Cмертельный узел
- -
- 100%
- +
Его взгляд настолько наполнился глубиной, словно он хотел заглянуть мне в душу. Но чувство искренней тревоги, едва уловимое во взгляде, всё-таки ему не удалось скрыть.
«Вот же дрянь! – выругалась про себя. Нельзя вступать в одноразовые интимные отношения даже в алкогольном опьянении, Глория! НИ- КОГ-ДА!».
Теперь Эдриан всеми силами захочет позаботиться обо мне и уберечь от опасности. Я за это не виню его. Однако после проведенной совместной ночи он считает себя в кое-то мере ответственным за меня. Мы не поговорили о его чувствах, о нас. Просто я боялась услышать любые признания с его стороны, и постаралась поскорее унести ноги из его квартиры. Очень боялась. Мне хотелось, чтобы Эдриан остался другом. Но после совместной ночи всё изменилось. Невозможно повернуть время вспять и сделать вид, что ничего не произошло. Эдриан, как благородный рыцарь, теперь вообразил себя моим защитником. Хм…Мило, даже трогательно, но в глубине души я чувствовала, что он совсем не то, что мне нужно.
Эдриан смотрел на меня с особой теплотой. Между нами образовалась невидимая стена. Я старательно избегала зрительного контакта, боялась увидеть в его взгляде то, чего мне не хотелось видеть – признание в любви. Сказать правду, признаться в том, что я ценю нашу дружбу больше, чем возможный роман, тяжело. Мне не хотелось причинять ему душевную боль, и рушить то, что между нами складывалось годами.
– Версий миллион! – ответила я задумчиво, стараясь не давать ему повода переходить на личные темы. – У нас не хватит времени отработать все. Для начала поищем толкового специалиста, желательно психолога или психиатра, чтобы получше разобраться с душевным состоянием преступника. У меня будет личная просьба к тебе, Эдриан. Пожалуйста, вытащи и выжми всё возможное с образцов кожи. В этот раз мы должны прижать подонка и положить конец этому безумию. Чтобы добиться хорошего результата, нам всем придётся сверхурочно поработать. Видишь, как он усовершенствовал своё мастерство? И мы не должны отставать!
В его глазах появился оттенок грусти и какой-то нерешительности.
Брайан, стоявший всё это время в стороне и наблюдая за нами, решился подойти и присоединился к беседе. Дальше началось обсуждение деталей и проработка последовательных действий на первых этапах расследования.
– Интересно, каким составом он обрабатывает кожу? Она ведь не пахнет разложившейся плотью? – Брайан нехотя повернулся к картине и с отвращением посмотрел.
– Именно такого эффекта он и добивался, – ответила я. – Состояние шока при первом осмотре. Это с лихвой ему удалось. В жизни не видела ничего более мерзкого. Преступник ликует, а у нас нет трупа. «Вот, фрагменты кожи, попробуйте с этим поработать». Полиция, как он и хотел, в ловушке.
– Считаете, тут замешан сексуальный мотив? – поинтересовался Эдриан, по-прежнему не сводя с меня глаз.
– Полагаю, сексуальная подоплека здесь играет ключевую роль. Мы имеем дело с человеком, который либо отрицает свою сексуальность, либо питает к ней отвращение и выплескивает его на свои жертвы. Может быть женат, является столпом общества. Быть может, любит хвастаться сексуальными победами над женщинами. Убийство совершил человек, ненавидящий свою сущность и нутро. Он призирает себя, сублимирует самоотвращение в агрессию по отношению к жертвам.
– Мне показалось, ты сказала, убийца гордится тем, что сделал? Что у него нет никаких признаков раскаяния или сожаления?
– Да, в том, что касается непосредственно убийства. Тут он бьёт себя в грудь, пытаясь убедить всех, включая и себя самого, насколько он великий и могучий. Но причина, по которой он совершает убийства, совсем иная. Это то, чего он стыдится.
– Могут быть и другие объяснения, – заявил Брайан. – Способ контролировать жертву, унижать. Парень предварительно спускает кровь с жертвы, об этом ведь никто не забыл?
– Как бы то ни было, контроль всегда сводится к сексу, – натянуто улыбнулась я. – Серийные убийцы – импотенты, встречаются не редко. И судя по тому, что я тут вижу, мы, вполне вероятно, можем иметь дело именно с таким субъектом.
– Мы недостаточно понимаем мотив, чтобы…
Моя улыбка стала ледяной.
– Верно, но…
– Так, так… Успокойтесь оба и избавите меня от популярной психологии. Ок? – На лице Эдриана намека на улыбку не наблюдалось. Я не отреагировала, но появившиеся на щеках красные пятна выдали меня.
Воцарилось неловкое молчание. Эдриан, быстро утратил всякий интерес к происходящему. Он нервно потеребил воротник своей рубашки.
В зале стало теплее, после того, как открыли окна. Весеннее солнце немного стало поступать внутрь, согревая леденящие стены.
– Давайте начнем искать ответы. За работу мальчики!
– По моей части всё, – заключил Эдриан. – Криминалисты снимут отпечатки, затем доставят полотно в лабораторию. Капитан Броуди мог и не вызывать меня.
– А мне ещё понадобятся отчеты криминалистов и фотографии, ну и вся прочая информация о жертве, которую получим. Брайан, зови криминалистов, скажи, чтобы приступали к работе. Догоню тебя через несколько минут.
Он с радостью быстрым шагом зашагал в сторону выхода, стараясь как можно скорее выйти из столь мрачного места.
Мы остались наедине с Эдрианом. Пауза, повисшая между нами, затянулась.
– Послушай, Глория… Мне надо работать, как только ты отпустишь, – он смущенно улыбнулся. – Обещаю сделать всё, что в моих силах и даже больше. Неожиданно он протянул свою руку и заправил локон моего волоса за ухо. – Как ты? Я скучаю…
Тут я почувствовала себя пятнадцатилетней девчонкой на первом свидании. Простой вопрос разлился тёплым эликсиром в моей душе. Да что со мной? Переход темы на личное вызвал во мне смятение и неловкость.
– Все хорошо. Не считая того, что мы стоим в паре метров от картины, которая собрана из частичек человеческого тела и возможно, я следующий претендент…
Не успеваю закончить фразу, как Эдриан делает шаг и обрушивает на меня свой поцелуй. Очень нежно. В щеку… совсем близко к губам. В голове возникает несколько вариантов возможных действий. Дать пощечину? Вряд ли, ведь я не актриса и вряд ли получиться эффектно. Схватить, прижать к себе и поцеловать в губы подарив французский поцелуй? Или помчаться вместе в отель, где пару часов мы не сможем оторваться друг от друга? Нет, нет…Хотя, какой мужчина откажется?
Поцелуй мягкий, нежный и трепетный. Далеко не дружеский. Честно сказать, больше ничего не оставалось, как бежать отсюда со скоростью света. В этом случае я снова окажусь трусихой! Бегство – мысль, пульсирует в голове точно стрелки часов. Прямиком из чёртовой галереи и вон из его жизни, не оставив позади ничего похожего на хрустальную туфельку.
Всё же, вопреки различным версиям, которые пролетели в моей голове за доли секунд, я оставалась стоять на месте, часто хлопая ресницами.
– Больше так не делай, договорились? Между нами была одна ночь. Я не отрицаю. Всё было прекрасно. Спасибо тебе за трепетное отношение, Эдриан. Но та ночь, для меня ровным счетом ничего не значит, – выпалила я. Слова сорвались с губ против воли, и моё лицо сразу залилось пунцовой краской.
Я понимала, как они сильно ранят его чувства и очень обидят. Лучше сразу резко отрезать, чем отпиливать по маленькому кусочку. Жестко, больно, бессердечно, но по-другому я не могла.
«Эдриан Курт – образ, собранный моим воображением: мои чувства к нему эфемерны, и возможность трансформировать их во что-нибудь реальное столь же эфемерна», – подумала я, стараясь успокоиться.
Вопреки ожидаемой ответной от него реакции, он прильнул к моим губам и, едва касаясь, замер. Видимо, так он решил проверить мою реакцию и осознанность сказанных слов. Продолжить поцелуй или нет? Трудный выбор. Инстинкт или разум? Я не переставала оставаться женщиной, как бы ни пыталась отгородиться от романтических отношений.
Эдриан застал меня врасплох. Нельзя поддаваться на провокацию. На носу расследование века, а уж потом всякие любовные утехи. И пока внутри меня шла борьба с собственным подсознанием, он пытался прочесть в моих глазах ответ.
В следующую секунду я решительно оттолкнула его, и в этом жесте обоим стало понятно, что эта злость, скорее на сложившуюся ситуацию. Сейчас не место и не время для подобных романтических чувств. Много внешних факторов влияющих на ситуацию, не положительно складываются для романтических отношений. Раз решила быть неприступной леди (о чем, наверное, сто раз пожалею) нужно идти до конца. Странно женщины устроены. Вечные жертвы и заложники самих себя. Но ничего другого, не остаётся.
Сделав шаг назад, отрицательно мотаю головой, давая понять, что отношения между нами закончены. Раз и навсегда. На продолжение рассчитывать не стоит. Меня душат подступающие слёзы, ведь я сама лишаю себя возможного женского счастья.
Эдриан не проронил ни слова. Он непонимающе смотрит на меня как побитый щенок. Постояв растерянно около минуты, он развернулся и ушёл. Теперь, наверное, навсегда.
Напряжение в воздухе достигло своего апогея. Казалось, воздух и кислород закончился. По крайне мере для меня. В этот момент, когда Эдриан печально брёл к выходу, Брайан с целой командой специалистов вошли в зал и, идя ему навстречу, чуть не сшибли с ног.
Криминалисты непростые ребята. Их работа заключается в собирании улик, отпечатков, и всего, что в дальнейшем может пригодиться и помочь в расследовании.
– Куда так стремительно понесся Эдриан? – вырвалось у Брайана, разводя руки в разные стороны и делающий непонимающий вид.
– Вышел подышать свежим воздухом. Его работа окончена. Давай-ка сосредоточимся на своей работе. Для начала проверим камеры наблюдения с улиц. Напротив галереи находится отель. Наведаемся туда. Если повезёт, для нас найдется подходящий ракурс.
– Согласен. В этом месте не хочется долго оставаться. Когда капитан рассказывал, как это было много лет назад, я не думал, что будет настолько отвратительно. Пошли, Гло. Не будем мешать ребятам, делать их работу.
Как только мы оказываемся на улице, Брайан начинает засыпать меня вопросами.
– У тебя всё нормально, Гло? Мне показалось или что-то произошло между тобой и Эдрианом? Что и когда я пропустил? – он идёт рядом, быстрым шагом, засунув руки в карманы брюк.
– С чего такая любопытность к моей личной жизни? Хотя… Польщена. Ты хороший коп, Брайан. Остальное расскажу только потому, чтобы ты отвалил с подобными разговорами раз и навсегда. То, что было между мной и Эдрианом, давай назовём – опрометчивым недоразумением. Мы переспали. Один раз. Просто секс. Вот и всё.
– Что-что!? – заорал почти на всю улицу Брайан, округлив глаза. – У тебя был секс с Куртом, и ты молчала? Какого чёрта? Где? Когда? И как он тебе в постели? – Брайан готов был прыгать от радости. Эмоции били ключом.
– Ты что, думал, у меня нет сексуальной жизни? Или удивлен, что это не ты? Ладно. Расскажу, как было. Только отвали. Помнишь вечеринку капитана Броуди? Ты тогда быстро свалил оттуда с сексуальной грудастой брюнеткой из бухгалтерии. Так, вот… Мы тоже здорово перебрали. После вечеринки поехали к Эдриану домой. Дальше по отработанному сценарию. Утром договорись забыть о произошедшем недоразумении. С того дня мы не виделись неделю. Эдриан рассчитывал, судя по – всему, на продолжение, а я нет. Сейчас пришлось дать ему понять, что служебного романа не состоится.
– А как твоя клятва? Ты же с коллегами не спишь! Ну, мать… Ты, конечно, дала жару. Ух-ху-ху….
– Брайан, прекрати орать на всю улицу! С чёртовой работой и мне тоже требуется иногда физическая разрядка. Да, я накосячила. Признаю. Но в первую очередь – я женщина. У нас иногда отсутствует логика, когда она касается интимной жизни. Сам знаешь. Можно переспать с таким козлом как ты, а потом неделю себя жалеть. Понимаешь, у нас с Эдрианом нет будущего, ты должен меня поддержать. Я ловлю маньяков, он вскрывает трупы! Как тебе парочка? Секс был потрясающим, насколько я могла оценить утром с больной головой, с дикого похмелья. Теперь с этим покончено. Пару минут назад я окончательно разбила сердце хорошему парню. И предотвращая заранее следующий вопрос… Нет. У тебя нет шанса.
– Вот всегда ты так! – недовольно фыркнул Брайан. – Шанс есть всегда! Вопрос времени и желания. Просто на будущее. Вдруг случится вселенский Армагеддон, а из выживших останемся только ты и я. Тогда милости прошу…
Мы рассмеялись.
– Брайан, ты неисправим! Хорошо. Если такое случится, обещаю, как следует подумать.
Пока мы шли к отелю и беспечно трепались, нас нагнал капитан.
– Уэйн, Берч! – окликнул он нас. – Жду завтра отчеты о проделанной работе к восьми часам утра. Сенатор будет поджаривать меня без масла. Так что работаем быстро, слаженно и максимально сконцентрировано. Я надеюсь на вас, ребята. Не подведите! Всё, что необходимо, запрашивайте в письменной форме. Постараюсь предоставить необходимые ресурсы, насколько хватит финансирования. Только постарайтесь поймать ублюдка.
– Сделаем, что в наших силах, сэр, – кивнула я. – Сейчас мы идём в отель, – я указала рукой на впереди стоящее здание. – Хотим посмотреть камеры наружного наблюдения. Криминалисты в здании собирают улики. После, как тут закончим, сразу вернёмся в отдел, поднимем документы из архива и начнем копать с самого начала. Что-то же его заставило вернуться? И на этот раз он хорошо подготовился. Будет совсем непросто.
– Никто не обещал простой работы, Глория. Приступайте! Прессе пока ни слова. Предупредите, тех, кто работает с вами. Пусть крепко держат рот на замке. Чем дольше, тем лучше. Не хватало, чтобы нас завтра по миру пустили.
На этом, обменявшись рукопожатиями, мы распрощались. Каждый пошёл в свою сторону.
ГЛАВА 4
Через пять минут мы уже стояли у роскошного отеля в самом сердце Манхэттена. Здание величественно возвышалось среди блеска элитных бутиков, модных ресторанов и галерей, где каждый квадратный метр асфальта был занят символами роскоши: высокая мода от Армани и Гуччи, лаундж-бары с видом на небоскрёбы, спа-салоны с процедурами за тысячи долларов и уютные пабы, где заключаются сделки на миллиарды. Центральная улица пульсировала жизнью – такси с гудками, пешеходы в дизайнерских пальто и воздух, пропитанный ароматом свежесваренного эспрессо и дорогих духов.
Мы приблизились к главному входу с массивными стеклянными дверями, отполированными до зеркального блеска. Я прищурилась, вчитываясь в золотистую вывеску.
– Так… Что у нас тут? – пробормотала я, сосредоточенно хмурясь. – Хм, тематическое название, не находишь? Отель «Rembrandt». Если память мне не изменяет, в XVII веке жил такой голландский художник – мастер света и тени.
– Верно, подмечено, Гло, – усмехнулся Брайан. – Отель граничит с нашей галереей, через дорогу. Туристы обожают селиться здесь, в эпицентре. От номеров открывается панорама на Пятую авеню – чистый адреналин. Приключения начинаются. Пойдём, заглянем внутрь.
Он галантно взял меня под руку и повёл вперёд, словно рыцарь в сияющих доспехах. Двери бесшумно разъехались, и мы шагнули в холл.
Вход в отель ударил ощущением, будто мы провалились в кроличью нору Алисы. В иной мир, где время остановилось на пике барокко. Тусклый свет хрустальных люстр отбрасывал мягкие тени, а завораживающая полутьма окутывала всё таинственным флёром. Стены были увешаны фресками и аутентичными полотнами Рембрандта: строгие портреты мужчин в бархатных камзолах, загадочные женщины с перламутровым взглядом – шедевры, где свет борется с тьмой, как в его «Ночной страже». Антикварная мебель: резные комоды из красного дерева, позолоченные канделябры соседствовали с колоннами, уходящими к фресочному потолку. Коридоры обрамляли арки с филигранной резьбой, а воздух был напоён ароматом сандала и старого паркета. Здесь не отель, а музей живой эпохи Золотого века.
Очнувшись от гипнотического транса, мы направились к стойке регистрации. Нас приветливо встретил молодой человек с бейджиком «Джеффри». Его голос, бархатный и ленивый, сразу промурлыкал:
– Добрый день, молодые люди. Чем могу помочь? Номер требуется?
Глядя на него, я невольно задумалась: сколько усилий ушло, чтобы заполучить такую работу в этом премиум-отеле уровня пяти звёзд? Персонал здесь явно эталон совершенства.
Вот и Джеффри выглядел как ожившая статуя Микеланджело: идеальные пропорции лица, чёткая линия челюсти, глубокие сапфировые глаза под густыми ресницами и непослушная тёмная чёлка, вечно сползающая на лоб. Тело сплошной триумф фитнеса: широкие плечи, рельефный пресс под идеально сидящим тёмно-синим костюмом, сильные руки, намекающие на часы в зале. Он двигался с грацией пантеры – хищной, уверенной, с лёгкой надменностью во взгляде и скрытой тоской, что делала его ещё опаснее. Такие красавцы разбивают сердца, как стекло под каблуком, оставляя шлейф из разочарований и вздохов. Но интуиция шептала мне: за этой оболочкой скрыт океан тайн.
Моё воображение уже рисовало эротические сцены: Джеффри выходит из душа, капли стекают по его смуглой коже; вот он ныряет в бассейн с атлетическим изгибом тела…
Брайан, уловив мой затянувшийся взгляд, кашлянул и взял слово:
– Здравствуйте. Нет, номер не нужен. Мы детективы из отдела убийств. Брайан Уэйн и Глория Берч. Расследуем инцидент, произошедший в картинной галереи сегодня утром, через дорогу. Нам нужен доступ к вашим камерам. Они отлично захватывают нужный нам ракурс. Можем получить записи или потребуется ордер?
Джеффри замер, слушая с профессиональной неподвижностью, не теряя маску приветливого администратора.
Он делано улыбнулся, обнажив идеальные зубы:
– Никаких сложностей, детективы. Мы всегда рады помочь полиции Нью-Йорка. Покажите ваши удостоверения, и я провожу в техотдел. Там предоставят необходимую вам информацию. – Голос его звучал чётко, как заученный сценарий. Механически выверено, вколачивая каждое слово в сознание.
Мы предъявили жетоны. Он обошёл стойку и повёл нас через холл к лифту. «Господи, за такой попкой я бы на край света пошла», – подумала я, краснея от собственной откровенности.
Лифт спустил нас на минус первый этаж – в длинный служебный коридор с рядами дверей: комната персонала, кладовая клининга, гардероб, душевая. Джеффри шагал быстро, уверенно, как по своей территории. Наконец показалась табличка «Технический отдел».
– Пришли. Заходите, детективы. Ещё чем помочь?
Он развернулся, сложив руки за спиной. Воплощённая вежливость.
– Да, Джеффри, пара формальностей, – бросила я, доставая блокнот. – Во сколько вы заступили на смену?
– В восемь утра.
– Заметили что-то подозрительное сегодня?
– Нет.
– Что-то знаете о случившемся?
– Ничего. Моя смена кончится завтра в восемь, тогда и узнаю, – взгляд его на миг задержался на мне, скользнул к Брайану.
– Последний вопрос: конфликты с коллегами или гостями как часто в отеле случаются?
Он прикусил губу, задумавшись.
– Конфликтов не припомню. Разве что мелкие споры. С мистером Хендерсоном из люкса на пятом, пару раз из-за парковки ругались. Он вечно ноет: шум, сервис… Ничего серьёзного.
Я подняла бровь:
– Мистер Хендерсон? Кто он?
– Постоянный гость. Богатый, раздражительный тип.
– Спасибо. Нам потребуется список заселений и выселений за неделю.
– Технари предоставят, вся база в системе, – улыбнулся Джеффри шире; терпение его явно таяло на глазах. Копы везде в тягость.
– Благодарим за помощь, – я протянула руку; пожатие вышло крепким, но торопливым. Джеффри ретировался, оставив нас у двери.
Войдя внутрь помещения, мы удивили оснащенную кучей техники небольшую комнату. Мониторов, располагающихся по всей комнате, было огромное количество. Из этого следовало, в каждом номере стоит скрытая камера. Закон запрещает скрытые камеры в приватных зонах, но элита платит за дискретность: политики с любовницами, чиновники с секретами. Связи отеля явно тянутся в мэрию и выше.
В комнате было довольно темно. Остро пахло сыростью и плесенью, которые смешались с запахом колы, пиццы и чипсов. Парни, сидевшие в наушниках за огромными мониторами походили на типичных раздолбаев. В современно мире их называют хакерами. Подобные люди обладают высоким уровнем интеллекта, а вот с личной жизнью, как правило, у них, полный крах. Их мир – куча энергетиков, видеоигры и порно. Сложно за это осуждать. У каждого свои приоритеты и зона комфорта. Зато с такими неуверенными в себе парнями всегда можно найти общий язык.
Внешний вид раздолбаев кардинально разнился с безупречной эстетикой отеля. На первый взгляд, складывалось впечатление, что парни просто зашли поесть. На столах валялась огромная куча бумаг, среди которых валялись пустые коробки из-под тайской еды, пиццы, открытый пакет чипсов и полные стаканы с колой.
– Эй, парни! – громко окликнул их Брайан.
Они подпрыгнули на местах и чуть не наложили в штаны. Один парень соскочил, как ошпаренный. Другой так и оставался сидеть на стуле, повернувшись вполоборота и сдвинув один наушник в сторону.
– Детективы Брайан Уэйн и Глория Берч, – он достал удостоверение и показал. – Нам требуется информация с камер наружного наблюдения. Одна из них охватывает ракурс картинной галереи на противоположной стороне улицы. Там сегодня произошло преступление. Ведётся расследование. Ещё потребуется список посетителей вашего отеля. Джеффри заверил, вы сможете без проблем нам с этим помочь.
Речь Брайана, парней нисколько не удивила.
– Если Джеффри дал добро, без проблем. Проходите. Садитесь, если найдете свободное место – запинаясь, произнес худощавый парнишка, сидевший на специальном геймерском стуле.
– Извините, не слышал, как вы вошли. Меня зовут Крейг, – протягивая руку, произнёс парень. – А это Ник, – он указал на рядом сидящего парня.
Крейг. Высокий и слегка полноватый парнишка. Стрижка ёжиком совсем ему не шла. Зелёные джинсы и ярко-оранжевая рубашка с кучей нарисованных попугаев дополняла нескладный образ. На левой руке красовалось несколько браслетов. Он больше походил на торговца с запасом травки. Может, так и было. В данный момент мне плевать, даже если бы Крейг вдруг стал танцевать с бубном на столе.
Ник. Рыжая копна кудрявых волос. Интересно, с рождения такие или он специально делает химическую завивку? Одежда под стать Крейгу. Джинсы и футболка с «Дафи Даком» (персонаж из мультика). На правой руке три пары часов. Странный чел.
Крейг уселся обратно на своё место и активно забегал по клавиатуре пухлыми пальцами. На мониторах появились непонятные символы, файлы, коды. В общем, парень знал толк в работе.
Ник просто на нас забил. Он надвинул наушники обратно, отвернулся и уткнулся в монитор, отпивая кока- колу из большого стакана.
– Какой временной отрезок вас интересует, детективы? – пробормотал Крейг, выводя на монитор картинку с наружной камеры.
– С полуночи и до семи утра, – уточнил Брайан.
– Дайте мне минутку, – он с виртуозной скоростью нажимал на клавиатуре кнопки, на экране то и дело мелькали разные символы. – Готово! Теперь смотрите в оба!
Последовав его совету, мы уткнулись в монитор. Сложность заключалась в том, что на той улице, где располагалась галерея, оживленно было даже после полуночи. Самый центр города. Огромное количество народа текло рекой.
Ночь – время идти в ночной клуб. Один такой располагался через несколько бутиков от картинной галереи. Молодежь шла туда нескончаемой вереницей. Огромный поток машин и такси усложнял поиск. Затеряться в такой толпе совсем несложно. Повезло, что ракурс камеры охватывает центральный вход в галерею. Лишь машины то и дело загораживали обзор.
Моё сердце забилось чаще. Появилась слабая надежда. Убийца должен войти через центральный вход. Чёрного хода я не припоминала. Мы ещё лично не допрашивали хозяина галереи, но когда входили в здание, я обратила внимания, что замок на двери не взломан. Значит, у преступника был свободный доступ.
Интуиция кричала, шансы найти преступника равны нулю. Слабо верилось в то, что он упустил висящую напротив камеру или не обратил на неё внимание. Он бы точно не допустил такой оплошности.
– Глория, – произнёс Брайан, спустя десять минут просмотра. – Как преступник мог зайти с центрального входа? У него был ключ или внутри ждал сообщник? Наверняка, в подсобке есть запасной выход. Чёрт! Мы просто не проверили. Надо вернуться и осмотреть помещение ещё раз. Проторчим здесь и потеряем кучу времени на бестолковый просмотр. Давай заберём видео файлы в отдел и просмотрим там на досуге. Подумай сама. Картина – весьма объёмная вещь. Единственный вариант, привезти её на машине. А лучше на фургоне. Будь я на месте преступника, выбрал бы второй вариант. В толпе сложно затеряться с такой штуковиной, согласна? Парня с картиной кто-то должен был заметить.
– И что? Будь он хоть с ядерной бомбой. Всем плевать, Брайан. Посмотри на толпу «зомби». В основном тасуется молодежь. Пьяные или обдолбанные. Люди пришли в ночной клуб напиться и как следует оттянуться. Вряд ли они заострили внимание на парне с картиной. Если в галерее существует чёрный ход, мы пропустим шоу, здесь я с тобой согласна. Но я уверена, наш парень войдёт с центрального. Он заранее продумал стратегию на несколько шагов вперёд. Все действия полиции ему прекрасно известны. Он точно знает про камеру. И не откажет себе в удовольствии зайти с центрального входа и лишний раз, доказать нам своё превосходство.