Высота преступления

Глава 4

Глава 4

За двадцать два дня до инцидента

Квартира Джефри Робсона располагалась в старом кирпичном здании в центреСан-Диего, недалеко от участка, где он работал. Главная комната служилаодновременно кабинетом и гостиной. Намассивном деревянном столе, заваленном папками, лежал потрёпанный блокнот сзаметками, досье эксперта относительно передозировки неизвестным наркотикомобозначенным условно MI-9 и сотовый телефон. Рядом был стакан с остатками вчерашнего кофе. Настене висела доска с нитями, связывающими лица, места и даты – точно такая жедоска стояла в участке возле его рабочего места.

Книжная полка ломилась от юридическихсправочников, учебников по криминалистике и потрёпанных детективных романов.Между ними стояли несколько рамок с выцветшими фотографиями: молодой Робсон вполицейской форме, снимки с коллегами, снимок с Джейн возле машины на парковкеполицейского участка и фото отца, поймавшего огромную рыбу – Джефу тогда былолет пять.

Спальня была аскетической: узкая кровать,тумбочка в которой хранился отцовский шестизарядный револьвер и на которомстоял радиоприёмник, настроенный на полицейскую волну и будильник, заполнившийсвоим звоном всю комнату.

Робсон протянул руку и отключилбудильник. Он сел на кровати и взглянул на время – 7:15. Джейн должна заехать кдевяти, значит ещё есть время привести себя в порядок. Несмотря на крепкий сон,он по-прежнему чувствовал усталость – сказывалась работа допоздна. Удалосьпоспать всего пару часов. Он вообще мало спал после той поездки в Мексику. Ктобы мог подумать, что всё так обернётся?

Джефри встал с кровати, и направился вванную комнату. Он не стал менять вчерашнюю футболку и штаны цвета хаки.Почистив зубы, Джефри посмотрел в зеркало над раковиной. Щетина плотнопокрывала его лицо, придавая ему неухоженный вид. Он провёл ладонью поподбородку, не брился уже четыре дня, и это его раздражало. Обычно он держалсебя в форме, но последние дни выбили его из колеи. "Хватит этотерпеть", — подумал он, открывая шкафчик за зеркалом. Там лежалабритва, пена и лосьон после бритья который подарила ему Джейн несколькомесяцев назад. Пока горячая воданаполняла раковину паром, его мысли невольно вернулись к той поездке вТихуану.

— Помнишь, год назад мы расследовалидело о нападении на бар «Бессонная ночь?» — спросил Джефри, когда они отъехалиот автовокзала.

— Ещё бы — ответила Джейн выруливая нашоссе — Шуму тогда было не мало.

— Меня негласно командировали в Мексику.

— Ты же был…

— В отпуске, это часть легенды. В общемклуб этот принадлежит кому-то влиятельному в городе. Было подозрение что кто-тоиз своих «сливает» информацию местным авторитетам вот и был разработан,совместный с Мексикой, план. Для всех я был в отпуске, на деле же я поехал вТихуану и работал в паре с местным полицейским.

Навигатор монотонно бубнил: «Через 500метров поворот направо». Улицы постепенно сужались, яркие витрины сменилисьпотрёпанными фасадами старых кварталов.

— Короче, мы с Диего — продолжал Робсон— Вышли на крупную партию наркотиков, которая должна была переправляться вЕвропу через торговый терминал в Насьонал-сити. Даже взяли одного дилера. Нотут самое интересное.

«Поворот направо», — снова напомнил навигатор. Машина свернулав узкий проулок. Джейн слушала напарника не перебивая.

— Вмешались вышестоящие чины, причём нетолько наши, но и мексиканские, и нам с Диего было велено прекратить дело,передав все документы по нему в ФБР, якобы это их дело.

— И ты так легко согласился? Зная тебя струдом верится — сказала Джейн сворачивая с дороги, следуя указаниямнавигатора.

— В точку. Сначала я хотел продолжитьрасследование, в частном так сказать порядке, но Льюис меня заверил, что ФБРсами раскрутят это дело, ведь дело о международном преступном синдикате (а то,что это было так никто не сомневался) подпадает под юрисдикцию ФБР и, якобы, уних есть уже задержанные по этому делу. Я передал все документы. Но черезнекоторое время в Насьонал-сити был пожар. Уничтожены несколько складов,контейнеры даже какое-то судно пошло ко дну.

— Я что-то такое слышала — сказала Джейнсжав руль так, что костяшки побелели.

— В дело опять вмешалось ФБР — продолжалРобсон — Дело замяли «за недостатком улик».

— Извини, Джеф, но я всё ещё не понимаю,где связь с нынешними передозами?

— Ты дослушай до конца. Помнишь ясказал, что мы взяли одного. Так вот, задержанный сказал, что Мексиканцыпридумали нечто новое, с виду синтетика, но содержит экстракт местногорастения, он даже хотел показать нам, где его перерабатывают, но через парудней парня нашли в камере мёртвого – сердечный приступ.

— Почему ты раньше мне обо всём несказал?

Они подъехали к рынку и остановились.Джейн посмотрела на напарника.

— Прости Джейн. Сначала полнаясекретность, а потом это уже не имело смысла.

— Всё равно надо было сказать — пробормоталаДжейн выбираясь из машины.

Робсон вышел из машины и сказал:

— Джейн, возьми оружие. — затем наделкобуру и прикрыл её пиджаком.

— Ты же знаешь, что нам запрещенопоявляться здесь с оружием? — спросила Картер забирая из-под сидения пистолет.

— Знаю.

— Хорошо — Джейн положила оружие всумочку и закинув её на плечо закрыла машину — Просто не хотелось бывстретившись с патрульным для проверки документов, получить лет 30 за провозоружия.

Рынок Идальго встретил их шумом иразноцветьем. Под навесами из рваных брезентовых тентов торговцы выкладывалигоры специй, связки сушёного перца, яркие фрукты и груды керамики. Воздух былгустым от запахов жареного мяса, перца и пыли. Дети носились между лотками, апожилые женщины в широких юбках перебирали товар, торгуясь на испанском.

— «Jardín de los Sueños»... — пробормотал Джеф, озираясь. —Где-то здесь.

— Ты хотя бы представляешь, как этоместо выглядит? — спросила Джейн, прижимая сумку к боку.

— Нет. Но Диего сказал, что это необычный наркопритон. Смотри по сторонам, думаю мы поймём, когда увидим то, чтонужно

Они медленно пробирались сквозь толпу,пока не наткнулись на узкий переулок, зажатый между двумя полуразрушеннымизданиями. В глубине почти незаметная среди граффити, висела вывеска спотускневшими буквами: El Jardín de los Sueños. Под ней виднелась низкая дверь,обитая железом.

— Так просто? — Джейн медленно шла занапарником, плотнее прижимая самку, готовая в любой момент выхватить оружие —Думаешь, здесь продают эту дрянь?

— Сейчас и узнаем — сказал Джеф.

Он постучал кулаком по двери и накороткое время переулок заполнило металлическое эхо. Ждать им пришлось недолго.Дверь открыл высокий мужчина в безупречном костюме. Его лицо было гладким,почти без морщин, но в глазах стояла холодная пустота. Изнутри потянулоароматом ладана и чего-то сладкого, почти химического. В полумраке виднелсяузкий коридор, освещённый тусклыми красными лампами.

Джеф притворно почесал нос, изображаянервозность.

— Escuchamos que aquí venden algo...especial (Слышали, тут продают кое-что... особенное), — сказал он, намереннозапинаясь, будто не мог подобрать слова.

Мужчина в костюме медленно осмотрел их сног до головы. Взгляд задержался на сумке Джейн, но она лишь нервноухмыльнулась, изображая нетерпение.

— ¿Especial? (Особенное?) — переспросилон, и в его голосе скользнула насмешка.

— ¡Mierda, hombre! Sabes de lo que hablamos. Ese polvoblanco con hierba. ¡El que hace volar hasta el infierno y de vuelta! (Чёрт возьми, мужик! Ты знаешь, о чёммы. Этот белый порошок с травой. Тот, что отправляет в ад и обратно!).

Костюмированный стражник на секунду замер, затем едва заметно кивнул иотступил, пропуская их внутрь. Затем охранник выглянул наружу, повертел головойи убедившись, что никого больше нет закрыл дверь и пошёл по коридору показавкивком головы чтобы посетители следовали за ним. Коридор был узким, стеныобтянуты тёмно-бордовым бархатом, пол скрипел под ногами. Красные лампымерцали, создавая ощущение, будто они идут по артерии какого-то живогосущества. В воздухе витал тяжёлый запах ладана, смешанный с чем-тометаллическим, почти как кровь. Джейн шла, следом стараясь не показыватьохватившее её чувство страха. Она поравнялась с Джефом и прошептала:

— Ты уверен, что это хорошая идея?

— Нет — так же тихо ответил Джеф.

Они вышли в просторное помещение.Тусклый синий свет лился с потолка, подсвечивая клубы дыма, зависшие в воздухе.Вдоль стен стояли низкие диваны с бархатной обивкой, на которых полулежали людис блуждающими взглядами. В центре зала был бар; массивная стойка из тёмногодерева, за которой бармен в чёрной маске смешивал коктейли, добавляя в нихкапли из маленьких пузырьков.

— El Jardín de los Sueños... (Сад грёз, блин) — прошептал Джеф,оглядываясь.

Джейн сжала его локоть.

— Тут даже воздух пропитан этой дрянью,— сказала она, чувствуя, как сладковатый химический запах щекочет горло.

Охранник провёл их к свободному столикув углу, где уже стояли два бокала с мутной жидкостью.

—Para empezar (Для начала), — сказал он,и его губы растянулись в безжизненной улыбке.

Джеф кивнул, делая вид, что благодарен,но как только мужчина отошёл, тут же отодвинул бокалы.

— Ни за что, — прошипел он.

Джейн скользнула взглядом по залу.

— Зачем мы сюда пришли Джеф?

— Это называется импровизация…

— Из-за тебя нас подстрелят. Видишь тогопарня у бара? — Она едва заметно мотнула головой в сторону тощего мужчины вкожаном жилете. — Он пялится на нас уже минуту.

Джеф не стал поворачиваться, но краемглаза заметил, как незнакомец что-то шепнул бармену.

— Похоже нас вычислили, — тихо сказалон. — Или ждут, что мы начнём "дегустацию".

— Может, стоит уйти, пока не поздно? —Джейн уже чувствовала, как мурашки бегут по спине.

Но было уже поздно. Из-за барной стойкивышел высокий мужчина в белоснежном костюме. Его волосы были идеально уложены,а пальцы украшены массивными перстнями. Он медленно шёл к их столику, и скаждым его шагом в зале воцарялась тишина. Даже музыку приглушили.

— Что будем делать? — шепнула Джейн

— Продолжаем импровизировать.

— Bienvenidos(Добро пожаловать), —произнёс мужчина, останавливаясь перед ними. Голос был мягким, почти ласковым—Nuevos clientes...

Джеф притворно улыбнулся.

—Sí, nos recomendaron este lugar (Да,нам посоветовали это место).

Джейн по-прежнему старалась невмешиваться в разговоры, её знания языка хватало чтобы в общих чертах понимать смысл,но она боялась, что её произношение выдаст в ней иностранку.

— ¿Recomendaron? — Мужчина склонилголову. —¿Quién? (Кто?)

— Эшли Моррис.

Имя прозвучало как выстрел.

Джейн удивлённо подняла глаза нанапарника. Пауза затянулась. В воздухе висел немой вопрос: Ты, что творишьДжеф?

Белая тень в костюме замерла. Потом егогубы дрогнули в подобии улыбки.

—Ah... Эшли. — он попросил гостейподождать пару минут и ушёл в сторону стойки.

— Джейн — вдруг сказал Робсон и в голосемелькнула тревога — Похоже нас вычислили. Уходим. Без суеты, но быстро.

Джеф схватил Джейн за руку и резкопотянул за собой, пробираясь сквозь толпу одурманенных посетителей. В воздухеповисло напряжение, словно перед грозой.

—¡Policía! — раздался чей-то крик изглубины зала.

В тот же момент несколько человекбросились к ним, пытаясь преградить путь. Один из охранников вскинул руку, ноДжеф резко толкнул его плечом, сбивая с ног. Джейн рванула сумку с пистолетомближе к себе, готовая в любой момент открыть огонь. Джеф боковым зрениемувидел, как один из охранников выхватил оружие и прицелился. Робсон дёрнул изкобуры свой Глок повернулся и выстрелил. Пуля попала в стену; слева отохранника взметнулось облачко штукатурки и бетона. Раздались крики, началасьпаника.

— Бежим! — прошипел Джеф, толкая Джейнвперёд.

Они вбежали в коридор чувствуя, какпреследователи пробираются сквозь толпу за ними. Через несколько секунд ониувидели дверь ведущую на улицу. Охранник возле двери не успел ничего сделать –Джеф направил на него оружие и тот поднял руки. Они выскочили на улицу, игорячий воздух рынка ударил им в лицо. Не оглядываясь, они рванули к машине,втискиваясь между лотками и удивлёнными торговцами.

— Заводи! — Джеф влетел в пассажирскоесиденье, убирая оружие в кобуру.

Джейн резко повернула ключ, двигательвзревел, и через секунду они уже вылетали на главную дорогу, оставляя позадикрики и хаос…

… Горячая вода смыла пену с его лица, оставив кожу гладкой, но слегкараздражённой. Он провёл ладонью по подбородку, ощущая знакомую прохладулосьона, который подарила Джейн. «Хотя бы что-то нормальное в последниедни", — подумал он.

На кухне зашипела кофемашина. Время —8:30. До приезда Джейн ещё полчаса. Он налил себе чашку чёрного кофе и сел застол, разглядывая доску с нитями.MI-9. Тихуана. Пожар в Насьонал-сити. Всё былосвязано, но как именно? Внезапно в памяти всплыл другой кабинет – просторный, смассивным дубовым столом. Капитан Эндрю Льюис, его начальник, сидел напротив,лицо искажено яростью.

—Ты вообще понимаешь, что натворил?!—Льюис ударил кулаком по столу. —Я договорился, чтобы тебя пропустили с оружием!Чтобы мексиканцы не задавали лишних вопросов! А ты устроил там стрельбу!

—Мы вышли на склад с наркотиками, —Джефспокойно смотрел ему в глаза. — Стрельба – это громко сказано, во-первых, аво-вторых, у нас не было другого выхода.

— Это твоё оправдание? — Льюис встал,его голос дрожал. —ФБР теперь на ушах, мексиканцы в бешенстве, а мне приходитсяотдуваться! Ты вообще представляешь, какой скандал мог бы быть, если бы тебятам убили?!

Джеф молчал.

—Всё, Робсон. Ты отстранён. Пока всё неуляжется я не хочу тебя видеть в участке. Ещё не известно, чем нам аукнетсястрельба в Мексике.

Робсон не стал тогда спорить с шефом. Онпросто вышел из кабинета, зная, что доведёт это дело до конца официально илинет, уж слишком много сил в него вложено.

Кофе остывал. Джеф вздохнул и допил егозалпом.

*** ***

Терминал№7 порта Насьонал-Сити представлял собой гигантскую бетонную коробку, забитуюконтейнерами, кранами и грузовиками. Здесь, под шум дизельных двигателей икрики докеров, Эудженио Эспозито, известный в криминальных кругах как Сигара,осматривал новый груз. Он стоял на втором этаже административного здания,затягиваясь толстой кубинской сигарой. Дым клубился вокруг его крупной фигуры,окутывая лицо, изрезанное морщинами и шрамами. На нём был безупречныйтёмно-синий костюм, под которым угадывался кобурный ремень с массивным«Кольтом».

—Всё чисто?— спросил он, неповорачиваясь.

—Да, босс, — ответил Марко Риццы, егоправая рука. —Контейнеры с кофе и фруктами уже прошли таможню. Наш товарвнутри. Никто даже не заподозрил.

Марко сидел в углу комнаты на кожаномкресле с низкой спинкой, закинув ногу на ногу. Его пальцы медленно барабанилипо подлокотнику, а взгляд скользил между документами на столе и окном, закоторым копошились докеры. Комнатка была маленькой, обставленной с минимальнымкомфортом: письменный стол на котором, помимо документов стояла пепельница,потрёпанное кожаное кресло, пара металлических шкафов для документов и старыйкофейный аппарат, булькающий на подоконнике. Стены украшали лишь календарь сотметками поставок и карта порта, испещрённая красными крестиками.

—А мексиканцы?

Марко нахмурился.

—Мексиканцы ведут себя спокойно, хотяпосле ареста их хакера должны были бы нервничать. Наши люди говорят, что де Жанразговаривал с ними, вроде как речь шла про «Кортес».

Сигара замер. Его пальцы сжали сигарутак, что та треснула.

—Этот французский ублюдок...— прошипелон. —Он что, решил, что может торговаться с Руисом за моей спиной?

—Пока это только слухи, но, если ониподтвердятся, в городе запахнет жареным.

Эспозито резко развернулся и подошёл кокну. Внизу, среди грузовиков и кранов, копошились рабочие. Некоторые из нихбыли его людьми. Он осматривал свою территорию, уже не в первый раз думая отом, что ему не обязательно всегда лично присутствовать при перегрузе товара.Эту работу, вполне, можно поручить тому же Марко. Сигара был уверен – Риццы бысправился.

—Мексиканцы знают, что порт — это моятерритория. Если они хотят торговать с де Жаном, значит, они уже не доверяютмне.

Нет! Эспозито никогда не поручил быкому-то другому держать под контролем хоть какую-то часть сделки. И дело не втом, что ему следовало опасаться, что его кинут, нет, просто он считал личноеприсутствие залогом полного к себе доверия.

—Что будем делать?

Сигара медленно выдохнул дым.

—Во-первых, ускорить поставки. Пустьвсё, что у нас есть, уходит в Европу до конца недели. Во-вторых...— онповернулся к Марко, и в его глазах вспыхнул холодный огонь. —Узнай, чтоизвестно федералам, и как они вышли на мексиканского айтишника. Если онираскололи его, то надо менять планы; если же нет, то сделай так чтобы они ивпредь ничего не знали.

Марко кивнул.

— А может наоборот было бы неплохо еслибы легавые имели полный доступ к «Кортесу»? — предложил Марко.

Эспозито повернулся так резко, что Риццыпочувствовал, как по спине пробежал холодок.

— Поясни…

Марко Риццы был единственным человеком вокружении Эспозито, кто мог открыто выражать свои мысли боссу, и дажепредлагать варианты. Но были моменты, когда и он боялся реакции Сигары. Исейчас был именно такой момент.

— Франсуа де Жан собрался торговать смексиканцами и ни для кого не секрет, что у него есть доступ к «Кортесу».Мексиканцы много отдадут за систему. А Франсуа не продешевит, будь уверен. Аесли «Кортес» станет известен всем, то и продать его не получится.

— Если Люсия сделала, то о чём я еёпросил, то считай де Жан уже покойник просто ещё не знает об этом — Эспозитозатушил сигару в большой хромированной пепельнице в виде черепа и сноваповернулся к окну, сцепив руки за спиной — А «Кортес» нужен не толькомексиканцам.

Эспозито замер у окна, его широкие плечинапряглись под тщательно отглаженным пиджаком. Внизу, среди хаоса кранов игрузовиков, его люди метались, как муравьи.

—«Кортес» — это не просто система,Марко, — наконец произнёс Сигара, не отрывая взгляда от порта. —Это ключ. Ключко всем нашим операциям за последние несколько лет. Если федералы егополучат, они не просто возьмут меня. Они возьмут всех. Тебя. Люсию. Даже старикаРуиса. Вся цепочка поставок будет нарушена.

— Хорошо босс, я понял.

Марко встал и вышел, оставив Эспозитонаедине со своими мыслями.

******

Старый Шевроле Импала, выкрашенный в потускневший чёрный с затемнённымистеклами, стоял напротив гостиницы Оушен Парк, мотор тихо урчал, будто стараясобака, не решающаяся заснуть. Сан-Диего встречает утро ярким солнцем, и свет,отражаясь от стёкол отеля, бьёт Рикко в глаза. Без четверти десять.

Риккоприкурил сигарету, выпуская дым в приоткрытое окно и надел солнцезащитные очки.Скоро должен появиться Малоун. Всё как договаривались. Рикко затянулся,стряхнул пепел на асфальт. Он прищурился, следя за входом в гостиницу. Ввоздухе витал запах соли и жареных морепродуктов – классический коктейльСан-Диего. По тротуару проходила пара туристов в ярких гавайских рубашках,смеясь над чем-то своим. Они даже не глянули в его сторону.

Внезапнодверь отеля распахнулась, и на пороге появился Малоун. Он окинул взглядомулицу, будто проверяя, не следит ли кто, затем уверенно зашагал к машине. Риккоубрал сигарету в пепельницу и положил руку на рычаг переключения передач.Малоун подошёл к пассажирской двери, открыл её и молча уселся внутрь.

МоторШевроле взревел глуше, и машина плавно тронулась с места, сливаясь с потокоммашин на набережной. Впереди сиял океан, бескрайний и равнодушный.

— Какие планы? — решился наконец Риккопрервать молчание после того, как они проехали пару кварталов.

— Поедем к бару де Жана — буркнулМалоун, глядя в окно — Нужно осмотреться. Потом решим, что дальше.

Рикко свернул на узкую улицу, зажатуюмежду кирпичными фасадами старых доков и новыми стеклянными коробкамиофисов. Машина двигалась по набережной, оставляя за собой шлейф дыма изапах бензина. Солнце поднималось выше, превращая асфальт в раскалённое зеркало.Они свернули с Пёрл-Стрит на 5-ю авеню, где плотность машин резко возросла.Рикко ловко лавировал между такси и туристическими автобусами, топритормаживая, то резко ускоряясь. По сторонам мелькали кафе с яркимивывесками, сувенирные лавки и офисные здания с зеркальными фасадами.

Через несколько минут показался бар La BelleMort – низкое кирпичное здание с вывеской в стиле старого Нового Орлеана:тёмное дерево, золотые буквы, подсвеченные неяркими фонарями даже днём.Напротив, через дорогу, возвышалась гостиница: четырёхэтажная, с узкимибалконами и шторами, плотно задернутыми в большинстве окон.

—Останови здесь — сказал Малоун.

Риккоприпарковался за два дома от бара, выключил двигатель и достал сигарету.

— Охрана у входа — Рикко затянулся, выпустил дым и указал на двухвышибал в чёрном у входа — Камеры над дверью, ещё одна вон там, на углу. Впомещении четыре камеры, по углам, тем самым охватывая всё внутри.

Малоун молча кивнул. Его глаза скользили по деталям: пожарный выходслева, глухая стена справа, окна на втором этаже. Взгляд Алекса метнулся нагостиницу напротив, скользнул на второй этаж и задержался на полуоткрытыхокнах.

— Что скажешь? — спросил Рикко

— Там, на втором этаже, — тихо сказалМалоун, не отрывая взгляда от окна гостиницы. — Угловой номер. Хороший обзор навход в бар, глухие стены по бокам — никто не увидит вспышки. Один подъезд, двавыхода: лестница и лифт.

Рикко кивнул, докурил сигарету ираздавил окурок в пепельнице.

— А как с охраной?

— Не проблема. — Алекс достал из кармананебольшой блокнот и быстро набросал схему. — Значит де Жан появляется здеськаждую пятницу в три? Он подъезжает на машине, выходит, задерживается у входана пару секунд, поздороваться с охраной. И того: выйти из машины, дойти добара, нужно секунд 10. Думаю снайперский выстрел – то, что нужно. Если всёпойдёт по плану, пока охрана сообразит, что случилось мы будем далеко.

Рикко усмехнулся:

— Ты уже всё продумал.

— Всегда. — Малоун закрыл блокнот. —Теперь поехали, что ни будь выпьем да перекусим, вечером обдумаю детали, завтранапишу список что мне понадобится.

—Так может в этот бар и зайдём? — спросил Рикко заводя машину.

Алекс не ответил, но этого и нетребовалось.

******

Городвнизу кипел жизнью, но здесь, на 39-м этаже, царила тишина, нарушаемая лишьмерным гулом кондиционеров. Франсуа де Жан стоял у панорамного окна,заложив руки за спину. В отражении стекла его лицо казалось высеченным изтёмного мрамора; резкие скулы, холодные глаза, чуть сжатые губы. За его спинойв кресле у стола сидел Давид Мартинез, на диване, вдоль стены расположилисьдвое юристов; все трое одеты в строгие костюмы.

— Сделкас «Лос-Сурментес» сорвана — сказал один из юристов перебирая папку сдокументами — Они отказались от наших условий. Говорят, что у них уже естьпартнёр.

Франсуа не шелохнулся.

— Кто?

— Не знаем. Но слухи…

— Оставьте слухи газетчикам.

Подчинённый замолчал. В воздухе повислонапряжение. Франсуа медленно повернулся.

—Через несколько часов, встреча с инвесторами. — Франсуа медленно прошёлся вдольокна, его пальцы слегка постукивали по стеклу в такт невидимой мелодии. — Они ждут от нас уверенности, дайте им её. Пусть видят только цифры,только перспективы. Пусть поверят, что их вложения — это ключ к новому уровню.

Он остановился, и его взгляд скользнулпо каждому из присутствующих.

— А потом… потом мы вернёмся к«Лос-Сурментес».

Давид Мартинес наклонился вперёд, бровисдвинуты.

— На их условиях?

— Их условия — это единственные условия,— резко отрезал Франсуа. — Такого клиента терять нельзя. Они контролируютполовину поставок в регионе. Если у них появился новый партнёр, значит, кто-тоуже сделал шаг, который мы не успели.

Он слегка сжал губы, в его глазах мелькнуло что-то опасное.

—Так что выжмите из инвесторов всё, что можно. А потом мы заключаем сделку на ихусловиях. Потому что альтернативы нет.

Убедившись, что все поняли, Франсуасделал едва заметный жест рукой; собрание закончено. Юристы молча покинуликабинет, оставив его наедине с Давидом. Вскоре открылась потайная дверь и вкабинет вошёл Анри, которого все знали как де Жана; такой же идеально сшитыйкостюм, такие же часы, такие же холодные глаза. Они были похожи, но неодинаковы.