Фаэтон. Пробуждение

Тёплые солнечные лучи пробивались сквозь давно не мытые стёкла и проникали на кухню. Уже около пяти минут я стоял в проходе и, слегка ослеплённый ярким светом, разглядывал мужчину, сидящего за столом. Он был с головой погружён в свои тетради и не замечал моего присутствия. Раз за разом я прогонял в голове события вчерашней ночи в надежде, что это был всего лишь сон. Сидящий передо мной Док говорил об обратном.

Я снова взглянул на тетради одарённого. Помнится, вчера после применения способности он сразу что-то записал в них. Зачем он это сделал? Похоже, что он описывает результаты её действия. Но он же ясно объяснил, как работает его способность. Просто берёшь органику, прикладываешь, и пациент здоров. Не исключено, что у неё есть какие-то ограничения в соблюдении пропорций. Даже моя способность не всесильна и требует прямого зрительного участия. Наверное, возьми он материала меньше, чем того требуется, результат вряд ли будет положительным. Интересно, а если он возьмёт больше, тогда останется лишняя часть или случится что-то другое?

– Что ты делаешь? – пытаясь сделать голос более безучастным, спросил я.

Док дёрнул головой и на мгновение остановился. Затем его глаза зацепились за очередную закорючку в тетради, и он обратился к ней, оставив мой вопрос без внимания.

– Ты будешь зелёный или чёрный чай? – более громко произнёс я, наполняя чайник.

– Кофе, – буркнул Док, не поднимая головы.

– Что?

– Кофе! Напиток такой из плодов кофейного дерева…

– Ты издеваешься? Какой ещё кофе? – мои слова, словно раскаты грома, заглушили его. – Я мусорщик! У нас просто не может быть талонов на кофе. Я тебе не дочка миллионера, чтобы по утрам его пить.

– Тогда чёрный, – все в той же интонации ответил он.

Его поведение снова начинало заводить меня. Когда чайник засвистел, я достал две кружки, закинув в них по бумажному пакетику. Их содержимое мало чем напоминало настоящий чай, скорее, это была мелкая пыль, не имеющая никакого запаха. И эта чёрная пыль в считанные секунды окрасила горячую воду. Я подошёл к столу и резким движением поставил одну из кружек прямо перед лицом увлечённого своими делами мужчины.

– Сейчас бы горячей яичницы на завтрак с бекончиком, а ещё тостов. Да-а, тостов с сыром, – протянул Док, одним движением убирая тетради со стола. – Но и это… есть только у дочки миллионера.

– Могу предложить галеты. Если хорошенько представить, можешь почувствовать не только бекон, – съязвил я, устраиваясь рядом. В лицо ударил горячий пар прямиком из кружки. Абсолютно никакого аромата.

– Галеты тоже неплохой вариант, привычный уже. Точно! – он не обратил внимания на мои слова и с головой нырнул в свой рюкзак, надеясь что-то найти там. Затем он извлёк закрытую пачку печенья. – Это отлично подойдёт к чаю.

Я с удивлением уставился на закрытую разноцветную упаковку. А неплохо живут врачи, раз позволяют себе печенье по утрам.

– Можно? – сглатывая подступившую слюну, спросил я.

– Ну конечно! Это всего лишь скромное угощение, – добродушно улыбнулся Док.

В моей руке лежал желтый рассыпчатый квадратик, на лицевой стороне которого была изображена корова, напоминающая больше бесформенный овал. Откусив часть, я прикрыл глаза, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Печенье быстро превратилось в мягкую сладкую кашицу, отдалённо похожую по вкусу на топлёное молоко. Быстро затолкав в рот остатки, я принялся тщательно жевать. На моём лице появилось настоящее блаженство. Как давно я не ел ничего подобного. Шкала настроения поднялась сразу на несколько пунктов. Спасибо, Док. Рука потянулась за еще одной штукой. Вот если бы сейчас здесь была эта ненасытная девчонка, мне бы с трудом досталась хотя бы одна. Кстати, где она? До сих пор не вышла из комнаты?

– А… – начал я, устремив взгляд в сторону коридора.

– Аня? Ещё спит, – проследил за моими глазами Док, а затем усмехнулся. – Она очень долго засыпает, зато потом её никак не разбудишь.

– Слишком безрассудно!

– Ох, поверь, эта девушка не даст себя обидеть. Так какие у нас планы? – как бы невзначай поинтересовался мужчина.

– У нас? – моему удивлению не было предела. – Я вчера всё сказал. Сопротивление ваше у меня и так в печёнках сидит. Результатов их деятельности мне на работе хватает. Скажите спасибо, что не выгоняю!

– Мне казалось, что ты передумал, – он сделал виноватое выражение лица.

Я отрицательно покачал головой и откусил очередной квадратик печенья.

– Возможно, у тебя есть какие-то идеи, как нам с Аней поступить? – снова начал Док, опрокидывая в себя остатки жидкости. – Нам нужно как-то выйти на них. Несмотря на известность Сопротивления, сделать это очень трудно.

– То есть, ты хотел заманить меня в вашу сомнительную компанию без какого-либо плана действий?

– Да, но…

– Но? Ваши действия – это чистое самоубийство. Любой нормальный одарённый убил бы вас вчера прямо здесь, на этом самом месте. И я до сих пор не понимаю, почему сам этого не сделал, – из меня вырвался прерывистый нервный смех. – А теперь я ещё вам советы бесплатные должен раздавать? Ну что же, есть одно место, где вы точно узнаете больше!

– Трущобы? – Док опустил взгляд.

– Верно, они самые. Какой ты догадливый! Трущобы – кладезь информации. Может и ночлег себе там подыщете, – недвусмысленно протянул я.

– Это очень опасно, сам знаешь, какие там порядки. Нас продадут, даже глазом моргнуть не успеем.

– А что вам остаётся?

– Ты сам разрешил нам остаться, – Док пристально посмотрел на меня, ожидая какой-то реакции.

– Ведите себя тихо, – сквозь зубы процедил я, вставая из-за стола. – И спасибо за угощение.

Пришло время собираться на работу, совсем скоро за мной приедут. Облачившись в чистый комбинезон, я заглянул в комнату к девушке. Аня сжалась в клубок, полностью откинув толстое одеяло. Монотонное сопение развеивало тишину помещения, тёмного от плотных штор. Удивительно, в незнакомом месте так безмятежно спать. У неё совсем нет инстинкта самосохранения? Недовольно хмыкнув, я направился к выходу. Эта девчонка имеет только дешёвые понты со своей убийственной силой.

Закрывая входную дверь, я мысленно молился, чтобы Док прислушался к моим словам и у меня не возникло проблем из-за их присутствия. Если они позволят себе слишком много, сюда непременно заявятся охотники. Пока преступники живут у меня, я попадаю под категорию их сообщников. Инквизиторам будет всё равно, помогал я им по доброй воле или меня заставили. Так или иначе меня поймают. А под кровавыми пытками они быстро узнают, что я такой же одарённый, как и они. Нужно от них скорее избавиться. Только как? Возможно, на меня сильно повлияла открытость Дока, но любую приходящую в голову мысль о доносе я тут же отгонял. Каким же дураком я стал! Страх перед возможными последствиями заставлял меня нервничать, но во мне всё ещё не возникало желания пойти по лёгкому пути. Мои дрожащие руки уже несколько минут бегали по карманам в поисках ключей.

– Что-то ты долго копаешься, сосед, – позади раздался ехидный голос.

Я повернул голову и увидел спускающегося по лестнице Васю, моего соседа сверху. Вот не хватало мне сейчас компании этого человека. Он был мне противен, как и многим оставшимся в доме жильцам. Для него не существовало никаких правил приличия, и Вася вмешивался в любые действия, происходящие у него на глазах. Желание извлечь выгоду из подвернувшегося случая, возможно, было единственным его качеством. Ходили слухи, что он написал огромную кучу доносов. Ложных доносов. И, возможно, благодаря именно им, его с полгода назад поселили в освободившуюся квартиру надо мной. Мерзкий человек, не скрывающий своих грязных намерений.

– Ключи найти не мог, – громко ответил я, проворачивая несколько раз ключ.

– Ключи? Это дело хорошее. Только если в следующий раз не найдешь, говори, и я обязательно присмотрю за твоим имуществом, – он облизнулся и подмигнул мне.

Ну конечно, Вась, присмотришь. Так присмотришь, что я потом чего-нибудь не досчитаюсь. Почему из всех мусорщиков города ко мне в бригаду попал именно ты? Каждое утро слушать одинаковые шутки этого сорокалетнего клоуна было той ещё пыткой, и я, не ответив ему, начал спускаться по лестнице.