В погоне за Тенью

Блок 0/2/b

Я лежал на кровати и по обыкновению валял дурака. Мои друзья-сокурсники, делившие со мной комнату, занимались своими делами. Иногда мне нравилось наблюдать за ними со стороны. Все они абсолютно разные: у каждого свои привычки и особенности, у каждого свой характер и темперамент. Тем не менее я не мог назвать никого, кто был бы мне ближе этих троих балбесов. За последние два года обучения мы настолько сдружились, что вся академия воспринимала нас только вместе. Мы редко ходили поодиночке и все свои шумные проделки тоже устраивали вчетвером.

Родр И́лай – высокий, широкоплечий, темноволосый парень с чёрными, как ночь, глазами. У него коротко стриженный затылок и виски, «щётка» на макушке и длиннющая чёлка на пол-лица, за которую он неоднократно получал нагоняй от коменданта жилого блока. Баламут, весельчак. Не понимаю, как он умудрился до сих порне вылететь из академии за свои фокусы.

Родр – генератор идей, причём совершенно безрассудных. Например, однажды он предложил устроить гонки на учебных энергокарах3. И где? Прямо во дворе академии. Мы все его, конечно, поддержали. В итоге я не вписался в поворот, угодив в главный фонтан, и окатил холодной водой командующего факультетом космонавигации буквально с головы до ног. На волосок от отчисления тогда были все четверо.

Вот и сейчас Родр сидит и что-то там изобретает. Родр классный парень, я бы с ним и в огонь и в воду, как, впрочем, и со всеми остальными.

Твег И́но – крепкий, подтянутый, плечистый, с коротко стриженными чёрными волосами; косые виски его уходят вперёд на баки. Он отчаянный малый. Если честно, они с Родром стоят друг друга. Правда, Твег иногда задумывается о последствиях. Но только иногда! Чаще, если он что-то придумал, то его мозги совсем отключаются. В прошлом учебном делении он решил устроить фейерверк в честь сдачи экзаменов, а ещё сделал плакаты с поздравлениями, которые потом загорелись. Естественно, мы ему в этом помогли; чуть корпус тогда не спалили. Вообще, наша комната 0/2/b славится на всю академию. Думаю, если бы мы не были лучшими по успеваемости во всех дисциплинах, кроме непосредственно самой дисциплины, нас бы уже давно выгнали за наши «подвиги».

Твег сидит на своей кровати и играет в нави-игру, симулятор космонавигации. Он лучший игрок из всех; его рекорд ещё никому не удалось побить.

Самый рассудительный и спокойный в нашей компании – Зул Наер. Если бы не он, наших «подвигов» было бы намного больше. Сколько раз он нас отговаривал от очередной «гениальной» идеи! Но если у него не получается нас отговорить, то он не остаётся в стороне и идёт на приключение с нами, обязательно добавляя при этом: «Всё это плохо кончится». Тогда, перед гонками на энергокарах, он тоже пытался нас отговорить от этой затеи, но у него не получилось. И всё равно попёрся с нами, и с нами же получал нагоняй в кабинете командующего академией. Они с Твегом чем-то похожи – и телосложением, и стрижкой; так, что бывает, со спины мы их путаем. Можно отличить по походке, только если знаешь их очень хорошо. Твег ходит более развязно, разболтанно, что ли. Зул – сдержанно, словно идёт по коридорам звездолёта. Статная, размеренная походка, как у офицера.

Конечно же, пока мы все маемся от безделья, Зул что-то учит. Он всегда что-то учит. Иногда даже то, что не задано программой. Когда его что-либо заинтересует, он начинает шерстить все базы данных и ищет это, пока не найдёт. Сейчас пытается найти информацию об антиматерии и проходах через временные тоннели. Учёные умы ещё не решили вопрос перемещения во времени, а Зул вот решил разобраться. Любопытно ему, видите ли, как оно, то есть, время, устроено. Гиперскачок-то придумали не более двухсот эвтолет4 назад. Хотя мне, если честно, плевать, потому что в академии и без того нужно учить выше крыши: стратегию боя, тактику боя, вооружение и его устройство, физику, химию, квантовую механику, картографию планет, космонавигацию и ещё целую кучу всего, и это не считая физподготовки, практики пилотирования, а также изучения языков всех планет Кейтерианского союза.

Все мы тут и познакомились, в стенах этой комнаты. Учимся на одном факультете и на одном курсе. Зул и Твег тоже отсюда, с Эвтона, только с разных континентов. Родр – с Квизона; специально прилетел на Эвтон, чтобы поступить в эту академию. Межгалактическая академия Эвтона – лучшая во всём Кейтерианском союзе. Это последний год, когда мы вместе, а после экзаменов нас раскидают по разным уголкам галактик союза.

Напряжение в отношениях с ящерами, рептилоидными расами, всё нарастает. Поговаривают даже, что возможна война. Пока что политики любезно улыбаются друг другу, изображая мир, но это уже отнюдь не похоже на мир. Того и гляди, эти беспринципные рептилии воткнут нож в спину. Им нет доверия.

Когда-то давно мы уже воевали с ящерами, ещё до образования Кейтерианского союза. Тогда все планеты были по отдельности: Эвто́н, Квизо́н, Дила́р, Зо́лиан, Про́тект, Ю́ни, Тави́; все они населены гуманоидными расами. Цивилизации на этих планетах берут своё начало от Ке́йтерианской расы, которая существовала очень давно на планете Кейт. Именно кейтерианцы подарили разумную жизнь этим семи планетам. К сожалению, Кейт была уничтожена взрывом звезды их планетарной системы, но потомки до сей поры благодарны им за жизнь.

Раньше все цивилизации жили порознь и никак не взаимодействовали, хоть и знали о существовании друг друга. Однако противостояние с ящерами заставило их объединиться и создать Кейтерианский союз, названный в честь наших предков. Война вымотала обе стороны, поэтому было заключено мирное соглашение. Впоследствии рептилоиды тоже решили объединиться в союз. Рептилии представлены несколькими расами: сира́ги, скве́рги, у́рги, нмза́не и ри́ззо. Правда, их отношения в союзе далеки от идеальных; рептилиям вообще не свойственно дружелюбие, их взаимоотношения построены на взаимной выгоде.

До сего момента эти две махины, два межпланетных союза, кое-как удерживали мир. Они до сих пор пытаются его удержать, но обе стороны уже понимают, что это фикция. Скоро разразится война.

Я, если честно, ни разу не видел ящера вживую, только по интервизору5. Ну и мерзкие же твари! Хоть и говорят, что некоторые из них вполне миролюбивы, но я бы предпочёл это не проверять. Несмотря на мировое соглашение, и ящеры, и мы стараемся жить только на своих планетах. Я слышал, что у них там очень высокая влажность.

Так я лежал в своей комнате, гоняя мысли, как на мой браслет пришло сообщение: вызов от командира корпуса. Я взглянул на парней. Они тут же насторожились, перебирая в уме последние проделки. Моё сердце учащённо забилось, а ладони вспотели: командир корпуса просто так не вызывает. Но делать нечего, надо ответить.

«Линк Тэрри, тебя вызывают в Главный штаб академии. На сборы дано две эвтоминуты. В 71:15:01 тебя там ждут», – отчеканил командир.

– Вас понял! – Едва я успел ответить, как голограмма над ладонью погасла.

Я снова посмотрел на парней. Они стояли неподвижно, во все глаза уставившись на меня. Если вызывают прямо в штаб, то дело точно непростое.

Вдруг я вспомнил, что у меня осталось меньше двух эвтоминут на сборы, и подскочил как ужаленный, на ходу надевая форму.

– Стоп! Куда?.. Парадку!.. – очнувшийся первым, крикнул Твег.

– Верно, ведь мне нужно в штаб! – сообразил я, бросившись к стенной нише за парадной формой. Молниеносно влетев в штаны и пиджак, я принялся поправлять всё это на себе. Парни помогли проверить погоны и нашивки.

– Кажется, готов! – сказал Родр.

Зул хлопнул меня по плечу:

– Удачи!

Дейн Эрнсон

Выйдя из комнаты, я почти бегом направился к телепорту, находящемуся в конце коридора. Не успел я в нём толком расположиться, как после яркой вспышки уже очутился в телепорте штаба командования. В последний раз я был здесь при поступлении. Как сейчас помню финальное собеседование и вопрос командующего академией: «Сынок, а зачем ты пошёл во флот?»

Куда идти, я уже знал. Огромная стойка регистрации посетителей находилась в центре холла первого этажа.

– Линк Тэрри? – спросила одетая в военную форму девушка за стойкой, едва я подошёл.

– Э-э-э… Да!

Девушка приподняла бровь.

– Гм… Так точно! – уже по уставу ответил я, а взгляд невольно упёрся в её туго обтянутую мундиром грудь.

– Вас ожидают в кабинете командующего, – строгим тоном произнесла она.

Заметив, как укоризненно она на меня смотрит, я густо покраснел. Девушка была очень красива, хоть и старше меня. Мне стало неловко, ведь она прекрасно поняла, куда я пялился всё это время.

– Разрешите идти? – отчеканил я, теперь уже глядя на стену позади девушки.

– Идите, курсант, – снисходительно сказала она. Обходя стойку регистрации, я успел увидеть её ухмылку.

Я торопливо шёл по длинному коридору. Здание штаба академии было очень старым и словно бы хранило дух воинской чести всех времён. На гладких каменных стенах из чёрно-серого гэрта6висели портреты самых известных эвтонианских главнокомандующих и командиров боевых кораблей. Шагая по мягкому красному ковровому покрытию в компании этих великих людей, я наконец достиг конца коридора, где находился лифт. Он вёл на этажи с кабинетами командиров корпусов, факультетов и прочих высших чинов флота. Кабинет командующего располагался на втором этаже.

Войдя в лифт, я нажал на скан-экране значок, обозначающий второй этаж. Сканер пробежал по моему лицу, считал данные с браслета, после чего лифт закрылся и поехал.

Второй этаж кардинально отличался от первого: тут уже не было гладкого гэрта, плавных обводов и арок. Напротив, всё холодно, рельефно и строго: гладкие серые стены, автоматические двери с электронными сканерами, таблички с именами хозяев кабинетов.

В коридорах уже никого не было, так как день близился к концу. Мои шаги, отбиваемые тяжелыми армейскими ботинками, гулким эхом отдавались по всему этажу. Вот и кабинет командующего. Я остановился перед дверями, пытаясь выровнять дыхание и немного успокоиться. Но не получилось – сердце предательски заходилось, а дыхание стало тяжёлым и сбивчивым. Тем не менее, сделав глубокий вдох, я решительно шагнул вперёд.

Сканер, считав мой браслет, автоматически открыл дверь. Значит, командующий меня ждёт. Я вошёл. Кабинет совсем не изменился с момента моего прошлого визита: тот же высокий потолок и серые стены с полками, на которых стояли модели звёздных кораблей всех типов, массивный стол командующего и брифинг напротив него ровно на двадцать мест, точно по количеству корпусов и факультетов академии Кейтерианских вооружённых сил. В прошлый раз, когда я проходил собеседование, все места за брифингом были заняты. Командиры корпусов прожигали меня тогда взглядами, а я, совсем юный мальчишка, мечтал о звёздах и о том, чтобы поскорее выйти из этого кабинета с допуском к обучению.

Но сейчас командующий был в кабинете один. Он стоял ко мне спиной и наблюдал в огромном окне закат Дэрджо. Командующий даже не повернулся, хоть и прекрасно слышал, как я вошёл.

– Разрешите войти? Курсант Линк Тэрри прибыл по вашему приказанию! – отчеканил я, но тот никак не отреагировал, по-прежнему смотря в окно.

Командующий академией арм-стейтон по имени Крог Родег обладал массивной фигурой и хмурым лицом. Несмотря на возраст, весьма подтянут. Его седой коротко стриженный затылок был словно влит в широкие стальные плечи. Говорят, Родег никогда не улыбался, но, вероятно, это всего лишь слухи. Я думаю, если пройти за свою жизнь столько боевых операций и дослужиться до арм-стейтона, повидав все ужасы смерти, и правда станешь чёрствым как скала и холодным как камень.

– Как служба, курсант? – не оборачиваясь, наконец отозвался он.

Я слегка растерялся, услышав вопрос, однако вида не подал.

– Я учусь в лучшей академии флота, – выпалил я первое, что пришло на ум.

Арм-стейтон7, повернувшись ко мне, усмехнулся. Всё-таки это слухи – он умеет улыбаться.

Родег не спеша подошёл ко мне, оценивающе оглядел.

– Нравится в академии? – неожиданно добродушно и совсем не по-военному спросил он.

– Так точно!

Снова усмехнувшись, он медленным шагом вернулся к столу и сел в большое кресло, которое, казалось, было сделано специально для него. Моя рубашка под мундиром уже давно прилипла к спине, а по вискам медленно и предательски щекоча катились капельки пота. Я стоял в стойке смирно, боясь даже дышать. Особенно настораживал тон общения командующего.

– Много ты мне крови попортил, Тэрри, – осуждающе произнёс Родег, – да и дружки твои тоже.

– Виноват! – сказал, словно выстрелил, я, резко дёрнув головой, чтобы смахнуть проклятые капли пота.

– Конечно же, виноват, – покачал головой арм-стейтон. – А знаешь, почему вас всё ещё не выгнали?

– Никак нет!

Родег хотел продолжить, но внезапно сменил тему.

– Тут кое-кто хочет поговорить с тобой, – сказал он. – Тебя ожидают за этой дверью, – он указал взглядом на стену, – не заставляй себя ждать.

– Разрешите идти? – я отдал честь.

Арм-стейтон молча кивнул и нажал на столе какую-то кнопку. В абсолютно гладкой стене открылся проём.

Я направился туда. Помещение, находящееся за потайной дверью, оказалось гораздо меньше и с абсолютно гладкими белыми стенами и потолком, светящимся изнутри. Причём освещение было тусклым, как будто его нарочно приглушили. В центре стоял большой круглый стол, вокруг него – одинаковые кресла. Напротив входа, с противоположной стороны стола, сидел человек, которого я заметил не сразу из-за его тёмной одежды. Он сидел так, чтобы свет не падал на него, тем самым скрывая лицо.

– Разрешите войти? – спросил я.

Мужчина молча указал на кресло, стоявшее передо мной. Я нерешительно сел и сложил руки, как на лекции, не понимая, что всё это значит. Сначала Родег говорит со мной так, словно мы с ним просто гуляем по парку, а теперь этот непонятный тип.

Незнакомец придвинулся к столу, попав под скудные лучи освещения. Теперь я мог его рассмотреть: это был одетый в гражданское темнокожий крепкий мужчина. Суровое лицо, крепкий волевой подбородок, прямой нос; губы плотно сжаты, как будто их обладатель сдерживал злость. Его чёрный костюм, крой которого напоминал военный, был лишён каких-либо знаков отличия. Нет ни одной лишней детали, даже карманов.

Мужчина пристально смотрел прямо мне в глаза; казалось, он видит меня насквозь.

Затем он достал из-под стола небольшой кейс, положил перед собой и открыл. Всё это он делал молча и безо всяких эмоций, как бы нехотя. Порывшись в кейсе, он извлёк из него чёрную папку и обычный стилк8.

«Почему стилк?.. В наш век высоких технологий, когда всю информацию записывают на электронные носители и хранят в базах данных? Стилк… Его сейчас разве что художники используют, когда рисуют на бумаге. Последние торгаши на рынке, и те ведут свою бухгалтерию на планшетах. Я и не знал, что сейчас производят бумагу для записей… Разве что… Постой!.. Информацию хранят на бумаге, когда её нужно сохранить только на ней. Я слышал о таком! Код секретности 001, но я думал, это всё не более чем байки!»

Меня бросило в дрожь.

«Что там такого, в этой папке, чего нельзя хранить в базе данных?» Мысли неистово сменяли друг друга, но, кроме нарастающего страха, результата никакого не принесли.

А темнокожий всё молчал, сверля меня взглядом.

– Линк Тэрри, 8593 года рождения по новому эвтонианскому летоисчислению. Мать – Оли Тэрри, микробиолог; отец – Хамар Тэрри, инженер на удалённой космической станции. Родился и вырос в городе Ни-Охн на побережье залива Ноктау… – Он замолчал, читая дальше про себя. Затем, отложив папку, посмотрел на меня.

– Ну что, Линк Тэрри? Знаешь, для чего ты здесь?

– Никак нет, – негромко ответил я. Рапортовать уже не имело смысла.

– Кто я такой, ты, конечно же, тоже не знаешь, – спокойно продолжил он. – Меня зовут Дейн Эрнсон. Я из управления внешней разведки Кейтерианского союза, из спецотдела, если быть точным. Но ты не найдёшь никакой информации, документов или какого-либо упоминания об этом отделе и о тех, кто там работает. – Он сделал паузу.

Я сглотнул, чтобы хоть как-то смочить пересохшее горло.

– Мы уже давно наблюдаем за тобой…

– Почему именно за мной? – набравшись смелости, спросил я.

Темнокожий рассмеялся.

– Не льсти себе. Мы наблюдаем за всеми курсантами всех академий, но за некоторыми особенно пристально. И ты в их числе.

– Чем же я отличаюсь от остальных?

– Скажем так, у тебя есть навыки, которые нас интересуют: ты наблюдателен, собран, у тебя аналитический склад ума. Пусть практически отсутствует дисциплина, но ты всегда горой за своих друзей. Твои результаты тоже весьма выдающиеся: стрельба, рукопашная подготовка и способность к изучению языков на высоте. А вот звёздная навигация, тактика и стратегия звёздного боя – так себе.

– У меня высший бал по этим дисциплинам, – возразил я.

– Кого ты обманываешь, малыш? Это заслуга твоих друзей, проживающих с тобой в одной комнате – Ино и Наера.

Я покраснел. Кажется, он знает обо мне даже больше, чем я сам.

– Из тебя выйдет посредственный командир звёздного крейсера, но… – Он выдержал паузу, подняв указательный палец. – Из тебя бы получился идеальный шпион и разведчик. При соответствующей подготовке, естественно.

– Но я хотел летать, – снова возразил я.

– Не переживай по этому поводу. Полётов у тебя будет достаточно и не меньше, чем у сокурсников. А вот командовать звёздным крейсером тебе вряд ли удастся. – Дейн встал из-за стола и, сложив руки за спину, медленно двинулся в мою сторону, смотря при этом на стену позади меня.

– Что же мне делать? – настороженно спросил я.

– Ничего! Завершай обучение, сдавай выпускные экзамены, получай звание скилэйка и распределение на корабль. Ты вообще можешь забыть про этот разговор. Но однажды мы вызовем тебя и сообщим, что время пришло. Сотрём информацию о тебе на всех планетах и со всех баз данных, и ты станешь «тенью», – произнёс Дейн, садясь на край стола рядом со мной. – Но это после, когда настанет время, – добавил он, загадочно улыбаясь.

– А сейчас-то я могу быть свободен? – недоверчиво спросил я.

Дейн развёл руками, пожал плечом и, продолжая улыбаться, указал на открывшийся проём за креслом, в котором он сидел минуту назад. – Разумеется, ты же не связан.

Я осторожно встал из-за стола и направился к выходу.

– Что мне сказать ребятам? Ведь они наверняка спросят, для чего меня вызывали, – осведомился я, вдруг осознав, что друзья могут проявить любопытство.

Эрсон снова пожал плечом и ответил:

– Ничего. Просто ничего не говори.

«Странно… Как это – ничего не говорить, а если они спросят?» – подумал я, покинув наконец эту комнату. Я оказался на пустой площадке небольшого зала, в центре которого стояло несколько телепортов. Снова слабый тусклый свет и никаких окон, вокруг лишь серые стены и гладкий, уложенный плиткой пол с чередующимися чёрными и белыми квадратами. Один телепорт оказался включённым. Я не раздумывая вошёл в него и тут же очутился в шумном коридоре своего корпуса, где на меня никто не обратил внимания. Жизнь корпуса кипела, как всегда в это время. Я направился в свою комнату, продолжая обмозговывать, как буду объяснять всё это парням. Войдя, я увидел, что они заняты своими делами. Никто из них не придал особого значения моему появлению и никто ни о чём не спросил. Удивительно, как такое возможно, но ни тогда, ни после мои друзья так и не поинтересовались, для чего меня вызывали в штаб.

Выпускной

С момента того разговора прошло больше ста эвтодней, и я постепенно о нём забыл. Как вышло, что парни ни разу не заикнулись об этом, я так и не понял.

Позади остались успешно сданные экзамены и тесты. Сегодня мы должны были получить офицерские аттестаты, лицензии пилотов и знаки отличия – погоны скилейка. С этого дня мы назывались офицерами Кейтерианского флота. Церемония вручения лицензий и знаков отличия должна была проходить днём, но весь наш корпус стоял на ногах уже с первыми лучами Дэрджо. Мы начищали до блеска обувь, готовили парадную форму, совершали гигиенические процедуры.

– Ну как вам идея, а? – не унимался Родр. – Я знаю отличное место, где домики стоят прямо на берегу залива. Возьмём напрокат автолёты и рванём туда. Мы же теперь пилоты, парни!

– И что мы будем там делать? – скептически взглянул на него Зул.

– А-а-а, Зул, не будь занудой! Пригласим ребят и девчонок с нашего курса, отпразднуем окончание академии.

– Так бы и сказал, что хочешь позвать Талли Хилл. Все видят, как ты на неё пялишься, – подтрунивал над ним Твег.

– Что ты к Хилл прицепился? Девчонок на курсе полно, но Талли тоже можно позвать… – густо покраснев, ответил Родр.

Парни разразились дружным хохотом, а Родр покраснел пуще прежнего.

– Ладно, Родр, – хлопнул его по плечу Твег, – я поддерживаю, как и всегда. Зул, Линк, вы с нами?

Я подошёл и положил руку на плечо Родра с противоположной от Твега стороны:

– Ребята, я с вами, но при условии, что мы купим самый большой фейерверк, а Твег запустит его с крыши! Зул, ты с нами? В нашем полукольце осталось незанятым только твоё место! – Мы хохотали до слёз.

Зул стоял напротив, скрестив руки на груди. Он, как обычно, держался до последнего.

– Это всё плохо кончится… – Он выглядел серьёзным, но уже с трудом сдерживал улыбку.

– Зул, не заставляй себя уговаривать! – нарочито жалобно простонал Родр.

Зул окинул нас взглядом и улыбнулся.

– Как вас оставишь без присмотра? Твег непременно спалит дом своим дурацким фейерверком, а Линк утопит автолёт в заливе. Должен же кто-то за вами, балбесами, присматривать! – Он обнял меня и Твега за плечи, сомкнув наш круг.

Мы стояли так, обнявшись, и танцевали наш ритуальный танец, повторяя снова и снова своё тайное заклинание:

Кто воюет в Кейто-флоте?

Мы, пилоты, мы, пилоты.

Нет нигде, как ни крути,

Круче блока 0/2/b (би)!

После этого мы снова расхохотались. Лучи Дэрджо мягким светом заливали наш блок, и у всех было отличное настроение. Сегодня наш последний день в академии, а спустя два с небольшим эвтогода мы поступали на службу Кейтерианского флота. Это обстоятельство не могло не радовать.

* * *

Несмотря на опасения, вечеринка прошла благополучно. Твегу удалось не спалить дом, а я не утопил автолёт9, как предрекал Зул. Рано утром, сидя в шезлонгах на берегу залива, мы наблюдали восход Дэрджо и пили карим10. Эта картина почему-то навсегда засела в моей памяти.

На следующий день мы получили назначение на корабли Кейтерианского флота. Тогда, у главного здания академии, мы в последний раз были все вместе. Четыре молодых парня, четыре скилейка в новёхонькой лётной форме. Обнявшись на прощание, мы пожелали друг другу удачи и надеялись когда-нибудь встретиться вновь. А дальше каждый пошёл своей дорогой.