложный механизм, отлаженный природой. Тогда вопрос в другом, зачем нужна душа? Стив, как думаешь?

— Для эмоций, наверное, — ответил мой друг.

— Согласен. Итак, душа — это главная составляющая человека. Нет души — нет человека. Без нее тело всего лишь мешок с костями, бесполезный никчемный атрибут. Именно душа дает человеку возможность испытывать чувства и эмоции, принимать важные решения, чувствовать опасность или смерть. Даже для нас является целью получить именно душу, а не тело человека. Мы питаемся энергией души, ее эмоциями. Вы знаете, что душа бессмертна? В ней хранится вся информация о человеке, его прошлые жизни и грехи, его будущее, все познания и опыт, который он приобрел. Это — постоянный источник энергии. Душа сохраняет способность мыслить, чувствовать, выражать свои эмоции даже после смерти. Она продолжает любить и ненавидеть, страдать и радоваться.

— Так, значит, мы не можем уничтожить душу? — спросил с места рыжий Руслан.

— Уничтожить душу могут только архангелы и то, с разрешения Создателя. Мы же только собираем их и распределяем в нужные места.

— Какие места? — выпалила я любопытно. Мне действительно было интересно, куда отправляются души после смерти тела.

— Тори, не спеши, дойдем сейчас и до этого момента, — приструнил меня куратор. — Итак, кто знает, как выглядит ад?

Все опять зашушукались, переглядываясь с опаской. Руку поднял Рони.

— Слушаю тебя, — кивнул ему Ророн.

— Ну, ад — это котлы, где варят людей заживо, огонь, который мучает их тела…

— Понятно, — перебил его куратор, — спасибо, садись. Вы знаете только то, что слышали на Земле и читали в книгах. На самом деле все обстоит совсем не так.

— А как?! — возбужденно выпалили мы, вызывая довольную улыбку нашего куратора.

— А вот сейчас вы это увидите, готовы?

Все дружно закивали, хотя в душе появилось опасение неизвестного. А вдруг там еще хуже, чем описывают на Земле?

— Идемте за мной, я проведу вам экскурсию.

Все высыпали из аудитории и поспешили за Ророном. Он шел во двор нашей академии. Там, по центру сада, расположился большой круглый колодец. Подойдя к нему, Ророн что-то прошептал, и к нашему удивлению из колодца поднялось дно.

— Заходите и держитесь друг за друга, — скомандовал он.

Мы все послушно расположились на деревянном кругу, вцепившись в соседа. Куратор вошел последним. Опять мы услышали непонятные слова, а потом наш лифт пошел стремительно вниз, заставив всех охнуть от неожиданности

Мы спускались в черную темноту колодца. Вверху еще виднелось маленькое окошко солнечного света, но лучи уже не доставали до нас. Наконец, лифт остановился, и Ророн хлопнул в ладоши. Возле нас вспыхнули огоньки и побежали вглубь длинного тоннеля, освещая путь.

— Идемте, — сказал мужчина и пошел вперед, а мы засеменили следом. Пройдя метров двести по ощущениям, остановились перед массивной деревянной дверью.

— Готовы увидеть первый круг ада? — повернувшись к нам, спросил Ророн. Мы заворожено уставились на дверь, кивая в ответ. — Ну, тогда, добро пожаловать! — пафосно ответил мужчина, хитро ухмыляясь. Открыв дверь, жестом пригласил нас войти.

Первым пошел Стив, крепко держа нас с Вел за руки. Войдя, мы остановились в полной темноте, дожидаясь, когда все окажутся в помещении. Куратор зашел последним и закрыл дверь.

— Тут же темно и пусто, — кто-то из студентов подал голос в темноте.

— Разве? — ехидно спросил Ророн. — А если посмотреть не как человек, а как демон? Сосредоточьтесь, почувствуйте энергию, смотрите внутренним взором.

Я закрыла глаза и вызвала образ души, что видела ранее на занятии. Вдруг перед глазами стали вспыхивать сгустки энергии, заключенные в дымчатую оболочку серебристых шаров. Их становилось все больше и больше, они заполнили все пространство вокруг нас.

— Ох! — только и смогла я произнести.

— Вот это да! — услышала рядом восхищенный голос Стива.

— Опупеть! — пробасил восторженно Руслан.

— Судя по вашим возгласам, вы, наконец-то, увидели души, — довольно констатировал Ророн.

У меня появилось ощущение, что мы попали в огромный улей, стены напоминали соты, и в каждой ячейке светилась душа.

— Ророн, а я вот не понимаю, какое же наказание они получили? — впервые подала голос Мили. — Ну, висят они здесь и что?

Куратор повернулся к девушке и согласно кивнул.

— Да, на первый взгляд все выглядит именно так, но, чтобы понять их мучения, нужно услышать и увидеть их воспоминания.

Подойдя к одной ячейке, он осторожно извлек душу, взяв ее в ладони.

— Смотрите на нее и слушайте. Для этого нужно положить осторожно ладонь сверху.

По очереди мы стали подходить и пробовать. Когда я коснулась ладонью оболочки, перед глазами как на экране всплыли последние воспоминания. Мужчина заносит нож над головой, его глаза выражают азарт и желание увидеть кровь, его мысли и чувства обострены до предела, он жаждет расправы, хочет причинить боль и страдание своей жертве, видеть ее мучения и агонию смерти.

А потом картинка меняется, и уже в агонии бьется сам мужчина. Я чувствую его бешеный страх перед смертью, осознание своих грехов и невозможность возврата. Он цепляется из последних сил за убывающую жизнь, в надежде отвоевать хоть еще немного времени. Его сердце разрывается изнутри, причиняя нестерпимую боль и вырывая из его груди нечеловеческий крик. Перед его глазами в этот момент мелькают жертвы, которых он убил при жизни, они причиняют ему адские муки, передавая все, что чувствовали тогда сами.

Картинка пропала, и я открыла глаза, пребывая в шоке.

— Видела? — спросил меня куратор.

— Да… — прошептала я, убирая руку от души.

— Все видели?

Ребята молча кивнули, видимо, всех впечатлил этот просмотр.

— Но я так и не поняла, в чем наказание? — вновь спросила Мили.

— А в том, что он испытывает муки воспоминаний постоянно, по кругу, без передышки. Он видит и чувствует вновь и вновь, переживая свою смерть и смерть своих жертв. Их боль и страдания, их страх и безнадежность. И это будет длиться пять тысяч лет, прежде чем душа его сможет пройти очищение и, возможно, вернется на Землю.

— А почему «возможно»? — любопытно спросила я.

— Потому что если она не осознает всего содеянного и не покается, то не сможет перейти на другой уровень существования.

— А сколько всего уровней? — спросил Стив.

— Семь. На каждом уровне свое время пребывания души, но об этом мы поговорим на следующей лекции. А теперь нам пора возвращаться, выходим.

Мы вернулись в сад, задумчивые и тихие. Каждому было, о чем подумать, ведь там, внизу, могла оказаться душа любого из нас, если бы мы не были выбраны темной силой. Не знаю, как для души, а для меня провести пять тысяч лет в темноте, мучаясь и истязая себя воспоминаниями, было очень страшно.