Последняя ведьма Ксенай

Кайтон заметно напрягся после брошенных мной слов, но постарался держать себя в руках.

– Что было потом? – сухо уточнил он, следя за мной.

– А потом мы купались в океане и целовались без устали, – выпалила я, все больше злясь на его равнодушную маску на лице. Непробиваемый каратель, чтоб его!

– Когда вы расстались? – продолжал Кайтон, так же спокойно и совершенно игнорируя мой язвительный тон.

Я закатила глаза и с силой втянула воздух. Нужно успокоиться. Он бесит меня одним своим видом, распаляя моё воображение, которое безжалостно рисует мне образ карателя в объятиях другой! Сидит тут, как истукан, без эмоций и чувств.

– Мы расстались на рассвете, – выдохнув, проговорила я устало, – я осталась на пляже, а он ушел.

– Почему? – уточнил Кайтон, прищуриваясь. – Вы поругались?

– Нет, вовсе нет, просто я сказала, что хочу побыть одна и не хочу, чтобы нас видели вместе.

Искусно врать мне не составляло труда, я занималась этим всю жизнь, поэтому научилась сама верить тому, что говорю, и выходило вполне правдоподобно. Правда, сейчас мне было неприятно это делать – обманывать Кайтона не хотелось.

– Ясно, – наконец, сказал он, – что ж, у меня больше нет вопросов.

Каратель встал с кровати и, развернувшись, собирался уже выйти, но внезапно остановился и, посмотрев на меня вполоборота, задал последний вопрос.

– Надеюсь, он не причинил тебе боли?

Когда Кайтон произносил это, в его голосе что-то дрогнуло, и отозвалось в моем сердце болезненным стуком.

– Нет, – ответила тихо, не зная, как реагировать. Значит, он все-таки поверил в то, что у меня был секс? Ну что ж, пусть думает, так даже лучше.

Каратель кивнул мне и вышел из комнаты, оставляя меня в полном смятении.

Я опустила голову на руки, запуская пальцы в волосы. Этот разговор дался не просто, но избежать его было невозможно, но и сказать правду я тоже не могла. На чаше весов стояли любимые мужчины: брат и Кайтон – и оба были мне нужны. Я не могла предать одного ради другого. Вот я влипла! Теперь Кайтон уверен, что я спала с мужчиной, и еще больше отгородится от меня, спрячется за панцирем отчуждённости. И зачем я ляпнула это, могла же просто сказать, что гуляли! Но меня так взбесил его равнодушный тон, что захотелось сделать больно, достать до сердца. Теперь уже ничего не изменить. Главное, брата спрятала, а то, что я не убийца, каратель понял.

– И когда он успел стать для меня любимым мужчиной? – задала сама себе вопрос вслух, удивляясь такому определению.

Да Айриз ко мне и то нежнее относится, чем этот бесчувственный мужчина! А может, все, что произошло, к лучшему? Все равно у нас с карателем будущего нет.

Дождь зарядил не на шутку, а порывы ветра стали сильнее. Я встала и закрыла окно. На полу уже образовалась лужа воды. И чего так погода разошлась, вроде с утра было ясное небо?

Подойдя ближе к окну, выглянула вниз, охнув. Да отсюда только птица могла улететь!

Никаких ветвей рядом или лиан. Только гладкий ствол дерева и высота трехэтажного дома. Грустно вздохнув, огляделась: в комнате стояла узкая кровать, больше похожая на широкую скамью, круглый небольшой столик и пуф, обитый тканью.

«Вот и все убранство, дешево и сердито, – подумала я, ухмыляясь, – впрочем, мне не привыкать». Вернувшись на кровать, поняла, что очень устала, ведь мы не спали почти сутки. А сколько всего произошло! Я успела поцеловаться с Айризом, потом воспылать страстью к Кайтону. Побывала на ритуале зачатия и поприсутствовала на оргии. И наконец нашла своего брата и даже смогла спасти его от карателя.

Да, денек выдался насыщенным и бурным. Столько эмоций, столько переживаний! Зевнув, разлеглась на жесткой кровати, закрыв глаза, и моментально провалилась в сон.

Глава 20

Проснулась в холодном поту. Меня мучили жуткие кошмары, от которых я металась по подушке, слово ища спасения. Убегая от очередного монстра и крича, я подскочила и села на кровати, спросонья не понимая, где нахожусь. Сознание возвращалось медленно, распалённое пережитым ужасом. Наконец осознав, что сижу на кровати в комнате, я перевела дыхание и потерла ладонями лицо, прогоняя остатки сна. Взглянув в окно, охнула: солнце клонилось к закату.

«Так это я весь день проспала, что ли?», – подумала удивленно. Прислушалась к себе, вроде силы восстановились, но тугой комок так и остался в груди, нудно пульсируя.

– Интересно, а тут кормить вообще не принято? – вслух спросила сама себя, вставая с кровати и подходя к окну.

Гроза закончилась, и небо вновь было чистым и безоблачным. Увидела, что внизу идут какие-то приготовления возле статуи богини Шайту.

Неужели сегодня продолжение праздника будет? Странные все-таки женщины живут на этом острове.

Дверь скрипнула, и я инстинктивно повернулась на звук. В комнату вошла девушка с подносом, пройдя к столу, опустила на него поднос и, повернувшись ко мне, сказала:

– Ты должна поесть перед судом, я вернусь за тобой через полчаса.

Я уставилась на неё непонимающе.

– Перед судом, – переспросила я, – каким судом?

Она пожала равнодушно плечами.

– За убийство раба, – ответила она и вышла из комнаты, оставляя меня ошарашенно смотреть вслед.

Как так? Неужели Кайтон не сказал, что я не убийца? Или наставница не захотела его слушать и решила все-таки казнить меня, но ведь так нельзя. Я не виновата в убийстве!

Машинально прошла к столу и села, придвигая еду ближе. Пахло очень даже вкусно, и мой желудок заурчал, требуя пищи. Взяв ложку, зачерпнула содержимое тарелки и отправила в рот. «Кормят вкусно, как перед смертью», – промелькнула мысль, и я хмыкнула ей. Не знаю, почему, но сильного страха не испытывала. Да, были волнение и обида за то, что мне не верили, но я не боялась.

Я была уверена, что Кайтон не допустит моей смерти, ну, или капитан вступится. В конечном итоге, наколдую сама что-нибудь и сбегу. Куда, правда, не знала еще, но по ходу придумаю. Решив так и успокоив саму себя, я поела и довольно отвалилась на спинку стула. Осталось дождаться суда, вот и подожду.

Через полчаса за мной вернулась девушка. Она подошла ко мне и приказала:

– Вытяни руки.

Удивленно воззрилась на неё.

– Зачем?

– Вытяни руки, или я применю силу, – повторила она с нажимом.

Я послушно протянула к ней руки, следя, как она надевает на запястья кожаные наручники.

– Вставай, нам пора идти, – скомандовала и дернула за ремешок, что соединял ремни на запястьях.

Я подскочила со стула от силы рывка и больно приложилась о край стола.

– Вот зараза, – выругалась сквозь зубы.

Девушка приподняла одну бровь удивленно.

– Это ты мне? – ехидно спросила она.

– Если так хочешь… – процедила ей зло.

– Идем, наставница не любит ждать, – и потянула меня на выход. Ничего не оставалось, как следовать за ней.

Мы вышли на поляну, где приготовления уже были завершены. Возле статуи богини стоял красный пуф, на котором гордо восседала Кесея с бесстрастной маской на лице, хотя глаза, обращенные на меня, горели ненавистью.

«Что я ей сделала, за что она так меня ненавидит?», – в который раз подумала я.

Напротив неё сидели остальные воительницы, как зрители в театре перед сценой. «Сейчас будет спектакль», – ухмыльнулась я. Кайтон был там же, внимательно следя за мной. Он хмурил брови, а его проницательный взгляд говорил о решительности. Значит, он намерен меня защищать, что бы ни случилось. Эта новость придала мне спокойствия.

Оглядев всех, не нашла Айриза среди толпы. Неужели он удрал на корабль, боясь гнева воительниц? Да нет, не верю! На него это не похоже, скорей, он должен был сидеть в первом ряду и с упоением наблюдать за казнью.

Меня вывели в центр и поставили лицом к Кесее. Она состроила гримасу отвращения, будто я чудовище. Это меня задело. Гордо расправив плечи и приняв непринуждённую позу, широко улыбнулась ей, делая вид, что меня все это забавляет. Наставница, поняв мой настрой, ехидно улыбнулась.

– Итак, мы собрались здесь для свершения справедливости, – проговорила она, обращаясь к толпе и игнорируя меня. – По закону острова, карать раба могу только я и никто более.

Сзади меня загудели согласные голоса девушек, поддерживая свою предводительницу.

– Эта девушка, гостья нашего острова, – и она указала на меня пальцем с острым длинным ногтем ярко алого цвета, как кровь, – мало того, что увела моего раба далеко от лагеря и воспользовалась им, так еще и убила, спрятав тело!

Сзади опять послышался гул голосов и выкрики: «виновна». Я машинально обернулась, ища тех, кто так яро желал моей смерти, но они сразу смолкли.

– Может, кто-то хочет выступить в защиту убийцы? – спросила Кесея собравшихся, обводя их взглядом.

– Я хочу, – услышала знакомый баритон Кайтона.

– Кайтон, ты не можешь защищать её, ты слишком расположен к этой девушке.

– Я имею право на защиту, потому что я – каратель и не могу быть привязан к кому-то. Ты это прекрасно знаешь, Кесея.

– Хорошо, – сдалась она, приглашая его рукой выйти.

Кайтон встал рядом со мной. Его вид сейчас действительно напоминал карателя при исполнении. Руки заложены назад, плечи прямые и расправленные, ноги на ширине плеч для устойчивости. Взгляд, пристальный и суровый, устремился на наставницу. Ей явно было не по себе от этого, и она передернула плечами.

– Говори, каратель, тебе слово, – сказала Кесея и села на пуф, прямая, как струна.

– Как вы знаете, я могу видеть душу, – начал говорить Кайтон и повернулся, обращаясь к девушкам. – Так вот, я посмотрел Демиору и заявляю, убийства на ней нет.

– Тогда, может, ты скажешь нам, где раб? – ехидно спросила его Кесея.

Он обернулся к ней, оставаясь совершенно спокойным.

– Он исчез с острова, я не чувствую его, – ответил наставнице каратель.

– Но ты же прекрасно знаешь, что это невозможно! – воскликнула Кесея, вскакивая. – Никто не может покинуть остров.

– Да, знаю, – подтвердил каратель, – но я могу точно сказать, что раб жив, но на острове его нет.

Это заявление вызвало волну возмущения и споров. Одни твердили, что, возможно, ему удалось уплыть, другие твердили, что это нереально. Наставница подняла руку вверх, призывая всех к тишине.

– Я услышала тебя, каратель, но все твои доводы не освобождают эту девицу от ответственности. Она забрала моего раба и потеряла его. Воровство налицо!

Кайтон хотел возразить, но Кесея остановила его жестом.

– Ты сказал свое слово, теперь давай выслушаем саму виновную, – и она указала на меня. – Демиора, тебе есть что сказать в свою защиту?

Я замялась, не понимая, что должна сказать, вроде Кайтон уже все объяснил. Собравшись, наконец произнесла.

– Я не виновата, – прозвучало это банально и вызвало лишь улыбки на лицах присутствующих.

– Это все, что ты хотела нам сказать? – злорадно переспросила наставница.

Я начала закипать, как обычно бывало со мной, стоило кому-то посмеяться.

– Нет, не все, – выпалила воинственно, вскинув подбородок, – ваш раб сам пошёл со мной, и его отпустила одна из ваших девушек. Так что кража имущества отпадает! А куда он делся, мне безразлично, я не обязана была следить за ним. Ваш раб, вы и следите! Еще будут обвинения?

Кесея гневно смотрела на меня, плотно сжав губы. Моя речь явно не пришлась ей по душе. А я так же нагло улыбалась в ответ, провоцируя наставницу.

– Что ж, ты сказала свое слово, – наконец, произнесла правительница, вставая с места, – а обвинения… да, есть одно и оно не оспоримо! Ты ведьма!

Это обвинение прозвучало как раскат грома, поразив меня и Кайтона, который замер настороженно.

– Нет, Кесея… – проговорил он тихо, предупреждая её, но наставница пылала гневом и ненавистью.

– Да, Кайтон, – подтвердила она жестко, глядя на него, – ты притащил на остров ведьму, зная, что будет с ней. Ты нарушил наши законы и наплевал на них. С этого дня ты больше не появишься на острове, а если вдруг решишь нарушить запрет, будешь уничтожен! – крикнула, срываясь на визг.

Она была просто в бешенстве, её распирало от злости на карателя, а на меня была направлена вся ненависть, на которую способна женщина.

– А ты, ведьма, будешь предана огню, как и положено. Костер – это то место, где нужно быть ведьме! Схватить её!

Я не успела даже дернуться, как меня скрутили две девушки, оттаскивая от карателя, который попытался помочь, но на него теперь смотрели острые наконечники копий. Испуганно уставилась на него, растеряно соображая, как поступить дальше.

– Не бойся, – прошептал он мне одними губами, подбадривая.

Легко сказать, когда моя жизнь висит на волоске. Меня потащили в сторону от статуи, где был вкопан высокий столб. Припечатав меня спиной к нему, мои руки за шнурок подвесили на крюк, заставляя практически висеть на нем.

– Убирайся, Кайтон! – приказала Кесея, указывая в сторону берега. – Иначе я и тебя привяжу к столбу, вместе с ведьмой.

Каратель не двинулся с места, окружённый девушками с копьями в руках.

– Кесея, опомнись, – проговорил он спокойно, будто просто общался, а не присутствовал на казни, – ты злишься на меня, но я не могу понять причину, а девушка тут вообще ни причем. Я же вижу тебя.

Наставница зашипела, будто обожглась, и направилась к нему. Подойдя ближе, буквально выплюнула ему в лицо.

– Ты хочешь знать причину моей ненависти? Тогда вспомни, что ты шептал сегодня ночью!

Развернувшись, приказала разложить подо мной костер, что девушки и стали с усердием делать.

Меня начала охватывать паника, я лихорадочно пыталась найти выход из этой ситуации, но его не было. Как мне освободиться? Как развязать руки?

Кайтон стоял не шевелясь, наконечники упирались ему в грудь, но, кажется, он этого не замечал, все его внимание было обращено на меня.

И вот приготовления были закончены, хворост разложен по кругу столба, осталось поджечь – и моя жизнь будет закончена в этом мире. Разве не этого я хотела еще утром, плача и ругая родителей за свое существование? Мне вдруг стало так стыдно за свою слабость. В голове звучали слова мамы: «Борись, не сдавайся!». Подняв глаза к небу, попросила прощения у душ родителей и совета, как избежать смертельной опасности.

В этот момент раздался крик воительницы, что выбежала неожиданно из леса.

– Наставница! – позвала она Кесею. – В лагере рабов бунт! Они разоружили охрану, половина убежала в лес, другие же устроили погром!

Эта новость заставила всех девушек обернуться и ошарашено уставиться на говорившую.

– Бунт?! – удивленно повторила Кесея. – Как это, кто их выпустил? – тут её, видимо, осенила догадка, и она медленно повернулась к Кайтону. – Это твой дружок провернул, да? Пока ты отвлекал внимание на себя. Ну что ж, ты сам выбрал свою судьбу. Убить его, а ведьму сжечь! – отдала она приказ и быстрым шагом направилась в сторону тропы, уводя остальных.

С нами осталось лишь с десяток девушек. Причем девять из них сейчас нападали на карателя, а одна зажигала факел, чтобы потом поджечь меня.

Как я не боялась быть сожжённой, но сейчас все мое внимание было направленно на Кайтона, который отбивался от копий, которыми орудовали девушки довольно искусно. Теперь я понимала, почему они – воительницы, в данный момент они в совершенстве владели оружием и были похожи на хищных фурий, знающих, как нужно убивать добычу.

Но и Кайтон был не прост, он блокировал их удары, уходя то в сторону, то ныряя под копье, и уже успел разоружить парочку, а остальных раскидать в стороны. Я понимала, что убивать ему нельзя: как каратель, он не мог забрать невинную душу, только в крайнем случае, видимо, сейчас это еще был не край.

Почувствовав запах дыма, отвлеклась и глянула на мою надзирательницу, она уже поджигала хворост, прикладывая факел к пучкам. Паника вновь захлестнула меня, и я закричала, пытаясь разбросать ногами стопки хвороста, но огонь уже расползался по всему кругу, жадно поглощая сухие ветки.

Я закрыла глаза и взмолилась всем богам, которых знала, призывая на помощь такой маленькой и глупой ведьме, как я. Грудь прострелило молнией – и ком, который был там все это время, начал расти и пульсировать. Кровь вскипела, обжигая все тело, как лава, заставляя сердце неистово биться о ребра, причиняя мне боль. В голове само собой стало формироваться заклинание, а губы начали шептать.

– Я стихию призываю и на волю отпускаю! Ветер, в помощь мне приди, тучи грозные гони! Ливнем сбей огонь скорей, ты не жди, лети быстрей!

Как только я произнесла последнюю фразу, небо нахмурилось, затягивая черными тучами, потом услышала раскат грома, и небо разрезала молния. В ту же секунду на землю обрушился ливень такой силы, что огонь вокруг меня моментально потух, злобно шипя и выпуская белые струйки дыма. Я выдохнула с облегчением, понимая, что этот кошмар закончился, и мне больше не угрожает быть сожженной заживо, вот только руки по-прежнему связаны, а все тело охватила такая слабость и боль, что я повисла на крюке, как безвольная кукла. Мой взгляд устремился к карателю. Он как раз вырубил последнюю девушку и встал с земли, весь мокрый и грязный. Развернувшись, быстрым шагом направился ко мне.

– Деми, как ты? – спросил он, снимая меня с крюка, я повисла на его руках, не в силах даже стоять на ногах. Поняв это, каратель, не церемонясь, забросил меня на плечо и потащил в сторону берега океана.

– Кайтон, вообще-то мне не очень удобно, – жалобно пропищала я, понимая, что меня укачивает, и мой организм борется из последних сил с рвотным рефлексом.

Каратель остановился и аккуратно стащил меня с плеча, беря на руки.

– Прости, так лучше?

– Угу, – все, что я смогла сказать, и положила голову ему на плечо.

– Нам нужно добраться до лодки, – посвятил он меня в свой план, – там нас ждет Айриз.

О! Значит, он не убежал, как я решила, а устроил диверсию в стане врага. Поблагодарила его от всей души и мысленно извинилась, что думала о нем плохо.

Мы пробирались по лесу медленно, ливень шел стеной, мешая нам двигаться. От грязи было скользко, Кайтону приходилось балансировать, перешагивая через корни и поломанные ветки.

– Может, ты уже угомонишь этот водопад с небес? – спросил он меня раздраженно.

– Не могу, сил нет, – выдохнула я устало.

Мне все больше становилось плохо, голова начала кружиться, сердце заходилось в бешенном ритме, а боль в груди жгла огнем. Я закрыла глаза, стараясь унять её, дрожь охватила тело.

– При таком ливне мы не сможем уплыть на корабле, – пробубнил он, хмурясь, задавая следующий вопрос, – и почему каждый раз тебе плохо?

Я напряглась такой наблюдательности, а Кайтон вдруг остановился, как вкопанный, и уставился на меня.

– Подожди-ка, там на берегу тебе тоже было плохо, значит….

Договорить он не успел, потому что мимо просвистело копьё и врезалось в дерево, зловеще трепеща. Каратель рванул в сторону, прячась за ствол соседнего дерева – и вовремя, потому что еще одно копьё пролетело мимо.

– Они нашли нас, – прошептал он, опуская меня на мокрую траву и прислоняя к дереву, – сиди тут тихо, я постараюсь увести их.

Я лишь судорожно кивнула ему в ответ. Страх охватил меня заново. Попасть к этим женщинам и сгореть на огне совсем не хотелось, а наколдовать что-то уже вряд ли получится. Сбоку от себя услышала возню, обернулась и выглянула: там каратель уже успел вырубить воительницу, что так близко успела подойти к нам.  Бросив на меня гневный взгляд, он побежал в лес, а я вернулась на место, вжавшись в испуге в ствол.

Что же делать? Как выбраться с этого острова? Только бы меня не нашли! Закрыв глаза, прижала руки к груди и начала молиться. Вдруг меня кто-то коснулся, в ужасе распахнула ресницы, готовясь к самому страшному, но передо мной стоял Айриз, мокрый насквозь, но довольный.

– Ну, наконец-то нашел, – проговорил он, беря меня за руку и заставляя встать.

– Не могу встать, – пролепетала обреченно, – ноги не слушают.

Капитан обеспокоенно осмотрел меня, потом нагнулся и поднял меня на руки. Я обвила его шею руками. Наши взгляды встретились

– Что опять случилось с тобой? – спросил настороженно.

– Я немного поколдовала, – ответила ему смущенно.

– Ну и что? Это нормально для ведьмы, колдовать, правда если она прошла… – тут он осёкся, и в его взгляде появился вопрос, от которого я покраснела и отвела взгляд. – Так ты не спала с тем парнем? – все-таки задал его. Я лишь отрицательно помотала головой.

– Ну ты и дура! – выпалил он в сердцах и ускорил шаг. – Это же очень опасно, о чем ты думала!

– Я думала, как бы не сгореть заживо! – выпалила ему в ответ, надув губы в обиде.

Он замедлился и вновь посмотрел на меня.

– В смысле, сгореть заживо? – переспросил он недоверчиво.

– В том смысле, что меня хотели сжечь на костре, как ведьму.

После моих слов его лицо стало суровым и решительным, больше не спрашивая ни о чем, он понес меня дальше. Меньше чем через пять минут мы оказались на берегу, где находилась наша лодка. Ливень стал стихать, перейдя в разряд обычного летнего дождя. Опустив меня на песок, капитан подошел к лодке и с третьей попытки перевернул её на бок, спуская воду, которая набралась за время тропического ливня. Вернув лодку в обратное положение, он перенес меня в неё и аккуратно усадил на дно, чтобы я случайно не выпала. Потом сильными толчками начал сталкивать её в воду.

– А как же Кайтон? – спросила я капитана, беспокоясь.

– Мы подождем его еще немного, если не появится, отвезу тебя на корабль и вернусь за ним.

Я кивнула его решению, понимая, что от меня сейчас толку мало. Прождав карателя минут двадцать, Айриз все-таки решил отплыть к кораблю. Мне стало совсем плохо. Сильный жар сменялся холодным ознобом. Все тело пребывало в лихорадке, мысли путались, глаза слезились, мешая видеть, что происходит вокруг. К концу нашего путешествия я практически впала в прострацию, не понимая, где я и что со мной.

Внутри груди сжался тугой комок, который вызывал сильную боль и буквально разрывал мою грудную клетку. Я расстегнула рубашку, пытаясь растереть руками кожу и унять болевые ощущения, но легче мне не становилось, наоборот, боль усиливалась. Я застонала, как раненый зверь, не в силах выносить это. Хотелось кричать, но, стиснув зубы, заставила молчать себя, понимая краем сознания, что это опасно.

Дальше помню все, как в тумане. Айриз поднял меня на корабль и отнес в каюту, там сам раздел меня целиком, освобождая от мокрой одежды, укутал в одеяло и приказал коку принести горячей воды и какую-то плохо пахнущую мазь. Когда матрос выполнил поручение, он его выгнал, оставаясь со мной наедине.

– Сейчас, куколка, разотру тебя, – и принялся втирать мазь сначала в ступни, жестко массируя их, отчего я начала болезненно постанывать, потом так же растер мои руки и снова плотно укутал. – Это должно помочь согреться, – проговорил он заботливо. – Отдыхай, я скоро вернусь, – и вышел из каюты, оставляя меня одну.

Я впала в тревожный сон, который сопровождался кошмарами, пережитыми недавно.

Глава 21. Кайтон

Оставив Демиору возле дерева, я поспешил увести погоню в другую сторону. Специально бежал, шумно ломая ветви, чтобы привлечь внимание. Я понимал, найди они нас, мне придется переступить через себя и убить, чтобы спасти жизнь ведьме. Поэтому старался отвести от неё как можно дальше воительниц, а уже потом разобраться с ними.

Они, конечно, отменные воины, но против меня их силы не равны. Когда решил, что достаточно далеко завел преследователей, я остановился и спрятался на дереве. Нужно понять, сколько человек шли по следу. Отряд воительниц оказался не столь большим, всего восемь человек, но плохо то, что среди них была и Кесея. Она – опытный воин, и справиться с ней гораздо сложней. Наставница подняла руку, останавливая всех.

– Они где-то тут, – сказала она, осматриваясь по сторонам, – ищите их.

Девушки рассредоточились и стали прочесывать лес, выискивая мои следы. Подождав, пока они разойдутся, я аккуратно слез с дерева и тенью последовал за первой жертвой. Девушка услышала мои шаги, но было поздно. Одним движением руки я вырубил её и, поймав, придержал, осторожно кладя на землю, не создавая шума.

Дальше действовал так же, подкрадываясь к девушкам и погружая их в бессознательное состояние. Убрал таким образом пять человек, осталось трое – и среди них Кесея. Больше скрываться не стал, вышел к ним.

– Ты меня ищешь? – подал громко голос, заставляя их резко обернуться и настороженно вскинуть копья, направляя на меня.

– И тебя тоже, – прошипела Кесея, – а где же ведьма? Я не закончила с ней.

Я сложил руки на груди и ехидно ухмыльнулся.

– Знаешь, я вспомнил, что говорил ночью. Я непроизвольно произнес её имя, когда был на пике. Это, видимо, тебя сильно задело, да, Кесея?

От моих слов она побагровела, покрываясь пятнами, глаза зло сузились, губы расплылись в ядовитой улыбке.