Во власти шейха. Пленница востока.

Глава 3.

Дарина

– Идеально, золотая девочка. – кружил вокруг меня мерзкий мужчина, самодовольно разглядывая результат своих стараний.

Все они тут как коршуны. Готовы впиться когтистыми лапами и распотрошить. Их улыбки не обнадёживали. Наоборот, пугали и напрягали.

Чувствовала себя выставочным экспонатом. Нарядили меня соответствующе.

Соответствующе тому, если бы экспонатом была шлюха.

Я не ханжа, но не привыкла к подобной одежде. Всё время хотелось прикрыться, спрятать оголённые участки кожи, которых было слишком много. Хотя, возможно это по тому, что я знаю, где нахожусь и для чего именно. Оттого и желание спрятать тело, которое сегодня ассоциируется с куском мяса.

Бордовый огрызок платья обжигал кожу. Какими-то деталями оно было похоже на восточное одеяние. Но слишком откровенное и открытое для здешних мест.

Такое, блядское, но с едва ощутимой претензией на непорочность.

На запястьях широкие браслеты, маскирующие следы оставленные верёвкой. Эти синюшные борозды было непросто припрятать.

– Готова! – крикнул мой «стилист» в приоткрытую дверь. – Можете забирать!

После этого меня тут же вывели.

– Чем покорнее ты будешь, тем безболезненнее будет твоё существование. Помни это. И, давай, без фокусов там. – услышала обращённые ко мне слова Виктора, а после он достал шприц и приподнял его на уровень моих глаз. – Будешь проявлять гонор как сегодня вечером, обычной оплеухой не отделаешься. На кону твоя жизнь и моя репутация. Ты хоть товар и дорогой, но не бесценный.

Да, сегодня вечером я получила затрещину, что до сих пор немного мутит и голова тяжёлая. Пыталась сбежать.

Неудачно.

Потом долго брыкалась и сопротивлялась, пока меня волокли к Виктору. Кричала. Снова плакала.

Подсознательно понимала, что не получится сбежать. Здесь охраны валом. Везде замки и решётки. Но, надежда, как говорится, умирает последней.

После того как Виктор прочитал мне лекцию о правилах поведения на аукционе, его помощник вытолкнул меня на небольшую сцену.

Яркий свет слепил. Чьи-то сальные взгляды были ощутимы на расстоянии. Я даже не видела их обладателей, но физически чувствовала кожей.

– А вот и жемчужина нашего вечера! – проголосил ведущий аукциона. – Невинная и непорочная. Нежный, едва распустившийся бутон. Начальная ставка – десять тысяч долларов!

Я чуть было воздухом не поперхнулась. Вот так просто? Цена человеческого тела, оценённого в немалое количество нулей? Страшно представить, сколько должен брат, если здесь всё такими суммами измеряется. Только лишний раз убедилась, что помощи от него ждать не стоит.

– Кто больше? – фоном слышала голос ведущего. – Мужчина за третьим столиком! Ставка принята! Пятьдесят тысяч раз! Пятьдесят тысяч… Мужчина за седьмым столиком, ставка шестьдесят тысяч!

Меня трясло. Того гляди и рухну на пол. Страшно было. Жутко. Я просто товар. Я та, кем будут пользоваться как вещью.

Лишний раз старалась не смотреть на эти надменные и сальные лица в зале. Благо их и так было плохо видно, из-за направленного на меня освещения.

Эти люди хотят меня купить! А я хочу, чтоб все они провалились в преисподнюю! Тошнота не отпускала. То и дело накатывало. Меня трясло мелкой дрожью. И остановить это было невозможно.

Я бы могла рискнуть и попросить кого-то о помощи. Но тут явно нет тех, кто мне поможет. Нормальные по аукционам с людьми в качестве лота не ходят.

Можно было бы сорвать мою презентацию. Но тогда, меня бы наказали организаторы. И не известно, как именно…

Сейчас же я тешила себя надеждой и иллюзией, что из другого места будет легче сбежать. Что возможно, получится выбраться чуть позже.

Цифры росли, ставки сменяли друг друга. Каждая новая вызывала дрожь и панику.

Я в целом тряслась как осиновый лист на ветру. Я не могла смотреть в глубину зала. Не могла оторвать взгляда от своих босых ступней.

Это как в детстве, казалось, если не видишь ты, то не видят и тебя. Обманчиво и глупо.

– Продана! Сто тысяч! Мужчина из VIP ложа пожелавший не называть имени!

Вырвал меня из ступора довольный крик ведущего.

Боже мой. Я боюсь представить, что со мной могут сделать за такие деньги. Наверное, всё! Если кто-то не пожалел столько заплатить, то не станет сдерживать себя в желаниях оторваться. Каким именно образом, пыталась не думать! Но думала… думала… думала.

Я не помню, как меня забрали с импровизированной сцены. Не помню, как довели до VIP ложа. Просто находясь в прострации, отсчитывала шаги. Шаги, приближающие меня к неминуемой гибели.

– Голову склони. Не смотри в глаза и не перечь! Хочешь жить, слушайся. – это последнее, что мне сказали, прежде чем толкнуть в VIP комнату и закрыть за мной дверь.

Предо мной был мужчина. Забыв всё, что мне сказали, с ужасом на него уставилась.

Несмотря на то, что он сидел, было понятно – он очень высокий. Одет во всё белое. На лице густая чёрная щетина. Золотые часы на запястье и браслет, толстая цепь на шее. Крепкий, статный, с чётко обрисованными чертами лица.

– Подойди. – вальяжно сидя в кресле, поманил меня пальцем этот незнакомый мужчина.

Обращался ко мне на чистом английском. Почти без акцента. И смотрел при этом так, что чудом не воспламенилась.

Взгляд опасный, хищный. Шла к нему на негнущихся ногах, как на эшафот.

– Разденься. – произнёс властно, склонив голову к плечу.

Неконтролируемая дрожь охватила всё тело.

– Нет. – из горла вырвался всхлип, а глаза наполнились слезами.

Вот она, моя погибель. Теперь моя участь окончательно определена. Мой палач передо мной.

– Сопротивление не поможет. Лишь усугубит. Раздевайся. – теперь его голос звучал агрессивно. Подстать облику.

Зверь в человеческом обличии, в лапы которого я угодила.

В ответ лишь отрицательно мотала головой. Получалось нервно и не сдерживая всхлипов.

Нет… нет… нет…

– Нет, прошу. Не трогайте меня. – смотрела прямо в глаза мужчине и тонула в этой бездне. Не пощадит.

Он сделал короткий жест рукой, после чего по обе стороны, ко мне подступили его охранники.

– На колени, неверная. – один из них, несильным толчком в спину, принудил опуститься на колени. – Ты не имеешь прав, женщина. Не можешь перечить и сопротивляться. Перед тобой Сабир нисаб Камаль эль Шараф – шейх Абу-Хафилак. Он твой хозяин.

Господи, это шейх. Самый настоящий. Именно про таких говорят – царь и бог. Именно так я должна к нему относиться.

Я товар, кукла. Обязана быть кроткой и послушной. Но нутро рвалось в бунт. Протестовало.

Стоя на коленях и не поднимая головы, видела, как шейх встал со своего места и неспешно, расслабленно, направился ко мне.

Вопреки правилам и порядкам, о которых мне сказали, снова посмотрела на его лицо. Прямо в глаза.

Задрав голову, сверлила его взглядом. Открытым, искренним и ненавидящим.

Когда он остановился, нас разделял какой-то жалкий десяток сантиметров. Даже улавливала нотки его древесного парфюма.

Прежде чем начать говорить, шейх снова, едва заметно, взмахнул рукой, и охрана отступила. В шоке распахнула глаза, когда услышала звук закрываемой двери. Мы… одни.

– Можешь звать меня Сабир. – голос обманчиво спокойный, обволакивающий, но опасный. Обхватив пальцами мои щёки, сжал их, заставляя губы разомкнуться от давления. – Я тебя купил. Потому что так захотел. Ты моя.

Я, всхлипнув, с силой зажмурила глаза.

– Сейчас я позволяю тебе ослушаться. Но, смотри, слушай и запоминай. Если я захочу, чтоб ты станцевала – ты станцуешь. Если говорю раздеться – раздеваешься. Если захочу, чтоб взяла в рот и отсосала – ты сделаешь и это. Если скажу отдаться мне – ты отдашься.

Проведя подушечкой большого пальца по губе, протолкнул палец в рот. Пульс долбился на какой-то максимальной и критической отметке. Уши заложило.

Тук-тук-тук… – это всё, что я слышала.

Движимая инстинктом и побитой гордостью, сомкнула челюсти, с силой прикусывая его палец. Сделала это, глядя ему в глаза.

Видела, как расползлись зрачки, заполняя собой радужку. Не взгляд, а тёмная бездна.

Он не одёрнул руку, когда мои зубы впились в его кожу. Лишь усмехнулся. Всё также утягивая в омут своих глаз. Даже когда я разжала челюсти.

– Строптивая. Тем интереснее. – обманчиво нежно огладил мою щеку.

Я молчала. Но дышала глубоко и шумно. Каждый вдох ошпаривал лёгкие. Было невыносимо здесь находиться.

Этот мужчина пугал. А ещё, хотелось сопротивляться, даже несмотря на парализующий страх и предупреждение.

Его рука плавно спустилась ниже и сомкнулась на моей шее. Обхватив и сжав её, рывком заставил подняться на ноги.

Смотрела на него во все глаза, жадно втягивая кислород. Каждый вдох был словно последним.

– Люблю охоту на непуганую дичь. Но, ты уже моя. Помни об этом, когда в следующий раз решишь взбрыкнуть. – прижав меня к себе, произнёс на ухо, обманчиво спокойным тоном.

Густая щетина царапала нежную кожу на лице. Его слова вызывали дрожь. А запах парфюма смешанный с кожей, хоть и был приятным, но пугал. Потому что слишком хищный, агрессивный и мужественный.

Когда хватка на моей шее ослабла, охранники, подобно джину из лампы, появились в комнате.

– В машину её. – холодно, хлёстко и совсем не по-доброму.

Глава 4.

Сабир

Я не фанат подобных заведений. Слишком брезглив, чтоб получать удовольствие от концентрированного сборища шлюх.

Но иногда, даже мне приходится делать исключения. Бизнес не терпит послаблений и вывертов, на тему «не хочу» и «не нравится».

Пока вели переговоры, даже внимания не обращал на то, что происходит вокруг меня. Плевать. Кто и как своим телом торгует – не моё дело.

Но пофигизм был недолгим.

Блуждающий взгляд. Лёгкий мазок по сцене и тянущее напряжение в паху как выстрел.

Красивая девочка. Не такая, как все здесь. Было в ней что-то отличительное. Хотя бы то, что её я, в отличие от других девушек, заметил.

Из ложи видел, как она робела перед публикой. По хрупкой фигуре будто паралич расползался. А в глазах вызов. Тем и завела. Такая будет до последнего вздоха трепыхаться и пытаться укусить.

Хочу сопротивления. Хочу подавлять.

Её подавлять – понял это в ту же минуту. Брать её и наслаждаться всплеском ответных эмоций. Разных. От ненависти и до страсти.

Отвалил за неё баснословную сумму бабла. Как помешательство на чужачке. Замкнуло, хоть глаза себе выколи. Да и то не поможет.

От одного только запаха её дурел, когда рядом в VIP-ке оказалась. Похоть застилала разум. Хищник внутри меня рвал когти и скалил зубы.

Белокурые волосы, светлая кожа, голубые глаза, пропитанные огнём – заставляли яйца звенеть.

Не прогадал. Девочка яркая. Манящая.

Член колом. Хотелось нагнуть её прямо в той комнате VIP-ки и засадить на всю длину. Чтоб член мой приняла по самые яйца. И не сделал я этого точно не потому, что она якобы целка. Просто решил поиграть с ней уже на своей территории. Там азарт разогнать можно. Оторваться и вкусить как следует.

Приехав во дворец, отдал распоряжение Далиле, и пошёл к себе.

Далила – старшая смотрительница гарема. Знал её, ещё будучи пацаном. Она при отце моём служила. Доверял ей как себе. Но доверие это очерчено строгими рамками – распространяется исключительно на вопросы в воспитании наложниц. Не более.

А теперь у меня на одну наложницу больше. Все девушки в моём доме неслучайны. Но все из более-менее уважаемых семей. Воспитаны по традициям, приучены к тому, чтоб ублажать, уважать и возносить. Ни одной случайной шлюхи. С кем-то из них я сплю. Кого-то до сих пор не тронул.

Но вот новенькой жемчужине точно просто так отсиживаться не позволю. С члена слазить не будет.

Когда вышел из душа, было далеко за полночь. Обмотав бёдра полотенцем, шагнул за дверь, ведущую в спальню.

Ожидал увидеть совсем другое. Точнее, другую. Поэтому, едва не раскрошил зубы в труху, из-за того, что вместо Дарины в комнате стояла Зафира. Моя, до недавнего времени, фаворитка.

– Сабир. – произнесла, покорно склонив голову.

– Что ты здесь забыла, Зафира? – даже не пытался скрыть раздражения.

– Пришла к тебе. Я твоя главная женщина, Сабир. И я беспокоюсь.

– Закрой дверь с той стороны. Не пытайся сейчас спорить, это не поможет. Я всё сказал тебе ещё утром. Решения своего не поменял. И позови Далилу.

Но Зафира не торопилась покидать мои покои. Стояла, опустив голову и глядя на меня исподлобья. После, сделала пару робких шагов мне навстречу.

– Ты привёл новую наложницу, Сабир? – задала вопрос, положив руку мне на грудь. – Зачем она здесь? Тебе мало меня и гарема?

Как быстро поползли слухи в моём доме. Не успел порог переступить.

Женщины. Любопытство, сплетни, обиды – всё это то, что мне неинтересно. Но кто-то этим живёт.

– Не заставляй меня делать тебе больно. – сжав её запястье, оторвал её руку от себя, как клеща. – Вон пошла.

Не став больше перечить, скрылась за дверью. В глазах злость, плохо замаскированная под смирение.

А уже через пару минут после ухода Зафиры, раздался стук.

– Входи. – не поворачиваясь в сторону открывшейся двери, распахнул окно и, взяв в руки сигарету, прикурил.

Пагубная привычка, от которой не спешу избавляться.

– Вызывали, хозяин?

– Я о чём тебе говорил, Далила? – тут же перешёл к сути, выпуская в темноту улицы густые клубы дыма.

– Подготовить новенькую и привести её в ваши покои, господин. – произнесла смотрительница.

Говорила она верно, а вот делала всё в точности наоборот. Случайность? Не думаю.

– А почему я её здесь не вижу? М? И какого рожна здесь делала Зафира?

– Господин, прошу меня простить, она ведь…

– Она тут никто. Такая же, как и все. Ещё раз ослушаешься меня и пойдёшь на поводу у Зафиры, вылетишь вслед за ней. – делая очередную затяжку и выпуская дым, повернул голову к Далиле. – Не стоит принимать мою доброту за слабость. Ты же знаешь, я могу доносить информацию и иначе.

Смотрительница побледнела на глазах. Знает, что лучше не злить и не нарываться. У каждого есть слабые места и каждого можно надломить даже без физической силы.

– Я прошу прощения, господин. Больше не повторится. Новенькую сейчас приведу.

Молча кивнул, давая понять, что может идти и выполнять то, что должна была сделать значительно раньше.

Уже не первый раз ловлю себя на мысли, что всё приелось. Хотелось новых и живых эмоций. Без наигранности и налёта правильности. Чтоб подпитываться ими, заряжаться.

На деле же, рядом были наложницы, заглядывающие в рот и делающие всё, что нравится мне. Но никто из них не пытался заявить о своём «я». Скучная и механическая ебля. Без огонька.

Моя игрушка другая. Я её ещё не пробовал, но был уверен, коготки и зубки у неё острые. Мне понравится. Чувствую, понравится.

Предвкушал. Жаждал. Желал.

Далила быстро исправила оплошность и спустя пару минут у меня в спальне стояла Дарина.

Снова тот взгляд: острый, перепуганный и дерзкий. Пытается вести себя правильно, но бунтарка внутри неё рвётся наружу. Воительница. Хотя ещё сама этого толком не осознаёт.

Но, вставляет всё это не по-детски. До ломоты и ноющей боли в паху.

Сдёрнул полотенце, прикрывающее наготу, и уверенными шагами направился к своей новой игрушке. Терпение и так на исходе.

– Раздевайся. Думаю, нам пора познакомиться ближе. – произнёс, не скрывая хищного оскала.

Глава 5.

Дарина

– Раздевайся. Думаю, нам пора познакомиться ближе. – произнёс мужчина, надвигаясь на меня решительным шагом.

Похоже, он совершенно не смущался своей наготы.

Высокий, крепкий. Рельефный, с чётко очерченными косыми мышцами. На руках отчётливо выступал вены. Грудь покрыта тёмной порослью волос. На животе кубики, если не все, то большая часть. От пупка и до паха дорожка из коротких чёрных волосков. А ниже… о, боже…

Отвела взгляд в сторону. Но легче не стало. Потому что он упал на расстеленную постель. С трудом сглотнула вязкую слюну.

Нет…

Не хочу.

Не могу.

Сейчас я уже на все двести процентов осознаю, что я товар. Я игрушка шейха. Он меня купил. И может делать всё, что пожелает. Никто не заступится.

Я в чужой стране. Где свои устои, законы и порядки. Уверена, как бы я ни кричала и не молила посторонних о помощи, никто в этом доме мне не поможет. Потому что побоятся нагнать гнев шейха.

Я продолжала пятиться.

Один его большой шаг ко мне. Три моих маленьких, в надежде на спасение.

Если бы не обстоятельства, я, наверное, смогла бы оценить красоту и стать мужчины. Он действительно по-мужски красив. И чертами лица, и телом. Даже движения с налётом грации хищника. Отточенные и будто с примесью обманчивой лени.

Но сейчас же, он меня пугал до чёртиков. И вряд ли это изменится.

– Не подходите! – в защитном жесте выставила вперёд руки.

Помогло ли мне это? Нет, конечно.

Один резкий рывок, захват и я уже прижата к его груди.

– Хочешь поиграть? Или всё же дашь себя попробовать? Я ведь так и так возьму.

Тонкая ткань моей сорочки, которую дала мне уже здесь какая-то женщина, ничуть не спасала. Я ощущала шейха будто голой кожей. Каждую мышцу, вену, весь рельеф и жар его тела. Но что больше всего ужасало, так это его член, которым он прижимался к моему животу.

Смотрел на меня с самодовольной, но еле заметной усмешкой и одновременно с этим задирал подол моей белоснежной сорочки.

– Уберите руки! Я не давала своего согласия на подобное! Не смейте прикасаться!

Боже… Боже… что делать? Как быть? Я не могу вот так. Мне страшно. Страшно до колик в животе и рези в глазах.

Но моё сопротивление для него, как слону дробина. Смешно. Разве могу я противостоять этому мужчине в физической силе? При желании, он меня в бараний рог скрутит и глазом не моргнёт.

– Мне твоё согласие не нужно. – проговорил, опаляя кожу на шее, своим дыханием. В очередной раз подтвердил мои незавидные положение и участь.

Я тряслась и дрожала. Зажмурила глаза. С такой силой сжимала веки, что было даже больно. Зубы и кулаки также плотно стиснуты.

Дышать! Главное, не забывать дышать.

– Нет! – завопила, когда ощутила его руку на внутренней стороне бедра.

Уверенными движениями он задрал сорочку и без стеснения изучал моё тело.

– Не бойся. Сегодня я тебя не порву. Позже, да. Но, не сегодня. – не самое лучшее и обнадёживающее успокоение.

После этого, он надавал двумя пальцами на ластовицу трусиков, раздвигая половые губы прямо через ткань.

Второй рукой крепко держал меня за талию. Буквально вжимал в себя. Ещё немного и кости затрещат.

– Мы будем знакомиться, Дарина.

Ничего не ответила. Просто молчала. Беззвучно поняла слёзы и пыталась отключиться от реальности. Просто представить, что я – это не я вовсе. И будто вообще, не в этом месте нахожусь.

Чувствовала, как мужские пальцы пробираются под ткань и оглаживают лобок.

Сама же подавляла всхлипы и пыталась загасить подступающую истерику. Хотелось скулить, как побитой дворняге.

– Совсем сухая. Вас там не обучали, что ли? – произнёс и убрал руку, которой трогал меня там. – Ничего. Скоро привыкнешь и сама начнёшь просить. – хмыкнул и склонившись, прикусил за мочку уха.

Просить? О чём? О сексе с ним? Это сильно вряд ли. Никогда!

Я не могу осознанно хотеть человека, который держит меня в своём доме против воли. Который, купил меня. Которому наплевать, что я против.

– Глаза открой. – обхватив пальцами подбородок, задрал мою голову вверх. – На меня смотри.

Пересиливая себя, разлепила веки. Ненавижу. Всех ненавижу. И тех, кто меня похитил и его, за то, что ничем не лучше.

– Я не шлюха! – выплюнула ему в лицо, борясь с желанием расцарапать красивую физиономию.

– Не будь так категорична. Чем ты лучше? Продавала своё тело и невинность. Фактически торговала собой. Ты такая же шлюха, только не затёртая.

Меня будто ледяной водой окатило. Шок. Обида. Боль. Протест.

Мотнув головой, попыталась сбросить его пальцы со своего лица.

Но, тщетно.

– Не брыкайся, красивая. Правда часто бывает неприглядной. Но мы же оба знаем, что к чему. Так зачем называть чёрное белым? Как ни крути, ты та, которую я купил.

И всё. Меня сорвало. Предохранители слетели окончательно. Мне стало плевать, что будет дальше! Накажут меня за крик или нет. Но держать всё в себе я больше не смогла.

– Я не шлюха! Не шлюха! – со всей силы отбила его руку, а после начала молотить по нему кулаками без разбора. – Меня похитили! Отняли документы, деньги, телефон! Перевозили с мешком на голове и держали взаперти! – орала не своим голосом, роняя жгучие слёзы. – Грозились изнасиловать или накачать какой-то дрянью! А ты такой же! Ничем не лучше! Отвалил круглую сумму и решил, что теперь мой хозяин? Что я буду у ног твоих ползать? Не буду! Не буду!

Буквально кидалась на мужчину, пытаясь ударить побольнее. Да, наши силы не равны. Но я устала! Устала бояться и быть вещью! Я не вещь!

– Дикая. – рявкнул, перехватывая мои руки.

Быстро меня скрутил. Мог бы и быстрее, но, почему-то не сделал этого раньше. – Успокойся!

Произнёс не менее громко и слегка меня встряхнул.

А я, его лица уже толком не видела. Слёзы застилали весь обзор. Как же я хочу домой. Как же я хочу в свою постель. В свою прежнюю жизнь. Подальше от всей той грязи, которая окружает меня сейчас.