Амаранты. Порабощенный лис

Глава 6

Связь поколений

Цумико не привыкла пялиться на людей, ей не хотелось показаться грубой. Но сидящий перед ней мужчина и правда казался необыкновенным. Статьи мистера Веста, воспевающие красоту нечеловеческих рас, не преувеличивали. Высокие скулы, заостренные уши, серебристые пряди, обрамляющие худое лицо, льдисто-синие глаза с кошачьими вертикальными зрачками – новый дворецкий поражал какой-то нездешней утонченностью. Классический западный костюм лишь подчеркивал его элегантность.

Но его взгляд тревожил Цумико.

– Мы точно должны через это пройти? – спросила она Майкла.

– Чем раньше, тем лучше. Я сверился со всеми имеющимися записями, это не займет много времени. А еще подготовил комнату, чтобы нам никто не помешал.

– Но тут сейчас никого нет. – Цумико глянула в сторону Арджента, но ничего не сумела прочесть на невозмутимом лице дворецкого.

– Так безопаснее. Некоторые вещи лучше делать за закрытой дверью. – Майкл проводил их в помещение с занавешенными окнами. – Да и Ардженту потребуется… ну… увидите.

Цумико проследила за взглядом стража и тут же отвернулась.

– Почему Арджент раздевается? – спросила она напряженным голосом.

– Он не до конца, – оправдывающимся тоном успокоил Майкл. – Только чтобы открыть пламя.

– Пламя?

– Проще говоря, фокус его сущности. Многие считают метку тайной, даже священной. Вот почему надо дать Ардженту как можно больше приватности. – Майкл оборвал свои путаные объяснения и тихо прибавил: – Вы и я будем единственными из живущих, кто ее видел.

– Если это настолько личное, зачем вообще мне показывать?

– Необходим прямой контакт, кожа к коже.

Цумико замерла, мысленно ругая себя за то, что не задала вопросов, которые подготовили бы ее к серебристым волосам, ледяному высокомерию и обнаженному телу. Ни в одном из документов, которые она подписала, не было и намека на столь тесный контакт.

Ее все еще беспокоило, что, приняв состояние Хадзимэ-Смайт, она стала больше, чем просто работодатель для амарантийского дворецкого. Цумико унаследовала его, словно он был вещью, а не человеком. Арджент считался семейной реликвией Хадзимэ, и его очень любили. В личном письме госпожа Эими указала свою последнюю волю.

«Уход за амарантом – моим самым драгоценным даром – ляжет на твои плечи. Прости, дорогая племянница, что возлагаю на тебя подобную ответственность, но мне нужен надежный человек. А тебе я доверяю».

Майкл взял Цумико за локоть и подвел к Ардженту, который уже отложил в сторону пиджак, жилет и галстук. Его накрахмаленная белая рубашка распахнулась. Цумико старалась не смотреть, но неожиданный промельк цвета привлек ее внимание к бледной груди. Казалось, нежно-голубые полосы и завитки нарисованы прямо на коже. Узор не совсем напоминал цветок, но был так же прекрасен. И казался знакомым.

Внезапно до нее дошло, где она могла видеть такую отметину.

– Она же совсем как… – Цумико оборвала себя.

Раз отметина – нечто очень личное, владелец может обидеться.

– Лисий огонь, – договорил Майкл. – Я тоже всегда думал, что его пламя похоже на лисий огонь.

– То есть вы – кицунэ?

Арджент негромко фыркнул. Он так и не произнес ни слова.

– Наш амарант из лисьего клана определенно дал пищу для легенд о кицунэ. Но не верьте сказкам. Арджент – живой человек и нуждается в вас.

Цумико медленно покачала головой:

– Непохоже, что я ему нужна.

– Прошу вас, мисс. Откладывать уже нельзя. Моему другу необходимо ваше прикосновение. Если не обновить связь, его жизнь окажется под угрозой. – Майкл взял Цумико за руку и прижал к груди Арджента. – Чувствуете?

Что именно? Недовольство Арджента было очевидно, и что? Она должна ощутить что-то помимо этого? Кожа дворецкого пылала, как в лихорадке, Арджент излучал мощь, которая не вязалась с его худощавым телосложением. Он выглядел здоровым, но каким-то изголодавшимся.

Внезапно пришла уверенность, что человек перед ней чахнет. Стоило сосредоточиться на этой мысли, как Цумико почувствовала голод… и самого амаранта. Его пристальный взгляд ощущался, как физическое прикосновение, будто касался очертаний ее сути. Это чувство определенно было странным, но не совсем пугающим, поэтому она не стала отстраняться. Вот это должно было означать, что она наблюдатель?

– Мне нужно что-то сказать?

– Нет, мисс. Это по моей части, – ответил Майкл.

– Значит, мне надо просто стоять?

– Пока не придет ваша очередь.

Цумико прищурилась, глядя на стража.

– И что тогда нужно сделать?

– Принять клятву верности от своего дворецкого.

Она хотела хорошенько расспросить Майкла и добиться ответов, но тут он расстегнул застежку на браслете, который сам же велел не снимать. Дыхание Арджента изменилось, и его сердце заколотилось под ладонью Цумико. Маска равнодушного презрения спала, взгляд стал голодным и тяжелым.

– Что произошло? – шепотом спросила Цумико.

– Без браслета он ощущает полную силу вашей души. – Майкл внимательно наблюдал за Арджентом и обратился уже к нему: – Судя по твоей реакции, она подходит.

– Не распоряжайся, – хрипло осадил его дворецкий.

– Держи себя в руках, дружище.

– Что не так? – Цумико старалась говорить спокойно. – Я причиняю ему боль?

– Вовсе нет, – заверил Майкл. – Души вроде наших притягивают амарантов. Они жаждут нас, как еду, питье или даже зелье. В былые времена амаранты охотились на нас, но наблюдатели научились защищаться. Теперь мы союзники и предпочитаем делиться по доброй воле.

– Он вроде как одержим?

Майкл потянулся за своими записями:

– Не совсем. Это связь поколений, в вашей семье переходит по женской линии. Когда умирает прежняя хозяйка, Арджент вынужден обновлять связь, принося клятву следующей.

Цумико всмотрелась в лицо Арджента, но тот будто ничего вокруг не замечал. Крепче прижав ладонь к его груди, она спросила:

– Вы в порядке?

Арджент медленно моргнул и, кажется, на миг сфокусировался на ней. Но так ничего и не ответил. Ну да, какой может быть порядок, когда у тебя, по сути, нет выбора.

– Это просто ритуал, – заверил Майкл.

– Я не хочу его принуждать, – вновь попыталась остановить происходящее Цумико.

– Он все прекрасно понимает, мисс.

Майкл обернул вокруг своей руки длинную нить кристаллов неправильной формы и накрыл ею ладонь Цумико. Камни показались холодными. Когда страж начал что-то напевать на непонятном языке, они отозвались щекочущей вибрацией.

– Что?..

Майкл, не останавливаясь, покачал головой. Зрачки Арджента расширились, его дыхание стало частым – что-то определенно происходило. Теперь Цумико чувствовала гораздо больше – горечь, сожаление и бессильную ярость. Но все это заглушал отчаянный, раздирающий нутро голод.

Пробормотав последнюю бессмысленную фразу, Майкл пропел:

– Вот твоя госпожа. Ты примешь ее?

Арджент наклонился, его дыхание овеяло щеку Цумико. Та отпрянула, но Майкл не дал ей сбежать:

– Позвольте ему продолжить. Это часть связующего ритуала.

Теплые губы накрыли ее рот, и Цумико застыла.

– Расслабьтесь, мисс. Это только сейчас, ему просто нужно узнать вкус. – Майкл небольшими круговыми движениями гладил ее по спине. – У амарантов сложная культура, построенная на ощущениях и прикосновениях. Их базовые инстинкты схожи с животными. Договоры и клятвы почти всегда скрепляются обменом вкусами и контактом. Поцелуй заключает в себе и то и другое.

Цумико сосредоточилась на голосе Майкла и заставила себя расслабиться. Поцелуй в знак завершения сделки. Умом она могла принять такое, но, когда Арджент чуть повернул голову и лизнул ее в губы, Цумико невольно пискнула.

– Полегче, Арджент. Дай ей привыкнуть.

Дворецкий в ответ зарычал, и у нее едва не остановилось сердце.

– Ему нужен вкус, мисс. – Майкл откашлялся. – Вы не могли бы… открыть рот?

Глава 7

Первый поцелуй

Цумико скосила глаза.

Майкл беспокойно кусал губу. Он похлопал Арджента по плечу, чем вызвал новый низкий рык.

– Мягче, приятель. – Страж обратился уже к ней: – Пожалуйста, позвольте ему удовлетворить требования связи.

Серьезно? И без того унизительно, что ее первый поцелуй случился под надзором. Впрочем, нечеловеческое создание не требовало заняться с ним любовью. Ардженту нужно было лишь обновить утерянную со смертью леди Эими связь во имя собственного выживания.

Этот поцелуй, по сути, больше напоминал технику дыхания рот в рот, которую Цумико изучала в школе. Только вместо воздуха предстояло отдать кусочек души. На секунду в голове мелькнула мысль: это ведь своего рода обмен? Так что же покупали своими поцелуями ее предшественники?

Цумико приоткрыла рот, и Арджент вздохнул у самых ее губ.

На смену осторожным касаниям пришли более смелые, и сердце Цумико пустилось вскачь. Арджент обхватил ладонью ее щеку и снова зарычал. Не предупреждающе, как с Майклом, а ниже, мягче. Довольно?

Это одобрение понравилось Цумико куда больше прежнего отвращения, поэтому она сосредоточилась и постаралась ответить нуждам амаранта. Ощущая его голод, Цумико гостеприимно притянула лиса ближе, пуская дальше, приглашая на пир.

Она встала на цыпочки и накрыла его пламя обеими руками. Арджент застонал и обнял ее в ответ.

– Пожалуй, достаточно, – словно издалека донесся до них голос Майкла.

Она что, отвечала на ласку? Да нет, быть того не может. Это же не настоящий поцелуй.

Майкл схватил ее за плечо:

– Оттолкните его, мисс. Он послушается.

Но зачем? Он ведь до сих пор такой голодный.

– Арджент! – резко окликнул Майкл. – Ты углубляешь связь!

Дворецкий с явной неохотой оторвался от губ Цумико, выпрямился и отвел взгляд. От него буквально волнами исходило недовольство, и она разделяла его чувства.

– Ему надо еще! Разве не видите, насколько он истощен?

Майкл поморщился:

– Да, мисс. Но вы даете ему слишком много и слишком быстро.

Арджент отступил, и Майкл быстро надел на Цумико маскирующий душу браслет. Она потерла тяжелые бусины на запястье.

– Арджент, я неправа?

Дворецкий отвернулся и принялся застегивать рубашку.

– У нас все получилось, связь вновь работает, – ответил вместо него Майкл. – Дальнейшее – сугубо на ваше усмотрение, мисс. Она весьма добра, что думаешь, Арджент? – осторожно прибавил страж.

– Как ты и сказал, дальнейшее – сугубо на усмотрение госпожи.

Ого, целое предложение. Цумико решила не обращать внимания на замаскированную вежливыми словами неприязнь.

– Тогда давайте продолжим.

– Хорошо. Как вам будет удобнее? – Майкл посмотрел на обоих. – Чем теснее контакт, тем быстрее насыщение…

– К чему такая спешка? – перебила Цумико. – Можно медленнее? Это допустимо?

– Конечно, мисс. Давайте найдем более подходящее место.

Арджент склонил голову и повел их в одну из многочисленных гостиных Особняка. В этой стояла целая коллекция шкафчиков и изысканных расписных ширм. Майкл забрал у Арджента пиджак и указал на глубокий диван.

– Я снова снимаю браслет, – предупредил страж.

Цумико не понравилось, что о ней говорят так, будто ее тут нет, но разве сама она не обращалась точно так же с Арджентом? Надо прекращать.

– Я попытаюсь создать небольшой зазор в защите, ровно для маленькой струйки, – тихо пообещал Майкл, возясь с застежкой. – Так безопаснее для вас обоих.

– Что-то может пойти не так?

– Нет, если примем меры. – Страж посмотрел на лиса. – Кормление ему только на пользу. Но углублять связь… не стоит.

Ее дворецкий наклонился вперед, упершись локтями в колени, и напряженно уставился на нее. Это пугало. Майкл вернул Цумико браслет и подождал, пока она наденет украшение. Удовлетворенно кивнув, он сказал:

– Устраивайтесь поудобнее. Я скоро вернусь с Сансой; она вот-вот освободится.

Цумико поблагодарила его и повернулась к Ардженту, который снова уставился в пол.

– Насколько близко мне нужно быть? – спросила она.

Его взгляд скользнул по ее лицу.

– Ближе, чем любой из нас мог бы желать.

– Тогда последуем совету Майкла. Как удобнее всего?

Арджент прицокнул языком, придвинул к себе скамейку для ног, откинулся на подушки и протянул руку:

– Идите сюда, госпожа.

Ее пальцы коснулись его ладони, и внимание Цумико привлекли когти лиса – цвета слоновой кости, отполированные до блеска и опасно острые. Но они даже не царапнули кожу, когда его рука сомкнулась на ее запястье.

Привлекая Цумико к себе, Арджент пробормотал:

– Я предупреждал тебя.

Затем быстрым рывком заставил ее растянуться прямо у себя на груди. От неожиданности Цумико застыла.

– Удобно? – снисходительно поинтересовался он.

Она стиснула зубы и поерзала, равномерно распределяя вес и находя место, куда положить голову. Когда через несколько мгновений вернулся Майкл, то явно весьма удивился, но никак не прокомментировал, что Цумико лежит верхом на своем дворецком.

– Постарайтесь расслабиться, – ласково сказал Майкл.

Арджент фыркнул. Цумико разделяла его мнение, но все же постаралась. Прижавшись щекой к накрахмаленной ткани полурасстегнутой рубашки, она прислушалась к стуку сердца лиса. Постепенно частые удары замедлились, и Цумико подложила руку под щеку, прямо над пламенем Арджента.

Майкл дал еще несколько советов, но в итоге оставил их в покое.

Цумико попыталась вновь нащупать тот самый голод в душе своего дворецкого. Затем прислушалась к себе, поощряя организованный Майклом поток. Негусто. Сила едва просачивалась. Ей потребуются часы, чтобы накормить своего амаранта.

Внезапно мужские пальцы отвели в сторону волосы Цумико и вынудили ее поднять голову. Лицо Арджента было так близко. Он снова хочет ее поцеловать?

– Я тебя ненавижу.

– Знаю, – отозвалась Цумико с чувством облегчения. – Но, похоже, я тебе нужна.

Его пальцы сжали ее пряди, притянули ее ближе.

Цумико видела каждую светлую ресницу, обрамлявшую его глаза… его слегка остекленевший взгляд. Майкл упоминал, что душа наблюдателя для амаранта – как зелье. Арджент, что, под кайфом?

– Я тебя ненавижу, – повторил он.

Она попыталась кивнуть, но не сумела.

– Я тебя не виню.

Он всмотрелся в ее лицо:

– Но я тебя хочу.

– Это мне понять труднее, но я чувствую, что ты не договариваешь. Думаешь, так из‑за связи? – спросила Цумико. – Я мало что знаю о наблюдателях.

– Я тебя ненавижу.

Она вздохнула:

– Пожалуй, я бы себя тоже ненавидела на твоем месте. Контакта хватает? У тебя получается кормиться?

Его голова опустилась, затем мотнулась в сторону:

– Еще хочу.

– Ладно. Постараюсь помочь.

Распростершись на его груди, Цумико отыскала тонкую струйку и попыталась расширить зазор. Было непонятно, получилось или нет, пока Арджент не издал тихий стон.

Обняв Цумико обеими руками, лис уткнулся носом ей в шею и пробормотал:

– Я тебя ненавижу.

На сей раз она ему не поверила.

Глава 8

Переоценка

Арджент медленно приходил в себя, борясь с непривычной сонливостью. Лис лениво моргнул, глядя в потолок, и попытался разобраться в странных ощущениях и смутных догадках. Он спал? Днем? Арджент явно не хворал и не оправлялся от какой-то травмы. Наоборот, он чувствовал себя хорошо. Даже лучше, чем хорошо, – амарант был сыт.

Давно ли наблюдатель позволял ему полностью наесться?

Да никогда. Хозяйки всегда оставляли его полуголодным.

Что же изменилось?

Сквозь приятную дымку пробилась тревожная мысль. Он поглотил душу целиком? Только не это. Наблюдатели были принципиально против убийства, и Санса скорее сама прикончила бы лиса, чем позволила ему разгуляться. Если только… не ударила ли ему в голову вся эта новая ослепительная сила?

Майкл в безопасности? Где Санса?

Забеспокоившись, Арджент пошевелился под весом… а, точно. Своей новой госпожи. Замешательство рассеялось, и он покрепче обнял Цумико, чей запах и душа еще больше укрепили его.

Судя по удлиняющимся теням, они проспали бóльшую часть дня. И за это время лис достиг точки насыщения, не истощая значительных ресурсов хозяйки. Избыток бесцельно кружился по комнате, такой же уютный, как одеяло, которым укрыла их Санса.

Лис позволил себе несколько минут неги. Пока не заметил, что у его ключицы скапливается чужая слюна. Ослабив объятия, Арджент опустил руки к слегка округлым бедрам Цумико, готовясь ее оттолкнуть.

– Госпожа?

Она подняла голову и несколько раз моргнула.

– Арджент.

– Вы выспались?

Пробормотав невнятные извинения, Цумико сползла с него и встала на колени на диване.

– Ты наелся?

– Более-менее.

Ардженту стало интересно, как она поведет себя, когда окончательно прогонит морок сна. Большинство юных хозяек с визгом кидались прочь, но Цумико заметила лужицу своей слюны и просто вытерла ее рукавом кардигана.

– Странный у тебя способ питания, – заметила она.

– Вы про поцелуй?

Цумико коснулась собственных губ и кивнула.

Если Майкл не солгал о ее прошлом, подобная невинность была вполне ожидаема. В обязанности Арджента входила защита хозяйки, исправлять ее заблуждения он не собирался. Пусть с ней нянчатся наблюдатели.

А может, он вообще воспользуется ее наивностью.

– Поцелуй нужен только для связи, – все-таки пояснил Арджент. – Таков обычай: давать мне попробовать то, что я не могу получить сам, чтобы я охотнее подчинялся капризам своего тюремщика.

– Это же ужасно, – округлила глаза Цумико.

– Да. – Он сел и осмотрел свою мятую рубашку. Надо переодеться.

– Я не стану тобой пренебрегать. – Она коснулась его руки. – Никто не должен ходить голодным.

– Вы не еда, – фыркнул Арджент.

– О. А чем ты обычно питаешься?

– Наш рацион примерно схож. Подкормка силой вроде вашей – лишь дополнение.

Она покачала головой:

– Майкл сказал, я тебе нужна.

– В былые времена я мог брать что хотел и когда хотел. Но теперь у меня нет выбора. Только хозяйка способна дать мне желаемое.

– И как мне тогда это делать?

Ее поведение озадачивало, но жаловаться было не на что.

– Эими держала меня за руку. Майкл предпочитает объятия.

Цумико заметно расслабилась:

– Да, это уместнее поцелуев, ведь для людей они имеют другое значение.

– Так или иначе, но поцелуй и для моего вида остается поцелуем.

– Но тогда получается… – разочарованно протянула она. – Тебе же, наверное, неприятно целовать того, кого ты ненавидишь?

Арджент плавно ушел от вопроса:

– А вам не было неловко?

– Поначалу.

Он не привык к такой прямоте. Интересно, как далеко он сможет зайти, прежде чем Цумико решит солгать.

– И когда стало легче?

– Когда я перестала воспринимать это именно как поцелуй.

– И во что он тогда превратился?

– Я… не знаю. – Цумико принялась поигрывать кулоном. – А ты правда мой?

– Безусловно.

– Откуда знаешь, что связь действительно установилась?

– Я проходил через ритуал много раз: ощущения всегда одинаковые.

Цумико вздохнула:

– А я не могу просто тебя освободить?

Арджент потрясенно уставился на нее.

– Ты бы этого хотел? – настаивала она.

Все существо лиса кричало «да». Но жизнь – она не про желания и предпочтения. Арджент прочно сидел на поводке и не мог сбежать.

– Ты не хочешь меня? – прикрыл он свою горечь притворной обидой.

– Никто не должен владеть другим человеком.

– Увы, это не наш случай. – Он оскалился. – Ни одному из нас не улизнуть.

– А кто-нибудь когда-нибудь пытался?

– Глупый вопрос. – Лис придвинулся ближе и прошептал ей на ухо: – Если б я мог уйти, то давно уже ушел бы.

Цумико не покраснела, даже глазом не моргнула. Ее самообладание приводило Арджента в бешенство. Она была самой спокойной женщиной, которой он когда-либо имел несчастье служить. Стоило бы радоваться, но отчего-то ужасно хотелось ее как следует встряхнуть.

Из этих соображений Арджент на миг легко прижался к губам Цумико. Она чуть недоуменно нахмурилась и спросила:

– А это для чего?

Ему захотелось напомнить ей, как между ними обстоят дела.

– Я тебя ненавижу.

– Безусловно?

Лис кивнул.

– Какая жалость. Пока я не придумаю, как тебя освободить, было бы приятно оставаться друзьями.

Глава 9

Особняк

Следующие два дня Цумико провела знакомясь с Особняком и теряясь в нем. Новое жилище, судя по всему, постоянно достраивали очередные хозяева. Некоторые коридоры вели в никуда, а между верхними этажами обнаружились полуэтажи. Несколько комнат не выходили в коридор, а соединялись друг с другом, образуя круговую анфиладу. По этому дому следовало ходить с картой.

Лорд Персиваль, который, собственно, и подарил свою фамилию тете Эими, был родом из Англии. В каждой комнате Цумико видела влияние одновременно Востока и Запада – напольные часы из красного дерева и доска для сёги на ножках, бильярдная и ванна в стиле онсэн. Экстравагантная роскошь компенсировалась абсурдностью, и дом все равно ощущался уютным, несмотря на свои масштабы.

– Вот что получается, когда люди из двух разных миров решают разделить одну жизнь.

Ее слова эхом отразились от каменных стен круглой башни с окнами, выходящими на океан. Особняк был утонченным и изысканным, но в нем было так ужасно одиноко. Подобно пустоте, терзающей нутро Арджента, здание жаждало души, жизни и смеха любящей семьи.

Цумико невольно ощутила тоску по людным коридорам и общим спальням, которые прежде звала домом. Но больше всего она скучала по Акире. Поддавшись порыву, Цумико села на подоконник и достала телефон. Уроки уже закончились, можно отправить младшему брату сообщение.

Я заблудилась.

У себя дома.

Он ОГРОМНЫЙ. Хотела бы тебе его показать.

Сможешь приехать на зимних каникулах?

Ты знаком с кем-то из тех?

Цумико тогда решила, будто брат говорит о персонаже компьютерной игры или чем-то подобном. Акира тоже встретил амаранта? От волнения она даже понаделала ошибок в словах, пришлось набирать медленнее.

Тот, который птица?

Несколько секунд спустя пришел снимок. Акира сфотографировал парня в школьной форме с высоким воротничком. Темная кожа, крючковатый нос, взъерошенные черные волосы, легкая улыбка. Сошел бы за обычного ученика по обмену, если б не глаза. Пришло второе фото. Это уже было селфи. Акира широко улыбался в камеру, а амарант стоял сзади, собственнически, покровительственно обхватив его за плечи. На крупном плане ярко-оранжевые глаза были еще заметнее, а еще к ним добавились когтистые руки.