Бунтарка

Глава VI

После роковой прогулки время словно замедлило свой ход, поэтому я еле дождалась заветной пятницы. Во мне жила уверенность, что как только байк вернётся в моё единоличное владение, я забью на отработку, но, к собственному удивлению, по-прежнему оставалась после уроков. Вовсе не потому, что решила внезапно стать послушной и прилежной. Боже упаси. Я просто… не смогла этого сделать.

За два дня помощи Ильиничне на прошлой неделе для меня открылась грустная правда: библиотекарь была глубоко несчастной и одинокой женщиной, поэтому на всех и «гавкала». Ни детей, ни внуков, а любимый муж умер от рака несколько лет назад. Неизвестно, как так вышло, но во мне она нашла отдушину – и уже на следующей неделе мы не едва терпели друг друга, огрызаясь и фырча, а стали весьма сплочённой командой.

Я знала: отныне, даже когда моя персональная каторга завершится, я буду время от времени заглядывать в библиотеку, чтобы угостить Таисию Ильиничну столовскими кексом или булочкой, которые она обожала до глубины души, и спросить как дела. Просто потому, что мне хотелось, чтобы она больше не чувствовала себя одинокой.

Что же касалось первоклашек – в первый день, когда я только переступила порог их класса, меня постиг откровенный ужас. Никогда ещё мне не приходилось общаться с маленькими детьми, и, не имея ни малейшего понятия, что это за существа такие странные, я буквально ступала на неизвестную территорию, предвкушая полнейший провал.

Однако, вопреки ожиданиям, дети… полюбили меня? Честно, понятия не имела, за что и почему, поскольку я не была милой улыбчивой тётенькой, готовой выслушать и погладить по головушке, приговаривая: «Да ты ж моя радость, всё будет хорошо». Первые два дня я сидела на стуле возле воспитателя мрачнее тучи, не желая и близко идти с малышнёй на контакт. Но их будто каким-то сломанным магнитом тянуло ко мне: вечно подходили, что-то спрашивали или рассказывали, дарили поделки и рисунки и… Твою мать, ну я же не железная! Конечно, это немного растопило моё чёрное сердце. Совсем капельку. Так что и к ним, незаметно для себя, я начала ходить с удовольствием. Даже иногда помогала с уроками. Короче говоря, пиздюки весьма скоро привязались ко мне, и я не хотела стать причиной их расстройства. Разумеется, «прощание» было неизбежным. Они в любом случае немного погрустят, но тогда это будет не по моей вине, а в силу закончившейся отработки.

В остальном жизнь текла своим чередом, если не считать такого маленького нюанса, что Руслан начал писать мне. Каждый. Божий. День. Сомнений по поводу того, где же он откопал мой номер телефона, не было никаких: Кира сама призналась, что не смогла отказать брату в просьбе. А я оказалась не в силах на неё злиться, поскольку подруга и так во многом шла против своей натуры, покрывая меня.

В общем-то, мне никто не мешал игнорировать его. Однако я этого не делала. Сама не знала почему, но ни одно сообщение Фролова не осталось без ответа. Поначалу это были весьма банальные и односложные фразы по типу: «Привет, как дела, что делаешь, как настроение?» Но потом что-то изменилось, и мы начали заново узнавать друг друга.

Впрочем, наше общение нельзя было назвать милым и дружеским, даже близко нет. Я часто дерзила и язвила, чем порой выводила его из себя. Нет, Руслан не ругался и не бесился. Исходящая от него злость была иной: холодной, спокойной, но неумолимой. Даже в сообщениях его ледяная ярость обжигала, но в каком-то смысле мне это нравилось.

Произошедшее в парке более не упоминалось. Словно придя к негласному соглашению, мы обходили стороной нашу единственную встречу, предпочитая разговаривать о нейтральных вещах. Честно говоря, видеться с ним желания не возникало, но вот переписываться… почему бы и нет? Онлайн-общение ещё никому особо не навредило, поэтому я и позволила ему присутствовать в своей жизни таким способом. Это помогало поддерживать иллюзию, что одиночество не витало надо мной, словно дамоклов меч, а я сама являлась обычной девушкой, которая общалась с парнем, не дрожа от паники и ужаса при мысли, что он прикоснётся ко мне.

Сегодня я проснулась во взбудораженном состоянии на несколько минут раньше будильника. Этой ночью состоится гонка, в которой я, несомненно, приму участие. Всё нутро сотрясалось от волнения, страха и предвкушения – столь гремучая смесь подействовала на меня бодряще.

Правда, и нетерпеливости также прибавилось, поскольку мои движения стали резкими и быстрыми, словно таким образом я могла ускорить время. Высидеть уроки оказалось для меня особенно извращённой пыткой. Только влюблённые переглядывания Киры с Костей были своего рода развлечением. Их отношения развивались постепенно, но очень красиво. Волков, несмотря на отсутствие опыта, умел хорошо ухаживать за девушкой: и цветы, и её любимое мороженое, и свечи, которые она просто обожала и даже коллекционировала. То, что парень ничего не жалел для владычицы своего сердца, сильно бросалось в глаза. Наблюдая за ними, я испытывала как искреннюю радость за подругу, так и печаль, что мне было не суждено тоже познать счастья в отношениях.

Хотя, зачем оно мне надо, если я по-прежнему не верила в любовь? Правда, когда на собственных глазах зарождалась потрясающая история той самой пресловутой любви, стало сложнее оставаться столь категоричной. Но ведь и Артём поначалу красиво ухаживал, дарил цветы, внимание и заботу.

Почему же тогда я не боялась за подругу и была уверена в том, что Костя не разрушит Киру так же, как Артём разрушил меня? Ответ крылся в глазах. Я по неопытности и наивности приняла за любовь то, с какой жадностью мой бывший смотрел на меня. Увы, я слишком поздно смогла понять, что таящиеся в его взгляде эмоции были далеки от чистоты и возвышенности, с чем обычно ассоциируется это чувство. В глазах же Кости было невозможно увидеть ни намёка на грязь – лишь светлая нежность и искреннее желание быть рядом.

Так что да, я по-прежнему не верила в любовь, однако теперь думала, что счастливые исключения всё же возможны. А как известно, исключения только подтверждают правило.

По окончании уроков я направилась в блок начальных классов. Мелкие сорвиголовы помогли мне отвлечься от предстоящего долгожданного события. За тихими играми, помощью в уроках и беззаботными разговорами время пролетело очень быстро, и, попрощавшись с малышнёй и их воспитательницей Аллой Степановной, я помчалась на парковку, где ждал меня мой ненаглядный пупсик.

У всех весна, отношения, любовь, а у меня байк. И его мне более чем достаточно для счастья.

Заведя стального зверя, я с наслаждением прочувствовала вибрацию от урчания мотора и поехала домой, чтобы переодеться к гонке. Искренне надеясь, что дома никого нет, я, словно воришка, зашла в прихожую, прислушиваясь, исходили какие-то звуки из недр квартиры или же нет.

Фортуна, похоже, сегодня благоволила мне: дом оказался пуст. Впрочем, зная, что у родителей график не отличался стабильностью, испытывать судьбу я не собиралась. Так что ухмыльнувшись в предвкушении, я как метеор влетела в свою спальню, наспех стягивая вещи.

Скомкав снятую одежду, я запихнула её в шкаф, взамен доставая чёрные спортивные штаны, топ и утеплённое худи. После этого я освободила волосы от резинки, позволив им рассыпаться по плечам. Оценив себя в зеркале, я осталась довольна и, выудив из шкафа шлем, быстро направилась в прихожую. Адреналин зашкаливал и, струясь по венам, подгонял меня. Я чувствовала, что стоило ему подчиниться, ибо, если меня сейчас засечёт кто-то из родителей, начнутся ненужные вопросы, на которые я, очевидно, не стану отвечать, а там слово за слово и до конфликта недалеко. К чему лишние сложности, верно?

Вернувшись на парковку, я подошла к байку и погладила его по металлическому корпусу.

– Сегодня развлечёмся как следует, – прошептала я, прежде чем вновь сесть на него и с наслаждением завести мотор.

Надев шлем и спрятав под него волосы, я поехала прочь из дворов, направляясь в противоположную сторону города.

Как только я выехала на шоссе, сразу увеличила скорость, ухватившись за возможность избавиться от всех ненужных мыслей и освободиться от пут подчинения, которыми меня настойчиво оплетали. Лишь довольная улыбка Руслана и искры в его глазах продолжали мучить моё воображение, как бы я ни пыталась прогнать образы из своей головы. Мои собственные глаза давно потухли, а я сама потеряла способность полноценно жить. Меня неимоверно бесило его жизнелюбие, сквозящее в каждом слове, каждом взгляде, каждом сообщении!

Но ещё сильнее бесило то, что я не могла и не хотела прекратить наше общение.

Я не успела как следует разозлиться, поскольку передо мной каким-то образом вырос грузовик, и я едва смогла вовремя вывернуть руль, чтобы не поцеловать автомобильный кузов, а после – асфальт.

Так, мне стоило сосредоточиться на дороге, а то, не ровён час, в аварию попаду, и тогда вечерние покатушки накроются грузовиком.

Отъехав на приличное расстояние от дома, я немного сбавила скорость, решив, что не следовало так расточительно тратить бензин. Конечно, заправиться перед гонкой нужно будет обязательно, но денег с собой имелось не так уж много. С некоторых пор родители урезали мне недельную сумму на карманные расходы, а я и не жаловалась. Подумаешь, какие-то деньги, пусть подавятся.

Мысленно прикинув, что неподалёку от необходимого мне бара находился небольшой парк, в котором, однако, люди гуляли чрезвычайно редко из-за близости не особо дружелюбных байкеров, я решительно направилась в ту сторону. Помимо экономии бензина перед гонками, не стоило утомлять себя ездой, поэтому ничего не случится, если я какое-то время спокойно посижу на лавочке, слушая музыку в наушниках.

Я ещё никогда не участвовала в такого рода мероприятиях, и уж тем более не общалась с байкерами, которых видела-то лишь в фильмах, где они изображены обычно угрожающе-опасными, бородатыми и в кожаных куртках. Не стану скрывать, мне чертовски любопытно, какими же они окажутся в реальной жизни. Но моя внутренняя трусиха опасалась: вдруг что-то пойдёт не так?

Старательно не думая обо всех возможных «вдруг», я заехала в парк и медленно приблизилась к лавочке, скрытой от любопытных глаз, которых, впрочем, пока вообще не наблюдалось. Припарковав байк прямо напротив скамьи, я поставила его на подножку, а сама присела отдохнуть. Так как на город уже опускались сумерки, я решила достать из поясной сумки айфон и посмотреть время. Было уже начало восьмого. Всё-таки минуты пролетали незаметно, когда я наслаждалась ездой, встречным ветром и адреналином в крови.

Как только я сунула эирподсы в уши, мобильный завибрировал, оповещая о новом сообщении.

Кира:

Ты не поверишь, что мне подарил Костя!

Роза:

Венерический букет?

Кира:

О.о Ужасная шутка, Рози!

Роза:

Прости-прости, случайно вырвалось :3 Ну так что же великий Константин подарил тебе?

Кира:

Коллекционное издание книги «Красавица и Чудовище» от Дисней, оформленное студией MinaLima! Ты представляешь, как её сложно найти?!

Роза:

Ого! Парень-то не безнадёжен. Безмерно рада за тебя, поздравляю.

Кира:

Самое интересное то, что я ему не говорила, что это моя любимая сказка и мультик детства. Интересно, откуда он узнал?

Роза:

Может, он твой сталкер?

Кира:

Что ж, даже если это так, я от такого сталкера не откажусь, хи-хи

Роза:

Ты уже дома или ещё с ним гуляешь?

Кира:

Дома, конечно. Руслан не в курсе, что у меня намечаются отношения, а если бы я вернулась домой позже обычного, он бы точно что-то заподозрил и начал расспросы. А врать я не умею, ты же знаешь. Но и говорить ему о Косте пока не хочу.

Роза:

Почему?

Кира:

Не знаю… У нас вроде бы всё идёт к серьёзным отношениям, и в целом всё понятно, но мне как-то страшно говорить об этом кому-то из семьи. Вдруг они посчитают, что Костя для меня плохой вариант, и заставят отказаться от него?

Роза:

Так ты не отказывайся. Это твоя жизнь и только твой выбор.

Кира:

Хотела бы я быть такой же смелой и сильной, как ты.

Роза:

Тебе это не нужно. Ты прекрасна такая, какая ты есть. Ты особенная, Кира, и Костя будет самым отбитым долбоёбом, если не поймёт этого и не станет тебя ценить.

Кира:

Спасибо тебе. За всё. За то, что ты со мной, за то, что всегда на моей стороне. За то, что с тобой я могу быть самой разной и при этом знать, что меня примут любой.

Роза:

Это тебе спасибо, что не отвернулась от меня. Знаю, я порой колючая и невозможная, но помни, ты самый близкий и дорогой для меня человек.

Кира:

Люблю тебя :3

К сожалению, у меня имелись проблемы с выражением подобных чувств, поэтому я предпочла просто поставить на это сообщение реакцию-сердечко.

Я собиралась уже убрать айфон обратно в «бананку», но мне вновь написали – на этот раз Фролов-старший.

Руслан:

Как твой день? Чем занимаешься?

Роза:

Просто замечательно. Прилежно отсидела занятия в школе и теперь так же прилежно учу уроки С:

Руслан:

Чувствую подвох. Ты и прилежно – слова-антонимы хД

Роза:

Больно умный? ^•^

Руслан:

Ты меня сейчас мысленно на хуй послала?

Роза:

Именно. Как понял? Ты что, ещё и телепат?

Руслан:

Заметил тенденцию, что когда ты отвечаешь со смайлом «^•^», на самом деле ты далеко не мила. Это как некоторые желают смерти с улыбкой на лице, так и ты грубо посылаешь с милым смайлом.

Роза:

Тебе бы с твоей внимательностью и дедукцией в Шерлоки Холмсы подаваться, а не адвокатом быть.

Руслан:

Адвокатское дело мне нравится больше. Так, а если серьёзно, чем занимаешься?

Роза:

Чем-то, что тебя не касается С:

Руслан:

На свидании, что ли?

Роза:

Пхахаххахаа, а ты смешной.

Я и в самом деле засмеялась в голос, правда, смех казался больше истеричным, чем весёлым. Надо же было придумать такую нелепицу. Да меня под дулом пистолета теперь на свидание не затащишь.

Руслан:

Почему? По-моему, в этом не было бы ничего удивительного. Ты красивая, наверняка интересуешь многих парней.

От предположения, что я интересую парней, тело пронзило леденящим душу холодом.

Роза:

Искренне надеюсь, что нет. Нет ничего хуже, чем интерес парней. И вообще, я думала, что Кира просветила тебя в том маленьком нюансе, что я не верю в любовь, не хочу её и планирую встретить старость с кошками :)

Руслан:

Нет, не просветила. Что сделало тебя такой категоричной? Или правильнее спросить – кто?

Роза:

Опять совершаешь всё те же ошибки, дорогой Руслан. Суёшь свой нос, куда не просят. Ай-яй-яй, избавляйся от этой дурной привычки. Мне пора.

Руслан:

Куда?

Это сообщение уже осталось без ответа, так как я решила благоразумно отключить телефон, чтобы, когда родители спохватятся, что меня долго нет дома, не отвлекали назойливыми звонками. И, собственно, только сейчас я осознала, что никакой музыки в ближайшие часы мне не видать.

За переписками незаметно стемнело, и пришла пора ехать заправлять полный бак. Затем я ещё немного скоротала время, ездя по переулочкам и более-менее безлюдным улицам. Лишь когда взошла полная луна, я интуитивно поняла, что пора двигаться в сторону бара. Сделав пару глубоких вдохов-выдохов, я старательно засунула все страхи и опасения куда подальше, после чего рванула в необходимом направлении.

Первое, что хотелось бы отметить, в большинстве своём байкеры выглядели если не так, как в фильмах, то очень схоже. Правда, борода присутствовала не у всех, но её отсутствие никак не влияло на первое впечатление о здешних людях и не делало их милыми и пушистыми. Второе, что бросилось мне в глаза, – я была единственной девушкой, находившейся здесь, и это, несомненно, немного пугало.

Ладно, сильно пугало.

Именно поэтому я не торопилась снимать шлем, мужественно держась под пристальными, любопытными взглядами, перебегающими с меня на байк и обратно. В этой, как и, пожалуй, в каждой компании, был тот, кто всем и всеми рулил, главный. И я безошибочно ощутила, что моё шаткое положение в этом месте зависело только от него.

– У нас новенькие? – произнёс байкер, внешне старше всех остальных, с длинной густой бородой и в одной кожаной жилетке.

Как ему не холодно гонять в таком виде?

Мысленно надавав пинков за то, что думала совершенно о ненужной мне информации, я попыталась уличить в его голосе насмешку, издёвку или хоть что-то такое, что могло дать знак: «Пора валить отсюда». Какой бы отчаянной я ни была, инстинкт самосохранения у меня развит предельно хорошо, и моменты опасности я игнорировала, только если не присутствовал явный риск для жизни.

– Не бойся, мы своих не обижаем. А каждый, кто любит байки и скорость больше чем что-либо, уже наш брат. Ну, или сестра. Так что, девочка, будем знакомиться? – улыбнулся мужчина, явно осторожно подбирая слова, видимо, чтобы не спугнуть.

Шестое чувство тут же подсказало, что этот человек надёжный и, если он дал слово, что меня не обидят, значит, так оно и будет. Помедлив, я всё же сняла шлем и тряхнула головой, чтобы волосы перестали лезть в глаза. С непроницаемым выражением лица ещё раз обвела взглядом всех собравшихся перед баром, невольно заметив, что некоторые из них держали в руках бокалы с пивом. Неужели они собирались гонять в нетрезвом состоянии?

– А чего ты ожидала от байкеров?

Верно, чего я ожидала? Что здесь соберутся со всей округи законопослушные граждане, чтобы в шахматы поиграть? Но чей-то свист не дал мне довести рассуждение до логического завершения.

– А разве такие куколки не стараются объезжать это место за несколько километров, чтобы не нарваться на неприятности? – с лёгкой насмешкой произнёс весьма молодой байкер из толпы.

Я сразу же нашла его глазами, посчитав, что потенциальную угрозу необходимо знать в лицо.

– Заткнись, Тим. Не видишь, что она и так напряжена? Слушайте, парни, не вздумайте её обидеть, головой отвечаете, – без тени юмора предупредил главарь и, подмигнув мне, вернулся в бар.

Следом за ним пошли все остальные. Интересно, почему он так бросился защищать меня? Мы же совершенно друг друга не знали, и он не был обязан это делать.

– Как тебя зовут-то? – спросил он, когда я, сжав руки в кулаки до такой степени, что кожаные перчатки без пальцев жалобно заскрипели, зашла в заведение, насквозь пропахшее пивом и сушёной рыбой.

– Роза, – ответила, садясь за стойку бара возле него. – Почему Вы защищаете меня? – всё-таки задала волнующий вопрос.

– Очень приятно, Роза. Меня зовут Борис, но все свои называют меня Боб. А почему защищаю… – в серо-зелёных глазах промелькнула грусть, которую мужчина старательно попытался спрятать. – Ты мне напоминаешь мою дочь. То же упрямство, жажда скорости и приключений. Мне бы не хотелось, чтобы её кто-то обидел, поэтому не позволю, чтобы обидели тебя. Возможно, хоть так моя карма немного очистится… Знаешь, я её давно не видел. Моя бывшая жена запрещает мне и близко к ней подходить. Считает неуравновешенным психом, подающим ей плохой пример. Кто знает, может, так оно и есть, – задумчиво проговорил он, смотря не на меня, а будто сквозь.