Его наваждение

ПРОЛОГ

«У меня последняя пара. Ты сможешь забрать меня из универа?»

Забравшись на самую галерку, я отправила сообщение лучшему другу Костику, правда, абсолютно не рассчитывая на положительный ответ, но так хотелось, чтобы в его плотном графике продвинутого «геймпрограммера» нашлось хотя бы полчасика на свою давнюю подругу. Клацнула по «самолетику», отправила мольбу и полезла в рюкзак за письменными принадлежностями. Да, в современном высших учебных заведениях студенты все еще пользовались такими атавизмами канцелярии, как тетрадь, ручка, карандаш…

В ожидании начала занятия открыла скетчбук, вынула из пачки черный маркет и принялась рисовать то, что настырно формировалось в моем воображении все предыдущие пары: милого малыша пингвиненка с большими грустными глазами. Погрузившись в отрисовку птенчика, так похожего на мою новорожденную племянницу Дашульку, не заметила, как гул студенческих голосов резко стих, а воздух в аудитории словно застыл. Подняла голову, окинув расфокусированным взглядом примолкшую молодежь, и нахмурилась: Уж очень плотоядно Ляна – королева потока – смотрела в сторону преподавательской кафедры. Такого взгляда удостаивались только красавчика старшекурсники, и уж точно только мужского пола.

У нас пара по праву, и если моя память, работавшая в штатном режиме, не решила вдруг схалявить, то преподавать данный предмет должна Марья Филипповна – упитанная дама преклонных лет. А судя по отвисшей челюсти и почти стекающей на парту слюне у все той же Ляны, то либо Мария Филипповна кардинально изменила внешность и явилась на пару почти в неглиже, либо…

Я медленно повернула голову и еле сдержалась от громкого, о-о-о-очень громкого и очень нецензурного выражения. Взгляд поплыл, ладонь так крепко сжала маркер, что тонкий пластиковый корпус, хрустнув, дал трещину, а зубной скрежет, наверное, слышен был на всю аудиторию.

Вот какого хрена, а?! Я же специально за неделю до начала учебного года перевелась в другой университет и даже специальность немного подкорректировала, только чтобы быть подальше от НЕГО!

Но у судьбы, очевидно, абсолютно другие планы на этот счет.

Втянула голову в плечи и спряталась за широкой спиной впереди сидящего однокурсника. Даже вздохнуть боялась: вдруг получится громко, и я выдам себя с потрохами.

Мне бы пару отсидеть и…

– Добрый день! – разнесся по аудитории знакомый мужской голос с легкой хрипотцой.

– Кому добрый, а кому-то и не очень, – пробубнила я в ответ на приветливое обращение, уткнувшись в парту носом. – Глаза бы мои вас не видели!

– Даниил Валерьевич Громов, – продолжил он знакомство с аудиторией, прогуливаясь взглядом по притихшим студентам. – В этом семестре мы будем с вами встречаться три раза в неделю…

– А в следующем? – протяжно и с придыханием вступила с ним в диалог Ляна. – В следующем семестре вы нас бросите?

Я не видела ее лица, но отчетливо представила, как та надувает свои и без того пухлые губы и хлопает опахалами наращенных ресниц, разгоняя потоки воздуха. Повела плечами и сморщила нос от приторности ее поведения и необъяснимого раздражения, пробежавшегося вдоль позвоночника потоком обжигающей лавы.

– А следующий семестр пока под вопросом, – улыбнулся он одними уголками губ; глаза же так и остались профессионально придирчивыми.

По аудитории пронеслась волна расстроенных женских вздохов, я же в душе возликовала, что каторга не столь продолжительна. Хотя и эти четыре с небольшим месяца предстояло как-то выжить, а если учесть, что я…

– Велика вероятность, что после зимней сессии мы будем видеться чаще, – закончил он.

И теперь протяжный стон недовольства сорвался уже с моих губ.

– Что-то не так?

Приподняла голову, надеясь, что это не меня спрашивают, и вообще я тут отлично замаскировалась, и меня до конца пары так никто и не заметит. Зря…

– А вам, юная леди, и этого мало? – «Мой кошмарный сон», чуть склонив голову к левому плечу, подпер бедрами край стола и смотрел прямо на меня, словно вгрызаясь в душу и дальше, в самое нутро.

Жег взглядом, сканируя. Я поежилась под этими рентгеновскими лучами и, стараясь казаться безразличной, пожала плечами. Закрыла скетчбук, убрала его в рюкзак и демонстративно достала из него телефон. Разблокировав, отправила Костику еще одно сообщение, но уже с обещанием всех кар небесных, если через час с небольшим он не будет ждать меня на парковке перед центральным входом.

– Вы наигрались, Бекетова? – Насмешливый тон и моя фамилия из уст преподавателя заставили меня встрепенуться.

– Вполне, – ответила я и, выглянув из-за укрытия, кивнула, растянув наигранно невинную улыбку, – можете продолжать, я вам не помешаю.

– Спасибо, – ухмыльнулся и открыл свой ноутбук, глянув мимолетно на меня многозначительным взглядом. – Раз вы теперь свободны от неурочной деятельности, составьте список всех присутствующих на лекции, а по окончании пары предоставьте его мне.

– Угу…

Нехотя вырвала лист из тетради и принялась методично вносить сокурсников, включив при этом на телефоне диктофон – неплохое подспорье, когда не обладаешь возможностями Юлия Цезаря, да и не могла я конспектировать его обучающий монолог. Стоило только прислушаться к тембру преподавательского голоса, как в животе воспаряли бабочки, и сердце бешено срывалось в затяжной полет. Мысли улетали в жаркую ночь на побережье, а разум бунтовал, и я сбивалась с мысли, выводя на полях тетради замысловатые узоры.

Кое-как дождавшись окончания мучений, я одним движением смахнула все с парты в рюкзак, закинула его на плечо и, подхватив злосчастный листок, мастерски смешалась с толпой освободившихся счастливцев. Людской поток бодро понёс меня на выход из аудитории. Проплывая в общем потоке мимо преподавательского стола, спешно шлепнула почти перед носом Даниила Валерьевича, затребованный список.

– Задержитесь на пару минут, – прозвучало мне в спину.

Не просьба, а почти приказ до мурашек по спине.

– Простите, – не поворачиваясь и прикусив губу, выдохнула через вмиг охрипшее горло, – спешу. Меня мой парень ждет.

Еще никогда я так быстро не бегала по коридорам университета. И впервые усиленно молила небеса о везении. Почти врезалась лбом в тяжелые двери центрального входа и, навалившись на них всем телом, кулем вывалилась на улицу. Замерев на мгновение, вдохнула полной грудью воздух и захлебнулась им, словно покинула удушливые застенки каталажки.

Нет! Я не готова к столь частым встречам с этим человеком! Я не хочу!

Встряхнулась, оглядела парковку и, наткнувшись взглядом на знакомый автомобиль, радостно взвизгнула. На душе моментально полегчало, и я помчалась вниз по широкой лестнице. Чудом не растянулась на последней ступеньке, подхваченная заботливыми руками друга.

– Ты должен стать моим парнем! – выпалила я, не дав ему сказать хоть слово. – Срочно! Это вопрос жизни и смерти.

– И в какую авантюру ты меня вновь втягиваешь? – Прищурившись, Костя скептически оглядел меня с ног до головы.

– Ничего противозаконного, обещаю. – В моих глазах отражался максимум невинности и мольбы, в его глазах – недоверие и легкая язвительность.

– Правда-правда, – продолжила склонять его в пользу положительного ответа; закинув руки ему на плечи, скользнула пальцами по коротко остриженному затылку и мило так улыбнулась. – Всего на полгодика. Пожа-а-алуйста!

– Назло ему? – ухмыльнулся Костя, кинув взгляд поверх моей макушки.

Мне не было необходимости разворачиваться, чтобы узнать, кто стоит за моей спиной. Его взгляд прожигал у меня дыру между лопатками, вызывая дрожь в теле и сумбурность мышления. Дыхание сбилось с четкого ритма, и я на мгновение зажмурилась, прогоняя абсолютно не нужные чувства.

– Домогается? – съязвил друг, ехидно улыбнувшись.

– Хуже, – прошептала, приподнявшись на носочках и коснувшись щекой его щеки. – Я от него беременна…

ГЛАВА 1

Немногим ранее…

АРИНА

Лето плавно катилось к закату, беззаботно перевалив за середину, нещадно вымотав народ небывалой жарой и разогнав счастливчиков по пляжным курортам. Вот и я, честно отработав на благо семейного бизнеса почти два месяца в «полях», с воодушевлением упаковывала чемодан в предвкушении отдыха на Средиземноморском побережье.

Телефонный звонок от Ксении прервал мои метания на тему выбора купальника. Швырнув оба в распахнутую пасть пластикового монстра, нажала на клавишу ответа и тут же перевела разговор на громкую связь.

– Ксюнь!  – с добродушным весельем крикнула я. – А лимит по грузоподъемности багажа есть? Или я могу хоть половину квартиры с собой прихватить?

– Риш… – Немного растерянный голос сестры насторожил меня.

Встряхнувшись, скинула с себя игривости и, присев на кровать обратилась вся вслух. Ксения на последних месяцах беременности и на днях посещала врача, как раз для того, чтобы получить экспертное мнение по поводу перелёта к морю на отдых. И если она мне не врала, то никаких противопоказаний не было. Напротив, Марьяна Витальевна обеими руками была «за». Так что же могло случиться и отчего мне стало как-то неспокойно?

– Что стряслось? – как можно спокойнее поинтересовалась я, старательно давя в себе панику.

– Тут такое дело… – ни капельки не развеяв мои переживания, а только их нагнетая, продолжила Ксения. – В общем, мы не летим.

На мгновение, показавшееся мне вечностью, в динамике повисла тишина.

– Прости. Я знаю, как ты ждала этого отдыха, но у Глеба форс-мажор и он никак не может сейчас с нами лететь. А я не полечу без него.

Выдох напряжения прозвучал так громко, что его, кажется, услышал весь дом огромного жилого комплекса, в котором с недавних пор у меня своя квартира-студия на поднебесном тридцатом этаже.

– Заноза! – крикнула так зло и почти обиженно, что на миг задохнулась.

Вот же!.. Я с трудом сдержала брань, рвавшуюся с языка, и расслабленно упала спиной на кровать.

– Риш, – спохватившись, начала успокаивать меня сестра, – это только на недельку. Глеб обещал, что решит все максимально быстро. Сказал даже, что лишит всех премии, если проблемы не будут устранены в кратчайший срок.

Ксю тараторила, а я усмиряла сердцебиение и прощалась с потерянными нервными клетками. Видимо, пришла очередь сестры испытывать меня на прочность.

– Ри-и-и-иш! – неуверенно окликнула меня она. – Ты сильно расстроилась?

– Да нет. – Я вновь уселась, подобрав ноги под себя, и окинула комнату потерянным взглядом. – Просто думаю, стоит ли разбирать чемодан или недельку и так переживу.

– Слу-у-у-у-ушай!  – вновь взволнованно протянула Ксюша, но я уже не реагировала так нервно. – А давай ты одна полетишь! Точно! Отдохнешь в тишине и покое. А когда мы подъедем, ты будешь полна сил и энергии для роли аниматора.

Ее воодушевление заразительно. Улыбнулась, прикинув в голове неплохую перспективу оторваться в полном одиночестве в большом доме на уединенном пляже. А почему бы и нет? Резко сменить шум мегаполиса и вездесущую родню на тишину небольшого безлюдного небольшого острова, омываемого теплыми волнами лазурного моря.

– Эй! Ты там жива? Или в обмороке от радости? – поддев меня, рассмеялась сестрица.

– Я уже почти у двери с собранным чемоданом и готова к вылету! – отшутилась я, поднявшись с кровати и продолжив укомплектовывать свой багаж.

– Ришуль, – извиняющиеся нотки в голосе сестры, – только корпоративный бизнес-джет Глеб еще утром кому-то одолжил так, что…

– Ой! Прекрати! – перервала ее извинения. – За небольшой – пока что – срок твоего и моего «счастливого» родства с семейством Шумских я еще не разучилась организовывать перелеты чартером! – фыркнула я. – Ты, главное, ключи от пустого дома мне не забудь отдать и предупреди экономку.

– Не вопрос, я ей сейчас позвоню и все организую.

– Ну и отлично! Люблю тебя. А теперь не мешай мне. – Хмурясь, я рассматривала гору вещей, что собиралась запихнуть в чемодан. – Я буду инспектировать свой багаж. Все-таки тащить его самой придется.

– Люблю, – ответила сестра и отключилась.

Ксюша перезвонила мне через полчаса, сообщив, что обо всем договорилась, еще раз извинилась и попросила непременно держать ее в курсе всего.

– Будет сделано, «мамочка»! – отсалютовала я и, сбросив вызов, замерла над чемоданом, уперев руку в бок.

Багаж подлежал тщательной ревизии, но это позже. Кивнула своим мыслям и, прихватив ноутбук, забралась на кровать с ногами. Уселась, откинувшись на обтянутую бархатом спинку, скрестила ноги и принялась за поиски удачного по времени, авиаперелета к берегам райского отдыха.

Тасуя даты, кое-как подобрала более удачный рейс. Правда, перелет пришлось отложить на сутки, а мест в бизнес-классе не было вообще. Ну, а что я хотела в сезон отпуском? Тут либо ждать семейство Шумских и лететь с ними и с максимальным комфортом, либо самостоятельно, терпя легкие неудобства, но зато это целых семь дней одинокого отдыха.

Так что чаша весов склонилась ко второму варианту, и я с воодушевлением забронировала и оплатила свой билет. Буквально через пару часов зарегистрировалась на рейс, а утром следующего дня чуть не проспала вылет. Спешно собралась, проигнорировав даже самый легкий вариант макияжа, решив, что я и так хороша. Сунула ноги в удобные сандалии, нацепила соломенную шляпку, идеально гармонирующую с легким льняным сарафаном с пышной юбкой длиной чуть выше колен, взяла плетеную сумочку и огромный чемодан. Окинула беглым взглядом жилые квадратные метры и, громко выдохнув, захлопнула за собою дверь.

Эконом-класс в самолете выбранной мною авиакомпании порадовал приятным общением с добродушными соседями, местом около эвакуационного выхода и милым стюардом, решившим попрать правила и всячески оказывавшим мне знаки внимания.

Место назначения встретило меня адским пеклом и отсутствием вменяемого трансфера до пристани, от которой уже на водном транспорте я все же добралась до конечной точки своего маршрута. Вспоминая все известные мне нецензурные выражения, уставшая и порядком издёрганная, тащила свой чемодан по песчаным тропинкам до домика на берегу. Но тут я сама виновата: отказалась от предложенной на пристани услуги носильщика.

Домиком виллу в два этажа с десятком спален, огромной гостиной, отдельной столовой и просто потрясающей кухней, можно было назвать с большой натяжкой. Я была здесь всего дважды, и всегда с сестрой. Ксюша умело все организовывала, так что я даже не замечала таких мелочей, как, например, дорога от пристани до дома.

«И опять мой косяк, согласна», – увещевала я свою внутреннюю зануду, тыкавшую меня носом в мои же недочеты. Толкнула дверь и с выдохом облегчения, ввалилась в просторную прихожую, дохнувшую на меня прохладой и еще чем-то еле уловимым. Затащила чемодан и, сделав шаг в сторону лестницы, споткнулась о…

Да ну нафиг! Это здесь откуда?!

Если бы я не знала, насколько сильно любит Ксюшку ее муж, точно решила бы, что это Глеб развлекается, устав от семейных будней. Но мой зять: «а» – безумно и бесповоротно влюблен в своею жену, «б» – в данный момент самозабвенно укладывал спать сынишку (я общалась с Ксюней минут пятнадцать назад). Ну, и куча всяких «в», «г» и других пунктов, доказывавших его невиновность.

С легкой брезгливостью и нескрываемым любопытством подцепила носком сандалии нечто, больше смахивавшее на остаток ткани при раскрое полноценной вещи, и целенаправленно отшвырнула его в сторону входной двери, надо бы за порог, а лучше в мусорку. Поодаль валялся второй похожий огрызок, претендовавший на высокое звание одежды, а на ступенях двумя маленькие лужицами расплывалось неглиже из тонкого кружева. Взгляд скользнул дальше и наткнулся на пару предметов явно мужского гардероба.

Весело!

Ухмыльнулась как-то криво, и злость на незваных гостей ярким пламенем вспыхнула внутри. Я чертовски устала! Единственное чего я хотела в данную минуту – это забросить чемодан в первую попавшуюся комнату на втором этаже, скинуть с себя все вплоть до нижнего белья, нацепить любой из десяти купальников, что прихватила с собой, и завалиться на шезлонг около бассейна. Да! Я даже до пляжа не готова была ползти.

А вместо этого я получила что? Бойкую горничную, развлекающуюся со своим бойфрендом в хозяйской спальне?

Офигеть!

– Вау! – то ли испуганно, то ли удивленно прозвучал голос сверху.

Женский голос.

Я подняла голову и от увиденного пришла в еще большее замешательство. На верхней ступени лестницы стояла обнаженная мулатка, нисколечко не стесняясь своего откровенного вида, рассматривала меня и даже как-то похотливо улыбалась.

– Милый, – обратилась она к кому-то на ломаном английском, повернув голову влево, но не спуская при этом с меня глаз, – а я не знала, что тебе меня мало. Но ты знаешь, я не против, если эта милая малышка к нам присоединится.

Чего?! А не охренели ли вы, дорогие товарищи?!

– Что? – переспросила она – видимо, я все же выказала недовольство вслух и на русском.

И только я набрала в легкие воздуха, а в голове перевела отличное интернациональное приветствие на понятный всем язык, как за спиной мулатки выросла внушительная мужская фигура с прокачанным торсом и умопомрачительными татуировками на мускулистых руках.

Офонареть! Картина маслом!

Вот кого я не ожидала здесь увидеть, да еще в таком виде, так это ЕГО!

Злясь на него и на себя, да и на всю ситуацию в целом, старательно прогоняла из головы настойчиво всплывавшие воспоминания того злопамятного вечера, когда, почти в таком же виде он стоял передо мной в пустом, как я тогда думала, доме Глеба…

ГЛАВА 2

АРИНА

Четыре года назад…

– Кость, план «Б» необходимо воплотить в жизнь! – пропустив приветственные речи, я зразу обозначила цель своего телефонного звонка.

– Чего? – непонимающе переспросил друг, явно занятый сейчас чем-то более увлекательным – фоном звучали знакомые звуки компьютерной игры.

– Ты можешь и не помогать, но тогда я поеду сама и явно погорю на взломе, – привела я весомые доводы, давя на его гражданскую ответственность.

– Так, малая, стоп! Медленно, по порядку и без эмоций и шантажа выкладывай, что ты там опять задумала! – строго потребовал друг.

– Блан «Б», – решила напомнить, надеясь на его отличную память программиста-хакера с неплохим стажем, но в трубке была тишина. – Кость, не тупи! – разозлилась я.

– Тебе провала в ночном клубе мало было? – поддел меня он. – Глеб простил тебе твою выходку с подлогом и не сдал в полицию, хотя мог бы. Я бы так и сделал.

– Я не оставлю попытки наказать этого нахала, мнящего себя вершителям судеб! – зло прошипела, никогда не забывая, что именно Глеб Сергеевич Шумский чуть было не разорил небольшую строительную фирму моего отца, а затем пришел с предложением помощи, преследуя свои личные цели. Именно из-за него Ксении пришлось оставить работу юриста в семейном бизнесе и перейти в прямое и личное подчинение к этому му… мужчине.

– Так, тихо! Не кипятись, а то я прямо чувствую, как через телефонную связь на меня пышет жаром твоя разгневанность и безбашенная целеустремленность. Жди, скоро буду.

«Вот и славненько!» – подумала я и, улыбнувшись, подхватила на руки маленького племянника. Максик издал довольный вопль. Я чертовски сильно любила этого щекастого малыша, нянчилась с ним, пока Ксения работала, и тихо злорадствовала, что Глеб до сих пор был в неведении, что является отцом такого замечательного карапуза.

– И поделом ему! Не заслужил!

Флешка со сфабрикованным компроматом грела мою пятую точку, лежа в заднем кармане коротких шорт. Мы стояли в лифте, пытаясь разблокировать двери, открывавшиеся сразу в пентхаус Шумского.

– Он точно не застукает нас? – переспросил Костя, колдуя над какой-то электронной панелью. – Точно, – опровергла я его опасения, – Ксения звонила, у них там какой-то аврал в офисе, до утра все пашут на благо «любимой» фирмы, подготавливая какие-то важные документы.

– Угу, – кивнул он, поколдовал еще немного над замысловатым «ключом», но ларчик мы так и не открыли.

А план был, в общем-то, прост: попасть в квартиру, слить на его домашний комп информацию и вирус, который разошлет с его личной почты все это по разным адресам. Загвоздка лишь в проникновении в жилое помещение, и если в засекреченные апартаменты мы не прорвались, то в загородный дом просто обязаны были просочиться.

Из двух имеющихся у Шумского коттеджей выбрали тот, в котором, по отметкам в базе охранной компании, наблюдалась периодическая активность, то есть дом снимали с охраны и ставили обратно, и делал это явно хозяин.

– Ты и его с собой возьмешь? – удивился Костя, указывая на Макса.

– Конечно. Сейчас только автокресло из Ксюхиной машины заберу. А ты предлагаешь мне оставить его в квартире? Я все-таки его тетка и нянька по совместительству. Ну а пока я буду в доме, ты с ним за углом в машине посидишь.

– А после мы поедем и проверим твою голову, – беззлобно пообещал друг, завел свой автомобиль, и мы двинулись в путь.

Он, и правда, всю дорогу честно пытался меня отговорить, но безуспешно. Я клятвенно пообещала, что не выдам его, если вдруг попадусь. А в случае его отказа помогать…

– Нет уж, я лучше прослежу, чтобы ты не вляпалась. – Разумное решение! – Вот я удивляюсь: как ты дожила до своего возраста с такой-то жаждой к приключениям и безбашенности?

– Все благодаря тебе, – улыбнулась своей самой приятной улыбкой, всегда безоговорочно действовавшей на него в качестве «антигневина».

Мы познакомились в первом классе, точнее, это я была первоклашкой, а Костя отбывал школьную каторгу уже пятый год. Он спас мою вездесущую задницу от гнева своих одноклассников, когда я вдруг решила наказать тех за неуважение к младшим. Вот убейте меня, я не вспомню, что я тогда учудила, но точно помню злобные взгляды надвигавшихся на меня мальчишек и Костю – моего супермена и героя спасителя. Так и повелось: я во что-то влипала, а он спасал, а если чудили вместе, то прикрывал и брал все на себя.

– Так, – инспектировал он меня в сотый раз, – как только будешь у входной двери, я на несколько секунд нейтрализую охранную систему, на пульте это будет просто сбоем.

– Кость, я все помню, давай уже сделаем это и поедем домой. Мы через КПП быстрее просочились, а здесь уже пятнадцать минут торчим! – возмущённо прошипела я, обернувшись на уснувшего за время поездки, Максимку.

 На землю плавно опускался тихий летний вечер, принося с собой прохладу и умиротворение. Сизые сумерки бережно укутали землю, и все вокруг медленно погружалось в дремоту, а я, словно шпион, почти на цыпочках кралась по широкому холлу коттеджа к лестнице на второй этаж, уже пробежавшись по первому в поисках кабинета.

Посторонний шорох привлек моё внимание, и я замерла перепуганной мышью, увидев выходящего из комнаты мужчину. Взгляд задержался на его обнаженном торсе, медленно скользя вслед за каплями воды, и споткнулся о…

Разве это прилично – ходить по чужому дому полностью обнаженным?

– Это мой дом. – Сиплый голос оборвал мои визуальные исследования на самом интересном месте. – А вот какого черта ты здесь забыла, как попала, и вообще кто такая?!

– Я? – Язык прилип к небу, во рту пересохло, и даже этот единственный произнесенный мною звук оцарапал горло.

Это испуг? Нет. Определенно, нет! Внутри меня зарождались эмоции иного плана, пробегая легкой дрожью вдоль позвоночника и лишая способности мыслить здраво.

Этот Аполлон в костюме Адама до падения рая действовал на женское либидо не хуже убойной дозы афродизиака. Знал об этом и бесстыдно пользовался. Сволочь этакая!

– Ты! – подбоченившись и нисколько не смущаясь своего внешнего вида, продолжил он допрос.

Ответить я не успела: раздался громкий хлопок раскрывшейся входной двери, и парни в камуфляже, брониках и берцах с огнестрельным оружием наперевес в один голос зычно и до жути страшно, но почти вежливо, «предложили» нам прилечь лицом в пол, руки за голову!

Вот тут меня пробрал дикий смех, до слез и колик в животе. То ли от испуга, то ли от прифигевшего выражения на лице красавчика, резко прикрывшего ладонями свое причинное место, но настойчиво продолжавшего допытываться, теперь уже у парней: «Какого хрена здесь вообще происходит?!»

Суровые мужики в форме не любители болтать. Нас все же аккуратно скрутили и бережно затолкали в микроавтобус с затонированными стеклами, благо, «нудисту» разрешили надеть штаны и футболку. Уже в машине по дороге в полицейский участок шок отступил, уступая место жуткому страху и панике. Меня начало колотить, и в глазах на мгновение все потемнело.

– Отпустите меня! – взмолилась я, глядя на одного из сопровождавших, как-то интуитивно вычислив, что он старший в этой команде «маски-шоу».