2061. Быть человеком

Она заправила за ухо прядь чёрных волос. Нагревшаяся на солнцепёке металлическая скамья жгла голые ноги. Отчаянно пытаясь натянуть пониже короткую юбку, девушка опасливо озиралась по сторонам. Она всегда нервничала, когда её оставляли одну посреди оживлённой улицы. Она боялась прохожих, особенно мужчин.

В детстве ей часто снилось, что она пришла в школу голой. Только дурацкие потрёпанные тапки в виде розовых зайцев и огромные бабушкины трусы. Одноклассники смеялись над ней, тыкали в неё пальцами, кидались тетрадками, а она стояла, прикрывая руками грудь, и пыталась исчезнуть, чтобы этот позор прекратился. Теперь же это ощущение стыда и страха каждый день сопровождало её наяву.

Особенно сегодня. Грудь была считай что голой. Соски двумя соблазнительными бугорками просвечивали сквозь короткий розовый топ. Девушка ёрзала на скамейке, пытаясь выбрать положение рук, чтобы прикрыть сразу и верх и низ, но это давалось с трудом. Украдкой разглядывая прохожих, она изредка замечала в толпе таких же, как она. Интересно, они чувствуют себя так же?

– Эй, чего это ты там ёрзаешь? – раздался рядом грубый мужской голос.

Девушка вздрогнула и огляделась.

– Что, так не терпится, а, красотка? – хохотнул высокий парень. – Ну так не переживай, я могу тебе помочь.

Он подошёл к ней вплотную и, взяв за подбородок, повернул её лицо к себе.

– Ммм… Симпатичная, – сказал он, повертев её голову вправо и влево, критически разглядывая. – Ты чья будешь? Может, ничья? А может, потерялась, бедняжка? Пойдём, я отведу тебя домой.

Девушка ничего не ответила, только губы её задрожали. Парень, хитро улыбаясь, оглянулся по сторонам и, схватив её за руку, рванул на себя. Но девушка намертво вцепилась свободной рукой в скамейку и отчаянно замотала головой. Из глаз полились слёзы. Парень дёрнул сильнее, но девушка лишь тихо застонала от боли. Костяшки пальцев, сжимавших прутья скамьи, побелели, девушка закусила губу.

Заметив, что на них начали обращать внимание, парень отпустил её руку.

– Ну как хочешь. Я, между прочим, мог бы и полицию вызвать, но не стал, – злобно буркнул он и скрылся в толпе.

С дрожью в коленях девушка опустилась обратно на скамью и достала из кармана маленькое зеркальце. Вытирая слёзы, она бросала поверх зеркальца настороженный взгляд, наблюдая за прохожими и слегка вжимаясь в скамью при виде мужчин.

В глаза бросилась красиво одетая дама на высоких шпильках, тащившая в руках два объёмных пакета. Торопливой походкой она цокала по асфальту, сдувая со лба выбившуюся из элегантной причёски прядь. Она перешла дорогу, ступила на бордюр и…

– Ай!

Каблук неудачно подвернулся, женщина упала, и пакеты тяжело хлопнулись об асфальт. Из них, как конфетти из хлопушки, высыпались разноцветные упаковки продуктов. Из одного потекла красная жидкость.

Девушка бросила зеркальце на скамейку и кинулась помогать женщине. Она стала молча собирать продукты обратно в пакеты, пока та осматривала свои пораненные запястья и колени.

– Ты чего творишь? – вдруг взвизгнула дама, поднимаясь на ноги и вырывая пакет из рук девушки. – Не смей прикасаться к моим вещам! Ты чья вообще? Эй, кто-нибудь, уберите её от меня!

На помощь уже подоспела пара прохожих, и, смерив девушку презрительным взглядом, они помогли даме отряхнуться и собрать остатки еды.

Поблагодарив помощников, дама ещё раз неодобрительно глянула на девушку и, прихрамывая, заковыляла прочь. А девушка так и осталась стоять посреди улицы, утирая вновь выступившие на глазах слёзы.

Толпа обтекала её, как поток реки огибает торчащие обломки скал. Кто-то больно толкнул в плечо, и она, выйдя из оцепенения, поплелась обратно на скамейку. Почувствовав шлепок по попе, она даже не обернулась. А лишь машинально ускорила шаг и плюхнулась на скамью, поплотнее прижав к ней столь привлекательную часть тела.

Снова взяв в руки зеркальце, она вытерла размазанную под глазами тушь и всмотрелась в толпу. Наконец-то! Сердце подпрыгнуло от радости, когда она увидела знакомые лица.

– Ну что, заждалась нас, девочка? – пробасил родной голос.

Она не поняла его слов, но просто была рада его возвращению. Наконец-то! Она широко улыбнулась. На сегодня пытка закончена.

Она сидела на подоконнике, глядя в окно, и наблюдала, как оранжевая полоса света ползёт по крышам коттеджей. В такие моменты откуда-то из глубины её сердца вырывались воспоминания о доме. На несколько печальных минут из подсознания снова появилась прежняя Она – живая, чувствительная, полная веры в жизнь. С собой Она, как всегда, принесла тоску. Эти глубокие, настоящие эмоции здесь были непозволительны. Её тихое, задумчивое счастье пришлось заменить показательной пластиковой улыбкой, а любой намёк на печаль или другие эмоции, заклеймённые «отрицательными», приходилось закрывать в тяжёлом сейфе до лучших времён. Да только когда эти времена наступят? И наступят ли? Раньше она каждый день с надеждой всматривалась в экран телевизора, надеясь увидеть вожделенный репортаж, возвещающий о том, что она свободна. Что все они свободны и могут возвращаться домой! Но прошёл год, два, а ничего не изменилось. И теперь она нисколько не печалилась, пропуская вечерний выпуск новостей.

Солнце село, уступив место звёздам. Маленькая непослушная Она снова уползла вглубь души и закрылась там в своей тесной спальне. «И всё же мне невероятно повезло, – философски рассуждала девушка. – Попасть в дом к таким людям – это же просто подарок судьбы!» Глядя по сторонам и ужасаясь цинизму и жестокости окружающего мира, она часто представляла себе, что было бы, попади она в другую семью. И то, что случилось сегодня на улице, – очередное тому доказательство. Но судьба, по-видимому, была благосклонна к ней. По крайней мере до сегодняшнего дня. Не зная языка этой страны и не имея возможности быть посвящённой в планы окружающих, она засыпала в счастливом неведении. Неведении того, что судьбе захотелось вдруг размяться и, дабы не терять сноровку, совершить парочку крутых поворотов.

– Жаль только, что Флаффи придётся продать, – печально выдохнул Роберт, доставая из машины сумку и хлопая дверцей. Мэри убрала помаду, захлопнула карманное зеркальце и с сочувствием посмотрела на своего высокого, слегка упитанного мужа.

– Ну что ты так изводишься из-за какой-то собаки? Ну не найдём, кому продать, так сдадим обратно заводчикам. Нам ли трястись из-за копеек, которые можно за неё выручить?

– Ты же знаешь, что дело не в деньгах, – нахмурился Роберт.

Мэри снова достала зеркальце, поправила причёску и, проигнорировав его замечание, продолжила:

– Ты знаешь, я вчера смотрела фотографии, квартира просто шик! Двадцать первый этаж, стеклянная стена в гостиной, а какой вид! Кухня очень стильная, огромная гардеробная! Наконец-то будет, куда поставить все мои туфли! Есть ли смысл расстраиваться из-за собаки, когда впереди такое счастье! Мы ведь ждали твоего повышения, сколько, лет десять?

Роберт перестал слушать. Она явно не понимает. Жена продолжала что-то восторженно щебетать, но для него это превратилось в музыкальный фон. Он думал. И куда пристроить Флаффи? В наши дни собака – приобретение не из дешёвых. Мартин и Лора только что взяли кредит, свекровь буквально на прошлой неделе купила себе аргентинца…

Каблуки дорогих туфель стучали об асфальт, задавая ритм его мыслям. Может, на работе поспрашивать?..

Громкий визг заставил его обернуться. Роберт огляделся в поисках источника звука и быстро нашёл его. На другой стороне улицы на асфальте лежала собака, а хозяин что есть силы лупил её поводком.

– Чёрт подери! – выругался Роберт и заорал во всё горло: – Эй! Придурок! А ну оставь собаку в покое!

– Завали, идиот! Моя собака, что хочу, то и делаю! – прокричал парень в ответ.

Роберт двинулся было в сторону парня, но жена схватила его за предплечье.

– Оставь, Роберт, мы опаздываем. И ты всё равно ничем не сможешь помочь. Не сейчас, так дома её накажет.

В ответ Роберт лишь прорычал что-то невнятное, но всё же остановился. Он взглянул на застывшую в ужасе Флаффи, слегка дёрнул за поводок и, ускорив шаг, продолжил путь. Вернуть заводчикам! Да уж! Вон каких хозяев ей там найдут! Сейчас полно садистов и извращенцев, готовых заплатить любые деньги за удовлетворение своих желаний. Роберт поёжился. Нет, что угодно, только не обратно в агентство.

Вернувшись домой, Роберт с довольным видом развалился в кресле. Собака принесла ему тапочки, и как только ноги его оказались в тепле, он постарался выкинуть из головы все заботы минувшего дня. Флаффи сидела рядом, положив голову к нему на колени. Почёсывая её за ухом, Роберт старался не перебирать в уме кандидатов в новые хозяева, а также не размышлять о том, кто займёт его место главы отдела. Завтра будет ещё один безумный день, но сейчас… Сейчас президент заверял, что граница находится под неусыпным контролем и делается всё необходимое, чтобы Сонорский инцидент не повторился. Новости, хоть даже и не самые приятные, всегда отвлекали Роберта от его собственных проблем, однако сегодняшний вечер решил стать исключением.

На экране появились ржавые клетки, переполненные бездомными животными. Корреспондент что-то оживлённо вещал, а на заднем плане дрались две собаки, вцепляясь друг другу в глотки.

– Да вы издеваетесь! – воскликнул Роберт и, скорбно взглянув на Флаффи, быстро переключил канал.

На экране появились мультяшные герои.

– Джимми, а ты знаешь, в каком году была основана наша страна? – противным писклявым голосом спросила маленькая девочка.

Ужасно прорисованный Джимми гордо расправил грудь и отчеканил:

– Новая Северная Америка была основана в 2041 году, сразу после окончания Америко-Канадской войны.

– Слышали, дети? – снова пропищала девочка. – Запомните хороше…

Роберт снова переключил канал. На этот раз он попал на кулинарное шоу.

– Моя собака просто обожает это блюдо! – весело сообщил Бен Морган.

– Правда? – спросил ведущий.

– Да, её от него просто за уши не оттянуть! Как завидит, так сразу…

Роберт простонал и снова щёлкнул пультом. А есть что-нибудь не про собак?

– Знаешь что, Флаффи, иди-ка ты на место, – сердито буркнул он.

Расстроенная Флаффи поплелась в свой угол, а Роберт ещё долго сидел, щёлкая пультом, перебирая каналы и одновременно перебирая друзей, которые могли бы купить у него собаку. Ни там, ни там нужного не находилось.

Роберт вытер усы салфеткой и посмотрел на часы. Кофе, как всегда, был слишком горячим, а времени ждать у него не было. Вздохнув, он встал из-за стола, чмокнул жену в щёку и быстрым шагом вышел из кухни. На полпути к коридору он остановился и обернулся.

– Флаффи, ты пойдёшь со мной!

Он похлопал по ноге, и Флаффи послушно последовала за ним. Роберт никогда раньше не брал её на работу, но сегодня это было необходимо. Будучи главой отдела маркетинга, он прекрасно знал: клиенту лучше один раз увидеть товар, нежели сто раз услышать о нём.

Две недели – довольно маленький срок, чтобы найти себе замену и завершить все дела, но как бы ни поджимало время, вопрос с пристройством собаки Роберт решил уладить в первую очередь. Всякий раз, когда он думал об этом, его мысли темнели, а пальцы сами начинали отбивать барабанную дробь по столу. Ну как можно просто выкинуть на улицу существо, которое каждый вечер радостно встречало тебя с работы на протяжении нескольких лет? Она играла с детьми, лежала в ногах по вечерам, радовала одним своим видом и стала почти членом семьи!

И вот сейчас этот член семьи с унылым видом таскался за ним из кабинета в кабинет, собирая коллекцию отказов. Через полчаса тщетных попыток Роберт вышел из кабинета дизайнера злым и раздражённым. Устало подойдя к кулеру, он попытался взять стакан, но повалил всю стопку. Плотные пластиковые стаканчики запрыгали по кафелю, наделав в пустынном коридоре на удивление много шума. Когда эхо улеглось и последний стаканчик тихонько стукнулся о дверь соседнего кабинета, Роберт забыл о том, что хотел пить.

– Артур! – воскликнул он и одарил Флаффи ликующей улыбкой. – Девочка моя, кажется, я всё-таки нашёл тебе хозяина!

Роберт наспех похватал стаканы, свалил их грудой возле кулера и, поправив галстук, постучался в дверь.

Ответа не последовало.

«Опять в работе с головой и ни черта не слышит!» – мысленно рассердился Роберт и, приоткрыв дверь, просунул туда голову.

Высокий парень, ссутулившись, пялился в монитор и бормотал себе под нос какие-то цифры. Прямые брови были напряжённо сдвинуты, закладывая на переносице глубокие морщины.

– Артур! Тук-тук-тук!

Парень вздрогнул и удивлённо уставился на шефа.

– Ах, да! – вдруг воскликнул он, выйдя из оцепенения. – Мистер Харсман! Как здорово, что вы заглянули. Думал по почте, но раз уж вы здесь. В общем, я не совсем понимаю, что с этим делать…

– Погоди, ты о чём вообще? – удивился Роберт.

– Так о графиках…

– Каких ещё графиках?

– А вы не по этому поводу здесь? – растерялся Артур. – Я вам утром отправил графики с опросами. Они там вообще не сходятся! Неужели не получили?

– Да я сегодня ещё и в кабинете-то не был, – удручённо сказал Роберт, присаживаясь напротив Артура.

– Что-то случилось? – встревожился Артур.

– Ну можно и так сказать. У меня небольшая проблема, и мне нужна твоя помощь.

– Помощь? – неуверенно переспросил Артур, усаживаясь поудобнее.

– Ты ведь в курсе, что меня наконец-то повысили?

– Да, конечно! – улыбнулся Артур. – Поздравляю, кстати! Нам, конечно, будет вас очень не хватать, но что поделаешь, вы так долго к этому шли.

– Спасибо. Но в этой бочке мёда и для меня нашлась ложечка дёгтя.

Артур промолчал, внимательно слушая.

– В квартире, которую я получу от компании, нельзя держать животных.

– Мгм, – Артур тяжко вздохнул. – Мистер Харсман, мне бы не хотелось…

– Можешь её взять? – перебил его шеф.

Артур опешил. Шеф смотрел на него уставшим умоляющим взглядом. Повисла долгая пауза, Артур переваривал услышанное.

– Что? Я… Я думал, вы попросите помощи в продаже собаки…

– Нет, Артур, я не хочу продавать её незнакомцу. Видишь ли, она живёт в нашей семье уже три года, и я как-то уже прикипел к ней. Она такая милая, тихая, скромная…

С этими словами Роберт кивнул в сторону дверного проёма. Артур послушно перевёл взгляд в том направлении.

Шеф продолжал что-то говорить о том, что Флаффи живёт в их семье уже три года и что он наслышан, как сейчас хозяева с собаками обращаются, но Артур уже не слушал его. Всё его внимание было приковано к третьему человеку, находившемуся в комнате. Она так тихо стояла в дверях, что если бы Роберт не кивнул в её сторону, Артур не заметил бы её и через год.

Низенькая симпатичная девушка с восточными чертами лица стыдливо оттягивала вниз едва ли что-то прикрывающую юбку. Поймав на себе взгляд Артура, она вздрогнула, смущённо покраснела и быстро убрала руки за спину.

Заметив, что хозяин тоже смотрит, она попыталась улыбнуться, но любой режиссёр за такую улыбку не раздумывая выгнал бы её из театра. Рассмотрев на её шее ярко-красный ошейник с подвеской в виде сердца, Артур перевёл на шефа изумлённый взгляд.

– Вы серьёзно? – слабым голосом спросил он.

– Ну разве она не прелесть? Посмотри, какая красавица!

Роберт подозвал Флаффи, и, сделав несколько нерешительных шагов, она замерла, возле хозяина уставившись в пол.

Вопреки мнению некоторых его коллег, Артур вовсе не был сумасшедшим. Да, он никогда активно не участвовал в жизни общества, даже заработал кличку «монах» за свою любовь к одиночеству, и всё же он был знаком с реалиями мира, в котором живёт. Но быть в курсе и одобрять – не одно и то же. Он знал, кто такие собаки, кошки и кролики и какое оправдание нашли себе люди, чтобы так обращаться с другими людьми. «На родине бедолаги умирают с голоду, а нам так не хватает домашних любимцев». Некоторым такое решение казалось идеальным, но только не Артуру.

– Японочка, – ласково продолжал Роберт, – редкая порода! Только что исполнилось двадцать три, здоровая, покладистый нрав, весёлая. Всегда улыбнётся, всегда принесёт тапочки, с удовольствием поиграет с детьми.

– У меня нет детей, – машинально ответил Артур, глядя куда-то в сторону.

Японка, редкая порода, покладистый нрав… Господи, как мерзко всё это звучит! Артур нервно провёл пятернёй по волосам.

– Да ты не смотри, что она такая, – извиняющимся тоном произнёс Роберт. – Обычно она весёлая, просто сейчас сильно нервничает. Боится. Чувствует, видимо, что происходит.

Артур нахмурился и посмотрел в окно. На шефа смотреть не хотелось.

– Мистер Харсман, я не могу.

– Почему?

Повисла долгая пауза. Артур судорожно пытался выдумать причину. Ему не хотелось ни огорчать шефа философскими изысканиями на тему свободы человеческого духа, ни отказывать ему без объяснения причины. Наконец он перевёл на шефа мученический взгляд и спросил:

– Но почему именно я?

Теперь пришла очередь Роберта призадуматься.

– Ты, Артур, честный и порядочный человек, – искренне ответил Роберт. – Консервативных взглядов… Кхм…

Он на секунду замялся, а потом высказал то, что мучило его больше всего:

– Артур, ты же знаешь, какие времена. Ты знаешь… для чего заводят животных молодые парни… да и не только молодые. Посмотри на неё! Она такая… совершенно не такая, как все эти кошки и крольчихи! Ходят по улицам, виляя бёдрами – они довольны своей участью!

Артур с сочувствием взглянул на девушку. Роберт продолжал:

– Я не могу вернуть её в агентство. Кому её там продадут? У меня сердце кровью обливается, как подумаю, что она может достаться какому-нибудь извращенцу. Джей, между прочим, уже неоднократно делал в её сторону намёки. Одолжи-ка, говорит, мне её на недельку. Если он узнает, что я сдал её в агентство… Да он пулей помчится её выкупать! Ему, видите ли, нравится её невинная красота. Да в том-то и дело, что невинная! Разве можно отдавать её такому человеку?

Закончив жаркую тираду, Роберт уставился на собеседника. Артур поёжился. Он слишком хорошо знал Джея. Его хитрые глазки постоянно шарили по сторонам, выискивая новую жертву. Ещё ни разу он не был замечен в проявлении уважения к женщине. Спать с ними – да, заигрывать, флиртовать, при необходимости даже слегка ухаживать, но чтобы хоть раз проявить уважение – нет, это из области фантастики. И не нужно быть гением, чтобы догадаться, что такой человек сделает с девушкой, которая не имеет права отказать.

– Но разве нет других вариантов? – не сдавался Артур.

– Ты последний, – обречённо произнёс Роберт.

Артур внимательно посмотрел на шефа, но так и не смог понять, врёт он или говорит правду.

– Ну хорошо, предположим, я действительно подходящая кандидатура. Пока только предположим. Но на что я буду её содержать? Собака в наше время приобретение не из дешёвых. Это же всё равно что жениться!

Роберт нервно рассмеялся.

– Жениться? О, мальчик мой, даже не сравнивай эти понятия! Собака обходится в десятки, нет, в сотни раз дешевле! А кроме того… – он выдержал интригующую паузу, – кроме того, я мог бы помочь тебе… ммм… повысить твоё благосостояние.

Артур заёрзал в кресле. Что это он имеет в виду? Он вопросительно посмотрел на шефа:

– В смысле?

– Ну, я ведь ухожу с поста, верно? А это значит, что кто-то должен меня заменить. Вот я и подумал, что ты, в принципе, подходишь на эту роль. А уж если ты согласишься взять Флаффи, то я… вроде как буду перед тобой в долгу…

Вот оно. Тот подвох, который Артур предчувствовал на протяжении всей беседы. Медленно и осторожно, словно хрупкую хрустальную вазу, которую так легко разбить, он мысленно прокрутил предложение шефа несколько раз. Если ты согласишься взять Флаффи… Если. Ну да, определённо, эти два предложения идут в связке, и без первой сделки аннулируется и вторая. Что же делать? Как это всё некстати! Всё, кроме повышения, конечно. Вот оно-то как раз нужно ему как воздух!

– Так… ээ… – напомнил Роберт о своём присутствии.

– Мне надо подумать, – тихо ответил Артур.

– Хорошо. Да, я понимаю. Но у меня тоже времени в обрез, так что, если можно, поторопись с ответом.

С этими словами Роберт встал и почти уже вышел из кабинета, но развернулся в дверном проёме.

– Я уверен, что, взвесив все «за» и «против», ты поймёшь, как тебе повезло. Получить такую собаку совершенно бесплатно! Флаффи скрасит твою жизнь, уж в этом не сомневайся.

Он ещё раз улыбнулся на прощание и исчез за дверью.

Чашка, наклонившись, выплеснула на стол несколько капель остывшего кофе. Очнувшись от оцепенения, Артур привёл её в вертикальное положение и поставил. Нельзя столько работать, сказал он себе. Последние два часа он тщетно пытался сосредоточиться на таблицах расходов, чему постоянно мешал засевший в мозгу недавний диалог.

Снова и снова Артур прокручивал его у себя в голове, словно аудиозапись, сам не понимая зачем. Как будто от многократного повторения его содержание могло измениться.

Перед глазами стояла эта несчастная затравленная девушка, которую охарактеризовали как весёлую и покладистую. О которой говорили будто о вещи, которую можно использовать, покупать, продавать, оценивать её характеристики.

Господи, неужели он действительно всерьёз задумался об этом предложении? Это же так… Артур помотал головой в надежде вытряхнуть из неё все лишние мысли. Глядя на свою кредитную историю, он корил себя за расточительность.

Воодушевившись тем, как успешно продвигается его эксперимент, он, кажется, расстался со здравым смыслом. Слишком фанатично он начал закупать лабораторное оборудование и новые семена. И слишком поздно сообразил, в какие долги залез. А тут ещё этот дурацкий грипп и новые расходы. А ведь если бы не глупая, подростковая беспечность в тратах, ему не пришлось бы сейчас стоять перед таким нелёгким выбором!

Он нехотя поднялся со стула и пошёл вниз за тряпкой, чтобы вытереть разлитый кофе. Что же делать? Он не мог поставить под удар проект, но поступиться собственными принципами ради него означало перечеркнуть всё, ради чего он затевался. Или нет? Или это и есть один из тех небольших компромиссов, на которые приходится идти ради достижения цели?

Кроме того… В его памяти всплыла мерзкая физиономия Джея с его вечно бегающими глазками и хитро подёргивающимися уголками рта. Да. Да, возможно, он даже поступит благородно, если приютит эту девушку!

Это хлипкое оправдание и стало последней рисинкой, склонившей чашу весов. Совершенно забыв, зачем он отправился на кухню, Артур пошарил в карманах в поисках телефона, застыл на мгновение, глядя на его потёртый экран, и нажал кнопку вызова.

Приятная мелодия дверного звонка полоснула по сердцу. Она до нелепости не вписывалась в эмоциональное состояние Артура. Он до сих пор не был уверен, что поступает правильно, однако отступать было уже поздно. Тяжело вздохнув, Артур вышел в коридор и открыл дверь.

На пороге стояли Роберт и Флаффи. И если Роберт был всего лишь непривычно печальнее обычного, то Флаффи являла собой воплощение безысходности. Она оглядывала пол, не зная, на чём остановить взгляд, губы её дрожали. Похоже, ещё чуть-чуть, и карие глаза наполнятся слезами. В руках она теребила лямку большой дорожной сумки, которой, должно быть, ограничивалось всё её имущество.

Забыв поздороваться, Артур пригласил шефа в гостиную, чтобы подписать необходимые документы.

– Как я рад, что ты всё-таки согласился! Просто гора с плеч! – в который раз воскликнул Роберт, подавая Артуру планшет для подписи. – Пароль от её личного кабинета я пришлю завтра. Там вся информация о ней, все медицинские справки и прочие необходимые документы.