Отблеск пламени костра в зрачке ягуара

У этих людей был другой цвет кожи, они выглядели иначе – были выше ростом, хотя тоже черноволосые и загорелые, говорили на незнакомом языке. Майя восхищались культурой этих людей. Иноземцы, живя среди их народа, постепенно усваивали язык майя, начинали учить их своим наукам и премудростям. Так, например, именно они, задолго до рождения Отблеска пламени, научили жителей Юкатана строить пирамиды. Майя и народы, жившие до них на этой земле, традиционно старались строить свои храмы на возвышенностях – идея сначала построить пирамиду, а уже потом возвести на ней храм, была принята с восторгом.

Сотни и тысячи пирамид – от огромных в столицах, до совсем небольших, сложенных буквально из нескольких рядов камней, были возведены и продолжали возводиться по всей Центральной Америке (тогда она так, разумеется, еще не называлась). Чужеземцы учили и помогали их строить – они относились к строительству пирамид с особенной важностью, вроде бы видя в этом свою миссию.

Майя также слушали рассказы о войнах, которые вели народы за морем. Эти войны были странны и непонятны. И хотя заморские гости готовы были поведать и о секретах воинского мастерства, майя мало что могли применить из них.

Египтяне (конечно, это были они) рассказывали о необычных животных, которых люди заставляли участвовать в своих битвах. Описывая лошадь, например, они сравнивали ее с знакомыми майя оленями и кабанами, что неизменно вызывало у мезоамериканцев взрывы хохота. Потом они пересказывали эти рассказы друг другу и валялись на земле от смеха, представляя, как воин привязывает оленя или кабана к волокуше, становится в нее, кабан бежит, тащит волокушу, а воин, балансируя в волокуше, кидает дротики. Чужеземцы на смех обижались и в дальнейшем в своих рассказах становились более сдержаны.

Сами майя не могли плыть за море. Во-первых, у них не было таких лодок. Во-вторых, иноземцы объясняли им что-то про морские течения, которые могут принести их в страну майя, но не наоборот. Сами чужеземцы тоже уже не могли вернуться к себе на родину. Для них это было путешествие в один конец. Майя про течения ничего не понимали, но принимали слова египтян на веру – все-таки к их научным знаниям они относились с огромным уважением.

И если с востока и юга майя были защищены морем и бескрайней ненаселенной сельвой, то с севера и запада у них были соседи. Народы, живущие на юго-западе, были майя близки и понятны. С ними майя вели торговлю, иногда воевали. Однако эти войны были локальны, и, в общем, народы юго-запада – сапотеки были не очень воинственны. Майя практически всегда побеждали, и войны с сапотеками теряли свой спортивный интерес.

Совсем другое дело – племена, жившие на Западе и Севере. На огромных просторах материка к северо-западу от Юкатана жило множество варварских племен. Периодически они огромными волнами обрушивались на территории майя.

Это были совсем другие войны. Варвары вели войну на уничтожение врага и захват его территории. В случае массовых наступлений варварских племен майя отставляли в сторону военный кодекс, не стремились к захвату пленных, а все силы направляли на изгнание врага. К счастью, такие нашествия случались нечасто.

В остальное время соплеменники Отблеска пламени вели обычную жизнь. Выращивали маис, собирали лесные растения, охотились, строили жилища и храмы. Женщины рожали детей, которые становились крестьянами, воинами, жрецами и правителями. Как раз в одной из таких крестьянских семей и родился Отблеск пламени. То, что он станет воином, было определено самой датой его рождения. Родившиеся в этот день мальчики становились воинами.

В возрасте 8 лет мальчика отправили в воинскую школу при храме Ягуара. Пирамида с храмом, школа и поселок при них находились в горах. Неподалеку находился храм богини Луны.

Стоит особо рассказать о школе. В то время, в той культуре не было, как сейчас у нас – университетов, колледжей, духовных семинарий и т.д. Были храмы, возвышающиеся на пирамидах, посвященные разным богам. И были священники – жрецы при этих храмах. Священники были носителями знаний, они брали себе учеников. Выяснилось, что гораздо эффективнее получается, если не один жрец передает свои знания одному ученику, а один носитель знания – сразу небольшой группе молодых людей. Таким образом, постепенно при храмах начали формироваться школы.

Жрецы передавали знание календаря – важно было знать, когда начнутся дожди, когда время сажать маис… С циклами природы, а также с планетарными циклами были связаны праздники, которые были очень важны в жизни майя. Праздников ждали, к ним готовились. Первый дождь, сбор урожая, дни великих богов – всем этим событиям были посвящены ритуалы и праздники, на которые собирались жители городов и поселков, участвовали в торжественных церемониях, потом сидели вокруг костров, пели и танцевали.

Особым знанием было воинское искусство. Воин не был защитником отечества (кроме периодов нашествия варваров) в нашем понимании. Между собой майя не вели войн на уничтожение. Целью войны, военного похода было совершенствование духа, духовное развитие. В этом плане мировоззрение майя в некоторой степени напоминало представления викингов. Воин, после гибели в бою попадал в майянский аналог Валхаллы. И чем более искусный и заслуженный воин это был, тем более высокое положение занимал он в посмертной иерархии. Вся культура майя была построена на иерархии. И посмертная жизнь ничем в этом плане не отличалась. Подняться по иерархии вверх, стать великим воином, великим жрецом, правителем было мечтой и целью каждого майянского воина, ученика и младшего жреца.

Воинское искусство было наукой. Воины искали эффективные формы ведения боя. Удивительный факт – майя выработали те же основные боевые стили, что и китайцы: змея, птица, ягуар (у китайцев – тигр), дракон. Как и китайцы, майя учились вести поединок у животных.

Воин-змея должен был уметь быть тихим и незаметным, скрытно прокрасться, подкрасться и нанести внезапный бросок. Змеи специализировались на ведении боя, например, в пещерах, которых на Юкатане огромное количество. Это была их стихия – темнота, замкнутое пространство. Так же, как и змеи, плюющие ядом, воин-змея должен был уметь поражать противника на расстоянии, обычно метким и сильным броском камня. Другое оружие змеи – веревка, используемая и как оружие в бою и для связывания. Внезапно напасть на противника, незаметно подкравшись, сбить с ног и, пока он ошеломлен, быстро, в течение буквально нескольких секунд – связать, обездвижить, взять в плен…

Воины-ягуары. Основное войско майя. Пехота, царица полей. Вооруженные зазубренными палицами (лапами ягуара), защищенные щитами и шлемами – очень сильные противники на открытом пространстве. Хотя, подобно настоящему ягуару, воин мог вести бой и в сельве – скрываться среди деревьев, устраивать засады в густой листве.

Птицы. Их оружие – клювовидные топорики (потому что птица бьет клювом), когти, привязанные к щиколоткам и длинные плетеные щиты-крылья из прутьев, которые как защищают от оружия противника, так и используются для нанесения ударов, подобно тому, как птица бьет крыльями. Птицы нападают сверху. Воины, пробирающиеся среди переплетенных лианами стволов и ветвей в сельве, должны все время поглядывать вверх – не затаились ли на деревьях воины-птицы. Птицы способны обрушиться на отряд врага сверху, повергнуть противников наземь, нанести им страшные раны своими «клювами» и «когтями». В бою на земле птицы кружатся, мечутся среди противников, размахивая своими щитами-крыльями, совершают высокие прыжки и все равно стараются напасть сверху – в прыжке, либо нанести коварный удар в живот своими страшными когтями на ногах.

И, наконец, самые сильные воины – элита, птицезмеи. Воины, прошедшие подготовку всем воинским стилям – змеиному ползанию и броскам, обретшие непоколебимую мощь и быстроту ягуара, взлетающие в воздух высокими прыжками, подобно настоящим птицам. И соединившими в едином синкретическом стиле все прочие способы ведения боя – птицезмеи, драконы. Воин-дракон – Кукулькан. Кукуль – птица, кан – змея. Мифическое существо с головой и хвостом змеи, лапами ягуара и крыльями. Ацтеки, пришедшие позднее на земли к западу от майя и перенявшие культуру живших на этих землях до них народов, называли его – Кетцалькоатль (Кетцаль – птица с ярким опереньем, коатль – змея).

Мальчика отправили в школу при Храме Ягуара. Разумеется, это не была школа, в которой учат считать и писать – здесь готовили воинов, а также исследователей ведения боя. Школа была также, говоря современным языком, своеобразным научно-исследовательским центром, в котором молодые воины под руководством старших воинов-жрецов изучали приемы ведения боя и искали новые возможности, экспериментировали с оружием и т.д. Особое внимание уделялось приемам боя «лесного народа» – ягуаров, могучему воину которых – Великому Ягуару был посвящен храм.

Когда родители узнали, что один из их сыновей будет отправлен на обучение в школу Храма Ягуара, они дали мальчику соответствующее имя – Отблеск пламени костра в зрачке ягуара.

Отблеск пламени поступил в школу, когда ему было 8 лет, и с первого же дня приступил к боевым тренировкам. Он и его соученики жили в длинных домах, сплетенных из прутьев, спали на циновках. Тренировки обычно проходили на большой поляне. С одной стороны был обрыв, с которого открывался вид на горы, с другой – стояла пирамида с храмом наверху. Храм, как уже было сказано, был посвящен Великому Ягуару. С раннего возраста мальчиков учили вести бой – как без оружия, так и с палкой, веревкой, использовать щит, метать камни. Несмотря на то, что это была Школа Ягуара, воинские приемы учили, свойственные не только Ягуарам, но и, как бы в качестве факультативного курса, Змеям. Веревка – плетение, связывание, узлы, метание камней. Отблеск пламени стал одним из лучших метателей камней. Другие мальчики не любили оказываться с ним в спарринге по метанию, потому что Отблеск промахивался редко, от его броска было сложно уклониться.

Это умение ему пригождалось не только в учебных поединках, но и в охоте на птиц. Немало птиц он принес на кухню, сбитых его камнями и боло – связкой камней на веревке, лучшим оружием для охоты на птиц.

Ежедневные спарринги на палках и без оружия, метание камней, вылазки в сельву на охотничьи или боевые тренировочные экспедиции – все это Отблеску очень нравилось, он искренне хотел всему этому хорошо научиться, чтобы стать хорошим и, кто знает, может и Великим воином или даже воином-жрецом.

Но то, что нравилось ему больше всего – это были боевые танцы. Как ни странно может показаться это сегодня – танцы были одной из важнейших дисциплин воинского обучения. В танце наглядно отрабатывались боевые приемы – прыжки, уходы вниз, блоки, наскоки на противника. К тому же танец был мягкой формой спарринга, во время которого танцоры не наносили друг другу реальные удары, а лишь имитировали их.

Одно время занятия по боевым танцам вела женщина – жрица Храма Богини Луны. Этот храм, и расположенный рядом с ним поселок, находились неподалеку, примерно в получасе ходьбы. Храмы Ягуара и Луны как бы составляли дуумвират, тандем – из мужского и женского начала. В школе при храме Луны обучались девочки. Они готовились стать жрицами и даже, внимание – жрицами-воинами.

Старшая жрица из Храма Луны обучала группу Отблеска пламени боевым танцам. Эта женщина потом сыграет особую, даже трагическую роль в судьбе мальчика. Она станет его покровительницей, а когда он станет постарше, то и любовницей, и в конце концов, окажется виновницей его ранней смерти.

Воины и воины-жрецы постарше вели, выражаясь современным языком, научную работу по совершенствованию боевого танца, введению туда новых элементов и отбраковыванию неэффективных. Младшие воины тоже принимали в этом участие, хотя и в гораздо меньшей степени – они пока еще только учились. Хорошие танцоры были и хорошими воинами. Это даже не разделялось – танец и поединок, хороший воин вел поединок, танцуя. И, напротив, танцуя, ощущал себя в бою.

Другим направлением работы было изучение приемов ведения боя лесного народа – ягуаров. Наблюдать за тем, как сражается ягуар в его естественной среде обитания, было, мягко говоря, сложно. Можно было вызвать ягуара на бой, пойдя в сельву на его зов – рычание подобное скрипу падающего дерева. Однако ягуары вызов принимали очень редко, обычно они уходили. Был способ заставить ягуара вступить в бой – оспорить только что добытую им пищу. Тогда ягуар бросался на своего противника. Надо ли говорить, что в большинстве случаев такой бой заканчивался для воина смертью или тяжелыми увечьями. Даже если воин побеждал (о, это событие потом долго обсуждалось, и воин осыпался почестями), ему, ошеломленному натиском могучего хищника, было не до запоминания боевых приемов. Эти приемы пытались запомнить другие воины, залегшие среди ветвей как можно дальше, чтобы ягуар их не учуял. Впрочем, такие случаи были редкой удачей.

Был другой способ общения с лесным народом – медитация. Это получалось далеко не у всех. Избранные воины-ягуары входили в измененное состояние сознания и, оставив свое тело, отправлялись на поиски пятнистого хищника. Найдя его, вселялись в ягуара своим сознанием. Сознания сливались, и воин на какое-то время сам становился ягуаром. Потом он возвращался в свое тело, но память пребывания в теле ягуара оставалась, можно было анализировать, рассказывать и показывать другим как ягуар движется, совершает прыжки, охотится, подкрадывается.

Отблеск пламени в зрачке ягуара и здесь проявил свой талант. У него уже был опыт медитации, опыт выхода в астральном теле еще с прошлого воплощения в Индии. После недолгого обучения ему удалось слить свое сознание с сознанием ягуара. Для мальчика (точнее уже юноши, Отблеску на тот момент было уже 12 или 13 лет), это было, наверное, одним из самых сильных переживаний в его жизни. Он увидел мир глазами лесного хищника, увидел поваленные стволы на уровне глаз, ощутил себя мчащимся с огромной скоростью по сельве. Он действительно был ягуаром, и хотя для жрецов майя такой опыт не был чем-то исключительным, и Отблеск это знал – пережить самому воплощение ягуара было мощнейшим потрясением.

Умение Отблеска становиться ягуаром было оценено очень высоко. Стало очевидным, что Отблеск будет не просто обычным воином, а станет воином-жрецом, возможно даже Старшим жрецом. Увы, этим планам не дано было сбыться, как я уже писал, Отблеск пламени костра в зрачке ягуара умер довольно рано.

Жрецы стали обучать юношу и другим медитациям. Он был допущен в нижний храм – системе подземных ходов и келий под пирамидой, на которой стоял храм Ягуара. Сидя в абсолютном мраке подземной кельи, Отблеск вслушивался в голоса жителей подземного мира. Пытался вступить в общение как с ушедшими предками, так и с другими обитателями. Эта медитация казалась Отблеску странной, в Индии все было не так – обращались сразу к Небу, распахивали врата в пространство Широкого мира, наполненного любовью и блаженством, а не углублялись в темные миры. Но, дисциплина есть дисциплина, тем более, что Отблеск верил старшим жрецам, считал, что они обладают высшим знанием, которые ему еще только предстоит освоить.

Юношу выделяли из других не только жрецы-мужчины. Как я уже писал, одна из старших жриц также положила на него глаз. После прохождения обряда сексуальной инициации, юноша стал ее постоянным любовником. Для Отблеска пламени ритуальный секс был тоже формой медитации и помимо просто нормального наслаждения от секса, юноше казалось, что через эти ритуальные соития с жрицей он получает также необходимый ему духовный опыт.

Была у Отблеска и юношеская любовь – девочка из женского поселка по имени Цветок лианы. Юная помощница жрицы.

В возрасте 15-16 лет, Отблеск покинул школу Храма Ягуара, чтобы, как написали бы сейчас – «продолжить обучение» в другой школе, при другом храме. Юноша не хотел оставаться на ступени воина-ягуара, а мечтал стать великим воином-драконом. Для этого ему предстояло пройти обучение у Птиц. Школа и поселок воинов-птиц находилась в нескольких днях пути от его поселка при Храме Ягуара, ставшего родным за долгие годы обучения, рядом с великим городом Алтун-Ха.