Ничего лишнего, БОСС

Кроме них передо мной поставили тарелочку с лимоном и низкий кувшинчик с широким горлом. Видя моё замешательство, официантка спросила, – вы желаете самостоятельно поливать устриц соусом или я могу это сделать для вас?

– Да, будьте любезны, приправьте блюдо сами.

Официантка положила на отдельную тарелку пару устриц и полила их из кувшинчика. Соус распределила равномерно, и девушка отступила от стола.

– Свободны, – рявкнул Скобелев.

Официантка ретировалась. Я успела послать ей благодарный взгляд и склонилась над тарелкой. Желудок тоскливо заурчал.

Я уже сто раз пожалела, что не взяла что-то простое и знакомое. Но под насмешливым взглядом Скобелева сдаваться не собиралась.

Он есть не торопился. Сложив руки на груди, наблюдал за моими действиями. Готовился насладиться шоу под названием «Мила знатно облажалась».

Я приготовилась к бою.

Придвинула тарелочку с политыми соусом створками. В одну руку взяла бокал с мохито, в другую устрицу. Аккуратно наклонила панцирь моллюска, и в мой рот перетекла холодная студенистая субстанция.

И вот тут началось самое главное. Я не люблю холодец. То, что сейчас заполнило мой рот, было на него похоже. Выплюнуть устрицу и доставить удовольствие Скобелеву я не могла, поэтому начала жевать.

Босс наслаждался. На его лице читалось такое превосходство, что хотелось высыпать устриц ему прямо на голову и полить сверху соусом. Но я не хотела профукать преимущество от изящного заказа.

Соус был вкусным, а остальное – ужасным. Напрягая челюсти, я кое-как прожевала устрицу и проглотила. Победно улыбнулась Скобелеву, но он не поверил в мою игру.

– Понравилось?

– Очень!

Запивая устрицу мятным напитком, я судорожно соображала, что же мне делать дальше. Босс откинулся на спинку кресла, желая насладиться шоу в полной мере.

– Продолжайте, Милочка. Угощайтесь деликатесом.

Он искренне пытался сдержать улыбку, но безуспешно. Теперь Скобелев напоминал мне змия-искусителя. Привлекательный и могущественный. И циничный.

Но я тоже не собиралась сдаваться на милость победителя.

– Вы тоже ешьте. Борщ остывает. А то потом предъявите мне, что не дала нормально поесть, оставила голодным.

Его взгляд потемнел. Скобелев осмотрел ворот моей рубашки, скользнул ниже.

– Не голодным, а оголодавшим. Но, да, ещё предъявлю, и неоднократно. А пока ешь, ты это очень живописно делаешь. Очень искренне. Интересно, такая неспособность качественно врать – местная особенность, или личный изъян? А? Хотя, узнаю позже. Сюрпризом будет. А пока – ешь, что заказала. Уплачено!

Он кивнул мне на тарелку с устрицей, и я приуныла. Их 12. Я съела только одну, и то на силе воли. Надо бы ещё парочку в себя затолкать и хлеба попросить, чтобы дотянуть до вечера.

Скобелев придвинулся к столу. Словно хотел получше рассмотреть моё фиаско. Я взяла в руку следующую створку. Делая вид, что любуюсь потёками соуса, тянула время.

– Комплимент от заведения. – Официантка поставила рядом со мной круглую, похожую на перевёрнутую шляпу, тарелку. – По пятницам к мидиям у нас подаётся луковый суп и брускетты со сливочным соусом. – Она придвинула ко мне блюдце с тремя бутербродами, намазанными чем-то кремообразным.

– Спасибо! – искренне поблагодарила я.

Официантка едва заметно улыбнулась.

– Что-то ещё желаете?

– Чтобы вы не лезли в наш разговор, – буркнул Скобелев. – Свободны.

Девушка буквально испарилась, едва успев хитро на меня глянуть. Я ликовала! Придвинула к себе суп. Попробовала бульон. Он был великолепен! Теперь я знала, что делать.

Быстро опрокинув устрицу в рот, я начала её жевать. Когда желеобразная субстанция стала невыносимо противной, добавила ложку супа. Стало вкусно! Проглотила без отвращения.

Ехидно улыбнувшись, я положила на тарелку следующую пару устриц.

– Не надо. – Скобелев понял, что проиграл. – Можете себя не насиловать, если не понравилось. Устрицы – достаточно специфическое блюдо. Люди делятся на тех, кто любит их до умопомрачения, и остальных, которые не переносят. Вы относитесь явно к последним. Не переводите продукт. Хотя, – его взгляд снова стал лукавым, – я бы мог полюбоваться на то, сколько штук вы в себя сможете впихнуть с супом и бутербродами. Но не буду. Засчитайте мне этот поступок в великодушие, а то смотрите, как на монстра.

В его глазах проскользнуло что-то человеческое. Словно огромный зверь встал на задние лапы, на секунду оголив мягкое, не защищённое клыками и когтями брюшко. И я сразу захотела сделать для него что-то хорошее.

– А вы любите устриц? – спросила тихонько.

Теперь улыбка Скобелева стала мягкой, почти растерянной.

– Обожаю! Но даже не додумался посмотреть их в меню.

– Тогда предлагаю меняться. Забирайте оставшиеся 10 штук в обмен на кусочек вашего стейка.

Сказав это, я замерла. Провоцировать нового начальника не хотела. Да и как он отнесётся к покушению на его стейк? Но босс резко наклонился вперёд и поменял местами блюда с устрицами и мясом.

– И лимон передайте, а соус можете оставить себе. Без него вкуснее.

Скривившись, я выполнила просьбу. Скобелев выдавливал в створку лимонный сок и потом с наслаждением ел. Даже глаза прикрыл от удовольствия.

Он делал это с таким наслаждением, что я залюбовалась. В момент, когда моллюск попадал в его рот, босс прикрывал глаза. Мне казалось, что он мурлычет от удовольствия.

Если бы устриц надо было бы рекламировать, то сняв, как их ест Скобелев, можно было бы рвануть продажи на много лет вперёд. Это было очень чувственно.

Его сильные руки, красивое мужское лицо.

И губы. Касание которых хотелось почувствовать немедленно.

От этих мыслей у меня снова загорелись щёки, а между ног разлилось приятное тепло. Во рту пересохло, и я потянулась за мохито, облизнув губы.